В городе, который

***

Аркен и Риз, на удивление, вопросов не задавали. Джисон же не стал рисковать стирать им память второй раз. Да и придумывать достойное враньё на счёт побелевших волос было бесполезно. У всех народов причины седины одинаковы – старость, нехватка витаминов и сильный стресс. До старости Джисону было ещё далеко. Резкий авитаминоз причиной стать не мог. А вот почему он так разнервничался из-за пиратов, пусть ребята гадают сами. Возможно решат, что белые волосы последствия долгого времени проведённого в Мертвой Зоне. Можно представить, что в один момент весь накопленный стресс дал такой результат. Или пускай все думают, что пираты перед тем как сгинуть сделали ему профессиональное окрашивание. Если будут в чём-то его подозревать, Джисон просто их убьёт. Несмотря на то, что старался держаться, Джисон чувствовал, что скисает. Снова сжимал сумку в объятиях. На глазах проступали слезы.

***

В кабинете командующего армии Аквамарина всегда царила таинственная полутьма. Позади самого командующего, неизменно произносившего хвалебные или уничтожающие речи, за огромными во всю стену окнами простиралось яркое голубое небо, которое восхваляла их раса. Небо могло как наградить их, так и покарать. Небо – существо, поселившиеся в этом месте и говорившее от его имени. О силе командующего слогали легенды и рассказывали страшилки. Кто-то действительно верил, что он равен богу.  Джисон знал, что нравился командующему за свои одновременное полное послушание и не сбитую молодецкую спесь. Потому неплохо пользовался своим положением. Обычно Джисон после заданий дожидался начальника, развалившись в кресле, поедая сладкие батончики и исследуя в телефоне соцсети. В которых был настоящей звездой. Как иначе, когда ты красавчик, да ещё и талантливейший герой своего времени? Сын родителей, бывших когда-то обычными войнами под командованием вышестоящего капитана и погибших на одном из заданий, он вырвался в свет пылающей ярким огнём звездой. Совсем юный, но повидавший на своем веку беды, которые не смогли его сломить, а наоборот вырастили из него безжалостного захватчика. От поклонников отбоя не было, и Хану это немало льстило. – Как дела у нашего героя? – по-доброму спрашивал у него командующий. Джисон тогда, как положено, вставал и вытягивался по струнке. Ему давали команду отвечать, и новости всегда были хорошими. Хан Джисон никогда не подводил. Но не в этот раз. – Как дела у нашего героя? – привычные слова, только интонация чуть радостней. И звенящая в ответ тишина. Джисон даже не встал с кресла. Только посмотрел на капитана исподлобья. А хотел доброжелательно. Не получилось. Капитан выглядел так же как несколько лет назад, когда Джисон видел его в последний раз. Один бог ведал, сколько этому существу исполнилось веков, потому он конечно же носил седину и морщины на щеках. На дне глаз, что всеми силами старались быть добрыми, ютилась свернутая гадюкой ледяная сталь. Она же прижалась к горлам минимум половины народов галактики. Многим пустила кровь. Такому же множеству уже снесла головы. Его боялись. Но Джисон – никогда. Раньше, еще будучи прежним, благоговел и восхвалял. Сейчас – ненавидел и хотел убить. Впервые в жизни он собирался разочаровать этого деспота и планировал делать это дальше, пока не добьётся желаемого. Благо его дерзость приняли за накатившую депрессию по случаю провала миссии. – Главное, что ты жив, мальчик мой. Прошло много времени. Мы все скучали по тебе. Что произошло? – по-отечески заботливо проговорил он, присаживаясь за свой стол и цепляя взглядом разбито закушенную губу Джисона. И одновременно уверенно сложенные домиком пальцы. Произошедшее его потрепало, но не добило, Джисон держался. Джисон чувствовал, как его сканируют на вшивость. Капитаном он был столько же, сколько отсутствовал. Его с легкостью могли объявить предателем, если найдут доказательства. Потому нужно всеми силами постараться себя не выдать. – Как только мы прилетели, Зира дала нам ответный бой. Они даже слышать не хотели о повиновении и не ведали страха. Мы дали им бой без потерь. Но потом, когда вопрос о порабощении уже был решен, они достали свой козырь и выпустили армию диких теней волков. А затем обстреляли наши корабли из бронебойного оружия. Мне одному удалось уйти живым, но корабль был слишком сильно повреждён, потому я сделал посадку наугад. И оказался в "Мёртвой зоне". Кто ярче горит, быстрее других сгорает. Тот, кто сейчас сидел перед капитаном – лишь пепел догоревшей звезды. Джисон знал, что он думает именно об этом. Он осторожно выглядывал из пепла возрождающимся фениксом. Чтобы после выполнения задуманного снова развеяться по ветру. – Зиро в итоге поработили и жестоко наказали за то, что сделали с вами. Твои товарищи похоронены и награждены посмертно. Твое же приключение было долгим. И тяжёлым. Ты еще слишком молод, капитан, но уже обзавелся почётной сединой. Тебе явно было нелегко все эти годы. Почётной. Как же. Джисон едва успел задушить язвительные слова, рвавшиеся из глотки. – Кто нынешний герой? Джонхо? – интересуется Джисон, чтобы немного разбавить атмосферу. Хотя он Джонхо терпеть не мог. Раньше. Сейчас может и плевать. Джисон часто задумывался об их с Джонхо взаимной неприязни и не стал ли именно он причиной его падения. Но если так, то Джисон хотел бы поблагодарить его за это. – Джонхо на длительном задании. Уже давно. Весточки посылает, но когда вернётся не известно. Место главного героя пока свободно. Не хочешь занять пьедестал снова? Все поймут, если захочешь взять перерыв. – Всё придётся начинать с начала. Объезжать новый корабль, обучать команду. Джисон сделал паузу. – Но я обязан. В моё отсутвие космическая преступность распустилась. По пути домой, мы столкнулись с захватчиками. Нужно отыскать их логово, выявить расы и подавить зачатки восстания. Командующий щурится, размышляя над его словами. – Даже представить не мог, что кто-то из пиратов посмеет напасть на "Фьюорит". Они либо слишком самоуверенны, либо действительно сильны. Искоренить их – кропотливая работа. Придется действовать не только как войн, но и стать шпионом. Вливаться во вражеские ряды, собирать данные. И при этом ни разу не проколоться, чтобы не пошли слухи, и пиратская организация не зарылась в яму еще глубже. Командующий был прав во всем, кроме момента, что единственный космический пират сейчас сидит перед ним. – Я готов к этой работе, – сказал Джисон уверенно. Командующий не стал размышлять долго. Раз уж Джисон сделал такой выбор, на то его воля. – Тогда поступай, как посчитаешь нужным. Я доверяю тебе. Мы подготовим твой новый корабль и объявим о наборе в команду. Дальше всё в твоих руках. Джисон благодарно склонил голову и вышел прочь из пугающего кабинета. Полного мёртвых воспоминаний. Состоящих из погибшего него самого.

***

Вернувшись к себе домой, Джисон словно захлопнул за собой решётку камеры вместо двери. Несмотря на длительное отсутствие, он не заметил ни одной пылинки на столе или в воздухе – система "Умный дом" качественно всё очищала. Ничего не измениоось. Даже складочки на колыхающейся от ветра зановеске не появилось. Будто он только вчера открыл это окно из-за невыносимой духоты, которая на самом деле жгла его изнутри. Не в Зире и её неожиданной атаке было дело. Джисон ещё до этого сдал позиции и строил планы побега. Джисону после обитания в Sandd собственная квартира кажется голой, несмотря на полный арсенал удобных примочек для комфортной жизни. Так было у всех в Аквамарине. Никакой индивидуальности. Ничего родного. Остановившись у порога с сумкой в руках, Хан Джисон вздрагивает – это пиликнул на тумбочке его старый телефон, до модели которого землянам шагать бы еще лет двести, но Земля столько не проживет. Это Аркен нарассказывал товарищам, что Джисон вернулся домой, и ему начали активно написывать. Скоро от желающих поговорить отбоя не будет. Джисон не мог поверить, что все же решился вернуться к этому дерьму, а не задушился собственными руками. Мысли гнетут. Джисон решает окатить лицо холодной водой, чтобы немного прийти в себя. Закрывая глаза он видит момент столкновения разряда с кораблём. Открывая, видит отражение в зеркале. Разбитое. С синяками под глазами. И с въевшимся в волосы пеплом седины. Получится ли у него хотя бы что-то? Где ему найти ребят, которые захотят освобождать галактику, а не захватывать её? Логичнее было бы действовать в одиночку, но Джисон уже не в том возрасте двадцати, когда океан кажется по колено. Он и так наверняка вызывает у старика подозрения. Возможно, он провалится и его просто расстреляют. Всё будет зря. Джисон не может уснуть. Раз за разом смотрит под закрытыми веками на улыбку Лино, который хотел поговорить с ним в последний раз. Но так и не смог. Джисон тянется к сумке, достаёт из неё дневник. С нежностью перелистывает страницы. Незаконченная запись про Чонина. Оставленное место для истории Сынмина. Блестевшее между страницами серебряное кольцо. И вновь на глазах слезы. Он всё же хотел надеяться на чудо. Те, кто летел на корабле, погибли. Но были ли в нём все ребята из Sandd? Хорошо, если нет. Тогда кто-то остался на Земле. К кому он сможет приползти на коленях просить прощения за свои ошибки. Джисон был обязан при возможности побывать дома, чтобы лично проверить. Главное, не опоздать. Его век длится сколько угодно. Век человека – короток. Свергать Аквамарин придётся, давясь слезами от ещё не зажитых ран.

***

Той ночью на Аквамарин приземлился чёрный, словно поглощающий даже саму черноту ночи, корабль. Имя ему было "Агат". Его владелец лёгким шагом двинулся прямиком к командующему. Он знал, что этот житель Аквамарина дошёл до того уровня совершенствования, что мог не погружаться в сон месяцами. И ожидаемо застал его всё там же, в кабинете, за перебиранием отчётов. Покрытых невидимыми пятнами крови тысяч цивилизаций. Капитан отрывается от них, услышав звук открывшейся автоматически двери. И неожиданно для себя видит Джонхо. Вспомнишь его, вот и оно. Джонхо всегда был таким. Внешне за время отсутствия тоже не изменился. Худой, высокий, с зачесанными назад длинными чёрными волосами, маской, закрывающей половину лица и блестевшими над ней хитрыми огоньками глаз. Говорили, что у Джонхо под маской скрываются шрамы. Сам же он шутил, что хочет убивать предателей не красотой лица, а кулаками. Джонхо отвесил капитану реверанс и радостно сообщил не полностью радостную весть. – Задание по исследованию токсически активных земель выполнено. Отряд умер в агонии. Второй капитан за день, который "остался сиротой". Но у Джонхо хотя бы корабль не пострадал, уже не так страшно. – Я отправлю заявку на набор нового. – обещает Джонхо капитан, но тот останавливает его, подняв ладонь. – Я лучше перейду под командование. Задание не прошло для меня бесследно. Джонхо достаёт из-за пазухи конверт, запечатанный воском с печатью больничного отсека и передаёт его хмурядемуся капитану. – Лёгкие повреждены. Боюсь, не протяну долго, но хотел бы до конца оставаться при службе. Капитан пробегается по строчкам. И второй раз за день повторяет слова "Кто ярче горит, быстрее сгорает". Джонхо правда осталось недолго. Внимательные глаза замечают на его горле шрам. Кроме лёгких ему сильно досталось. Его задача, как командующего, выполнить просьбу в благодарность за верную службу. Только загвоздка всё же была. – Ты захочешь убить меня. Но что насчёт вступить в отряд капитана Хана? Джонхо передёргивает от звука имени. – Я хочу вас убить, – честно отзывается он. – Хан сделает всё, чтобы ускорить мою кончину, загоняет до смерти. – Но кроме него никого достойного вас нет. Возможно вам наконец удастся наладить отношения? Джисон вернулся только сегодня. Кто знает, вдруг вы оба стали совсем другими? Джонхо задумчиво складывает руки на груди. Он злится на капитана. – Чем собирается заниматься капитан Хан, раз уж вернулся? – Уничтожать пиратов. Я бы хотел лично попросить тебя проследить за тем, чтобы так оно и было. По лицу Джонхо было видно, что ответ его устраивает. Его назначили шпионить за Хан Джисоном, о большем он и мечтать не мог.

***

Утро спустя два дня с начала набора кандидатов в отряд Хана Джисона. Джонхо, как и все, стоял на полигоне одетый в простую форму кофейного цвета по стойке смирно и ожидал явления капитана народу. Его отличительной чертой от других ребят было только то, что маску он так и не снял. Ну, и ещё то, что вокруг него были одни недотëпы. Некоторые из них узнали в новичке Джонхо и перешептывались. – Вмазать Джисону пришёл в честь прилёта. – похихикал кто-то. Джонхо поймал на себе взгляд восхищенных глаз и знаки "класс" большими пальцами. Да. Джисоном восхищались. Но некоторые не дотягивающре до его уровня сквернословили из-за зависти. Зачем только приперлись наниматься к нему в отряд? Поглумиться? Ну, в общем-то, Джонхо пришел за тем же. Но вот оставят ли кого-то из них в итоге, большой вопрос. Джисон появился сразу после слов обидчика. Мгновенно повисла шокированная тишина. Хан Джисон шёл привычной твёрдой походкой, но это все, что осталось от него прошлого. Аура его была словно овеяна опасной чернотой, а на лице поселилось хмурое выражение. Но главное, волосы, ставшие снежно-белыми. И виной этому явно не свеженькое окрашивание от стилиста. С таким Джисоном новеньким совсем не хотелось шутить, а уж тем более попасться на оскорблениях в его сторону. Убьёт. Джисон останавливается напротив шеренги. В руках у него досье на каждого. Добровольцев собралось порядочно. Но еще не факт, что среди этих собравшихся поглазеть дохликов наберётся отряд. Придётся помучиться, чтобы отсеять лишних. – Решил сменить имидж? – звучит из шеренги. Джисон стреляет глазами в сторону говорившего. Щурится, шуршит бумагами. Неожиданно... Джонхо??? Вспомнили этого придурка и он тут же появился. Да ещё и в его отряде. Что за удивительное совпадение? Нужно будет расспросить командующего, как так вышло. Выглядело подозрительно. – Подумать только, как низко ты пал, – бросил в ответ Джисон. – Это взаимно. – тон Джонхо самодовольный и грубый. Между ним и Джисоном забили в землю невидимые, но ощутимые окружающими молнии. Но Джисон быстро утратил к Джонхо интерес, приступив к делу. – Пока больше никто не решил нарушить порядок и начать говорить без спроса, перейдем к первому тесту. Физическая активность – важная часть нашей работы. Все слабаки сразу отметаются. Вы уж постарайтесь. – Есть, командир! – взревела в ответ армия и ровным строем зашагала с площадки к стадиону. Проходя мимо Джисона, Джонхо показал ему средний палец. Хан не остался в долгу. Да, Джисон уже успел углядеть в отчете что-то там про лёгкие. И убедиться, что Джонхо всё такой же мерзкий тип, каким он его помнил. Сразу отпало желание как-то его благодарить за возможную подставу. Именно поэтому первое задание – бег. Выбросить его из отряда сразу. Другой парень, проходя мимо Джисона, нарочно двигался слишком близко и бросил на него неодназначный взгляд. Когда Джисон с возмущением его поймал, добавил к нему самодовольную улыбку. Хану она не понравилась. Его перекорежило. У тебя нет шансов остаться, чувак. Ещё и пяти минут испытаний не прошло, а претенденты на "гасить первыми" определились. Суть задания была в том, что Джисон сам скажет, когда испытуемые должны остановиться. До этого момента им предстоит бегать. Хоть до заката, если он того пожелает. Джисон присел на высохшую от солнца траву и стал наблюдать, делая пометки. Один из ребят спустя несколько кругов стал сильно отставать. Минус балл. Тот "наглый" каждый круг оказываясь рядом с Джисоном, старался установить с ним зрительный контакт и продолжал дарить ему свои улыбочки. Минус балл и ему. Джихо вёл себя спокойно, не провоцировал и, несмотря на больные лёгкие, держался хорошо. Но Джисон отнял от него единицу за то, что он ему просто не нравился. Остальные в целом справлялись неплохо. Только спустя час начали отваливаться первые слабаки. Спустя три отсеялась половина. Ещё два оставили от отряда четверть. На удивление, ни Джонхо, ни тот странный тип, который Джисону не понравился, ни продолжавший отставать от всех парень, не выбыли. Перевалило за полдень. Жара была жуткая. Джисон решил, что на первый раз хватит и перенёс результаты анализа сил участников на зависшее над полем электронное табло. Оставшихся было сорок человек. Сообщив об этом, Джисону предстояло внимательней изучить досье каждого. И начать нужно было с нижних, "единиц", которые были под сомнением. Если с Джонхо Джисону было всё понятно, то остальные двое – интересны. Он отпустил отряд и принялся за чтение. Первый – Марк Рэй. Даже на фото всё что видел Джисон – его улыбку. От которой его воротило. Родился и вырос на планете Тигон, переехал и вступил в войска Аквамарина по собственному желанию. Может, ищет мести за своих родных, которых подмяла под себя система. Ну, Хан Джисон его точно заинтересовал и явно не просто из восхищения. Мерзкий тип. Поймает его в темном углу, так отдубасит, что мало не покажется. И конечно же исключит из претендентов попадания в отряд. Второй – Джон Сильв. Происхождение – Домбэй. Его разрушенные остатки присоединились к Аквамарину в качестве колонии. Они могли свободно жить на этих землях, но воспринимались местными обитателями как низшие существа и пушечное мясо, которое пустят в расход первым. Странно было видеть его в рядах добровольной армии. Да ещё и... Глаза Джисона округлились. Сильная травма ноги. Сегодняшний бег наверняка отнял у парня несколько лет жизни, которые он мог бы провести на не совсем здоровых, но своих двух. На душе Джисона повис камень. Думалось о Сынмине. Хотелось плакать. Наверняка Джон сейчас расстроен. После рассмотра дел "Единичники" обычно покидали ряды претендентов. Джисон же решил его пока оставить. Наверняка у парня найдётся подходящая для его нового отряда черта. Смелость – точно была. На его памяти Домбэй не рвался в ступать в отряды. Джисон решил наведаться к будущим космическим солдатам на поздний обед. Он хотел перехватить Джона перед тем, как он отправится в барак, в который претендентов в отряд потом заселят.

***

Стоило испытанию закончиться, Джон, сильно хромая, направился вслед за всеми уходящими. Его мечтой было уже не пройти испытания, а ненадолго присесть и передохнуть. Но он знал, что должен появиться в столовой, чтобы получить обед. Отдельно его кормить никто не будет. Он едва дохромал до битком набитого людьми корпуса. Здесь был и их отряд начинающих и уже получившие синюю, официальную форму, солдаты, посмеивающиеся над оживленной молодежью. Добравшись до отделения раздачи и кое-как расставив на подносе посуду, Джон похромал к свободному столику. В глазах плыло, и он очень старался устоять, однако, когда он в очередной раз пошатнулся, стакан слетел с подноса и вдребезги разбился. В зале загоготали и зааплодировали. Джон покраснел от кончиков ушей до пят и принялся с досадой собирать осколки. – Ну что, получил свою единицу? – послышалось издевательское. Джон бросил тяжелый взгляд на кучку ребят, которые сегодня бегали вместе с ним под палящим солнцем. Им, в отличии от него, это не стоило огромных усилий. Но, кроме этого, между ним и ими была разница еще и в другом. Они были теми еще ублюдками. Увидев, что Джон никак не отреагировал, какой-то парень, явно один из заводил безобразия, поднялся и навис над ним горой. – Проваливал бы ты отсюда. Домбэю здесь никто не рад, тебя никогда не примут, – сказал он самодовольно, в полном смысле этого слова смотря на Джона сверху вниз. Тот всё так же не вёлся на провокации, продолжая собирать осколки. – Э! Я не понял! Ты нарываешься?! Я сказал, пошел вон отсюда! – взвился обидчик сильнее. Видно, что не перешел на избиение только потому что это будет уже наказуемым нарушением правил. Но ничего не мешало ему дождаться выхода из столовой и превратить Джона в отбивную где-нибудь в темноте переходов между корпусами. Однако, пока он боялся действовать, лишь раскидываясь оскорблениями, кое-кто другой устал смотреть на этот цирк. Спокойно встал из-за стола, поднял поднос парня, который накинулся на Джона, и перевернул его содержимое владельцу на голову. Зал второй раз залили аплодисменты и смех. Джон дособирал осколки и поднял глаза на того, кто осмелился на такой дурной поступок. Марк смотрел на его обидчика со сталью в глазах и ядовитой улыбкой. Ему понравилось, как нахохлившийся петух его стараниями в один момент превратился в мокрую курицу и растерял боевой пыл. – Еще раз увижу, что он или кто-то из вас его донимает, окажетесь пропавшими безвести, – обещает Марк. И вдруг видит, что в глазах задиры появляется страх. Вот только смотрит он не на него, а за его спину. Да и смех в зале затих, словно ветер перед бурей. Марк оборачивается. И видит капитана Хана Джисона, все так же, с копиями их дел в руках. Явно заставшего произошедший скандал. Марка пробирает морозом. Кажется, сейчас он вылетит. Джисон машет виновнику безобразия скрыться из глаз. Тот, весь измазанный и покрасневший с позором вылетает из столовой. Джисон шуршит бумагами, находя информацию о нем, сминает в комок и бросает на пол. – Если кто-то из вас разделяет мысли того, кто только что вылетел, может уйти сейчас, чтобы мы не тратили время. Все в команде должны понимать друг друга, а не устраивать травлю. Никто не двинулся с места, но Джисон правильно выявил виноватые взгляды, спрятавшиеся в тарелки с едой, и сделал для себя пометки. Следующее задание – и эти придурки вылетят. Издевательства над Джоном он пристрелит на корню. Что касается самого Джона – Джисон обернулся к нему и улыбнулся уголками губ. – Покидаешь зону "единичников". Покажешь мне, в чем ты силен. Джон не мог поверить своим ушам. Он встал, хотя ему и было очень больно, и низко поклонился. – Благодарю, капитан Хан. – Вольно, – Джисон улыбнулся шире. Но только для Джона. Дальше его ждал другой разговор, в котором не до улыбок. – Джонхо! Ты уволен! – крикнул Джисон в толпу. – Но ты меня еще даже не нанял! А первую "единицу" покрывает мой прежний статус капитана!Ты прекрасно знаешь, что у меня есть нужные навыки для этой работы! – отчеканил Джонхо. Он сидел без подноса, но с начинающими, потому что должен был по правилам держаться со всеми вместе. Кажется, даже успел завести себе друзей – двух верзил, у которых явно мускулы вместо мозгов, невзрачного парня, прячущего от Джисона глаза и еще одного, с яркими голубыми волосами. Последний слишком сильно притягивал взгляд еще при беге на полигоне. Видимо, дело в цвете. – Язык у тебя... – горестно вздохнул Джисон. – Твой статус капитана покрывает только первую "единицу". Навыки – это не все, что нужно для моей команды. Получишь вторую единицу и вылетишь. А ты наверняка получишь. Джонхо закатил глаза. Джисон больше не хотел тратить на него время. Да, поблажка в единицу у него была, но считай, что не было. Джисон специально назначил ему первую сразу, чтобы избавиться от него как можно скорее. Настала очередь вытянувшегося по струнке Марка. Только что он действовал импульсивно, что в военной дисциплине не приветствуется, да еще и на глазах у будущего капитана. Джисон окинул его взглядом с головы до пят. Марк ему откровенно не нравился. Но то, что он заступился за Джона выделяло его среди остальных. Возможно, его поведение можно перетерпеть, главное, чтобы душа у него была чистая. – Тоже больше не "единичник". За высокие моральные качества, – проговорил Джисон. И, развернувшись, зашагал прочь из столовой. Напряжение спало. Столовая привычно загудела, обсуждая переполох. Такие же капитаны, как и Джисон, подняли стаканы в его честь. Знакомые ему и нет. С искренними улыбками и усмешками. Не все воспринимали его всерьез после провала миссии, и это нормально. Будь Джисон прежним и оступись так кто другой, он бы еще и оскорблениями этому неудачнику вслед сыпал. Искусственно поднятых плеч такое отношение не опустило, ему после смерти Лино и ребят на такие мелочи плевать. Марк же переглянулся с Джоном. И рванул за Джисоном следом. Шум остался за пределами столовой. Услышав за собой звук торопливых шагов, Джисон уже заранее понял, кому они принадлежат. Он раздраженно обернулся, со всей силы вмазал преследователю по лицу и, схватив за грудки, припер его к стенке. – Мы кажется не поняли друг друга? Знай свое место, придурок, – зашипел на него Джисон. Нахал в виде Марка не возражает. Несмотря на боль, улыбается своей дурацкой улыбкой. И Джисон вдруг понимает, почему так цепляется к ней. Лино ему так улыбался. Знакомый блеск сводит его с ума. Пальцы невольно разжимаются. В глазах щиплет от подступающих слез. – Ты не пройдёшь всех испытаний. Скатишься, – обещает Джисон Марку и уходит как можно быстрее. Понижать баллы за его поведение он Марку не будет. И вообще не будет, если тот от него отстанет.

***

Марк от произошедшего в обиде не остался. Проводил Джисона взглядом, стер кровь с губы. И не стал больше рисковать. Пока что. Марк возвращается в столовую к еде, к которой еще не успел притронуться. Под общие ошеомленные взгляды на его расквашенную губу, переставляет поднос за столик к Джону. Тот при виде его ранения поднимает бровь. Марк же поднимает глаза в потолок, беззвучно прося у бога терпения. – Я тяну нашу команду вниз. Знал, что так будет, – комментирует Джон то, из-за чего скандал вообще начался. – Да ладно, все пучком. Хан же тебя оставил. Разглядел в тебе куда больше, чем в тех утырках. Да и скорее всего не будет больше оценивать тебя физически. – В тебе, тоже разглядел? – Джон указывает на свою щеку, намекая на рану Марка. Марк коснулся болящего места, поморщился. И улыбнулся. – Это пустяки. Я достоин гораздо большей порки, раз заставил проходить Хана через все это. Нужно было быть к нему внимательней. Марк молчит какое-то время, наблюдая, как редеют ряды в столовой. Капитаны собирают под крылья свои маленькие отряды и отправляются на задания. Мир захватывать. Скоро и они полетят, только драться с пиратами. Которых на самом деле не существует. – Нужно побыстрее смыться с Аквамарина и прекратить этот цирк, Лино, – Говорит "Джон" тихо, чтобы никто из оставшихся в зале не услышал. – Хан так грустно на тебя смотрит. Видит знакомые черты, несмотря на маскировку. Ему больно. – Ты прав, Сынмин. Постараемся, – кивает Лино с грустной улыбкой. Он всей душой понимал Джисона, хотел обнять его и сказать, что все хорошо. Сегодняшний порыв приблизиться не увенчался успехом, а только испортил между ними отношения. Честно говоря, просто потому, что Лино не вытерпел. Поскорее бы он смог сдернуть эту чертову маску. Но сейчас им нельзя было вызывать ни малейших подозрений. За Джисоном внимательно следили.