Запись десятая. Последствия
19 июля 2025 г., 09:52
Хрон осторожно заглянул в столовую, убедился, что кроме Кибо там никого нет, опустился на четвереньки и проскользнул за столик.
— Ты чего такой зашуганный в последнее время? — удивился подобной скрытности Кибо. — Из-за Мая опять?
Хрон отрицательно помотал головой. К текущей одержимости Мая он привык за пару часов. Долгое время работы с землянином приучило его к тому, что те отличались плохим характером, злопамятностью, агрессивностью и неумением контролировать собственные эмоции. При таком наборе качеств глупо было бы удивляться тому, что землянин жаждал отомстить соотечественнице вопреки здравому смыслу. Их «Икар» которую неделю летел по маршруту «Стелла Лаутус» в бессильных попытках догнать огромный транспортник. На каждой точке их встречал только остывающий след коллег, Май мрачнел, поторапливал команду и гнал свой несчастный полуразбитый челнок дальше.
— А-а-а, Лутера избегаешь, — внезапно догадался Кибо.
Хрон изменил оттенок на тоскливый голубой и с грустью подпёр голову рукой.
— Я вообще квадриг не такими представлял, — признался он.
Кибо на автомате издал смешок. Цели подколоть друга не было, ему доставалось больше всех. Май квадриг ни во что не ставил, так что нелегальный пассажир избегал капитана. Кибо был с ним подчёркнуто неприветлив, а попытки продавить любую идею встречал резко и осаживал. И Лутер предпочёл всю свою энергию направить на Хрона, который в силу мягкого характера не мог ему возразить, а нападки на себя воспринимал как справедливые претензии угнетаемой расы. При всём при этом здравого зерна в раздаваемых упрёках не было вовсе, даже наоборот, Хрон оставался единственным членом экипажа, кто искренне положительно относился к проблемам квадриг, не пропускал ни единого номера «Вестника», так ещё и взносы в Фонд отчислял добровольно и напоминал об этом товарищам, несмотря на их постоянное нытьё и ругань по этому поводу.
— Что на этот раз не понравилось нашему неженке? — Кибо проявил соучастие к проблеме друга.
— Он на пайки жалуется, — охотно поделился Хрон. — Постоянно меня донимает, что тебе больше накладывают, хотя я объяснял ему, что ты болеешь и тебе положено есть печень регулярно.
— Он её всё равно не любит, — возмутился прозвучавшим обвинением Кибо. — Её никто не любит, и Май эту печёнку даже не покупал, контейнер нам по талонам выдали как положенный регулярный паёк экипажу.
— Да знаю я, — Хрон нервозно почесался, и на стол свалилась пара его чешуек. — Только Лутеру плевать на это, он жалуется, что в весе теряет, и даже хотел предложить Маю взвешивать наши пайки, чтобы всё было по-честному.
— Вот и славно. Капитан быстро его на место поставит или высадит.
Хрон опять грустно вздохнул, и Кибо перестала радовать такая счастливая перспектива.
— Что? — не понял он.
— Я с ним делюсь, — доложил шёпотом Хрон.
— С кем? С Лутером? — Кибо удивился, но получив утвердительный кивок, возмутился: — Ну и зачем ты это делаешь? Этот дармоед ничего полезного по кораблю даже не делает, чтобы тебя объедать! У тебя на тарелке в обед одни мои помидоры и консервированные водоросли от Блесуса, а с утра вообще только тоники. Вон, у тебя уже чешуя осыпается.
За время разговора на столе действительно прибавилось опавших чешуек. Они смотрелись тускло, совсем как опавшая с деревьев по осени листва. Хрон не сдержался, почесался снова, и, когда убрал руку, Кибо рассмотрел на его шее полосу жёлтой кожи с покрасневшими волдырями.
— Ой-ёй, — напугался Кибо. — Сходил бы ты в медблок, дружище! Не нравится мне твой вид.
— Это мне в наказание, — плаксиво заявил Хрон.
— Какое ещё наказание? Что за глупости?
Хрон наклонился к другу через стол и в отчаянии прошептал:
— Мне ночью приснилось, что я Лутера задушил подушкой. И мне понравилось, я такой счастливый был. Я плохой лацертиец! Ужасный! Мне самое место среди пиратов.
Хрон принялся всхлипывать, а Кибо возмущённо стукнул кулаками по столу.
— Да я бы сам его придушил с удовольствием! И Май, поверь мне, тоже. А среди пиратов никогда не было лацертийцев, ни одного припомнить не могу. Тебя туда никто не возьмёт, уж слишком ты добродушный для такой работы.
— А-а-а-а-а, жрёте здесь тайком!!!
Это внезапное визгливое заявление огорошило беседующих друзей, и они застыли, смотря, как по столовой к их столику мчится Лутер. Вид у квадриги был взъерошенный, но следов истощения, которыми он терроризировал Хрона, не наблюдалось.
— Ты видишь что-то на столе, дурак? — рассердился на него Кибо.
— А что я там должен видеть? — Лутер возмущённо всплеснул руками. — Всё сожрали уже, одни крошки на столе.
— Это не крошки, а чешуя! — Кибо встал и угрожающе навис над квадригой. — Раскрой глаза! Говнюк неблагодарный, Хрон недоедает из-за тебя, вот и захворал.
— Трепло, — Лутер злобно зыркнул на лацертийца, а тот под его взглядом растерянно принялся собирать свою чешую со стола.
Кибо открыл рот, чтобы по привычке осадить наглеца, но его озарила внезапная идея. Он засунул руки в карманы, повернул голову в сторону и торопливым шепотком обратился к набычившемуся квадриге:
— Ладно, не шуми! Пойдём в оранжерею, там выберешь всё, что тебе понравится.
Лутер сглотнул, и у него заблестели глаза. Ровно таким же образом Май реагировал обычно на алкоголь, так что Кибо понял, что наживку проглотили вместе с крючком. Ответа можно было не ждать, так что Кибо пошёл в направлении оранжереи, позволяя квадриге следовать за собой. Только краем глаза удостоверился, чтобы Хрон не присоединился к процессии. Опасался напрасно, лацертиец почёсывался и тщетно пытался убраться на столе: едва он сгребал горстку своей чешуи, как на столешницу просыпалась новая.
Всё это ещё больше убедило Кибо, что Лутера он ненавидит вполне справедливо, а не просто из-за иррациональной ревности. Только последняя сволочь будет отрываться на Хроне, даже Май, хоть и был чёрствым до крайности, свои нападки на лацертийца дозировал. Бывало, конечно, мог и наговорить грубостей, но другим такого не позволял и подчинённого по возможности защищал. А Лутер вот нашёл козла отпущения. Вместо того, чтобы быть благодарным за радушие к своей персоне, взял за правило самоутверждаться за чужой счёт. Кибо ставил на то, что тот просто трус в душе. Остальные ему сдачи давали, вот и не связывался.
Они дошли до оранжереи, Кибо открыл дверь и дополнительно осмотрел коридор, чтобы удостовериться, что ни Хрон, ни проныра Медея не решили за ними подсмотреть.
— Что, боишься, капитан узнает? — ехидно подметил Лутер. — Я, так и быть, ничего не доложу, только делитесь нормально. А то взяли моду.
Едва сдерживаясь, Кибо подтолкнул его в спину в помещение, поскорее закрыл дверь и сразу пошёл в центр оранжереи. Квадрига подхватил одну из коробок с пола и по-хозяйски принялся осматриваться. Листовой салат, щедро высаженный по периметру, он отчего-то проигнорировал, хотя листья у того аж лоснились и привлекательно мерцали в полумраке. Кибо довёл Лутера до огромного куста фиолетового амаранта, высаженного в отдельной кабинке, огороженной стеклом.
— Зачем мне ваша наркота? — удивился квадрига.
— Ты заходи давай и шторку закрой! — велел Кибо. — Тут полная герметичность нужна.
Лутер фыркнул, но поручение исполнил, как было сказано. Едва только сигнал кабины показал герметичность, Кибо перехватил квадригу за шею и поднял над полом повыше, насколько позволяла рука.
— А теперь слушай сюда, бестолочь искусственная, — Кибо перенёс свободную руку к регулятору вытяжки. — Ещё раз услышу, что ты у Хрона еду отбираешь, и я тебя выброшу в открытый космос вместе с амарантом, а Маю скажу, что это несчастный случай при попытке воровства.
Лутер начал скалиться в неуместной ухмылке, так что Кибо регулятором всё же воспользовался. Пусть и прокрутил его только на один щелчок, прежде чем нажать на кнопку, но эффект оказался выше ожидаемого. Сверху раздался свист, лёгкие внезапно сдавило, и стало невероятно трудно сделать вдох, а все листья у амаранта покрылись инеем. Лутер вытаращил глаза и начал испуганно открывать рот, волосы на его голове встали дыбом оттого, что их засасывало вверх.
— Моргни, если понял, что я серьёзно! — невозмутимо потребовал Кибо.
Если уж даже ему вдохнуть было тяжеловато, то не было сомнений в том, что квадриге приходилось намного хуже. Лутер подтвердил догадку, учащённо заморгав. Его ресницы были абсолютно белыми, а кожа стала будто бы восковой. Кибо нажал на кнопку, вытяжка зашумела, и дышать стало легче. Когда он поставил Лутера на пол, волосы у того по-прежнему торчали дыбом.
— Я никому ничего не скажу, — плаксиво прохныкал квадрига.
— Само собой, — Кибо посмотрел на него испытующе. — Май тебе уже озвучил, что пайки у всего экипажа урезанные. Тебе накладывают столько же, сколько и остальным, а если ты не согласен, то высаживайся на первой же точке и ищи другой транспортник. Ещё раз сопрёшь что-то у Хрона, и я сделаю на корабле на одного едока меньше. А теперь пошёл вон из моей оранжереи!
Лутер даже не стал неприязненно на него зыркать, как любил делать во время конфликтов, а просто сжался, уменьшившись в размерах чуть ли не вдвое, и побежал прочь, огибая встречающиеся кусты. Кибо ухмылялся ему вслед, а потом зашёлся в кашле. В горле что-то хрипело, словно застряло, а потом он сплюнул кровью.
— Хреново, — заключил он, глядя на комок собственной мокроты, попавший на искусственный грунт, в который был высажен амарант.
Обычно он чувствовал нарушения во временном вместилище, но в этот раз всё произошло уж больно внезапно. По всему выходило, что в ближайшее время необходимо заняться самодиагностикой, но вот экипажу «Икара» и без этого проблем хватало. Кибо наклонился к инвентарному ящику, достал рыхлитель и принялся проходиться по грунту взад-вперёд. Амарант обронил пару погибших листьев. Всё же грустно было, что природа и всё живое было столь ранимо.
На следующее утро в столовой царила гробовая тишина. Хрону, посетившему по настоянию друга медблок и прошедшему полное сканирование, был поставлен диагноз нервного лишая, поэтому его завтрак Медея украсила горсткой цветных пилюль. Мерзко-зелёная паста из водорослей смотрелась благодаря этому украшению как рождественская ёлка у землян, но лацертиец ел всё равно неохотно.
Лутер появился в столовой меньше чем на минуту, забрал свой паёк и тут же убрался обратно в каюту. Май одобрительно хмыкнул, а потом снова помрачнел и уткнулся в свою тарелку, на которой одиноко покоился кусок поджаренной печени.
— Может, раздобудем наконец нормальную еду? — предложил Кибо. — Манки-то вроде имеются.
— На следующей точке, — малоинформативно озвучил Май и брезгливо подтолкнул вилкой кусок печени.
— А следующая точка у нас где?
Кибо втайне надеялся, что их капитан пережил всё произошедшее, выгорел и включил рациональное мышление, но Май моментально его разочаровал, сказав:
— Если «Стелла Лаутус» не сменит курс, то на Кои.
— А у нас там есть задачи? — завёлся Кибо.
Беспечность Мая сильно злила, особенно если учесть то, что они не первый месяц расхлёбывали последствия его же ошибок. Только всё стало налаживаться, можно было бы использовать благоприятные обстоятельства на пользу, а не во вред.
— Ну, коробку контрабандную отдадим, — невозмутимо отозвался Май. — И ты сам говорил про провиант. Планета большая, с курьерским портом, значит, и талоны принимают, и манки.
— И вы ничего не будете расспрашивать про Катю? — продолжил гнуть свою линию Кибо.
— Почему не буду? Я этой стерве никакого житья не дам, пусть почувствует себя в моей шкуре.
— Да что вы прицепились к ней? Давно бы уже разлетелись в разные стороны и бед не знали, космос вон какой огромный.
— Ничего ты не понимаешь! — разозлился Май. — Это дело принципа. И с каких это пор я перед тобой отчитываться должен? Сказал, что садимся на Кои, значит, садимся там. Иди лучше грузы подготовь и проверь, что ещё полезного из заданий на этой планете сможем сделать.
— Я биолог, — вспыхнул Кибо, — а не помощник капитана или грузчик. Медею свою просите!
На последнем слове горло обожгло, он закашлялся и согнулся.
— Ты в порядке? — всерьёз обеспокоился Май.
Кибо отмахнулся от него и помчался в свою каюту. Кашель прошёл по дороге, но во рту остался неприятный гнилой привкус. Тело пробивал мелкий озноб, а редкие волоски на руках встали дыбом. Кибо заглянул под кровать, выдвинул оттуда коробку и нащупал в ней свитер. Только закутался, как неприятные ощущения пропали. Наверное, стоило усмирить эмоции и признаться в том, что требовалось найти провиант как можно скорее. Может, идея лететь на Кои за Катей и не нравилась, но происходящие в организме изменения не нравились куда больше. И самое простое, что можно было сейчас сделать, это начать наконец полноценно питаться.
Кибо тряхнул головой и направился в грузовой отсек выполнять поручение Мая. Может, догонит он свою Катю, напакостит и успокоится, все только выиграют от такого расклада.
***
На Кои удача благоволила. Май по привычке первым делом справился в порту о «Стелла Лаутус» и, узнав, что корабль прибыл и до сих пор не отчалил, начал улыбаться и посмеиваться. Хрону были отсчитаны манки и выдана Медея в сопровождение, чтобы они закупили провиант и погрузили его на «Икар». Задание лацертийцу очень понравилось, это было понятно по тому, как изгибался его хвост. Кибо досталось сопровождать Мая и управлять гравитележкой, на которой стояла пара помятых коробок с цветными этикетками. Невероятно бедный груз, который, скорее всего, подразумевалось забросить по пути. Контрабандную коробку Май оставил при себе, запихнув её под мышку. Кибо это не нравилось: лишнее внимание только привлекает. Район, в который они направились, был в той же мере неприятен. По красным и фиолетовым облачкам дыма, тянущимся из подвальных окон, было понятно, что местные покуривают наркотики. А где амарант, там и вероятность вляпаться в какую-нибудь переделку. По счастью, их помятые коробки никакого ажиотажа не вызвали. Май и вовсе не обращал внимания на окружающую обстановку, осмотрелся только тогда, когда они дошли до нужного адреса и потребовалось найти вход. Здание было всё в окнах, а вот дверь нашлась лишь во дворе и располагалась столь низко, что и Маю, и Кибо пришлось согнуться чуть ли не вдвое, чтобы протиснуться внутрь. Казалось, что в этой миниатюрной конструкции работает представитель какого-то мелкого вида, например, кнарги, но за прилавком их встретил внушительных габаритов драгонец. — Вы кто такие? — поразился он. Прозвучало это угрожающим басом, от которого в кишечнике завибрировало, но Май, истинное дитя Земли, в ответ только привычно огрызнулся: — По форме же видно, что курьеры. Или ты ещё кого-то ждёшь? Он бросил на стол коробку и уставился на драгонца. Тот непонимающе смотрел то на контрабандный груз, то на принёсшего его землянина. — Чего вылупился? — в своей дерзковатой манере высказался Май. — Оплачивать будешь или как? — Ах да, конечно-конечно, любезный! Драгонец переменился в лице, юркнул под прилавок и появился вновь с пачкой пластинок. Он начал отсчитывать на стол манки, попутно поинтересовавшись: — А это с какой точки вы везли? — С Денейры, — буркнул Май. — Далеко, конечно, далеко. Кибо отметил, что манки продолжали ложиться на стол, хотя плата уже достигла оговоренной суммы. — Вы обязательно осмотритесь на нашей планете, — посоветовал драгонец. — Тут рынок в центре города, там же отдохнуть можно от перелёта… — он заметил, как Кибо таращится на манки, и остановился. — Туда все прилётные заходят, и никто не жалеет. Май оживился, сгрёб манки в карман и, не попрощавшись с драгонцем, кивнул Кибо на выход. — Слыхал? Может, и Катя там тусуется, пойдём, чтобы не разминуться. Драгонец за прилавком скалился в неестественной улыбке, Кибо с подозрением на него косился. Тогда Май перехватил компаньона под локоть и поволок из помещения. Едва только хлопнула дверь, как драгонец умчался в подсобку и принялся раскидывать вещи в поисках чего-то важного. — Да где же ты, пропади всё пропадом! — причитал он. Наконец, под кучей тряпья драгонец нашёл старый коммутатор с потёртой на боках краской и, обрадовавшись, нажал одну-единственную кнопку. Вызов шёл мучительно долго, но когда связь установилась, послышалось чьё-то хрипловатое дыхание. — Простите, что беспокою, господин Нитрус, — раболепно доложил драгонец, — но мне принесли чёрную метку с Денейры. — Вот как, — говорящий по коммутатору безрадостно и зловеще рассмеялся. — И кто же у нас такой дурак? — Землянин какой-то, — нервно ответил драгонец. — Выясни, кто он, на чём прибыл и сколько у него в группе умельцев, — повелительно потребовал голос. — К вечеру буду ждать твоего звонка! — Да, как прикажете, господин Нитрус. Драгонец вытер со лба струящийся пот, но говорящий с ним разорвал соединение, и он смог расслабиться. Если он постарается и выполнит поручение Нитруса хорошо, то может получить куда более вакантное место, чем прозябание на Кои. Драгонец выбрал из кучи валяющегося на полу тряпья коричневый балахон, по-скорому влез в него и бросился к двери.***
Кибо сердито топал по ступенькам, поднимаясь в очередной магазин. И с чего это Май решил, что Катя будет в этой точке? Это было уже третье место, которое он проверял для своего капитана. Обычно он докладывал, что внутри пусто, тогда Май поднимался туда повторно и крайне убедительно врал, рассказывая полные небылицы про землянку со «Стелла Лаутус». Ещё просил знакомых обезопасить и не продавать упомянутой особе ничего дельного ни на одной из точек. Что было странно — в рассказываемые истории все верили. Мол, запчасти для двигателя на самом деле не в ремонт идут, а на сборку нейтронного оружия, чтобы кошмарить Вселенную по заговору правительства Земли. Или что из средств для гигиены варятся убойные химикаты по секретному земному рецепту, способные отравить экосистему любой планеты. На точке, где торговали сладостями, казалось бы и ловить нечего, но даже там Май слепил какую-то нелепицу про то, что если кормить земную самку сладким, то она тайно отложит на планете кладку и всех обитателей ждёт неминуемое порабощение. Участвовать в этом ритуале было столь же стыдно, сколь и смешно. Однако некоторые продавцы в эти россказни, похоже, верили. Наконец, Кибо настолько это всё надоело, что он уединился за столиком одного питейного заведения и обменял помятый топливный талон на большой стакан прохладительного энергетика. В космических единицах измерения пара литров была смешным номиналом, так что владелец заведения принял талон скорее из нездорового любопытства, где могли выписать столь смехотворное количество. Поработал бы годик-другой на «Новолит» и понял бы, что там и не такое породить могут. Май как раз заканчивал разговор с продавцом, когда случилось то, чего всеми силами хотелось избежать. На площади показалась Катя в сопровождении подруг и старенького продавца из лавки запчастей, которому первому довелось наслушаться придуманных Маем баек. Кибо съёжился и постарался вместе со стулом передвинуться подальше в тень, чтобы его не заметили. Наблюдать за шоу издалека, может, и не по-товарищески, зато куда более спокойно для нервной системы. Землянка уже обнаружила своего врага и неслась на него с крейсерской скоростью. Кибо мысленно сделал ставку, успеет Май обернуться или нет, и сам себе проиграл. Первый град ударов просыпался на спину землянина, напуганный атакой продавец умчался в подсобку, а остальные лавочки на площади спешно принялись закрываться. Поднялась страшная шумиха, встроенный чип не успевал переводить земное наречие, которым Май и Катя щедро поливали друг друга. Драгонийка Квисс и квадрига ИксАрДваПять Кибо заметили, но, что удивительно, приветливо ему помахали и не выказали никакого озлобления. В разборки они не лезли, и, судя по всему, им самим жутко надоело происходящее. Наконец крики прекратились, Катя попыталась заехать Маю в лицо, но тот ловко перехватил её руку и издевательски расхохотался. Кибо только головой покачал. Земляне разошлись в разные стороны и внезапно стали друг для друга словно невидимыми. — Пойдём на «Икар», — самодовольно заявил Май, подойдя к столику Кибо. — Будет знать, паразитка, как со мной связываться. Давно надо было её на место ставить! — Теперь мы сможем наконец не гоняться за их кораблем? — с надеждой спросил Кибо. — У нас своих дел, что ли, нет? Май сердито махнул рукой, зовя подчинённого за собой. Кибо просто рот открыл от такой наглости. Именно капитан устроил им весь этот кошмар, а теперь ещё и отмахивается, будто не было ничего. Отчасти можно было понять Катю, которая питала к Маю жуткую неприязнь, было ведь в этом рациональное зерно. Кибо обернулся, чтобы посмотреть на землянку, её фигурка едва виднелась вдалеке. Она явно торопилась убраться поскорее с Кои. Чего Кибо так и не заметил, так это массивной фигуры в коричневом балахоне, которая двигалась следом за землянкой и её подругами на расстоянии не более десяти шагов.
