Pflicht oder Liebe

      Жизнь Мастера шла своим чередом. Он только закончил медицинский университет в Москве с отличием и выходил от туда с громкими аплодисментами в спину. А под руку с ним выходила она, гордая женщина Маргарита. Чувства свалились на них, как снег в мае. И они бережно хранили их под ледяным куполом, не давая погибнуть. Они мечтали о совместном будущем, строили планы. В воздухе пахло розами и нежностью. Но это оказалась лишь обманка. Суровая, жестокая обманка. Воздух пропитался железным привкусом крови. Война, которая должна была захватить лишь кусочек земли, казалось, захватила весь мир. Все мечты рухнули, как стекло из оконной рамы, разбитое тяжёлым молотком Гитлера.       Его, только закончившего учёбу студента, перекинули на фронт в одну из самых горячих точек - Смоленск. По прибытии чистый живой ужас сковал все эмоции, кажется, на всю его жизнь. Нет, ему было не страшно ползти под дождём из пуль, спасая раненных. Было страшно смотреть на сами ранения. Одному солдату миной оторвало ногу. Второму осколком буквально вырезало глаз. Третьему всадили пулю в голову, которая чудом не вынесла ему мозг. Четвёртый выбрался из плена, но над ним знатно поработали фашисты, почти перерезав горло. Не было времени осмыслить ситуацию и копаться в мыслях, нужно было действовать в эту же секунду. Мастер каждый день трогал чей-то сосуд, наполненный жизнью, и не смел своей оплошностью разбить его. Времени не было даже на то, чтобы банально поспать, что уж говорить о письмах. Он не написал Марго ни единой строки, а она это делала регулярно. Мастер никак не успевал ответить.       Её, как и его, отправили на фронт, только в точку намного спокойнее. Почему-то всё советское руководство закрыло глаза на образование медика, поставив её связисткой. Он не смел их винить. В том краю необходима была другая специальность рабочих рук. Но так было даже лучше, он был за неё искренне рад. Это было намного безопаснее. А Марго училась быстро и у неё всегда горели глаза на подобного рода вещи и именно поэтому Мастер часто не понимал, почему она пошла в медицину. Но его вопрос она всегда игнорировала и загадочно улыбалась, а добиться ответа возможность так и не представилась. Да и в будущем она наврятли будет.       С каждым днём город всё больше превращался в руины, немцы несчадно бомбили сверху даже больницы. Отступать пришлось в попыхах, забирая как можно больше медицинской провизии. Идти Мастеру было некуда, как и солдатам. Витебск так же подвергался атакам и никто не исключал возможность того, что их окружат. Они остановились в близлежащей деревне и держали оборону отсюда, совершаю набеги в остатки былых великолепий строений. Раненых становилось всё больше, медикаментов не хватало. Миша готов был выть от собственного бессилия. В его когда-то написанном и опубликованном для широкой публики строчках у главного героя, Пилата, был хотя-бы какой-то выбор, он мог попытаться протянуть руку Иешуа, хоть и надежды прокуратора были бессмысленны и не привели к результату. У Мастера выбора не было. Он хотел стать свободным, как птица, но не мог. Он был заперт, как животное в клетке, а рядом стоящие над ним потешались. Свободой здесь и не пахло.       Если бы Миша пару дней назад узнал, что случится далее, он бы радовался своему положению. Впитывал в себя всю яркость картин, какими бы они серыми не были. Время истекло мелкими писчинками, оставив после себя пустоту и людей, охваченных паникой.