Бортовой Журнал 2

      — Пошевеливайся, Драсс! — ствол бластера неприятно ткнулся в поясницу.       Сопровождающий явно не собирался расправляться с жертвой, раз держал оружие так низко, но Драсса всё равно трясло. Ещё бы, ведь получить личное приглашение от Нитруса было опаснее, чем пролететь по линии горизонта чёрной дыры. Шаги нечётким эхом разносились по коридору, обитому металлом, — единственный звук жизни в этом странном месте.       Планета, на которую Драсса привезли с Кои, была искусственной, содержала крайне мало почвы и растительности, зато имела воду — основу жизни для всего сущего, и металл, много металла. Из него были построены улицы, дома, небольшой порт и главное здание, в которое привели дрожащего от страха связного.       — Жди здесь, — велел сопровождающий и скрылся за огромной дверью.       Все звуки смолкли, и Драсс стал посмелее и начал осматриваться. За охватившим его ужасом он совершенно не заметил, что здание было дорого отделано, словно дворец. В стенах мелькали и переливались камни, а дверь, у которой его оставили дожидаться своей участи, была покрыта тончайшим рисунком зелёной перламутровой краски. Такую производили только на Рассале, доме всех драгонцев.       Только Драсс решил присесть в коридоре, как массивные двери вновь отворились и ему приказали войти внутрь. Зал, в который неуверенной поступью вошёл обливающийся потом дрожащий связной, оказался поистине огромным. От входа до трона, установленного точно по центру помещения, нужно было сделать не меньше двухсот шагов. Как назло, ожидающие его там отслеживали каждый сделанный шаг, из-за чего Драсс трижды запнулся, прежде чем дошёл. Если информация, добытая для Синдиката, была пустой, то ничего хорошего сегодня можно было и не ждать.       На троне сидел матёрый драгонец, размахом плеч превосходивший всех, с кем ранее сталкивался Драсс. По расслабленной и наглой позе, в которой он развалился, было ясно, что он чувствует себя дома, а по шраму от бластера, пересекающему грубую морду, — что не стоит обманываться показным безразличием и видимой леностью.       — Драсс?       Драгонец ухмыльнулся. В зубастой пасти только три зуба оказались родными, природно белыми, в остальном просматривались все виды металлических зубов, от жёлтых, сделанных, по всей видимости, из золота, до чёрных, обсидиановых. У Драсса снова затряслись поджилки, и он торопливо кивнул.       — Что же ты делаешь дело только наполовину? — насмешливо поинтересовался драгонец на троне.       — Как же так, господин Нитрус, — принялся оправдываться торговец, — всю информацию собрал, как вы велели, и сразу отправил вам.       — Вот как?       Драгонец, к которому Драсс обратился «господин Нитрус», нажал ряд кнопок, расположенных на подлокотнике своего трона, и на противоположной от собеседников стене проявился большой экран, на котором крупными снимками со спутника были запечатлены лица всего экипажа «Икара».       — То есть ты пытаешься меня заверить, что это просто какие-то залётные придурки, не стоящие моего внимания?       Этот стальной голос пробирал насквозь. Что ответить, Драсс не знал, поэтому выдавил из себя тихое:       — Это не мне решать.       Нитрус скрипуче рассмеялся, звук был такой, словно кто-то открывал и закрывал плохо смазанную дверь.       — Очень верно сказано, — по интонации Драсс понял, что ответ оказался удачным. — Так вот, я полагаю, что Синдикату брошен вызов, и я намерен этот вызов принять.       В зале воцарилась тишина. Драсс удивлённо посмотрел на экран со снимками. Господин Нитрус, должно быть, пошутил. Чтобы этот сброд бросил вызов самому Синдикату? Драсс начал смеяться, но надбровные дуги Нитруса стали притягиваться друг к другу, озлобляя лицо, и торговец с Кои тут же умолк.       — Конечно, если смотреть на количество, то их ни в чём и не заподозришь. Мелкая рыбёшка. Но! — Нитрус повелительно махнул рукой, и к нему, не медля ни секунды, шагнул один из стоящих рядом драгонцев и раболепно протянул свёрток. Нитрус небрежным жестом развернул углы тряпки, прячущие содержимое, и кинул в сторону Драсса какой-то переливающийся предмет. — На-ка, оцени!       Сначала испуганному торговцу показалось, что это чья-то отрубленная конечность, потому что брошенный ему предмет отсвечивал красным, но затем он вспомнил, что крайне малое количество рас имело кровь такого оттенка, и решился рассмотреть подробнее. На его ладонях лежал безупречный корень амаранта. Большой и при этом сочный, что было огромной редкостью. Обычно красный сорт выкапывали досрочно, потому что, достигая определённого размера, он начинал иссыхать и качество производимого из него порошка стремительно портилось. Драсс не удержался и пересчитал прожилки — их было целых восемь при том, что амаранту высшего сорта достаточно было и пяти.       — Ну? — требовательно напомнил о себе Нитрус.       — Безупречный товар, чистый, — отчеканил Драсс. — Правда, никогда такого крупного красного корня не видел. Это новый сорт?       — Вот именно!       Нитрус выпалил это так громко и неожиданно, что торговец выронил корень из рук, тот упал на пол, треснул по шву и начал подтекать. Драсс решил, что тут ему и конец, но Нитрус даже не заметил порчу товара и возмущённо продолжил, жестикулируя:       — Эти полные профаны, как ты соизволил мне доложить, толкнули на Денейре целый пакет отменного красного амаранта! Похоже на действия залётных придурков, а? Всем известно, что маркетинг новой дури всегда начинается с курортов. Какой-нибудь месяц, и весть о новом товаре сама собой разносится по всем уголкам вместе с возвращающимися с отдыха.       — Но бросить вызов самому Синдикату, — неуверенно замямлил Драсс, — их там всего пятеро на борту, да и то один из них дроид.       — Ты про этого дроида? — издевательски уточнил Нитрус, указав пальцем на монитор. Тот считал жест и развернул фотографию Медеи на весь экран, скомпоновав остальные фото в миниатюры, выставленные в ряд в самом низу. — Модель Си-Си-5, созданная облегчать любые бытовые дела на борту. По странному стечению обстоятельств этот якобы бытовой дроид имеет режим обороны и новейшие лучевые пушки в районе груди.       — Или шейный массажёр, — поправил Драсс, но тут же поперхнулся, поймав на себе злобный взгляд главы Синдиката.       — Неудивительно, что эта компашка позарилась на мой рынок, — завздыхал Нитрус, — на меня работают идиоты. Зачем курьерскому кораблю на последнем издыхании, ещё и такому маленькому, где экипажа всего три персоны по ведомостям, покупать новейшую модель дроида со встроенным режимом обороны? Ответ же лежит на поверхности, а вы все это проморгали.       К виноватому сопению Драсса присоединились и другие участники собрания. Они стояли безмолвно и боссу не перечили, но на брошенное обвинение понурились все до одного. Нитрус снова указал пальцем на экран, фотография Медеи свернулась в миниатюру, а физиономия Кибо, напротив, развернулась на весь экран.       — Это кто? — сурово спросил Нитрус.       — Их биолог, — проблеял Драсс.       — Эй, Лир, а ты у меня кто? — насмешливо бросил Нитрус через плечо.       От толпы драгонцев отделился самый тощий представитель с болезненной кожей и смиренно доложил:       — Биолог.       — И чем же ты занят на этой позиции?       — Ну как же, — Лир неуверенно оглянулся на товарищей, но те были в таком же недоумении, — я и мои ребята для вас, господин Нитрус, лучшую наркоту выращиваем.       — Ха! — глава Синдиката издал истеричный смешок. — Лучшую, как же. Вон лучшая валяется, — он кивнул в сторону корня, так и лежащего в луже собственных соков на полу. — Они даже особо и не маскируются, словно издеваются. Всех в банде как есть назвали, ровно как у нас, биолог в ответе за выращивание товара. А вот это знаете кто?       Нитрус опять махнул в сторону экрана, и фото Кибо сменилось фотографией Лутера, судя по обстановке, сделанной наспех через открытую дверь грузового отсека «Икара».       — Квадрига? — неуверенно произнёс кто-то из толпы. Но прежде чем Нитрус издал очередной негодующий смешок, Драсс дополнил: — Он у них вроде уборщик.       — Да быть того не может! — из толпы выскочил жилистый драгонец с самой отвратительной мордой, которую только можно было представить, и ревниво гаркнул: — Не могли они какую-то квадригу в уборщики взять! Тут опыт нужен и талант.       — Ну да, Нокс, — Нитрус насмешливо покивал подчинённому, — талант и опыт. Ты для меня чистишь отменно и несговорчивых торгашей убираешь и конкурентов, если я велю. Уборка — дело сложное, хлопотное. Правда, твоя рожа нет-нет, а в базу космополиции попадает, а я взятки плачу, чтобы тебя снова там подтёрли. Да и замёрзшее тело, что на прошлой неделе прилетело в лобовой экран Вселенской Делегации, я тебе не забыл.       — Господин Нитрус, — воскликнул с отчаянием Нокс, — сами подумайте, кто ж мог знать, что выброшенный в космос торгаш встретится хоть какому-то кораблю? Это ж космос, он бесконечно огромный! Просто несчастливое стечение обстоятельств, оно даже с лучшими уборщиками иногда, но случается.       — А с этим не случается, — ядовито бросил Нитрус, кивнув на фото Лутера. — В ведомостях экипажа его и вовсе нет, я по всем источникам пробивал, будто его и не было никогда. Только на Денейре он засветился, а перед ней ничего про этого уборщика не числится, кроме странного факта, что сколько бы раз дохлый курьерский челнок ни встречался пиратам, ни разу его не ограбили и никого на нём не убили. Просто пиратики пропадали всем составом, а пустой корабль в дрейф ложился.       — А тела? — не поверил Нокс.       — Не было тел, никого не находили.       — Профессионал, — восхищённо выдохнул Нокс.       Нитрус презрительно сморщился, а по толпе драгонцев пошёл ропот. Драсс долго смотрел на фотографию квадриги, занимающую весь экран, потом опустил глаза ниже и указал на крайнюю миниатюру:       — Господин Нитрус, а этот как же? В жизни не поверю, что в команде отъявленных наркодельцов вдруг оказался лацертиец.       Голоса смолкли, и Нитрусу пришлось жестом развернуть на весь экран фотографию Хрона.       — Да, это настоящая загадка, — задумчиво изрёк глава Синдиката. — Числится инженером, но у нас и должности такой нет, чтобы сопоставить. Хотя и слепому ясно, что должность липовая. Вы челнок видели? Там же всё на соплях! Даже самый хреновый инженер может придумать что-то получше, чем космоизолента и сварка швами наружу.       — Так, может, это… — один из драгонцев в толпе начал мяться, — может, он там для развлечений?       Нитрус и остальные с подозрением уставились на своего товарища, а потом на экран, где светилась счастливая физиономия Хрона.       — Он кольцо на хвосте носит, — продолжил отстаивать свою позицию драгонец, произнёсший обвинение. — Кто ж работягу украшать станет? Я вам точно говорю, они там лацертийца для утех завели. У них кэп землянин, а все знают, что земляне отмороженные.       — Даже не знаю, — усомнился Нитрус и развернул на экране фото Мая, чтобы оценить возможность наличия извращённого вкуса у главного виновника. Судя по тому, что галдящие драгонцы опять замолчали, в нравственность капитана «Икара» никто не поверил. — Придётся самому всё выспрашивать.       В зале в который раз воцарилась тишина, Драсс неуверенно прошёлся взглядом по всем собравшимся. Нитрус задумчиво потирал подбородок и кивал головой, будто одобряя собственные мысли, а его подопечные проверяли оружие, составленное рядком у трона, и словно бы к чему-то готовились. Торговец с Кои был всего-навсего связным, поэтому совершенно не понял происходящего и, чтобы не ударить в грязь лицом, решился на уточнение:       — Смиренно прошу прощения, господин Нитрус, верно ли я понял, что вы хотите устроить экипажу «Икара» допрос?       — Я разве так сказал? — удивился глава Синдиката.       — Это он так резню и пытки называет, — охотно пояснил Нокс, занимающий позицию главного по уборке.       Торговец с Кои не смог подавить прошедшую по телу волну дрожи, что, разумеется, тут же было всеми замечено.       — Драсс, Драсс, Драсс, — насмешливо обратился к нему Нитрус. — Разумеется, я не собираюсь оставлять брошенный мне вызов без ответа, а благодаря тебе я раздобыл то, чем можно надавить даже на нашего землянина.       Торговец неуверенно скосился на экран, где всё ещё висела застывшая физиономия Мая. Сколько бед от одного маленького и мягкого существа. И что задумал господин Нитрус? Насколько Драсс помнил, переданная информация казалась вообще не стоящей внимания: придурки, которые залезали в чужой рынок, встречались то там, то сям. Стоило ли главе вообще тратить своё время на такую мелкую сошку? Однако по всему выходило, что господин Нитрус считает иначе и угроза в его представлении куда больше, чем казалось какому-то там торговцу с Кои.       — А мне обязательно присутствовать? — плаксиво спросил Драсс.       Он особо и не надеялся на успех, но Нитрус только хмыкнул в ответ и повелительным взмахом руки разрешил своему связному переместиться в дальний угол. Уже не так и плохо, на работу Нокса смотреть вообще не хотелось. По слухам, Синдикат устраивал столь жуткие расправы, что многие случайные свидетели теряли потом рассудок.       Томительному ожиданию дальнейших событий не суждено было продлиться долго, едва только сердцебиение Драсса вернулось к положенному спокойному ритму, как в коридоре раздались шаги. Провожатый вёл кого-то. Слабо верилось в то, что экипаж «Икара» прибудет в самое сердце Синдиката добровольно, но, когда огромные двери распахнулись, сомнений не осталось. Землянин, чья физиономия по-прежнему занимала весь экран, шёл первым, с небольшим пакетом и папкой в руках. Позади него плыла гравитележка с грузом, подталкиваемая по нужному маршруту лацертийцем, идущим слева, и виваксом, идущим справа. Ни боевого дроида, ни уборщика-квадригу не было видно. С другой стороны, если планировалась бойня, то вполне логично было обманными путями вынудить конкурентов явиться на встречу без них.       Землянин остановился у трона, уткнулся в бумаги, потом в толпу, молча его рассматривающую, и спросил:       — Кто главный-то?       Все собравшиеся тут же спалились, молчаливо переместив глаза на Нитруса. Землянин решил не дожидаться устного подтверждения, бесцеремонно швырнул учётную папку на колени сидящему на троне драгонцу и в приказном тоне доложил:       — Ставь закорючку и говори, куда сгружать твоё барахло.       Похоже, представителя Земли ни капли не смущала ни толпа драгонцев, ни пустующее помещение, не похожее на склад даже отдалённо, ни собственная рожа, размещённая для чего-то на экране на всеобщем обозрении. Нитрус насмешливо поставил свою роспись и швырнул папку обратно Маю, попутно кивнув в угол:       — Разгружать можете там, рядом с люком.       Землянин помахал подчинённым, и гравитележка поплыла в указанном направлении.       — Заполняй бассейн сразу, чего время терять, — Нитрус отдал короткое распоряжение Ноксу.       Несчастный запуганный торговец с Кои как раз расположился в том самом углу, так что вскоре понял, что место ему досталось не такое выгодное, как казалось изначально. Он думал, что отсидится в стороне, а оказалось, что его расположили чуть ли не в первом ряду предстоящего представления. Пока экипаж «Икара» сгружал с тележки бессчётное число каких-то бочек, Нокс открыл створки люка в полу, обнажив нутро небольшого бассейна, отделанного пластинами чёрного камня. Драсс торопливо отодвинулся подальше от края.       Нокс ловко подкатил первую сгруженную бочку к краю, вынул из-за пояса огромных размеров нож и сковырнул пробку. В бассейн полилось нечто лиловое и густое, а в воздухе повис неприятный кислый аромат.       — Тару всё равно не забираем, — нахмурился Май, вполглаза наблюдая за манипуляциями.       — Ты не за это переживай, — усмехнулся в ответ Нокс, вскрывая следующую бочку.       — Не нравится мне здесь, кэп, — Хрон подобрался вплотную к своему капитану и зашептал ему на ухо: — чего они здесь торчат и смотрят на нас?       Май обернулся через плечо. Хрон оказался прав, почти все присутствующие перебрались к ним поближе и с гадкими ухмылками смотрели на наполняющийся бассейн. Кибо работал с сумасшедшей скоростью, разгружая тележку, видимо, тоже напрягся и торопился покинуть точку. Едва только последняя бочка коснулась пола, как Май доложил:       — Мы всё. Отчаливаем, парни!       — Куда же вы торопитесь, — Нитрус скрестил пальцы и начал нетерпеливо ими перебирать, — нам нужно ещё одно дельце обсудить.       Май подозрительно сощурился. Обычно предложения контрабанды вызывали в нём почти восторг, но сейчас внутреннее чутьё молчало и ощущалась только тревога.       — И чего надо?       — Информацию, конечно же, — Нитрус показал зубы в улыбке, но почему-то землянин не отреагировал на нарушение вселенского этикета, оставшись непроницаемым. С этим представителем стоило разговаривать на языке его родной планеты. — На кого работаешь, мерзавец?       — В накладную лениво заглянуть, что ли? — Май презрительно сморщился и упёр руки в бока. — На «Новолит».       — Да при чём здесь официально, — оскорбился глава Синдиката. — Я спрашиваю, на кого ты работаешь…       Когтистые пальцы нарисовали в воздухе какой-то замысловатый жест, который Май не понял. Похоже, местные никогда не делали заказов на контрабанду и оттого вели себя так странно, не зная, как начать разговор о взятке.       — Если ты про услуги за деньги, — помог Май, — то я работаю на свой карман. Плати, и договоримся!       Нитрус нахмурился, не поверив в то, что землянин просто его не понимает, он пришёл к выводу, что над ним издеваются. Ещё и на глазах у банды! Такое поведение стоило наказывать сразу.       — Нокс, всё готово? — глава Синдиката окрикнул подчинённого, опустошающего последнюю бочку.       — Полный бассейн кислоты, босс. Мы готовы.       — Кислоты?       Пока Май сопоставлял прозвучавшие факты и медленно осознавал, что чутьё било тревогу не напрасно, Нитрус вернулся к своему трону и нажал несколько кнопок на подлокотнике. Зал наполнился скрипящим звуком, и все присутствующие повернули головы к его источнику. С потолка ровно над бассейном опускалась металлическая платформа, зафиксированная четырьмя цепями по краям. На платформе стоял стул, к которому в несколько слоёв верёвок была примотана невысокая рыжеволосая землянка. Она ухитрялась подпрыгивать на месте, силясь освободиться, и не переставая мычала. Разобрать её речь было невозможно из-за объёмного кляпа, роль которого выполняла грязного вида тряпка. Май замер, его глаза расширились при виде Кати. Хрон молча открывал рот и указывал пальцем, а Кибо качал головой, понимая, что экипаж «Икара» вновь вляпался в неприятности, на этот раз очень большие. Нитрус подошёл ближе, его металлические зубы блеснули в ухмылке.       — Мы знаем, кто она для тебя, землянин. Твоя подруга, верно? Или любовница? Наши источники не врут, — его взгляд мельком скользнул в сторону Драсса, и торговец затрясся. Вот он точно ничего такого не говорил, это кто-то явно додумал сам, пока информация шла к главе Синдиката, как по испорченному телефону. Однако Нитрус продолжил, уверенный в своей правоте: — Скажи нам всё о вашем маленьком бизнесе с амарантом — кто поставляет, где выращиваете, на кого работаете по-настоящему, — и она останется в живых. Один неверный шаг, и платформа опустится. Кислота будет разъедать её медленно, начиная с ног, и ты сполна сможешь насладиться её криками.       Катя гневно замычала сквозь кляп, и лицо у Нитруса стало кислым:       — Кто заткнул ей рот? Это же обнуляет весь смысл!       — Простите, господин Нитрус, — виновато отозвался Нокс, перемещаясь от бассейна за спины товарищей, толпящихся у трона. — Она с момента абордажа «Стелла Лаутус» не затыкалась. Парни такого от неё наслушались, что я побоялся, что грохнут её раньше времени.       — Это она умеет, — покивал Май, — наверняка там было что-то про мужскую тиранию и членоносцев.       — Во, слыхали! — Нокс среагировал на знакомый триггер.       — Заткнулись оба! — проорал Нитрус. А потом, рыча, двинулся на Мая. Лир и Нокс, неведомо как успевшие вооружиться, пропорхнули следом за боссом, держась с разных сторон. — Ты мне всё расскажешь, земная крыса! Опускайте платформу!       Послушные приказу драгонцы засуетились у трона. Цепи дрогнули и начали медленно разматываться, платформа зашаталась, и Кате пришлось прыгать уже не для того, чтобы освободиться, а чтобы сохранить баланс. Сквозь кляп доносились гневные мычания, а серые большие глаза выпучились на Мая.       — Говори! — проорал Нитрус.       — Да что вы как животные, — вмешался Кибо. — Я выращиваю этот самый амарант в оранжерее. И толкнули мы его на Денейре, только чтобы штрафы покрыть, никакие мы не дельцы, а просто курьеры, на «Новолит» работаем и грузы возим.       — Врёт, — вступил в спор Лир. — Врёт, как дышит. Нельзя такой отменный амарант на борту космического челнока вырастить.       — Можно, бездарь, — оскорбился Кибо. — Любому биологу под силу, кто своё дело знает.       Ноксу пришлось придерживать Лира за плечо, поскольку оскорблённый драгонец порывался вперёд.       — Да остановите эту платформу, — взмолился Хрон, — он же вам всё сказал.       Кто-то стоящий у трона на команду почему-то среагировал и нажал нужную кнопку. Платформа замерла, Катя получила передышку и сопела, шумно дыша. Хрон сместился поближе к краю и попытался дотянуться до платформы, но та оказалась слишком высоко, Кибо придержал его за комбинезон и с опаской покосился на булькающую в бассейне лиловую кислоту.       — В принципе, мы можем и договориться, — Нитрус внезапно поддался обстоятельствам и расплылся в загадочной ухмылке. — Раз вы ни на кого не работаете, значит, нет никаких препятствий, чтобы работать на меня.       Май удивился сделанному заявлению совсем незначительно — большое количество полученного стресса сильно притупляло восприятие, а вот Лир испытал настоящий шок.       — Босс, вы же не серьёзно сейчас?       — Ты амарант видел? — Нитрус не обратил внимания на упрёк. — Такой толкать можно вдвое дороже. Если этот парень умеет выращивать, то я не прочь его заполучить.       Когтистый палец указал на Кибо, и тот нервно передёрнулся от этого жеста в свою сторону. Лир молча смотрел на соперника, а потом краска гнева начала заливать его лицо. Дело всей его жизни, его должность, его статус, всё это в какой-то миг поставили под сомнение из-за залётного доходяги. В Синдикате все знают, что это означает. Тебе конец! Если у тебя появилась замена, то ты следующий на очереди, чтобы искупаться в бассейне. Но Лир прожил много лет и повидал много войн, чтобы считаться дилетантом и сдаться раньше времени. Его руки покрепче сжали оружие, и он резко толкнул плечом Нокса, единственного, кто кроме него уже был вооружен, и единственного, кто мог бы помешать. Товарищ упал на пол, а его оружие, кувыркаясь, отлетело в сторону.       — Получи, урод!       Лир нажал на спуск бластера одновременно с тем, как Кибо оттолкнул Хрона подальше от края опасного бассейна. Выстрел в помещении грохнул, и звук принялся отражаться от стен, а Кибо завалился назад, выбросив в воздух целый фонтан кровавых брызг. Хрон заорал и приклеился к стене всеми конечностями, а потом побежал под потолок так же ловко, как если бы делал это по земле. Май задрал руки вверх и принялся пятиться спиной, не спуская глаз с бластера.       Лир старательно выцеливал вёрткого лацертийца через прицел, когда увидел, что ствол его оружия облепляет целый пучок желтоватых длинных щупалец: тонких, не больше пальца толщиной каждый. Он хотел стряхнуть их с бластера, но едва коснулся непонятной субстанции рукой, как жгуты обвили все пальцы и принялись закручиваться в разные стороны. Лир завопил под хруст собственных костей и попытался выдернуть пострадавшую руку, бросив мешающее оружие, а потом застыл, не в силах пошевелиться, так как разглядел, что происходило у бассейна. Вивакс, которого он подстрелил, бился в предсмертной агонии, а из его тела, заходящегося в судороге, стремительно выползали длинные жгуты самой разной толщины. Одни были влажными и тонкими, другие толстыми, сросшимися с плотью и тащившими за собой целые её куски. Руки вивакса, скребущие ногтями пол, внезапно сломались в суставах и загнулись совершенно в противоположные стороны, отчего всё тело деформировалось и напоминало теперь гигантского паука. Лир заорал, и тут же в его рот скользнуло что-то гладкое и тёплое, оставляя солёный вкус на языке. Он хотел сомкнуть челюсти и спастись, но сработал рвотный рефлекс, и в рот набилось так много инородных жгутов, что нижняя челюсть вывихнулась и съехала в сторону. Тело вивакса за это время приняло вертикальное положение, и голова, безвольно свесившаяся набок, посмотрела на Лира своими мёртвыми чёрными глазами. Потом в них промелькнул блеск жизни, но одновременно с этим все жгуты, заполонившие рот и пищевод Лира, рванулись глубже внутрь и разорвали несчастного драгонца надвое. Вся его требуха вывалилась на пол и разлетелась в стороны кровавым зелёным пятном, заставив всех присутствующих заорать на все лады.       Май молча отпрянул к стене, опёрся на неё двумя ладонями, и его начало рвать. Хрон свалился с потолка на платформу над бассейном и принялся развязывать Катю, которая к этому моменту перестала прыгать на своём стуле, закатила глаза и обмякла. То, что когда-то было виваксом, упало на пол и стремительно понеслось в сторону драгонцев, бросившихся от него врассыпную. Несмотря на сломанные в другую сторону конечности, передвигалась тварь явно проворнее и успешнее своих жертв, и первых двух настигла в мгновения ока. Щупальца, которые до этого просто волочились за телом, оставляя измазанную зелёной слизью полосу за собой, вновь ожили и прилепились к орущим драгонцам намертво. Памятуя о незавидной участи Лира, оба синхронно захлопнули рты, едва только самые тонкие из жгутов достигли лица, но те, замерев лишь на краткий миг, сменили направление и принялись заползать в ноздри и уши.       — Гаси его, гаси! — орал на товарищей Нокс, раздавая тычки тем из них, кто раздобыл у трона оружие.       Самый смелый даже рискнул прицелиться, но со спины вивакса выскочил особенно длинный отросток и словно хлыст опутал ноги незадачливого стрелка и зашвырнул того в бассейн. Лиловая жижа не издала даже всплеска, однако в месте соприкосновения изменила цвет, и из бассейна повалил дым с крайне резким и неприятным запахом.       — Бежим! — принял единственно верное решение Нитрус и первым ломанулся к двери.       Бежал он быстро, хоть и делал это впервые в своей жизни. Ни один драгонец ещё не встречал опасность спиной, но то, с чем они столкнулись сегодня, внушало только первобытный непреодолимый ужас. Судя по вскрикам товарищей, ещё паре из них пришлось окунуться в бассейн с кислотой, и едкого дыма в зале стало значительно больше. Что-то чавкало сквозь топот ног, кричало, рвалось и хлюпало. Жуткая какофония звуков, подстёгивающая бежать ещё быстрее.       Руки Нитруса наконец коснулись ручек, и драгонец рванул массивные двери на себя. В проход перед ним сначала скользнул едкий дым, который обволок уже весь зал, а потом какой-то неоформленный комок упал с потолка. Сначала Нитрус решил, что это преследующая его тварь, но когда, трясясь от страха, начал пятиться, то уткнулся спиной в кого-то, и на его грудь и шею проскользнули извивающиеся щупальца. Сдаваться без боя глава Синдиката не собирался и атаковал своего врага врукопашную, но все его яростные удары тонули и увязали в подвижной живой массе. Вся сила замаха пропадала, словно он находился под водой.       — Забирай, забирай всё, что хочешь! — в отчаянии прокричал Нитрус, пытаясь сторговать свою жизнь.       Масса из жгутов, спеленавших тело, пошевелилась и развернула драгонца лицом к твари. Выглядел тот снова вполне обычно, как тот самый вивакс, в которого выстрелил Лир, только лицо было вымазано зелёным и красным. А потом Нитрус смог рассмотреть глаза. Поскольку вивакс был близко, практически вплотную, то стало видно, что чёрные радужки на фоне чёрных же белков разъехались в стороны, а зрачки широко раскрылись и неподвижно застыли. Абсолютно мёртвые глаза, которых не могло быть у живого существа. Вивакс задрожал и стал открывать рот, обдав трясущегося в его путах драгонца гнилостным запахом. Он силился что-то сказать, но давился и булькал на выдохе, затем из его рта вывалилось несколько пучков тончайших жёлтых жгутиков, измазанных красной кровью, и до Нитруса донеслось сиплое «Дро-о-о-уг». Что бы это ни значило, ответа неведомая тварь и не ждала.       В живот Нитруса что-то ударило, причинив резкую сильную боль, его путы ослабли, и он повалился на пол. Подняться сил не было, конечности немели, а угасающий взгляд ловил только одно: страшное зрелище, как щупальце, нанёсшее смертельный удар, тянется к виваксу и сбрасывает в его ладони тёплую зелёную печень. «Дроуг», — механически повторил вивакс, поднял ладони выше и зарылся в них лицом, чавкая. Нитрус обессиленно закрыл глаза, но прежде чем умер, ещё трижды услышал, как поедающая его печень тварь прошептала «Дроуг».