Dead Man's Party

      Ночь была холодной. Октябрь совсем не щадил в этом году, и свитер как-то не спасал от ветра. Бокуто старался одеться тепло, но удобно, чтобы ничего не могло помешать передвижению. Кто знает, с чем на самом деле им придётся столкнуться. Он рассудил так: Акааши не дал чёткого ответа по поводу Теней, а значит, что-то скрывал. Это была вынужденная догадка, которая не приносила никакого удовольствия, но здесь и сейчас Котаро нёс ответственность не только за свою жизнь. Руки тряслись ужасно. Бокуто решил, что от холода. И закурил. Обещание, данное себе пару недель назад, пришлось отодвинуть на неопределенный срок. Но вот сегодня точно бросит с концами.        Бокуто успел сделать пару затяжек, когда подъездная дверь хлопнула, и он услышал лёгкую поступь Куроо. У того всегда были такие шустрые и тихие шаги, словно он охотился за кем-то. Чёртов кошак.       — Волнуешься? — уточнил Куроо, сунув руки в карманы толстовки. Он тоже, кажется, одевался с умом: спортивные штаны, беговые кроссовки, толстовка, перчатки и шарфик (сто процентов от Кенмы).       — Малёх, — угрюмо ответил Котаро. Он сделал ещё одну затяжку и оставил сигарету в зубах, сунув окоченевшие пальцы в карманы брюк.       — Всё пройдёт гладко, бро.       — Да я не за себя, — промычал Бокуто, снова затянулся и выпустил дым через уголок рта. — Надеюсь, с Акааши ничего не станется.       — Ссыкуны редко страдают.       — Чел, следи за языком.       — Я только правду говорю. Он зассал, и ты это знаешь сам.       — Знаю.       Между ними повисла тишина. Его отношения с Акааши каждый раз были рискованной темой для разговора между Куроо и Бокуто. Но Тетсуро просто не знал Акааши так, как Котаро. Знал бы — не говорил бы таких вещей. Хотя и толика правды в них была, отрицать не имело смысла. Бокуто просто не хотел думать об этом. Он и так не спал последнюю пару ночей. Сегодня Бокуто выспится на всю жизнь вперед.       Он докурил ровно в тот момент, когда перед их носом затормозил серый микроавтобус. Бокуто скептически оглядел Куроо и выбросил окурок в мусорку.       — Ты серьёзно его позвал с собой?       — Ты знаешь ещё кого-то, кто сможет подвезти десяток-другой чуваков на своей тачке? Ну, не на своей, он её у матери взял, в свою-то он бы фиг кого пустил…       Бокуто закатил глаза, но открыл раздвижную дверь и запрыгнул в кузов, оставляя удовольствие общаться с водителем с пассажирского переднего для Куроо. Ойкава был его бывшим, в конце концов. Бокуто с ним хоть и тусовался порой, но исключительно в общей компании. Да и настроения как-то на разговоры не было, хотя Котаро точно слышал, что Тоору к нему обращался и пытался разговорить. Но Бокуто лишь изредка бросал односложные ответы и вполуха слушал их диалог, исключительно чтобы отвлечься от собственных не особо приятных мыслей. Удивительно, но под конец даже эти двое разговаривали тихо и как-то удручённо. Чёрт его знает, что Куроо ему успел рассказать про тот лес, но по их тревожному поведению Бокуто сделал вывод, что примерно всё.       Ехали до места они с час. Вечеринка должна была вот-вот начаться. Если его домыслы верны, эти Тени или кто-то другой устроят на детишек охоту. По крайней мере, так они вели себя с ним. Следили, поджидали удобный момент. Если они не сглупят и не спровоцируют их раньше времени, у них с Куроо будет время, чтобы разведать обстановку. Или они просто приедут посмотреть на горы трупов. Такой шанс исключать было нельзя.       Ойкава остановился ровно в том месте, куда вели указатели Бокуто. Он специально их обновил: снял совсем истлевшие красные ленточки, вместо них развесил белоснежные — от самого храма и по прямой к ближайшему выходу на трассу. На каждом дереве. К Акааши даже не заходил. Почему-то всё ещё было обидно и слишком беспокойно.       — Ну и кошмарно тут, конечно, — Ойкава высунулся из окна с водительского сидения и чуть слышно присвистнул. — Я как-то и не заметил, когда был тут в первый раз. Прямо-таки не соврал, Тетсу-кун.       — Когда я врал вообще? — Куроо облокотился о борт микроавтобуса и напоследок закурил.       — М-м, я бы составил список, но оставлю это развлечение твоему новому парню.       — Может, пойдём уже? — Бокуто не выдержал и вмешался в их диалог, нервно переминаясь с ноги на ногу.       — Бо, я понимаю, что у тебя всё чешется, но нужно действовать без нервяка.       — Да, Бо, успокойся, у великого и могучего Куроо всё как всегда под контролем, — Ойкава усмехнулся, накинул толстовку на плечи и вылез из машины.       — Куда это ты собрался? — Куроо пропустил мимо ушей очередной язвительный комментарий и втоптал недокуренный бычок в землю.       — С вами, конечно.       — Ты должен сидеть здесь, запускать людей в машину.       — Не переживай, я в первых рядах сюда прибегу, если увижу то, о чём ты говорил.       — Нет, Тоору, это слишком опасно, — категорично рубанул ладонью воздух Куроо.       — Я всего одним глазком взгляну. К тому же лишняя пара рук вам не помешает, если начнётся реальная заварушка.       — Если что-то и начнётся, никто не будет драться. Мы должны вывести людей из леса. Этого будет достаточно.       — Как часто ты выводил паникующую толпу по всратым коридорам? Ни разу? А я вот выводил. Целую ораву детишек, когда подрабатывал тренером. Так что заткнись, и пойдёмте уже.       Куроо что-то недовольно пробубнил, но настаивать больше не стал. В целом Ойкава был прав, помощь им явно не помешает. Если они не сумеют организовать спокойную эвакуацию, придётся кричать и указывать путь. Делать это втроём было куда удобнее.        — Пиздец, — прохрипел Куроо, только ступив в лес. Даже Бокуто ощущал особенно тяжёлую атмосферу. Трухлявые деревья и кустарники окутывал молочно-белый туман. Плотный, тяжёлый, влажный. От него становилось в разы холоднее.       — Такого вчера не было, — Бокуто попытался прикрыть рот и нос воротником свитера, но толку от этого было мало.       — И ты серьёзно каждую неделю сюда катаешься? — Ойкава держался за грудь, будто это могло хоть как-то помочь облегчить дыхание. — Ты или отчаянный горе-любовник, или больной на голову. А, погодите-ка, это всё про тебя!       — Я же сказал, тут не было так, — Бокуто не обиделся: Ойкава так вёл себя почти всегда.       Куроо хмыкнул, но вставлять свои комментарии не стал. Бокуто и без того был напряжён, как натянутая струна. Настолько отталкивающим лес и правда никогда не был. Синоптики хоть и обещали сильный дождь ночью, пока всё было спокойно. Холодно, правда, до одури. Стылый воздух забирался под одежду, затекал в лёгкие, сковывая грудь. Здесь всегда было непросто дышать, местный воздух словно не хотел усваиваться, холод же делал это почти непосильной задачей.       Свинцовое небо нависало над лесом, словно зацепившись за верхушки деревьев. Тяжёлые тучи давили морально и даже как будто физически. Все трое обеспокоенно переглянулись. И как, чёрт возьми, эти студентики собирались тут пить? Бывалым спортсменам здесь становилось плохо, а это ещё совсем юнцы, почти дети. Бокуто тряхнул головой и двинулся вперёд. Нужно было успокоиться и действовать согласно плану. Осечек быть не могло. Даже без Акааши они смогут спасти этих идиотов. Что бы их там ни ждало.       Путь до храма быстрым (насколько тут это возможно) шагом занимал около часа. Бокуто всё замерил. Бегом выйдет быстрее. Если не сдадут лёгкие. На этот случай у них были ингаляторы. Шансов на их эффективность было мало, но других вариантов не было вообще. Лишь бы только всё пошло по плану.       Вокруг полуразрушенного храма Дайшо со своими ребятами развесили гирлянды, наставили светильников-тыкв, которые по-честному смотрелись тут инородно, даже притащили искусственные скелеты. С ума сойти как постарался. Будет совсем не смешно, если это место станет его могилой.        Людей внутри оказалось не так уж много. Около двух десятков. Пока что. Музыка, благо, играла не слишком громко. Но студенты уже были явно подпитые и измотанные лесом. Легко поддадутся панике. Бокуто кивнул Куроо с Ойкавой и отошёл вглубь леса. За эти полгода он видел Тени всего пару раз. Однако и этого хватило, чтобы запомнить те ощущения, что они приносили с собой. Тот могильный холод, парализующий страх и тошноту. Пока что Бокуто не ощущал ничего из этого. Возможно, охота ещё не началась. Или, может, Котаро просто вновь ошибся.       Он бродил вокруг храма некоторое время. Вглядывался в деревья и туман, выискивал тёмные силуэты, но не видел ничего. Становилось совсем не по себе. Что-то очень сильно не так. Почему Тени не нападают? Акааши всё-таки сумел что-то сделать? И почему тогда так отчаянно отговаривал Бокуто от идеи спасти этих идиотов? Всего лишь испугался или было что-то ещё?       Бокуто уже направился к парням, когда из глубины леса вдруг донёсся низкий клокочущий рык. Странно. Что-то новое. Таких звуков он здесь никогда не слышал. Животных в этом лесу не было, даже мелких грызунов или насекомых, не говоря уже о ком-то покрупнее. Сердце Бокуто совершило кульбит и забилось, точно бешеное, а коготь на груди вдруг показался неожиданно горячим. Он застыл и весь обратился в слух. Рычание и хруст веток. Бокуто напряжённо всмотрелся в тёмную чащу, силясь разглядеть хоть что-то. Нужно увести людей, пока ещё есть время. Но сейчас толпа его не послушает, придётся дать им увидеть и услышать. Он рванул к переносному генератору и начал выдёргивать провода один за другим. Наконец музыка стихла, раздались недовольные голоса, и все стали озираться в поисках нарушителя их веселья. Существо было близко, Бокуто слышал треск уже совсем неподалеку. Он достал рацию и сообщил Куроо. Готовность номер один.       Оно показалось через минуту и тридцать семь секунд. Бокуто считал. Это единственное, что он мог сделать, чтобы не удариться в панику. Было холодно, но пот струился по его лбу, словно на улице стояло жаркое лето. Когда Бокуто наконец увидел очертания существа, туман вдруг рассеялся, а с неба начал накрапывать лёгкий дождь. В отдалении, где-то на грани видимости, показалось чёрное существо, и даже на таком расстоянии оно казалось огромным.  И оно стремительно двигалось в сторону храма. Сердце вдруг сдавило от страха и неясной печали. На глаза почему-то накатили слёзы, но Бокуто нужно было действовать. Он набрал воздуха в лёгкие и истошно закричал:       — Медведь! — к счастью, студенты тут же обратили на него свое внимание. Бокуто театрально вскинул руку в сторону зверя и поспешно выдавил из себя: — Там медведь! Надо делать ноги!       План был идеален и должен был сработать. Но не сработал. Раздался испуганный вскрик, но следом кто-то со смехом воскликнул:        — Да какие тут могут быть медведи? Это Дайшо в костюме!       — Такой убогий медведь только у него мог получиться, — подхватил другой голос. — Но двигается резво, красавчик!       Слова потонули в общем хохоте. Котаро запаниковал. Народ был уверен, что это всего лишь попытка их напугать. А зверь был уже совсем близко.       — Надо уносить ноги, — Куроо пробился сквозь толпу зевак и дёрнул Котаро за плечо.       — Займите позицию у ленточек, — Бокуто наконец отвёл взгляд от приближающейся фигуры монстра и потерянно глянул на Куроо.       — Какие, нахуй, ленточки? Ты с ума сошёл?       — Иди! Хотя бы пару человек, Куроо. Выведи всех, кого сможешь. Пожалуйста.       Бокуто не знал, что перещёлкнуло в мозгу у Тетсуро, но он послушался. Ухватил за рукав такого же сбитого с толку Ойкаву и рванул с ним к точке планируемой эвакуации. Бокуто должен был прикрывать их тылы, помочь отстающим. И он собирался это сделать.       Воздух вновь прорезало свирепое рычание, куда более громкое и агрессивное, смех оборвался, по толпе пошли обеспокоенные возгласы. Зверь приблизился достаточно близко, чтобы понять: это не человек в костюме. То, что к ним неслось, нельзя было сравнить ни с медведем, ни с волком. Настоящий монстр во плоти. Огромный, раза в два выше человека, чёрная лоснящаяся кожа без шерсти, под которой перекатывались мышцы, мощные нижние конечности и две пары когтистых лап, пасть, усыпанная несколькими рядами крупных острых зубов, выступающие костяные наросты по хребту, несколько рядов клыков и рога. Его пасть была раскрыта, а лапы разведены в стороны, словно он собирался рвать на куски любого, кто попадется под руку. Бокуто вновь попытался склонить толпу к осознанию: он стал пятиться, потянул кого-то за руку за собой, а следом зашевелились ещё пару человек. Наконец механизм пришёл в движение. Кто-то заорал и бросился в сторону Куроо, а следом и все остальные. Хорошо. Вся толпа наконец побежала из леса.       Кроме одного-единственного человека. В рукав свитера Бокуто острыми наманикюренными коготками вдруг вцепилась девушка. Почему она не побежала с остальными? Он уже собирался насильно увести её, пока у них было время, но она, глядя на него полными слёз глазами, заголосила:       — Дайшо! Там Дайшо! На кладбище! — он не знал её имени, только помнил, что она часто крутилась рядом с Дайшо в университете. Да и после видел их на совместных фотках. Девушка его что ли?       — Да блядь, — Бокуто на всякий случай оглянулся, ощущая паническую надежду увидеть это существо. Будто только так он мог обезопасить себя и остальных — просто видя его в своем поле зрения. Вот только у Зверя были свои планы. Под взглядом Котаро тот на секунду остановился и вдруг изменил траекторию движения. Отцепив руку девушки от своего свитера, он бросил: — Иди с остальными. Я за Дайшо.       Девушка в ответ что-то протараторила, но Бокуто уже не слушал, подталкивая её в сторону толпы, а сам то и дело оборачивался. Зверь скрылся за покосившимся зданием храма, и Бокуто рванул за ним, пока о черепную коробку бились лихорадочные мысли. Чёрт, да что делает это существо? Зачем ему делать такой круг? Неужели он пытался обойти их и напасть сбоку? Если так, то Куроо и все студенты были в опасности. Но что он мог сделать? Сообщить Тетсуро об этом? А если Бокуто ошибается? И из-за него начнется ещё большая паника? Нет, нужно было добежать до кладбища, забрать Дайшо и дальше действовать по ситуации. Слишком многие части их плана уже полетели коту под хвост.       Было что-то ироничное в том, что прежде это место казалось ему особенным. Романтичным даже. Сейчас же Бокуто хотелось блевануть от страха и сдающих нервов. Когда он добрался до стройного ряда могил, ужас сковал его конечности. На противоположной стороне кладбища, метрах в сорока, Зверь, припав к земле, неспешно подбирался к группе сбившихся в кучу и застывших на месте парней, среди которых торчала идиотская макушка идиотского Дайшо. Чудовищное создание было слишком близко. У них не оставалось и шанса, чтобы сбежать. Котаро это понимал, но ноги не двигались. Он должен был хотя бы попытаться.       — Никаких резких движений, — Бокуто старался говорить не слишком громко, чтобы не спровоцировать Зверя на атаку.        — Ч-чувак, помоги!       Парень с длинной чёрной чёлкой стал пятиться, не сводя взгляда с монстра перед собой. Но его попытка сбежать была обречена на провал. Неловко подавшись назад, он зацепился ногой за край плиты и упал, приложившись затылком о соседнюю могилу. Бокуто готов был поклясться, что услышал хруст черепа в мёртвой тишине леса. А затем утробный рык и рваное дыхание Зверя. В целом тот ничем не отличался от хищного животного: загнал жертву в угол, а как учуял кровь, оживился. Бокуто и сам невольно отступил на пару шагов, когда монстр, подобравшись, в мгновение рванул к несчастному пареньку, вцепился в его тело парой когтистых лап и потянулся к нему сочащейся слюной мордой.       Нужно было бежать ещё в тот момент. К чёрту этого Дайшо и его тупорылых друзей. Но было поздно. Как только монстр сомкнул челюсти на шее уже безвольного парня, остальные бросились в сторону Бокуто. Он часто задышал и готов был рвануть вместе с ними, но Зверь оказался быстрее. Видимо, того беднягу он решил добить, чтобы точно не сбежал, но это не помешало ему продолжить охоту. Первым ему под руку попался коротышка с рыжими волосами. Парень и двух шагов сделать не успел, когда когтистая лапа пронзила его туловище, исторгнув из тщедушного тела рваный хрип. А Бокуто мог лишь смотреть на это, не моргая. Чёртовы когти. Совсем как у того, кого здесь быть не должно. Совсем как тот, что висит у Бокуто на шее. Длинный и толстый. Тёмно-коричневый с чёрным кончиком. Не подточенным. Не медвежий и не росомахи. Котаро медлил. Он не знал, что ему делать с пришедшим осознанием. Оно давило, прижимая к земле и лишая воли. Бокуто наверняка ошибался. Этого не могло быть. Это бред.       Дайшо почти добежал до Котаро, когда его руку схватили со спины. Он в отчаянии протянул свободную к Бокуто, но тот не успел ничего предпринять: Сугуру потянули назад, обхватили другой парой лап и подняли над землёй. Котаро безмолвно смотрел, как Зверь вгрызся в плечо своей жертвы, а секунду спустя отбросил тело на землю. Без руки. Она осталась в лапах монстра. Котаро ощутил, как горячие капли чужой крови окропили его одежду и лицо, как желудок скрутило в рвотном позыве, а горло сжалось от ужаса, не давая вырваться крику, что бился в груди. Конечности тряслись и совершенно не слушались.        Он видел боковым зрением, как пара парней пробежали мимо него, даже не притормозив, чтобы помочь своим товарищам. А Зверь тем временем двигался к нему. Он шёл неспешно, но в каждом его шаге ощущались вес и сила. Даже если Бокуто побежит, шансов у него больше нет. Это было даже хуже, чем Тени. Физическое воплощение смерти.       Зверь остановился почти вплотную к нему, источая жар всем телом, склонил голову, принюхался. Коготь на груди мелко подрагивал и грел кожу под свитером так, будто его только достали из печи. Бокуто хотелось расплакаться. Это существо не могло быть им. Лучше бы оно просто сожрало его. Обглодало кости и не оставило ничего, что напоминало о Бокуто. Но нет, Зверь обнюхал его, зарычал и словно с трудом отвернулся. Котаро непроизвольно издал нечто похожее на всхлип. Глаза Зверя были такие холодные, сине-бирюзовые.       —Бо, где ты там, блядь?       Рация на поясе ожила, вынуждая монстра обернуться на шум. Бокуто вновь замер. Чёртов Куроо, как всегда вовремя. Вместо ответа, Котаро медленно нащупал кнопку выключения устройства. Он не мог рисковать, когда Зверь был так близко. Плохо было то, что Куроо теперь пойдет его искать.       Зверь разглядывал его ещё пару секунд, пока Дайшо не зашевелился. Судя по всему, перед этим он отключился из-за болевого шока. Ей богу, лучше бы не просыпался. Сугуру захрипел и застонал от боли, одновременно пытаясь отползти подальше от монстра. Это был шанс для Бокуто сбежать. Тем более Он его узнал. Но чёртова совесть не позволяла повернуться спиной к Дайшо, который снова потерял сознание. Несмотря на все обиды и колючие слова за годы их знакомства. Он выжил. И Бокуто ещё мог что-то сделать. Зверь сделал шаг к Дайшо, когда Котаро наконец сумел заставить голосовые связки работать.       — Акааши, — голос был громким, но звучал хрипло. Бокуто отчётливо ощущал, как высыхают на коже капли крови Дайшо. — Пожалуйста, остановись.       Зверь в ответ утробно прорычал, явно недовольный просьбой Бокуто. Он сделал ещё один шаг вперёд. Котаро шмыгнул носом и стёр с глаз выступившие слёзы.       — Акааши, умоляю, — Бокуто робко подошёл ближе. Зверь… Акааши его понимал, слышал, реагировал. Он мог остановить его. — Ты уже убил двоих. Разве этого недостаточно?       Бокуто слишком тянул. Он понимал, что тратит время напрасно. Куроо наверняка уже бежал сюда со всех ног. И его Акааши явно не пожалеет.       — Акааши, пойдём домой. Прошу тебя. Оставь его. Это же Дайшо, он явно не вкусный.       Котаро попытался рассмеяться, но его голос звучал всё тише и спустя пару секунд вовсе стих. Зверь вновь зарычал и теперь навис над Дайшо, явно собираясь оторвать ему голову.       Подходить к нему было иррационально, даже совершенно глупо. Но Бокуто просто не мог иначе. Он безотчётно рванул вперёд и ухватился за одну из лап Зверя в попытке остановить его. В следующую секунду он ощутил острую боль и опаляющий жар в груди. В лёгких что-то забулькало, мешая сделать полноценный вдох. Бокуто отшатнулся, но ноги ослабели и найти опору не смогли. Всё почему-то казалось таким замедленным, когда он начал заваливаться назад. Он видел макушки почерневших деревьев, чувствовал расползающуюся влагу на груди и животе и слышал стук капель дождя.        Но с землей он так и не столкнулся, его поймали знакомые холодные руки. Перед его лицом возник Акааши. С затянутыми пеленой слёз глазами и кровью на губах. Его милый, богоподобный Акааши. Он мягко опустил его на землю, не выпуская из рук. Кейджи что-то говорил, кричал, трогал его за лицо и шею, но Бокуто было слишком сложно сконцентрироваться. Он всё ещё не мог сделать вдох. С трудом глянув на свою грудь, Бокуто наконец понял, в чём дело.       — Бо? — голос Куроо неприятно разрезал вакуум в голове Котаро, вынуждая того, точно вынырнув из глубоких вод, закашляться. Влажно и неприятно. — Что ты с ним сделал, мать твою?       — Я… я не… — Акааши, кажется, и сам был в шоке, лишь держал ладони поверх открытой раны на груди Бокуто.       — В больницу. Немедленно, — обеспокоенное лицо Куроо наконец появилось в поле видимости Котаро, и он невольно улыбнулся. Бедный Куроо. Надо было ему ответить.       — Бро, — Бокуто наконец сумел прохрипеть, вяло протянув к другу руку. Тетсуро почти моментально ухватился за его ладонь. — Прости.       — Всё будет хорошо, щас увезём тебя в больничку. Ты только не болтай, ладно? — Куроо ободряюще сжал его ладонь и, кажется, обратился к Акааши. — Поднимай его, блядь.       — Не… Надо, — Бокуто закашлялся, ощущая влагу на языке и губах. Он положил свободную руку поверх ладоней Акааши и нащупал свое кольцо. Где-то глубоко в сердце вновь разлились теплота и любовь.       — Не болтай, я сказал, — Куроо, очевидно, тоже терял самообладание, потому что Бокуто явно чувствовал, как рука друга дрожит.       — Акааши, — Котаро боролся с головокружением как мог, но эти дурацкие точки перед глазами раздражали сильнее всего. — А…кааши.       — Он прав. Уже поздно, — Кейджи выхватил ладонь Бокуто из хватки Куроо и чуть приподнял парня с земли, прижимая его теперь к своей обнажённой груди. Котаро было так холодно. Но Акааши пах так приятно. Травами и мокрой землёй. И самую малость сиренью.        — Нихуя не поздно. Отойди.       — Он даже до больницы не доедет! — Бокуто слышал и ощущал, как тряслась грудная клетка Акааши от силы его голоса. Кейджи почти рычал, оберегая Котаро.       — Если ты не отпустишь его, то так и будет! — в голосе Куроо звучала неподдельная паника.       — Не хочу, — Котаро ткнулся носом в шею Акааши, напоследок вдыхая сквозь хлюпающие звуки в лёгких чужой аромат. Он не хотел отпускать Кейджи. Не хотел умирать где-то вдалеке от него, в чужой машине, в окружении людей, которые были ему безразличны. Он вообще умирать не хотел.       — Бокуто-сан, мне так жаль. Так жаль, — чужие холодные руки зарылись в его волосы, ещё крепче прижимая к себе. Акааши, очевидно, плакал, и голос его дрожал, изредка сменяясь животным рыком.       — Хорошо. Всё хорошо, — в глазах всё плыло, слёзы жгли щеки, а лёгкие горели огнём. Бокуто ощущал, как катастрофически сильно ему не хватало кислорода. Он всё втягивал в себя ледяной воздух, но будто впустую. Какая неимоверная глупость — умереть вот так. — Люблю. Тебя.       — И я тебя, — губы Акааши были влажные от чужой крови, но Бокуто уже было всё равно. Его собственные были не чище. — Больше всего на свете, Котаро.       — Отпусти, блядь, его!       — Тетсу, не надо!       Словно бы издалека Бокуто слышал голоса Куроо и Ойкавы. Слышал, но реагировать больше не мог. Тело не слушалось. Воздух не задерживался в лёгких, в глазах плясали белые пятна, размазывая заплаканное лицо Акааши. Он ощущал лишь аромат сирени и мокрой земли. И больше ничего.