Не встречайтесь с вашими кумирами

— Микаса! — возмущению Эрена не было предела. — Почему ты не сказала, что твой дядя — тот самый L из «No Name»? — зеленые глаза парня аж искрились. — А это так важно? — ответила девушка, что-то записывая в свою записную книжку. — Разумеется! Это же самая лучшая группа на свете, а L — самый лучший вокалист. Микаса осталась не впечатленной. Она не интересовалась карьерой дяди. Знала только, что тот зачинал с кавер-группы, которая потом стала выпускать свои песни. Время от времени он заезжал в гости, но ничего звездного в нем как не было, так и нет. Всего лишь маленький ворчливый и чрезмерно чистоплотный зануда, таким ей представлялся Леви. Для Эрена же он, точнее L, кумир и пример для подражания. Его плейлист состоит из песен «No Name», стены его спальни увешаны постерами, книжные полки забиты мерчом и дисками группы. Ради этого пришлось вынести из комнаты семейные фотографии, из-за чего Зик, смертельно обиделся. Эрен лишь фыркал на старшего брата, считая, что тот ничего не понимает, хотя старше на десять лет. Парень даже сделал прическу как у любимого певца. — Микаса! Микаса, ты меня слушаешь? — он даже не думал понижать голос. — я говорю, что «No Name» с каждой новой песней бьют рекорды. Это не какая-нибудь продюсерская пустышка, они настоящие. Без понтов и закидонов, присущих другим знаменитостям. И музыка у них тоже настоящая. Жизненная. Их песни находят отклик в душе. Можешь представить, всего бы этого не было, если бы их однажды не услышали в каком-то захудалом баре? Можешь? Речь Эрена не прекращалась. Своей жизненной целью он видел привлечение как можно большего числа людей к числу фанатов «No Name». Как можно не любить эту группу? Их песни затрагивают проблемы дискриминации, бедности, политики, борьбы и свободы. Члены группы посвятили свои сердца музыке. — Угу, — кивнула Микаса, которая уже перестала слушать друга. Ей самой больше интересны андерграундные исполнители. В последнее время ее зацепили «Темные властелины» и их главный вокалист Поморник. Раньше он носил псевдоним Смертник, но из-за реакции мейнстримных обывателей сменил его, — кстати, ты слушал песню, которую я тебе отправила? — Это там, где мужик много орет и плачет? — Он не орет и плачет, это так и задумано, — ответила Микаса. — Четыре куплета и его крики в каждом. Под конец вообще провыл: «Помни меня каких-то жалких десять лет». Ты говорила, что все свои песни он посвящает одной девушке. В таком случае, мне ее жаль. Как можно слушать постоянное нытье про смерть? Лучше уж новую песню «No Name». Я ее тебе пришлю. — Песня вообще-то про любовь, — не согласилась Микаса, но поняла, что смысла спорить с Эреном нет. Иначе он не перестанет говорить о дядиной группе. Как раз вовремя к ним подошел Армин. — Эрен, Микаса, — он выглядел таким же воодушевленным, как и лучший друг. В руках у него уже изрядно смявшаяся листовка, — вы слышали? «No Name» будут давать концерт в нашем городе! Армин стал первым, кто подвергся агитации Эрена относительно музыкантов. Теперь оба парня не могли перестать визжать, а девушка гадала, смогут ли когда-нибудь к ним приехать «Темные властелины». Наверно, никогда. Легче будет самой их найти. Друзья намерились обязательно посетить концерт. Также они заискивающе посмотрели на подругу в надежде, что она через дядю достанет им пропуск за кулисы. Та не могла не согласиться. — Значит, решено, — провозгласил Эрен, — идем на концерт! Тем же вечером в комнату Микасы, которая временно жила у Йегеров из-за командировки родителей, заглянул Эрен. Девушка как раз говорила с дядей, попросила у него три билета и пропуска за кулисы. — Эрен. Уже поздно, — она поспешно завершила звонок, забыв попрощаться. Голос, возможно, прозвучал слишком трепетно. Щеки ее слегка порозовели, но друг этого не заметил. — Слушай, а у тебя нет фотографий твоего дяди? — Зачем тебе? Парень немного помялся, но ответил: — Ну… это… члены «No Name» выступают в максах. Их настоящих лиц почти никто из фанатов не видел. И мне стало интересно, как выглядит L. Если он твой дядя, значит, скорее всего, похож на тебя? В ответ ему в лицо бросили подушку. — До завтра, Эрен, — ледяным голосом сказала Микаса и легла лицом в противоположную от друга сторону. — Спокойной ночи, — ответил юноша и вернулся к себе. «Она обиделась, что ли? — думал он перед сном. — Почему? Я же ничего такого не сказал? Наоборот, считай комплимент сделал. Ведь если L похож Микасу, значит и он тоже красивый? Микаса же самая красивая в нашей школе. За ней парней много бегает, тот же Жан, например. Радоваться должна. Если бы у меня был дядя, такой же красивый как я, я бы радовался. А так у меня только мама красивая. Может L не красивый, но Микаса это скрывает? Или она завидует его красоте? Зачем это ей? Все равно никого красивее нее нет». В конце концов мысли парня окончательно спутались, и он провалился в сон. *** Наконец настал день Х. Трем подросткам не пришлось тратиться на дорогие билеты, дядя Микасы обо всем позаботился, в том числе и о пропуске за кулисы на встречу с членами группы. Друзья подошли к концертному залу их городка. По сравнению с ним афиша концерта казалась огромной. В центре изображен L, главный вокалист, по бокам от него — басист H и барабанщик М, а по краям соло-гитарист N и клавишник В. Последний время от времени играет и на ритм-гитаре. Изначально в состав «No Name» сходили лишь первые три участника, L, помимо всего, играл еще и на соло-гитаре. Этакий и швец, и жнец, и на дуде игрец. «Кстати, — вспомнил Эрен, — ведь в одной из песен он же на духовых играл». Верхние части лиц участников группы, как всегда, забинтованы, на них офисные костюмы, украшенные в стиле каждого члена. Так, декоративные элементы L выполнены в зеленом цвете, а не шее у него подвеска с зеленым камнем (Эрен как раз копил на такой же), H — в темно лиловом цвете, М — в черном, N — в бордовом, B — в бирюзовом. Эрена от изучения афиши отвлек Армин, начавший дергать друга за локоть. — Эрен, Эрен, — его голос звучал так, словно он увидел самого L, — смотри. Это же Эрвин Смит, — он показал на высокого светловолосого мужчину в белой рубашке. Юноши вытаращили глаза на менеджера группы. Именно Эрвин Смит нашел «No Name» в баре и разглядел в них талант. С ним они добились того, что имеют сейчас. Он отвечает за всю деятельность группы — выпуск синглов, альбомов, съемку клипов, организацию концертов и многое другое. К тому же мужчина — знаменитость не хуже своих подопечных. На его страницу в соцсетях подписано почти столько же людей, сколько на основной аккаунт «No Name». Эрен был уверен, все дело в личности менеджера. Армин полагал, что необходимо также учитывать его привлекательность, деньги и отсутствие четкой информации о его личной жизни. По слухам, Эрвин Смит отклонил предложение стать участником программы Холостяк. Микаса же, все про всех знающая, тактично сохраняла молчание. *** «Наконец-то все закончилось», — облегченно выдохнула Микаса, когда участники «No Name» наконец-то покинули сцену после очередного выхода на бис. Ей было странно наблюдать за своим дядей, который бегал по сцене в маске, кожаных брюках и высоких армейских ботинках на толстой подошве. Что-то в его виде вызывало в ней отторжение. Зато можно будет припомнить его образ на случай очередной лекции о ее чрезмерно мрачной одежде или ярком макияже. Зато Эрен и Армин были в экстазе. Они не отрывали глаз от сцены, визжали с каждой новой песней, подпевали и пританцовывали. Это не сильно отличало их от фанаток Леви, бросавших в него свое нижнее белье. «Эх, если бы они только знали…», — хмыкнула девушка про себя. После концерта планировалось пропустить поклонников, имеющих пропуска, за кулисы для небольшого диалога с членами группы. Их разыгрывали на официальном сайте «No Name», но для Микасы и ее друзей сделаны отдельные. Друзья девушки на очереди в гримерные дрожали от предвкушения. Они разделили пополам пачку мятной жвачки, отряхнулись от пыли, вытерли руки антисептиком, расчесались — в целом привели себя в порядок. Микаса, глядя на старания Эрена, грустно выдохнула. «Почему во всех остальных случаях ему плевать на свою внешность?», — подумала она. Армин подготовил плакаты для подписей и отрепетировал вопросы, которые хотел задать. Их он составил заранее и хранил в заметках на телефоне. — Следующие, — сказал один из организаторов мероприятия (не Эрвин Смит). Друзья по одному прошли в гримерную, юноши на ватных дрожащих коленках, девушка — на твердых. — Мы ваши фанаты, — прокричали хором Эрен и Армин, — можно ваш автограф? И фото? Перенервничав, они не заметили, что главного кумира молодежи среди присутствующих не было. H радостно подписала плакаты Армина, сделала несколько селфи с друзьями и группой. — Ты ведь Эрен? — она подошла к нему подозрительно близко, отчего Микаса напряглась и сжала кулаки. — Я много о тебе слышала. — Правда? — неуверенно икнул парень, чей тембр стал заметно выше. — Откуда? — Да так, слухи ходят, — его продолжали рассматривать, словно экспонат в музее. Глаза безумно сверкали даже сквозь маску. От такого внимания Эрену стало не по себе. Он сделал шаг назад, но спиной уперся в широкую спину М. Тот сделал глубокий вздох над макушкой парня, приблизился к его плечам и снова обнюхал. Затем показал знак «окей». Юноша снова икнул и задрожал. Микаса, которую до этого удерживал Армин, вырвалась, и встала на его защиту. Н рассмеялась. — Не обращайте внимание. У него, — она показала на М, — привычка такая. Хорошие новости, Эрен, можешь идти. Друзья вывели все еще икающего и подрагивающего юношу, а организатор пропустил новую группу фанатов. — Ты в порядке? — встревоженно спросил Армин. Микаса продолжала гневно сжимать кулаки. Ее дядю ждал серьезный разговор. — Все хорошо, — юноша попытался улыбнуться и даже показал большой палец, но вышло через чур вяло. — Пошли домой? — Нет! L не было! А я так хотел с ним увидеться! — Эрен воспротивился друзьям, что хотели его вывести на воздух, и сбежал от них. «L не было в гримерной вместе со всеми, значит, он должен находиться в собственной. Ведь такой звезде должны были предоставить личную комнату для подготовки и разогрева», — полагал парень. Однако никакой другой гримерной ему найти не удалось. Зато получилось наткнуться на кабинет, который предоставлен Эрвину Смиту. Самого менеджера в нем не было, так что Эрен решил подождать внутри. Вдруг сюда заглянет сам L. Вскоре послышались голоса. Кажется, менеджер говорил с кем-то из персонала концертного зала. Голос его был громовым и становился все ближе. Парень, который понял, что прятаться в кабинете менеджера — плохая идея, решил спрятаться под столом, стоящим в углу. В кабинет вошел Эрвин Смит, его собеседник и, о чудо, L. Последний всю дискуссию молчал. Затем второй покинул кабинет. Эрен закрыл рукой нос и рот и старался не издавать никаких звуков. Он сидел спиной к мужчинам, скрытый от них. С другой стороны, сам не мог их увидеть, лишь услышать. Судя по всему, мужчины переругивались. — Тч, что за говно? Почему ты не мог послать его? Или потом обсудить все условия? — первый голос звучал раздраженно. И скорее всего, принадлежал певцу. — Ты же знаешь, дела лучше не откладывать на потом. Лучше скажи, о чем хотел поговорить? — Как будто не знаешь… — Посвяти меня. — Реклама, Эрвин, реклама. Ты видел сценарий, который они прислали? Разумеется видел, — послышался вздох, — ты руки лишь в мой банковский счет не успел запустить. Почему я должен сниматься в таком дерьме? — Потому что подписал контракт. Тебе же нравится эта марка чая. Сам ее галлонами пьешь. И сам отказался рекламировать то, во что не веришь. — Чай хорош, а сценарий говно. Пусть перепишут. — Съемки через две недели. — Вот именно, что через две недели. Не через два дня. Успеют. Я не прошу «Лучший оригинальный сценарий». Лишь что-нибудь сносное. — Ладно. Я созвонюсь с ними. Завтра сутра. Попробуем переработать. — Отлично. Я прослежу. Еще мне не нравятся шмотки, в которые меня надели. Они неудобные и натирают в промежности. — Нифа — специалист в области моды. Ты знаешь, каких трудов стоит сотрудничество с ней. Остальные члены группы не жалуются. — Я не остальные. Еще раз наденешь на меня эти лосины, я их сниму на прямо на сцене. — Я тебя услышал, — очередной вдох, но у другого мужчины, — это все? — Нет. Оплата за следующий концерт. Хочу получить ее раньше. Авансом, так сказать. — Причина? — Личное. — Понял. Будет тебе оплата. Что-то еще? — Твой новый ассистент. Он мне не нравится. Уволь его. — Я не могу увольнять людей лишь на основе твоих личных антипатий. Мне нужна причина. — Мне не нравится, как он на меня смотрит. — Леви… — Тч, он плохо влияет на атмосферу вокруг меня. Я теряю вдохновение и не могу нормально работать. С тех пор, как ты его нанял, песни совсем не пишутся. Я же твоя звезда. Так что разберись с этим. — Я что-нибудь придумаю. «Да он дива, — мысленно воскликнул Эрен, — хуже того — стервец. Не должны люди так вальяжно и откровенно разговаривать с менеджерами. Тем более, требовать увольнения персонала». Ему стало жаль ассистента. Буквально через секунду ему стало жаль самого себя. Ведь его обнаружили. — Кто ты, блядь, такой? — L (без маски) выволок парня из-под стола, словно тот ничего не весил. — Постой… я тебя знаю. Эрен, ведь так? — казалось, что мужчина стал еще злее. — Ага, — пискнул парень и закивал. И тут же скрутился пополам из-за пинка любимого исполнителя. От второго его спас менеджер. — Леви, успокойся. — Это он! — прорычал L. — Я знаю, — Эрвин Смит сжал плечи парня. Он стоял так близко, что Эрен мог чувствовать запах его парфюма. Хватка была железной. — Эрвин, отпусти его. Я ему голову оторву. — Нет, — менеджер лишь усилил хватку, хотя, казалось бы, куда крепче. Парень от страха и прижался спиной к мужчине. — Развратник. Извращенец. Кто ты Микасе? Ты с ней спал? — Нет, разумеется, — Эрен лихорадочно замотал головой, — мне всего пятнадцать. Мы друзья… семья… — Тогда почему ты заглядываешь ей в комнату по ночам? — Нет… — Эрен! — послышался знакомый женский голос, знаменующий спасение. Дверь распахнулась, и в проходе появилась Микаса, а после нее — Армин. — Дядя Леви, отпусти его. Родственники принялись спорить. В это время Эрвин и Армин убрали Эрена из линии огня. Лишь оказавшись на улице, парень смог спокойно выдохнуть. — Может… послушаем музыку, пока ждем Микасу? — Армин натужно улыбнулся. — Давай, — только ничего другого, помимо «No Name», на его телефоне не было. Разве что… Эрен включил песню вопящего мужика Микасы и передал другу второй наушник, — ты не против? — Совсем нет. Песня оказалась сносной. Даже больше — отличной. Исполнитель, кажется, его звали Поморник, пел о предательстве близких, что не соглашались с его жизненными ценностями. Его любимая девушка также решила пойти против него. Поэтому он исполняет ей последнюю песню, прежде чем обернуться птицей и улететь, даровав ей свободу. «Как жизненно, — Эрен утер слезы, — а этот чувак знает толк в романтике. Неудивительно, что он так нравится Микасе. Кажется, его постер висит в ее комнате». Парням не пришлось долго ждать подругу. Вернувшись, она сообщила, что недоразумение с дядей разрешено, конфликт исчерпан, и он больше не будет доставлять проблем Эрену. Друзья, обрадовавшись, пошли домой. — Микаса, — обратился юноша по пути к дому Йегеров после того, как они проводили Армина, — отправишь мне еще песен «Темных властелинов». — А как же «No Name»? Эрену захотелось отдохнуть от некогда любимой группы. Встреча с ними вживую слишком потрясла его. — Они мне все еще нравятся, но хочется чего-то другого. — Хорошо. — Еще я решил отрастить волосы! — Отлично. Так Эрен вошел в свою панк-рок фазу.