Твои удары

«Олег Волков, также известный как боец UFC и многократный чемпион в сфере смешанных единоборств, обладатель премий «Knockout of the Night» и «Fight of the Night» пропал без вести. Очевидцы утверждают, что перед своей пропажей спортсмен находился в неблагоприятном состоянии здоровья. Степень полученных травм остается неизвестной. Менеджеры обходятся дежурными фразами, однако волнению фанатов нет и предела. Слухи об окончании карьеры Волкова разлетаются с невыносимой скоростью. Подробности выясняются. Репортаж ведет Виктория Старосоцкая» – заключает женский голос по телевизору. Сергей Разумовский не глядя жмет на кнопку выключения. Годом ранее Рёв мотора неприметного внедорожника наконец утихает, погружая в ночную тишину леса. Двери гаража звучно захлопываются, эхо разлетается, будит заспанных животных. Лес снова оживает. Порог скрипит под тяжестью тела, скрипит противно, заставляя притопнуть по нему ногой со злости. Это не помогает. Свет в домишке не появляется даже спустя несколько часов. Предрассветный туман окутывает округу, и только тогда птичьи песни разбавляет звук сколящих по грязи шин. Волков наносит серию ударов, опрокидывая манекен. Отвратильный настрой и такой же отвратильный день. Предыдущий менеджер уволился пару дней назад, а нового приближенного пока еще не нашли. Режим, как бы смешно это ни звучало, самому Олегу поддерживать удается тяжко. Особенно учитывая интервью, светские мероприятия и прочую дребедень для знаменитостей. Он входит в их число, пора привыкнуть. Брюнет отправляет в полёт манекен на обратной стороне спортивного зала, нанеся прямой удар ногой, когда двери грубо распахиваются. Волков чувствует, как закипает. — Сергей Разумовский. Ваш новый менеджер. Терпеть не могу затяжные знакомства. Считайте, что был здесь всегда, – приятный бодрый голос заставляет спортсмена обернуться всем телом. И как, позвольте поинтересоваться, считать, что ты — рыжая бестия с неординарным стилем — был здесь всегда? Как минимум, предыдущие приближенные никогда не подходили так ответственно к вопросу своего внешнего вида. И никогда не носили леопард. Олег на ходу стягивает с себя боксерские перчатки и подходит ближе. Что-то в голове искрит, а в груди трепещет, когда черты лица менеджера становятся в его глазах четкими и ясными для распознавания. Вспоминаются годы, переведенные в стенах детского дома, теплые руки, блестящие на солнце голубые глаза и рыжие, почти что излучающие собственный свет, волосы. Волкову кажется, что каждый волосок на его теле встал дыбом. — Сережа? - что-то подсказывает, что внезапный трепет в голосе был лишним — Сергей. Несмотря на сказанное мной ранее, я все же привык соблюдать субординацию. Частичек пазлов критически не хватает. Забыл? Нет. Никогда и не помнил. Годы между детским домом и выходом в свет отзываются незатянувшейся раной в груди. Олег хотел бы забыть это так же легко. *** Он контролировал всё, что сказывалось бы на имидже и репутации. Сначала Волкову казалось это фанатичным бредом, однако позже выяснилось, что удобства в подобном раскладе событий куда больше. Завтрак по расписанию, содержащий все необходимые его организму витамины, удобный разброс тренировок в течение дня, подразумевающий также частичку свободного времени, которую можно убить скроллингом ленты твиттера. Кроме того, приглашения на мероприятия он отбирал самостоятельно, делил на важные и абсолютно бредовые, а затем уже объявлял, куда и в какое время следует заявиться. С настроенным графиком каждого дня рыжая макушка из прошлого посещала мысли всё реже. Он словно... Стал иллюзией, выдумкой одинокого детского мозга. А тот, что маячил рядом сейчас, являлся частью реальности, такой примитивной. Попытки сближения все тщетны. В этом, наверняка, и заключалась изюминка менеджера — в профессионализме. С Волковым он связан исключительно работой, и ничего не помешает ему эту работу выполнять качественно и скоординировано. *** Звенят бокалы игристого, давяще звучит нанятый оркестр, прожектора движатся туда-сюда, не давая возможности скрыться в тени хоть на секунду. Сегодняшний вечер обещает быть наискучнейшим вечером за всю спортивную карьеру Олега Волкова. Ну, по крайней мере, так кажется на первый взгляд. Его менеджер Сергей Разумовский безотрывно ведет переписку со спонсорами. Обычно подобные мероприятия красит один лишь его настрой. Сегодня он не в духе. Нет, кажется, такой он всегда. Просто сегодня куда менее сдержанный в высказываниях и действиях. — Слушай, – боец легонько пинает того в бок локтем, — Я здесь каждого присутствующего впервые вижу. Какого черта мы тут торчим? Менеджер окидывает Волкова беглым взглядом и возвращается к экрану, где обсуждения карьерного роста спортсмена гораздо важнее очередной лекции о важности присутствия знаменитости на светских мероприятиях. Олег лишь показушно — хотя, кто знает — хмурится. Рука его тянется к выпивке на подносе официанта. — Нам нужно дождаться твоей очереди. Интервью тебе не помешает, особенно после твоей выходки в четверг. До сих пор тебя покрываю, – Волков не помнит, когда они с Сережей перешли на «ты», но это не мешает ему ответить ухмылкой, скрытой за стеклянными стенками бокала Касаемо четверга... День то не предвещал ничего неладного, хороший такой денёк, солнечный, главное. Что удивительно, Питер же, как никак. Ну, а Олег... Запыхался слегка с этой рутиной бесконечной, перед вечерней тренировкой время нашел, в твиттер залез. А там молодежь сидит всякая, сленги свои использует. Волков и понабрался всякого, что теперь Разумовскому ему не только тренеров регулярно нанимать — не выдерживают — так еще и учителей — русский заново учить. Договорились же, что интервью всегда у бойца должны быть сдержанные, с нотками интриги, так, чтобы фанатам и журналистам было на какой почве разыграться. И, конечно, Сергей подразумевал не «рофельно мой бой прошел, противник правда кринжовый, в целом чиназес». С тех пор Олег ничего против выученных фраз, в зависимости от тех, кто интервью берет, не имеет. Может пофырчать недолго, но обычно молчком. Сейчас дело другое. Он привык ответственно подходить к каждой из своих тренировок, не жалеть сил, нервов и, главное, здоровья. Не всегда хорошо, но, в целом, достойно уважения. Всю эту дребедень с показушными костюмами, фальшивыми улыбками и полным лицемерия воздухом Олег терпеть не может. Даже его многомиллиардный бюджет не отучил в свободное от медийной жизни время носить однотонные майки и футболки. Иногда с волком. Потому что красиво. А интервью ведь прошло хорошо. Волков бы даже сказал, что отлично, но на лице менеджера всё то же удрученное выражение, что и в самом начале мероприятия. Хотелось бы влезть, почитать нравоучений о важности сна и правильного питания, в конце концов, приказать взять выходной. И всё это не будет иметь никакого смысла. На этом Серёже не сработают никакие рычаги давления. Он, словно скала, непробиваем. Действует на пульте управления в собственных руках, в заводских настройках с пробуждением отключает лишний набор эмоций, мешающий работе. *** — Я не понял, – повторяет Разумовский, держа телефон у уха, — О каком грин хаусе вообще речь идет? Господи... – он переводит взгляд на Олега, по ощущениям, вросшего в паркет, — Волков, предположения. Че за огородики под стеклом и какого черта нам туда надо? — А.. – брюнет чешет подбородок, — Теплицы что ли? Объяснять они умеют, конечно. У нас в партнерах французы? Я не знал, что знаменитости UFC рубают по выходным картоху. Разумовский кукожится так, словно сейчас чихнет, да так, что вся округа услышит. Но он... Смеется. Пусть коротко и тихо, однако Волков моментально выпадает из реальности. На минуту. Потом получает пинок в плечо и возвращает свое внимание к действительности. Сережа перед ним привычно строгий и такой же непробиваемый, как и всегда. — Нет, Олег, сегодня без картошки. Очередное интервью. Даже я от них устал. Угораздило же тебя так распиариться.