Бортовой Журнал 2

      Хрон прокашлялся, рукой разгоняя дым, потом наклонился к верёвкам и осторожно принялся их перегрызать. Нежные руки Кати всё равно начали кровить, так что пришлось несколько раз сплюнуть. Внизу творилось что-то страшное, так что Хрон даже радовался, что из-за дыма, валившего из бассейна, ему ничего не видно. Была у происходящего и обратная сторона, потому что лёгкие горели, и кашлять хотелось не переставая. Как назло, стоило избавить Катю от верёвок, как она безжизненным мешком свалилась со стула, и поднять её не получилось ни с первого, ни со второго раза.       — Кэп! — с отчаянием позвал на помощь Хрон. — Кибо! Кто-нибудь!       — Спускайся оттуда, дурак! — донеслось до него встревоженное распоряжение Мая.       — Не могу, ваша Катя такая тяжёлая, не поднять.       — Да не моя она, — сердито огрызнулся Май. — Уходить надо, пока Кибо нас прикрывает.       — С ним всё хорошо? Вы видели?       Хрон обрадованно свесился с платформы вниз, чтобы разглядеть капитана. Конструкция опасно накренилась, и ему пришлось спрятаться обратно, чтобы не рухнуть в бассейн с кислотой.       — Да целый он, чего ему будет.       Май внизу ворчал и чем-то громыхал. Вскоре у края платформы показалась лестница, Хрон придержал её, потому что платформа шаталась от производимых движений. Ничего видно не было, но по доносящемуся кашлю можно было понять, что Май поднимается.       — А ты кто такой? — услышал Хрон. — Куда лезешь?       — Молю вас, не бросайте меня! — кто-то всхлипывал и шатал лестницу. — Я их отговаривал, я полезный. Вам ведь понадобится связной на Кои, правда? Я и других знаю, со всеми договорюсь, всё объясню. Не убивайте!       Из тумана показалась голова Мая, он первым делом закатил глаза и указал большим пальцем себе за плечо:       — Там торгаш лезет. Можешь его сбросить, если хочешь.       Снизу захныкало, но Хрон придержал лестницу, пока и торговец не поднялся на платформу. Драгонец благодарственно закивал и сразу отодвинулся на почтительное расстояние, кутаясь в свой плащ и с опаской поглядывая вниз. Май тем временем склонился над Катей и принялся хлопать её по щекам.       — Дроуг, — прохрипело снизу.       Хрон свесился в туман и поводил мордой:       — Кибо! Ты как там? Залезай давай!       — Дро-о-о-оуг!       Май очень напрягся от этого завывания, подскочил к Хрону и успел дёрнуть того за ворот, прежде чем из тумана вверх взметнулся целый пучок тонких жгутов, измазанных зелёной слизью. Торговец принялся хныкать и раскачиваться, а лестница, приставленная к платформе, стала трястись. Май попытался оттолкнуть её ногой подальше, но его ботинок облепил проворный жгут и закрепился на голенище.       — Давай руку!       Идиот Хрон бесстрашно свесился в туман и пихнул туда лапу. Жгут, облепивший ногу, отцепился и уполз. Май боялся пошевелиться, сложно было подавить чувство, что Хрона вот-вот утянет вниз, но вопреки всем ожиданиям страшного не случилось, и на лестнице показался Кибо. Весь грязный, он хрипел и булькал, его страшных отростков видно не было, но даже сквозь едкую вонь кислоты пробивался запах гнили.       — Ты как? — напугался Хрон.       — Дро-о-оуг? — с сомнением выдавил Кибо.       — Может, чип задело? — поёжился Хрон и выгнулся, чтобы рассмотреть висок друга. Май уже собирался заорать, так как изо рта вивакса показались жгутики, но обошлось. Хрон выпрямился и спросил: — Ты забыл имя, да? Кибо. Ки-бо!       Кибо радостно закивал, потом постучал ладонью по голове, и его правый глаз закатился. Это досадное происшествие совсем не расстроило владельца, наоборот, ему будто бы полегчало, потому что он стал осмысленно осматриваться, насколько это было возможно при том раскладе, что один его глаз теперь смотрел исключительно в потолок.       — Я Драсс, — пролепетал торговец с Кои, встретившись взглядом с тем глазом, который посмотрел на него. — Я полезный, не надо меня убивать.       Где-то рядом с ним задиристо фыркнул Май, он держал Катю за грудки и, по всей видимости, к этому моменту устал трясти её, пытаясь привести в чувство.       — Что с ней? — Кибо только сейчас заметил проблему. — Они её убили?       — Да что с тобой такое? — Май разжал руки, и Катя упала и стукнулась головой о железный настил. — Ты же сам всё видел. И что ещё за Дроуг? Какого хрена ты его решил вспомнить? Знаешь, как это стрёмно?       По лицу Кибо прошло какое-то секундное озлобление, но он быстро овладел собой, подошёл к капитану и в одно движение поднял землянку на руки.       — Идёмте, — безапелляционно заявил он. — Не хватало ещё дождаться подмоги.       — Тогда настоятельно не рекомендую выходить через главный вход, — пропищал торговец с Кои. Он всё ещё боялся, но перестал трястись и рискнул встать на ноги. — Я могу провести по коридору для своих, через который меня вёл провожатый, там никого не было. Совершенная пустота, — и, будто бы захотев всем напомнить, добавил: — Драсс полезный.       — В кислоту только не свались, а то польза сразу испарится, — напутствовал его Май, — пойдёшь первым, я после всего случившегося не намерен показывать драгонцам спину.       Драсс завздыхал, но потом его профессионализм словно проснулся, и он, натянув на морду каноничную для всех торговцев улыбочку, начал спуск вниз по лестнице. Хрон и Май пристроились в очередь, а Кибо, взвесив, что руки заняты ношей, выбрал спрыгнуть вниз. Чтобы уж точно разминуться с бассейном, он заложил расстояние побольше и во время приземления едва не выронил землянку. От резкого движения Катя пришла в себя и принялась испуганно моргать.       — Ох, — выдохнула она, рассмотрев своего спасителя, — я так и знала, что мне всё это привиделось. И будто в тебя выстрелили, и будто то чудовище всех убило.       Кибо лишний раз порадовался, что туман из бассейна достаточно плотно окутывал пол и землянка не увидит и половины. По неведомой причине он решил, что этого будет достаточно и дальше она пойдёт самостоятельно, но руки Кати обвили его за шею, и она даже поболтала в воздухе ногами, словно хотела продемонстрировать, что уже выбрала способ передвижения.       — Чего застряли! — окликнул их из тумана Май. — Шевелите жопами! Ну что за команда мне досталась.       Кибо двинулся на его голос, попутно отметив, что на «Икаре» стоит отвести Катю в медблок для обследования. Уж больно странно она моргала, хлопая ресницами, да и дышала слишком уж часто, будто до этого её заставляли бегать.       Хрон всю дорогу оглядывался назад и явно волновался. Кибо не знал почему, но чувствовал, что у него заплетаются ноги. Вес Кати для модифицированного тела не ощущался тяжким грузом, но перед глазами то и дело вспыхивали искорки, а стопа периодически ставилась на пол не так, как задумывалось. Хорошо, что не требовалось бежать — ведущий их по коридору Драсс предпочитал осторожничать и прислушивался к каждому звуку.       Как выяснилось вскоре, боковой проход для своих вёл на парковочную зону. Когда «Икар» только приземлялся здесь, Май и подумать не мог, что в огромной металлической стене есть какой-то проход. Даже теперь, когда все покинули помещение и дверь за их спинами закрылась, её невозможно было найти снова. Ни ручек, ни стыков, только гладкая полированная поверхность, отражающая свет и слепящая глаза.       — Долго вы что-то.       Помятый экипаж приметил Лутер, который до этого неуверенно топтался у опущенного трапа. Он хотел добавить что-то ещё, но заметил незнакомца и благоразумно промолчал. Торговец с Кои, однако, решил обезопаситься и привычным способом полез наводить коммуникации. Он вцепился двумя руками в ладонь Лутера, следуя ритуалу вежливости по отношению к квадригам, и сообщил:       — Я Драсс. Ваш связной на Кои, буду рад быть полезным новому руководству.       — Чего?!       Май уже корчил рожу и готовился к дальнейшей тираде, но в этот момент Кибо в очередной раз оступился и полетел лицом вниз. Катя вывалилась из его рук и по инерции пробежала пару шагов вперёд, чтобы сохранить равновесие, прежде чем за её спиной раздался глухой звук падения. Хрон сразу опустился на четвереньки и бесполезно заметался вокруг упавшего друга, вот только поднять не поднимал, зато мастерски наводил суету. Лутер лишь гаденько хихикнул, пока на Мая и Катю напало оцепенение от неожиданности. И только Медея, всегда чётко следующая своей программе заботы об экипаже, стремительно сбежала с трапа и унесла бессознательного вивакса в медблок.

***

      Самое неприятное во всём происшествии заключалось в том, что, пока Май направлял все силы на то, чтобы приглядывать за чужаком-драгонцем, в медблок просочилась Катя, и к тому моменту, когда Май опомнился, прилипчивая землянка оказалась неплохо информирована о болезни Кибо. Разумеется, сканеры и Медея настаивали на острой паразитарной инфекции, и также ожидаемо, что Хрон начал препятствовать немедленному лечению. Переборов всю свою робость и страх перед представителями Земли, он не на шутку сцепился с Катей, которая пыталась ввести Кибо назначенное лекарство. Май застал их в разных углах медицинского кабинета, где они стояли, как боксёры на ринге, готовясь к очередному раунду. Катя держала наготове шприц и не собиралась отступать, а Хрон пытался её вразумить, периодически шипя от досады:       — Говорю же, вы не с тем боретесь, не тело надо спасать. Эта штука может его прикончить!       — Это лекарство любую биозаразу седацирует, — орала Катя, размахивая шприцем. — Надо отрубать его нервную систему от паразитов, пока не поздно, и везти в клинику на операцию. Пусти, идиот, или, клянусь, я тебя огрею чем-нибудь тяжёлым.       И пока Хрон пытался ей доказать, что так лечить Кибо нельзя, появился Май и просто отобрал опасный шприц, выкрутив Кате руку.       — И это после всего, что он для вас сделал, — землянка рыдала и пиналась. — Пусти, алкаш некомпетентный, только я могу ему помочь. Бедненький, в какой ужасный коллектив он попал, неудивительно, что облысел и запаршивел.       — До чего ж ты дура, — Май оттолкнул Катю подальше от себя, положил шприц обратно в медицинский шкаф и подпёр его спиной. — Ты ничего о нём не знаешь, а лезешь. Если тебе и правда хочется ему помочь, то держи от него подальше все известные тебе таблетки. И в больницу ему нельзя, его там просто утилизируют, а может, и нас заодно.       Землянка притихла и подозрительно стала присматриваться к Маю, но поскольку тот остался непроницаемо спокойным, переключилась на Хрона.       — Почему ему нельзя лекарства? Он же умирает, вы разве не видите?       — Потому что он не совсем вивакс, — опять попытался слепить хоть какое-то объяснение Хрон. — Мы вообще не знаем, как он отреагирует на препараты. Какие-то пилюли он горстями может принимать, и ничего не будет, я ему витамины и физрастворы давал — всё было хорошо, но мы ничего толком о нём не знаем, как и врачи. Если он не ел пилюли Медеи, значит, чувствовал, что они ему во вред. Не смейте ему то лекарство колоть!       — Если он не вивакс, а полукровка там или химера, неважно, — Катя мялась и перебирала варианты, — то какая разница. У него паразиты, которые разрушают тело каждую минуту. Надо всех вводить в анабиоз и разделять, пока не поздно.       На это заявление Май истерично рассмеялся, потом бросил взгляд на Кибо, мирно спящего на кушетке, словно бы ничего не произошло, и философски изрёк:       — Потрясающая идея, с учётом того, что, насколько нам всем известно, паразиты без хозяина не живут, а вот этот вивакс в состоянии жизни остаётся только благодаря паразиту и по всем законам давно должен быть мёртв. Так что, боюсь, что, разделив их, мы получим двух мёртвых индивидуумов, а не одного живого.       — Я не понимаю, — пролепетала Катя.       — Да скажите вы ей, кэп, — взмолился Хрон. — А не то она тайком сделает по-своему и убьёт его, чего доброго. Нам Кибо спасать надо, а мы только ссоримся.       — А где гарантия, что она не доложит в тот же «Новолит»? — вспыхнул Май. — Я вот чуял, что добром это всё не кончится, и такое вечно не утаишь.       — Я умею хранить секреты, — парировала Катя, хотя по глазам было видно, что ей настолько любопытно, что она сказала бы что угодно. — И я хочу помочь Кибо, а не навредить. Ну правда, поверьте мне. Шла бы речь о Мае, тут не спорю, могли бы быть сомнения. Но Кибо, он же славный, хороший, очень душевный.       — Только он паразит, — не выдержал Май, понимая, что очень уж удобный момент выпал, чтобы это вставить. И пока Катя готовилась негодовать, дополнил: — Твой славный и душевный такой Кибо — незарегистрированный живой вид с одной из планет, который по воле случая живёт в теле вивакса, присоединившись к его мозгам и нервной системе. Он нечто новое и уникальное, чего раньше никогда не было, так что ни в одной больнице ему помочь не смогут. Они знают, как лечить виваксов, но как лечить Кибо, не знает никто.       Катя долго смотрела на Мая, потом бросила взгляд и на Хрона, а затем шумно выдохнула и резко высказалась:       — Вы идиоты. Если спасать надо паразита, то очевидно, что ему нужен новый хозяин.       — Что?       Май опешил и заморгал. И от заявления, в котором, надо было это признать, было здравое зерно, и от того, насколько спокойно заявила об этом землянка. Либо до неё не дошло сказанное, либо она на самом деле была куда сообразительнее, чем старалась показать. Катя нахмурилась, не встретив обычного возражения, и продолжила рассуждать вслух:       — Значит, мне не показалось, что в него выстрелили. Да и та странность с метаморфозами теперь понятна. Вы же сами видели, что он проделал с этим бедным телом. Разве удивительно, что оно сломалось?       — Раньше он как-то не жаловался, — попытался оправдаться Май.       — Это ещё и не в первый раз, — воскликнула Катя. — Вы хоть раз с ним говорили об этом? Вели дневник какой-нибудь? Собирали данные о нём?       — Мы с ним на рынке фотографировались, — припомнил Хрон, — на память. А дневники ведут только девчонки и педики.       — Замолчи, — Катя взмахнула руками, — будто не ты говоришь, а Май. Знаю я, чьё это влияние, у лацертийцев этого бреда в словарном запасе вообще нет. Просто поразительно! Вы, два придурка, единственные, кто более-менее осведомлён о природе Кибо, и не попытались как-то с ним поговорить или изучить его. Ни один корабль не летает по Вселенной без медицинского арсенала, рассчитанного на все виды в экипаже. А что предусмотрели вы?       — Вот не смей меня обвинять, — возразил Май. — Я ему печёнку закупаю выше нормативов, в экипаж его взял, чтобы он не спалился нигде, и глаза закрываю на то, что ему периодически надо кого-то сожрать.       У Кати сразу же образовалась настолько кислая мина, что стало понятно: она не поверила. Видимо, придумала себе какую-то небылицу про Кибо и отказывалась принимать его настоящую природу. Даже Хрон, который закрыл руками уши и поджал хвост, не убедил её в том, что Май произнёс правду.       — Если он завтра не придёт в себя и я не смогу с ним поговорить, я свяжусь с ИксАрДваПять и потребую пригнать сюда «Стелла Лаутус» для эвакуации, — пригрозила Катя.       — Да там небось рады, что ты наконец-то оставила их в покое, — не сдался Май. — И я что-то не вижу твой дружный экипаж, стремящийся вызволить тебя из беды. Может, они сами доплатили этим драгонцам за твоё похищение?       — Ой, — опомнился Хрон, — там же Блесус, наверное, с ума сходит. Надо подать весточку на «Стелла Лаутус», что с Катей всё в порядке.       — Раз ты такой сердобольный, то сам этим и занимайся!       Май сильно разгневался на то, что его подчинённый решил поддержать оппозиционную сторону. Он бросил краткое распоряжение Медее следить за пациентом и немедленно сообщать об изменении его состояния и сразу за этим ушёл в капитанскую рубку.       — Он точно сказал про Кибо правду?       Оставшись без догляда, Катя решила надавить на лацертийца, который явно её побаивался. Хрон так и держал свой хвост поджатым, а чешуя на его морде почти вся перекрасилась в розовый цвет. Совсем не позитивно, потому что для его вида эта раскраска символизировала исключительно горе или крайнюю степень взволнованности.       — Если ты расскажешь про Кибо хоть кому-то, то его, скорее всего, убьют. Я знаю, что земляне очень жестокие, но это именно он спас тебя от неприятностей. Не надо ему вредить.       — Я и не собиралась, — с обидой отозвалась Катя. — И я знаю, что это ты перегрыз мои верёвки, уж больно характерный отпечаток зубов на коже. Спасибо, кстати!       Хвост Хрона медленно и неуверенно разогнулся, потом пошевелился и свернулся в колечко.       — На здоровье! Пойдём, передатчик есть только в капитанской, так что, чтобы связаться со своими, нам придётся идти за Маем.       Катя одобрительно хмыкнула, но прежде чем пойти, посмотрела на лежащего Кибо, а затем на Медею. Бортовой дроид помигала ей зелёной лампочкой, словно хотела успокоить.       — Меня на рынке упаковали, — внезапно созналась Катя. — До «Стелла Лаутус» я так и не дошла. И Май в чём-то прав: если там кто и волнуется, то только Квисс и ИксАрДваПять, остальные привыкли к моим самоволкам и нарушению графика. Один раз я корабль и вовсе на попутном челноке догоняла, а Блесус грозился меня уволить.       — Я через увольнения много раз проходил, — решился на ответную откровенность Хрон, — а Май единственный, кто хоть и орёт, но пока воздерживается от крайних мер. Я люблю свою работу, честно, но почему-то из головы вылетают важные данные, а ещё вот, — Хрон показал спутнице свою ладонь. — У людей и виваксов очень подвижные пальцы, подходящие для точной работы. А у меня такой гибкости нет, на кончиках вообще утолщение. По стенам бегать самое оно, а вот ту же отвёртку держать проблема.       — Просто инструменты правильные нужны.       — Так их покупать надо, — хихикнул в ответ Хрон, — а манков всегда не хватает.       — Я заметила, — саркастично ответила Катя. Они как раз шли по коридору с развалившимся полом и мигающими лампами освещения. — ИксАрДваПять говорила, что вы значки солидарности носите. Ты взносы делаешь?       Хрон угукнул.       — Это хорошо. Ей в своё время перевалочный пункт здорово помог, а такие открывают только на спонсорские взносы.       — Мы Лутера туда везём.       На этот раз угукнула Катя. У обоих разговор клеился плохо, хотя изначальная напряжённость ушла.

***

      «Икар» был уже на взлёте, потому что Май, хоть и был обижен до крайности, не хотел задерживаться на негостеприимной планете ни секундой дольше. В этот раз, он это понимал, приходилось оставлять достаточно много следов. Одно дело дрейфующие пиратские корабли с пропавшим экипажем, другое дело здание, стоящее на твёрдой поверхности, и в котором можно изучить все оставленные улики. К чёрной полосе уже будто и привык, но было бы легче, если бы вместе с ней выдавалось какое-то понимание, когда она закончится. Ещё и эта новоявленная проблема в виде торговца-драгонца с Кои. Май специально посадил его в капитанскую, чтобы тот был под доглядом всё время. Изначально планировал ссадить его на ближайшей заправке, но тот зацепился языком с Лутером и думать, видно, забыл, что является крайне нежелательной персоной на борту. К квадриге у торговца было подозрительно радушное отношение, даже именовал он его не по имени, а Господин Уборщик. Тот, видать, этим проникся, потому что расспрашивал во всех подробностях про Синдикат и стычку с экипажем «Икара». Маю пришлось несколько раз многозначительно кашлять, чтобы драгонец не наболтал любопытной квадриге лишнего. И без того слишком уж многие были посвящены в тайну Кибо, и это на текущий момент занимало все мысли.       Вскоре в кабину пробрались и Хрон с Катей. Май старательно их игнорировал, но они не задавали ему никаких вопросов и самостоятельно копошились у передатчика. Видеозвонок был доступен только с капитанского пульта, но они, должно быть, решили не унижаться с просьбами.       — Вот это да, — восторженно воскликнул Лутер, и Маю снова пришлось прислушиваться к идущей беседе.       Ему решительно не нравился торгаш-драгонец на борту. Драсс вроде и выглядел безобидно, но всё-таки, как ни крути, был частью Синдиката. Только идиоты не сочли бы такого попутчика опасным. Вот Лутер явно был недалёкого ума, потому что не напрягался и продолжал расспрашивать про структуру организации и работу всех связных по планетам. Когда-нибудь его точно расфасуют по пакетам и отправят изучать Вселенную в разных направлениях, и очень хорошо успеть доставить его в перевалочный пункт для квадриг и не оказаться рядом в неподходящий момент.       В достаточной мере было обидно осознать и то, что Май попался Синдикату совсем не случайно, когда разговор дошёл до того, как Синдикат обычно выявляет конкурентов. Это ж надо так по глупости не только засветиться с продажей амаранта, но ещё и собственными руками доставить маячок о том, что ты посягнул на нелегальный бизнес, прямо к связному на Кои. Столь обидно было, что Май решил, что с него довольно.       — Раз вам так вдвоём понравилось, — прервал он беседующих, — то ночевать будете в одной каюте. Я вам не плавучий отель! И Драсс сойдёт на первой же остановке и сам как-нибудь решит, как ему добираться до дома. А ещё, если он надумает чесать языком, то я обещаю его навестить с парой товарищей с Земли.       Удивительно, но этот блеф всегда работал. Торговец стал бледным как полотно, сразу же замкнулся и раболепно закивал. Чаще всего земляне друг друга на дух не выносили и ссорились по любому вопросу, но все разумные расы верили в паритет. Один землянин — уже катастрофа, угроза появления на пороге нескольких — настоящий риск.       — Тогда мы спать, — равнодушно заявил Лутер.       Он выглядел слишком довольным, Маю даже показалось, что разговоры о резне ему особенно понравились. Надо было поскорее спровадить этого типа с их корабля и больше с ним никогда не встречаться.       — Кэп, а где Катю разместить? — Хрон подал голос и напомнил ещё об одной проблеме. — Каюты все закончились.       — Если Кибо в медблоке, то я могу пока у него побыть, — воодушевлённо предложила землянка.       — Ну уж нет, — отрезал Май. В комнату Кибо он и сам не совался, мало ли что там хранилось, к чему они были не готовы.       — Тогда можно в грузовом отсеке гамак натянуть, — сказал Хрон.       — Не можно, — опять отклонил предложение Май. — Я там обогрев отключил, чтобы экономить топливо.       Катя гневно запыхтела, но Хрон потащил её за руку прочь из капитанской рубки. Май даже после их ухода продолжал дуться. Складывалось впечатление, что вся его команда выбрала в компанию чужаков вместо того, чтобы сплотиться вокруг капитана. Где такое видано?       Через час удалось убедиться, что за «Икаром» нет никакой слежки и можно ложиться в дрейф. Всё пережитое за день с силой давило на организм, думалось плохо, и зевота не отпускала. Май включил автопилот и побрёл в душевую. Было сонливо до крайности, но стоило переступить порог, как нога попала на что-то мягкое, и от испуга сердце забилось так часто, что сна не осталось ни в одном глазу. Оказалось, что на полу лежал Хрон, а нечто мягкое было его хвостом.       — Ты что здесь делаешь? — возмутился Май.       — Но как же, — Хрон сонно зевнул и нехотя поднялся, — вы же сами сказали, что в грузовой отсек нельзя, а Катю где-то надо было разместить. Я ей свою комнату отдал, но мне же надо куда-то деться. Вот решил в душевой поспать.       — Вот же дурак, — проворчал Май. — Надо было её сюда отправить. И чего сразу на пороге-то?       — Так тут сухо, — оправдался Хрон.       У него было до крайности сонливое и измождённое лицо, а жёлтые глаза наполовину закрывало полупрозрачное второе веко.       — Ладно, пойдём ко мне, — смилостивился Май. — У меня, конечно, не хоромы, но есть диван хотя бы. Постелим тебе там.       Просто напасть какая-то, что после такого трудного дня приходилось мотаться по всему кораблю туда-сюда. Сначала довести Хрона до своей каюты и постелить ему, потом тащиться в душевую, потом снова обратно. Неудивительно, что Май всю дорогу ворчал и был сердит. Он сразу хотел завалиться спать, но Хрон на диванчике лежал настолько скукожившись, что стало его жаль. Запасного одеяла не было, так что Май открыл шкаф, отыскал в нём свой халат и подошёл, чтобы накрыть лацертийца. Тот не проснулся от прикосновения, но сопение стало довольным и спокойным. Тут Май обратил внимание на его шею, там вся чешуя облезла, оголяя кожу. Беглый осмотр показал, что чешуя лезет ещё с хвоста, и не только мелкая, но и крупная тоже, оставляя за собой красноватые пятна. Не хватало, чтобы ещё один член экипажа серьёзно заболел.       Вместо сна Маю пришлось брести в медблок, чтобы проконсультироваться с Медеей. Дроид спокойно доложила, что у господина Хрона нервный лишай и она даёт ему мазь, а не помогает та исключительно потому, что лацертиец продолжает стрессовать. От этих новостей хотелось завыть. Май опустился на стул рядом с кушеткой Кибо, упёрся в неё лбом и позволил себе поскулить. Был бы на борту коньяк, он бы напился в хлам, лишь бы забыть про все проблемы хотя бы до утра. Но пришлось возвращаться в свою каюту с чем есть, и там, для успокоения собственной нечистой совести, Май накрыл Хрона своим одеялом, а халат забрал себе.