Сила убеждения

В салуне, куда компания завалилась смочить горло, было на удивление людно, но Артур не возражал. Наоборот, чем больше кругом сновали и шумели, тем проще было затеряться и, как итог, не нарваться на ненужные знакомства. Во всяком случае, так было всегда, до этого самого вечера, когда, изрядно уже налакавшийся, он был застигнут врасплох — какая-то очень весёлая девица уверенной походкой подошла к их столу и просто… ну, плюхнулась на его колени. — Э-э… Здрасьте? — галантно икнув, поприветствовал её Артур. Девчонка хихикнула, поправляя платье на груди. Ну, как сказать, поправляя… Скорее уж было похоже на то, что она делает всё возможное, лишь бы та вываливались по меньшей мере наполовину. — Привет, детка, — протянула она. — У меня есть просьба… задача для настоящего мужчины. Рядом хихикнул Хавьер, да ещё с таким видом, будто сдержался, чтобы вдовесок не съязвить как-нибудь… Надёжный он тип, конечно, в таких делах, ничего не скажешь. — О чём речь? — теряясь в догадках, спросил Артур. Незнакомка подалась вбок, к нему, так, что их лица оказались на каком-то уж совсем смехотворном расстоянии друг от друга. — Мне, кажется, что-то попало в глаз… — томно промурчала она. — Не мог бы ты проверить, м-м, сладкий? …И вот в этот самый момент до Артура наконец-то дошло! Зря он девушку посчитал легкомысленной, зря вообще умудрился почувствовать себя неловко, ведь проблема, ею описанная, была ему хорошо понятна. Вот только он не садился по этому поводу на колени к незнакомым мужикам — разве что к одному, очень хорошо знакомому… — Да, давай, — простодушно отозвался он. — Эти грёбаные мошки влетают куда попало. Он вознамерился уже выручать девушкин глаз, но та вдруг довольно прытко вскочила с его колен, зыркнула в недоумении и, перед тем как направиться обратно к стойке, махнула на него рукой. Буквально. — Всё ясно, ещё один чудик… — Простите? — Артур почесал щетину, уставившись вслед гордо удаляющейся пышной фигуре. — М-да… Ну и придурок же ты, амиго, — с немного неловким на сей раз смешком выразил своё честное мнение Хавьер и, поднявшись из-за стола, направился следом за незнакомкой. Тем временем Майка бессовестно пьяно заржал, уронив голову на плечо Биллу, который, кажется, единственный к разыгравшейся сцене остался равнодушным. — Откуда в салуне мошки? — не понял он. — Что-то испортилось? Кто-то помер? И только в этот момент, всё таким же оторопевшим взглядом окидывая салун, Артур понял, что кое-кого с ними уже нет. — А где Чарльз? — К лестнице пошёл, на второй этаж, — Майка усмехнулся, косясь на Моргана блестящими, как начищенные ножи, холодными глазами. — Странно, что ты не заметил, пастушок. «Нет, сукин ты сын, — подумал Артур раздражённо. — Странно, что ты замечаешь вещи, которые тебя не касаются.» На втором этаже Артур наугад толкнул плечом двухстворчатую дверь, ведущую на балкон. Там он и застал Чарльза, что стоял один, облокотившись о балюстраду и глядя в пасмурное тяжёлое небо — не вниз, на снующих у крыльца людей. — Эй, — неловко окликнул его Артур. — Ты чего ушёл? — Захотелось, — как-то слишком уж холодно отозвался Чарльз. Даже не обернулся. И если до этого момента бренди ещё туманил рассудок старшего мужчины, теперь этот тёплый дурман разгоняла тревога — неужто Смита задело что-то?.. Неловко подобравшись ближе, Артур взялся за сильное твёрдое плечо. — А в комнату тебе не хочется случайно? Я заплатил. Пойдём, поговорим там. Его встревоженный взгляд встретил мрачный и отрешённый, но Чарльз, к счастью, всё же присоединился к нему по пути к двери. Стоило ей закрыться за ними, появилась возможность поговорить наконец обо всём… наболевшем, что ли?.. Артур в упор не соображал, что же он умудрился такое выкинуть — расстроившее в большинстве случаев невозмутимого Чарльза аж до такой степени. Какую-нибудь идиотскую шутку? Память, тварь такая, как назло предпочла крепко спать после выпивки. — Странно, что ты пошёл за мной, Артур, — Чарльз нарушил тишину первым, прислонившись к стене и сложив на груди мускулистые руки. — Мог бы и дальше веселиться. Вот тут уже до Артура дошло! Да так, что он крякнул от недоумения, да и вообще — от абсурдности ситуации. — Ревнуешь, что ли? — предположил он весело и удивлённо. Поверить в такое было непросто: чтобы Чарльз, да к какой-то незнакомой взбалмошной девчонке… Но потяжелевший взгляд карих глаз всё-таки заставил… поверить, как бы абсурдна ни была правда. — Что?.. — пока Артур охреневал, всё так же холодно, даже ещё холоднее, чем прежде, переспросил Чарльз. — С чего бы? Я тебе доверяю. — Я знаю, — немного придя в себя, Морган присел на застеленную кровать. — Но всё же ревнуешь. Зачем? — он похлопал себя по колену. — Иди-ка сюда. Приятно видеть, как строгий взгляд делается растерянным, смягчаясь как-то и даже теплея. Ещё приятнее, впрочем, сцапать подошедшего поближе Чарльза за пояс, ненадолго уткнувшись лицом ему в живот. Артур глупо усмехнулся, почувствовав пальцы Смита в своих волосах. Всё-таки кое-кто совсем не так сильно сердился… как изображал. — Это дерьмовая идея, Артур. Ты же знаешь, что я тяжёлый. — Ерунда, — отмахнувшись, Артур практически подтащил Чарльза к себе на колени, усаживая лицом к лицу — идеально, прям в точности как он хотел. Смешливое, озорное нетерпение побуждало его действовать поспешно, а потому он начал расстёгивать рубашку Смита сразу же, как только тот очутился у него на коленях. — Ну на что бы я променял это, ты мне скажи? — ухмыльнулся, распахивая её, чтобы тут же продольно, влажно лизнуть между упругими грудными мышцами. Чарльз сладко вздрогнул всем своим большим телом — грудь у него была пиздец какая чувствительная, уж Артуру ли об этом не знать… Лаская крепкую талию, он прихватил губами сосок, твёрдый, остренький, и обвёл языком, одобрительно хмыкнув в ответ на то, как Чарльз всхлипнул. Совсем, видать, сдался. И хорошо. Он ведь должен знать, должен помнить о том, как он много значит. — Ладно ещё — мне тебя ревновать, — продолжил ласково, хриплым голосом увещевать Артур. — Такого горячего, — беспорядочно целуя шею и грудь Чарльза, он чувствовал дрожь его пальцев в своих волосах. — Красивого… — стоило Чарльзу приняться расстёгивать уже его рубашку, Артур послушно подставился. Движения Чарльза были нетерпеливы, даже резки — не совсем типично для него, но Моргана это более чем устраивало. — Такого… тебя. Чуть подавшись вперёд, Артур поцеловал Чарльза в губы, дразняще легко и быстро, но сам застонал, когда тот запустил свои тёплые руки под полы его расстёгнутой рубашки, оглаживая спину и бока. Они всегда были жадными друг до друга, ну а прямо сейчас не существовало никаких границ, никаких преград между ними, и даже обычная моргановская робость перед всем из себя идеальным Смитом попросту таяла… Растворялась в жгучей, неукротимой смеси самых разных чувств, от умиления до рвения доказывать, утверждать. Долго так не могло продолжаться. Дорвавшиеся друг до друга, они упали на кровать: Чарльз сверху и запыхавшийся Артур под ним. Раздели друг друга наспех, как если бы кто-то стерёг их и торопил за дверью. — Хорошо ты на мне сидел, — усмехнулся Артур. — Давай теперь на лицо. Чарльз нахмурился, смешно, симпатично краснея. — Нет, — сказал как отрезал. — Я не хочу как-нибудь случайно тебе навредить. Тебе точно будет неудобно. — Нет, Чарльз, не будет, — настоял Артур, играясь с прядью его длинных чёрных волос. — Ну… пожалуйста? Ещё пара «пожалуйста» и настойчивых заверений в том, что всё будет отлично, сработали — Артур не мог сам поверить в свою удачу, когда Чарльз, поджав губы, сдержанно кивнул. Молодец — тот, кто разместил на полу напротив кровати это уродливое, громоздкое, пыльное зеркало. Благодаря ему Артур был одарён охрененной возможностью: нализывая нежную, трогательно поджимающуюся от каждого прикосновения языка дырку Чарльза, искоса любоваться его мощной спиной, плечами, сияющими от пота, и тем, как на них ложатся волнами волосы. Даже выражением его лица — растерянно хмурым, взволнованным, как будто сдавленных стонов для счастья ему было мало… Чарльз хорошо удерживал вес на согнутых ногах, не давил нисколько. Это Артура не совсем устраивало — слишком уж сильно хотел он, чтобы любовник слегка ослабил самоконтроль и позволил себе просто наслаждаться. Артур схитрил ради этого — продолжая нализывать Чарльзу, провёл большими пальцами по его щиколоткам, заставил слегка поёрзать. Чарльз Смит, этот бесстрашный сильный парень, боялся щекотки, и Артур, решив долго не церемониться с ним, точно так же, подушечками пальцев, провёл по стопам. — Блядь, — прошипел Чарльз, невольно вжимаясь задницей ему в лицо, и схватил за запястья, но Артур их высвободил, чтобы, уверенно сцапав упругие булки, развести их и примирительно сунуть поглубже язык. Чарльз не просто застонал — глухо заскулил, и Морган готов был поклясться, что сразу несколько капель смазки с члена любовника в этот момент упали ему на живот. Его собственный член, пульсирующий, напряжённый и мокрый как чёрт знает что, тоже не обделили вниманием — дрожащие, но сильные и тёплые пальцы обхватили его, жадно лаская, вверх-вниз, заставляя от нетерпения толкаться бёдрами навстречу. Это было прям-таки идеально — кончить так, орудуя языком в сладкой тугой чарльзовой дырке, ему в ладонь, чувствуя, как Чарльз сжался вокруг его языка, когда кончил следом. — Ты весь липкий, — заметил охрипшим голосом Смит, ложась рядом с ним, раскрасневшимся и счастливым, грязным — весь живот в сперме: самого Чарльза и собственной. — Я приведу тебя в порядок. — Минутку, — Артур уткнулся носом в солоноватое от пота плечо, туда же целуя. И робко полюбопытствовал: — Я всё исправил? — Да нечего было, — Чарльз поцеловал его в голову, и, пускай в этот момент Артур не мог видеть его лица, улыбку прочувствовать вышло — в голосе, будто бы даже в дыхании. — Но, скажем так, ты умеешь быть убедительным. Хмыкнув под нос, Артур, всё ещё малость растерянный, поднял взгляд. И вправду улыбка — да ещё какая… — Постой, у тебя, кажется, что-то в глазу, — ласково пробурчал он и, не дожидаясь ответа, чмокнул Чарльза в веко. — А, нет, извини, — усмехнулся он. — Показалось.