Пора на танцы

      Двери в большой актовый зал, где обычно проходили все важные мероприятия школы, были закрыты, но Топаз была уверена, что он не пустовал. Когда она вместе с Авантюрином и Веритасом подошла ближе, то смогла услышать, как оттуда доносился тихий гитарный перелив и ещё тише чьё-то знакомое пение. Скорее всего, это была Робин — девушка из параллельного класса, которая была известна своим ангельским голосом и выступала на множестве концертах; у неё как раз должна была быть репетиция в это время.       Приоткрыв одну тяжёлую дверь, Топаз заглянула внутрь.       Прямо у входа на стуле сидел парень, перебирающий гитарные струны. В нём Топаз тоже узнала одноклассника из параллели, Бутхилла. Грубый и невоспитанный хулиган, который постоянно нарывался на проблемы как с другими учениками, так и с учителями. Хуже всего у него были отношения с господином Освальдо Шнайдером, который как раз преподавал экономику в их школе. Бутхиллу не повезло, что именно он оказался его учителем. Никто точно не знал, в чём именно была причина, но Шнайдер будто с самого первого урока не взлюбил «трудного» ученика, а тот охотно отвечал ему взаимностью.       Раньше Бутхилл часто дерзил и хамил окружающим, ввязывался в драки по поводу и без, но в последнее время он стал более покладистым, как с интересом заметила госпожа Яшма. Но разве может человек начать вот так резко меняться без причины? Возможно, он попал под чьё-то не дурное влияние?..       Стоит ли говорить об этом, если изменения действительно были на лицо. Например, Бутхилл совсем перестал ругаться, используя вместо брани что-то типа «милашки», «милый», «омилеть» и тому подобных слов. Разумеется, его злобный оскал и грозный громкий голос прекрасно давали понять, что именно имел в виду хулиган под своими странными выражениями. Но ведь его речь в самом деле стала звучать гораздо лучше, чем раньше!       Пока парень не заметил её, Топаз перевела взгляд в глубь зала. На сцене оказалась Робин, как и ожидалось. Девушка легким шагом расхаживала туда-сюда, будто плыла, и что-то напевала себе под нос, опустив руку с микрофоном. Она выглядела очень сосредоточенно. Должно быть, повторяла слова песни, которую разучивала для фестиваля.       Когда из-за двери выглянул Авантюрин, уместив свой подбородок поверх макушки Топаз, дверь скрипнула, привлекая к себе внимание. Бутхилл наконец оторвался от гитары и вперился в парочку острым взглядом. Он нахмурился и с явным недовольством оскалил острые зубы.       — Вы чё тут забыли? — рыкнул он. — А ну сдристнули отсюда! Кыш, кыш!       Как ни странно, но со всеми, у кого по экономике балл был выше среднего, Бутхилл был на ножах. Хотя ни Топаз, ни Авантюрин лично ничего плохого ему не сделали и к Освальдо формально никакого отношения не имели, Бутхилл почему-то и их считал своими врагами. Престранная ситуация, конечно, но не то чтобы кого-то это волновало. Не то чтобы им часто приходилось пересекаться в принципе.       Топаз надулась и огрызнулась так же шёпотом:       — Сам сдристни! Мы по делу пришли.       Бутхилл стал выглядеть ещё мрачнее. Отложив гитару на соседний стул, он поднялся на ноги и навис над Авантюрином и Топаз, накрыв их своей большой тенью. Он уставился на собеседницу сверху вниз, но Топаз даже бровью не повела, совсем не испугавшись, и задрала подбородок, уставившись на него в ответ. А вот Авантюрин напрягся и даже взволнованно оглянулся на Рацио, который стоял у стены позади них и с незаинтересованным видом изучал доску почёта, на которой, разумеется, красовалась и его фотография.       Рядом с фотографией госпожи Жуань Мэй, между прочим — Топаз пришлось уболтать Март 7, которая как раз занималась и фотографиями, и самой доской, чтобы она повесила изображения этих двоих рядом.       — Слушай сюда, милашка, — Бутхилл прищурился. — У Робин сейчас важная репетиция, и никто из вас, пушистиков, не смеет её отвлекать. Я понятно объясняю? — он выпрямился и сложил руки на широкой груди, позволяя чёрной кожаной куртке обтянуть его крепкие мышцы. — Так что валите отсюда. Ей не до вас.       Топаз его слова совсем не понравились. Кто ему вообще разрешал решать за Робин? Робин, в отличие от этого нахала, добрая и отзывчивая и наверняка бы смогла найти минутку для них! Тем более что им всего-то нужно только спросить…       Ощерившись, девушка ткнула в сторону Бутхилла наманикюренным пальцем и грозно, но всё ещё стараясь не повышать голос, начала:       — Значит слушай меня сюда… — но Авантюрин неожиданно зажал её рот своей ладонью, затыкая, и потянул её за собой обратно в коридор.       — Да ладно, будет вам, — он улыбнулся, примирительно помахав свободной рукой. — Друг, может, тогда ты сможешь нам помочь? Чтобы нам не пришлось отвлекать Робин, — предложил Авантюрин, глядя на Бутхилла.       Бутхилл, кажется, задумался на миг. Он мельком оглянулся на расхаживающую по сцене Робин, которая всё ещё не заметила короткой перепалки одноклассников, затем снова посмотрел на Авантюрина и пассивно-агрессивно сопящую Топаз, и вздохнул. Похоже, другого выбора у него сейчас не было.       Почти вытолкнув Авантюрина из дверного прохода, Бутхилл вышел к ним в коридор и прикрыл за собой дверь, стараясь не хлопать. Вновь сложив руки на груди, он сердито оглядел троицу, пока его взгляд наконец не упал на Топаз. При виде её недовольного лица он самодовольно фыркнул.       — Ну и? Чё хотели?       Понимая, что Топаз, оскорблённая поведением Бутхилла, могла наговорить лишнего, Авантюрин решил взять разговор в свои руки.       — Мы хотели узнать, с кем Робин идёт на фестиваль, — он сделал паузу и окинул ухмыльнувшегося парня внимательным взглядом: — …Но, по всей видимости, её спутником будешь именно ты.       — Ну уж явно не её придурок-братец, — Бутхилл издевательски хмыкнул. — Вам-то какое дело до этого?       Топаз покачала головой и покосилась в сторону Веритаса:       — Кое-кто не знает, как позвать девушку вместе пойти на танцы, — тот сразу же отвернулся. Бутхилл в недоумении приподнял брови, бросив взгляд на Рацио. Он действительно искренне удивился услышанному. То есть мистер умник, который всех вокруг себя считает идиотами, стесняется заговорить с понравившейся ему девочкой? Вот так новости!       — Хе! — Бутхилл усмехнулся и лукаво прищурился. — Ну и кто же удостоился чести стать спутницей господина всезнайки?       — Жуань Мэй, — тут же ответила Топаз. Теперь, когда это имя стало известно Келусу и Стелле, которые дружили с главными сплетниками их школы, тайна Веритаса, скорее всего, уже стала всеобщим достоянием. Значит, скрывать его тоже смысла больше нет.       Бутхилл возвёл глаза к потолку, явно пытаясь вспомнить, кто такая Жуань Мэй и знаком ли он с ней. Авантюрин кашлянул, прочищая горло, и как бы невзначай постучал ногтем по стеклу доски почёта, прямо поверх нужной фотографии. До парня наконец дошло. Он присвистнул.       — А у тебя губа не дура, — Бутхилл посмотрел на Веритаса, но тот продолжал демонстративно стоять к ним спиной, совсем не желая принимать участие в беседе, которую, между прочим, затеяли как раз из-за него. — И что, совсем нет идей, как к ней подступиться? Ума много, а смекалки не хватает?       Рацио оглянулся на него из-за плеча и огрызнулся:       — Может, тогда проведёшь нам мастер-класс, гуру пикапа? Как такая девушка, как Робин, вообще согласилась спутаться с таким, как ты? По всей видимости, её сердоболие не знает границ.       Из горла Бутхилла вырвался лающий смех: кажется, он даже не разозлился.       — Ладно-ладно! — он широко ухмыльнулся, обнажив зубы. — Слушай, в том, чтобы впечатлить девушку, нет ничего сложного. Ты просто должен быть самим собой — показуху никто не любит. Будь уверен в себе, забудь про стеснение. Если она увидит, что ты настроен серьёзно, то даже не подумает отказать тебе!       Авантюрин хихикнул и прильнул к Топаз, прошептав ей на ухо:       — Сомневаюсь, что Робин могла купиться на Бутхилла, который был «самим собой».       Но острый слух Бутхилла уловил насмешку. Он фыркнул, засунув руки в карманы, и возмутился:       — Много вы понимаете! Робин, в отличие от вас, милашек, готова принять меня таким, какой я есть!       — Но ты же всё равно начал меняться из-за Робин? — Топаз с недоумением изогнула бровь.       Бутхилл насупился и буркнул:       — Это потому что я хочу стать ещё лучше для неё, ясно?       Авантюрин улыбнулся, заметив, что они смутили одноклассника своими намёками. Он хотел сказать что-нибудь ещё, но неожиданно дверь актового зала распахнулась, и на пороге появилась Робин; она выглядела взволнованно. Когда её взгляд упал на Бутхилла, лицо девушки смягчилось и она тихонько выдохнула.       — Ты ушёл, ничего не сказал даже. Я тебя потеряла, — потом она посмотрела на ребят и приветливо помахала им рукой: — Привет! Давно не видела вас. Что-нибудь случилось?       Удивительно, но Робин всегда удавалось находить общий язык со всеми. Кто бы ни оказался её собеседником, она легко располагала этого человека к себе. Даже Веритасу как-то удалось лично испытать на себе чудодейственную силу слова юной добродушной певицы. И хотя к таким людям, как Робин, он относился со скептицизмом, как ни странно, беседа с ней оставила у него приятное впечатление.       — Привет! — Топаз широко улыбнулась и тоже помахала в ответ. — Всё в порядке, не переживай. Мы не хотели тебя отвлекать. Нам просто стало интересно, с кем ты идёшь на фестиваль, но твой… — она покосилась на Бутхилла и неуверенно договорила: — …друг уже рассказал нам, что вы идёте вместе.       — Ах, вот оно что? — Робин кивнула, подходя ближе к Бутхиллу. Она с нежностью взяла его за руку, и тот заметно покраснел, отводя взгляд в сторону. — Да, я предложила Бутхиллу пойти вместе на фестиваль. А ещё он будет играть на гитаре во время моего выступления на сцене! Правда здорово?       Троица переглянулась. Так выходит, это Робин позвала Бутхилла, а не наоборот? Забавно. Действительно, забавно! Кто бы мог подумать, что девушке удастся так легко «приручить» кого-то вроде Бутхилла? Видимо, сила её слова была очень весома, раз ей удалось воздействовать даже на самого задиристого парня в школе.       Заметив, как на лицах Топаз и Авантюрина растянулись хитрые противные улыбочки, Бутхилл недовольно скуксился. Он притянул Робин ближе к себе и рявкнул:       — Вы закончили? Теперь валите! Нам некогда! — и потянул изумлённую Робин обратно в актовый зал. Та только и успела, что оглянуться на одноклассников из-за плеча и улыбнуться им на прощание, прощебетав:       — Увидимся на фестивале! — прежде чем дверь за парочкой окончательно закрылась.

***

      Чуть позднее, шагая дальше по школьному коридору, Авантюрин, Топаз и Веритас обсуждали полученную информацию. Вернее, в обсуждении участвовали только Авантюрин и Топаз, а Веритас просто шёл рядом с ними, изредка фыркая или хмыкая на их комментарии. Отношения Робин и Бутхилла его не особо волновали, но в данной ситуации у него не было выбора, кроме как быть немым свидетелем чужих сплетен.       — Никогда бы не подумал, что Робин могут нравиться такие парни, как этот грубиян, — рассуждал Авантюрин. — Как и наоборот. Разве парням типа Бутхилла не должны нравиться развязные девчонки?       — Не-а, — Топаз покачала головой. — Хорошая девочка и плохой мальчик — это очень популярный троп в поп-культуре. Так что их связь вполне объяснима.       Веритас хмыкнул. Как ни странно, но он был с этим согласен.       — Да? — Авантюрин задумчиво помычал. — Но они всё равно выглядят так, словно из разных вселенных. Как Робин вообще удалось приструнить его? — тут на лице парня расцвела подозрительная ухмылка, и он лукаво прищурился, глядя вперёд. — Ну то есть я могу предположить, как ей это удалось, но… Ай! — он схватился за голову и поморщился, когда Топаз вдруг отвесила ему подзатыльник с недовольным видом.       — Мал ты ещё, чтобы о таких вещах думать, извращенец.       Авантюрин обиженно надулся и сложил руки на груди.       — Кто бы говорил, подруга! Не ты ли не так давно рассуждала, для чего госпоже Яшме плётка, которую она прячет в учительской, и откуда у господина Алмаза те царапины на… Ай! — Топаз снова одарила его подзатыльником, грозно прикрикнув:       — А ну молчать! Я тебе по секрету это рассказала вообще-то. Не обязательно орать об этом на всю школу.       — А ты перестань бить меня!       А пока эти двое как обычно ввязались в перепалку, Веритас ушёл вперёд быстрым шагом, надеясь, что парочка от него отстанет и этот фарс наконец прекратится. Хотя даже ему было бы глупо отрицать, что затея Топаз и Авантюрина оказалась не такой уж и бесполезной. По крайней мере, им удалось узнать, что госпожа Жуань Мэй очень любит сладкое. Может, стоит преподнести ей парочку лунных пряников?..       Веритас серьёзно задумался.