Мираж

Ветер разносил пыль по заброшенной и безлюдной дороге. Толстый слой истлевших листьев неравномерно покрывал потрескавшийся асфальт. По нему было видно, что здесь давно никто не ездит. Уже несколько лет эти земли пустовали, существуя в виде километров выжженной, почти безжизненной и пропитанной радиацией земли. Погнутые кроны засохших деревьев были немыми свидетелями ядерной катастрофы, случившейся здесь в недалёком прошлом. Неожиданно привычную тишину нарушил гул мотора. По правому краю заброшенной дороги ехал военный УАЗ. Это была машина взвода химиков-разведчиков сержанта Корнева, более известного по позывному Корень. Сам он находился спереди на пассажирском кресле. Рулил УАЗом тучный и молчаливый Лёха. Сзади сидел старший химик Кашин, которого все называли просто по фамилии. Он был опытным бойцом, часто бывавшим в опасной зоне. Не доезжая до развилки, УАЗ остановился. Все трое вышли из машины. Этот участок дороги был одним из немногих безопасных мест, где не фиксировали высокие дозы радиации. Лёха отошёл чуть в сторону от машины и, достав из пачки последнюю сигарету, закурил. Корень разложил на капоте карту, а Кашин принялся готовить к работе дозиметр. Через плечо он перекинул сумку с противогазом, а также ПХР, ящичек с колбами для определения опасных веществ. Наконец, надев на голову телефоны и подключив их к прибору, он подошёл к командиру. - Итак, - начал сержант, - За холмом, к юго-востоку от нас, есть нежилая деревня Борисовка. Её чудом не снесло ударной волной, спасибо рельефу местности. В деревне осталось несколько крепких строений в хорошем состоянии. Командование желает развернуть в одном из них пост наблюдения, чтобы контролировать скачки радиации около дороги. Но это получится сделать, только если там будет безопасно. Пока Корень обозначал задачу, Кашин перерисовывал с карты в маленький блокнот схему маршрута, ориентиры и отмечал контрольные точки, где нужно будет делать замеры. Всего их было четырнадцать. - Твоя задача, - говорил Корень, - Обогнуть холм по старой пешей тропе, выйти к деревне, разведать там обстановку и вернуться к нам, - сержант прервался, мельком глянул на часы, после чего продолжил, - На всё у тебя около часа. Связь держим по рации. Есть вопросы? - Никак нет, - уверенно ответил Кашин, для которого подобного рода задачи были обыденностью, - Приступаю. Он отправился в путь, держа впереди себя штангу с измерительным пультом. Сержант и водитель остались ждать его возле машины. Через семь минут химик вышел на связь: - Корень, приём, я Кашин, - доложил он, находясь около четвёртой точки, - Три прошёл, без происшествий. Уровень излучения повышен в пределах нормы. - Принял, приём, продолжай разведку. Ещё через семь минут Кашин добрался до восьмой контрольной точки, которая находилась почти у края деревни. Тут в головных телефонах послышался треск, а стрелка на экране дозиметра резво поползла вправо. - Корень, приём, я на восьмой точке. Кажется, есть загрязнение. - Кашин, приём. Попробуй искать обход. Видимых источников загрязнения нет? - Приём, не наблюдаю, - вдруг голос химика резко изменился, - Но... там в деревне... люди! - Повтори? - удивлённо переспросил Корень. Деревня была давно покинутой, и даже если бы какой-то самосёл и осмелился вернуться сюда, он бы долго не протянул. Ни почва, ни вода здесь совсем непригодны для использования. - Там люди... - послышался в рации обеспокоенный голос Кашина в перемешку с помехами, после чего связь прервалась. Попытки связаться с ним снова не увенчались успехом. - Лёха, у нас нештатная ситуация! - крикнул сержант сидящему в кабине водителю, - Бегом за мной! - скомандовал он, переведя свой АК в боевое положение.