Вояджер

      Дин слушал план Кастиэля с нескрываемым скепсисом. Это звучало очевидно безумно даже для существа, обладающего силой ангела. — Ты сам понимаешь, о чём вообще говоришь сейчас? — Дин нахмурился и снова его злость начала набирать обороты, но он сумел подавить её, стараясь просто не сорваться. — Это абсолютно нереально. Даже для тебя. — Ты снова сомневаешься во мне. — Кастиэль вздохнул с нескрываемым разочарованием. — Но я всё равно попробую сделать это. Даже если это будет стоить мне жизни. — Он прекрасно понимал, что не сможет просить себе бездействия, и не собирался оставаться в стороне. И скорее ставил Дина перед фактом, нежели советовался. — Я пытаюсь мыслить здраво, чёрт возьми! Я готов к смерти в любом формате, ладно? Я не хочу, чтобы ты рисковал, когда это объективно бессмысленно. — Гнев Дина сменился глупым отчаянием, и это явно сквозило в каждом его слове, несмотря на его нежелание признать это. — Ты не можешь просто выйти в ёбаный космос, добраться до чёрной дыры и что-то оттуда притащить. Это билет в один конец. — У меня есть кое-какие сведения о том, как сделать это с минимальными рисками, — Он пожал плечами, и легкая неуверенность промелькнула сквозь фасад стойкости. — ровно настолько, насколько это возможно. Но я ангел, Дин. Мне не нужен ни скафандр, ни летательный аппарат, ни что-либо из того, что используют люди для космических путешествий. — Кастиэль пристально смотрел в глаза Дина так, словно пытался пробурить взглядом его голову и вложить туда свой посыл напрямую. — Главная задача состоит лишь в том, чтобы пересечь горизонт событий и не потеряться в пространстве и времени. И я изучил эту тему, так что у меня есть пара наработок, которые помогут мне сориентироваться. — Сэм знает? Что он говорит об этом? — Его броня начала давать трещину. Он понимал, что невозможно переубедить Кастиэля, когда тот настроен вот так решительно. — Не знает. Я ещё не обсуждал это с ним. — Тон Кастиэля тоже становился всё спокойнее, хотя нотки лёгкой нервозности никуда не делись.       Дин кивнул, всё ещё осмысливая перспективы и риски плана Каса. Всё это казалось полным безумием и абсолютно бесперспективной затеей, но остановить его было чем-то за гранью фантастики. Даже если вся ситуация — полнейший сюр, не то что бы в распоряжении были альтернативные варианты. И больше всего ему не хотелось, чтобы Кастиэль погибал из-за него. Особенно если его жертва оказалась бы напрасной. Проблема только в том, что мнения самого Дина не слишком-то и спрашивали. Он неохотно кивнул, понимая, что права голоса у него в этом вопросе не было с самого начала, но он хотел хотя бы сделать всё возможное со своей стороны, чтобы максимально обезопасить Каса. — Ладно. Но он должен знать. Скажи ему. Сейчас. И мы обсудим все вместе эти твои «меры безопасности».

X

      Импровизированный консилиум состоялся в библиотеке. Кастиэль демонстрировал пометки, сделанные в отложенных им книгам, дополнял их собственными комментариями, делясь тем, что узнал за многие тысячелетия своей жизни. Сэм кивал, иногда задавал вопросы по теме и делал пометки в своём ноутбуке, стараясь сначала собрать полную картину, прежде чем делать выводы и давать комментарии. Тем временем Дин молчал, глядя на Кастиэля, но как-то сквозь него, и выглядел отстранённым. Всё это было лишь фоном к его спутанным мыслям, и он лишь иногда обращал внимание на беседу, когда всплывали какие-то новые для него факты и тонкости, но ничего из этого он не комментировал.       Сэм взвешивал все плюсы и минусы, риски и перспективы предложенного плана. Идея Кастиэля действительно чертовски рискованная, но Сэму было сложно мыслить рационально, когда на кону стояла жизнь его брата, и потому он готов был цепляться даже за самую нелепую и безумную мысль как за спасительную соломинку. Несмотря на все его обвинения в сторону Дина на тему того, что тот спасает Сэма только потому что не хочет оставаться один, Сэм в глубине души понимал, что поступал точно так же. Не только сейчас, но и каждый раз, когда дело касалось вопросов жизни и смерти. Пусть он не был так же настойчив как старший брат, и он умел принимать утрату спустя время, но это никогда не значило, что ему плевать. Пока у него была душа, ему никогда не было плевать. И в этот раз он ловил себя на том, что фактически стоял на распутье: пожертвовать жизнью Кастиэля и получить, на самом деле, совершенно крошечный шанс на спасение Дина, или же не жертвовать Касом, но и гарантировано потерять старшего брата. Это, чёрт возьми, было так эгоистично — понимать, к какому из вариантов склонялась чаша его внутренних весов. Но Сэм понимал, что и Кастиэль осознавал, на что идёт. И сам он чётко дал понять, что ни при каких условиях не останется в стороне и не упустит возможности хотя бы попытаться спасти Дина. Абсолютно любой ценой, и конкретно эту цену он осознавал в полной мере. Это немного заглушало голос совести, который и без того последнее время был тих.

X

      С общего молчаливого согласия, решение было принято. Выбор сделан, и назад уже пути не осталось. Кастиэль ещё раз проговорил три основных правила, придерживаться которых должен был каждый из них: поддерживать связь, следить за временем и сообщать о каждой мелочи, которая даже теоретически и весьма условно могла бы иметь значение. — И давай всё-таки уточним: как ты собрался поддерживать связь? Нет, я прекрасно понимаю, как это работает в одностороннем порядке — я молюсь тебе, ты меня игнорируешь и даёшь о себе знать только когда тебе самому заблагорассудится. —  Дин вздохнул, потирая переносицу бессознательным жестом. — Но что насчёт обратной связи? Я, конечно, не эксперт, но сотовые, кажется, в космосе не то что бы хорошо ловят сигнал сети.       Кастиэль тяжело вздохнул и посмотрел в глаза Дину с едва скрываемой снисходительностью. — Дин. Если ты успел забыть, то я тебе напомню: я — тот, кто вытащил тебя из Ада. Я — тот, чей отпечаток ты носишь на своём плече. И я уже упоминал о том, что в некотором роде мы связаны. Это буквально нить из энергии. Она незрима для человеческого глаза, но для ангельских… — Он замялся, задумавшись о том, как выразить это в ясной человеку форме. — органов чувств эта связь очевидна. Для каждого из ангелов, на самом деле. — К чему ты клонишь? —  Дин нахмурился, явно запутавшись в этой странной логической цепочке. Кас закатил глаза так, словно только что объяснял ребёнку, что трава зелёная, а луна круглая. — Я говорю о том, что мы вполне можем установить двустороннюю связь без дополнительных устройств. По принципу молитвы, которая работает в обе стороны. Телепатическая связь, если хочешь.       Дин удивлённо взглянул на Кастиэля, и когда он заговорил, в его голосе смешались изумление и упрёк, который, на самом деле, нельзя было назвать необоснованным. — То есть всё это время ты мог отвечать мне, даже находясь на своих сраных Небесах, вместо того чтобы пропадать без вести и игнорировать все мои ёбаные молитвы, которые я посылал тебе?!       Сэм, видя, какие обороты уже начинает принимать разговор, поспешил незаметно ускользнуть в свою комнату подальше от этой драмы. — Дин, — Кастиэль поджал губы и прищурился, едва заметно склонив голову набок, в его взгляде безошибочно читалась обида. — прекрати. Этот канал связи — крайняя мера. Он истощает и принимающего, и передающего. Я не мог рисковать без острой необходимости. — И что же в твоём понимании «острая необходимость»? — Вот это. — Он описал в воздухе рукой небрежный круг, указывая на конкретно эту ситуацию, в которой они оказались. — Это «острая необходимость. Вопросы жизни и смерти, Дин. — Ясно. — Дин кивнул, определённо не до конца удовлетворённый ответом, но он не хотел скандала прямо сейчас. — Ладно, как этот канал работает? — По принципу рации, но через молитву. Ты молишься мне, как ты обычно это делаешь, а я отвечаю. Ты будешь слышать мой голос в своей голове. — И как я отличу реальный ответ от своего воображения? Может я просто буду выдавать желаемое за действительное. — Ты не спутаешь. Это не похоже на обычные человеческие мысли или воображение. — Кастиэль нахмурился, задумавшись, как объяснить суть ангельской коммуникации человеку на его человеческом языке в доступной для понимания форме. — Это больше похоже на настоящий звук извне, но без определённого источника. Грубо говоря, я буду звучать из ниоткуда и одновременно отовсюду, но услышать сможешь только ты.       Дину потребовалась пауза на то, чтобы осознать и хотя бы примерно понять объяснение Каса. Это звучало буквально на грани фантастики, но, чёрт возьми, он готов был разобраться в чём угодно, если это могло бы дать ему двустороннюю связь с Кастиэлем, пока тот будет в ёбаном космосе проделывать путь к чёрной дыре чтобы добыть какой-то непонятный артефакт, который спасёт ему, Дину, жизнь. Он кивнул. — Ладно, я понял. Примерно. — Он замолчал, вся эта ситуация снова рухнула ему на плечи болезненным осознанием. — Кас, я… — Он вздохнул, потирая переносицу. — Я могу что-то сделать для тебя? Ну там… Я не знаю, еду в дорогу? — С его губ слетел безрадостный смешок, когда он резко понял, какую глупость ляпнул — ну к чему ангелу еда?       Кастиэль опустил взгляд, пряча неуместную слабую улыбку. Еда в дорогу для ангела — это смешно. Но тот факт, что Дин хотел сделать что-то для него — это было чем-то, за что хотелось цепляться. — Еда мне ни к чему, Дин. Но есть, на самом деле, несколько вещей, которые мне могут понадобиться. — Да, Кас. Что угодно. — Я думаю, что мне пригодится космическая карта. Я сделаю её самостоятельно, но мне понадобятся принадлежности — бумага, пишущие принадлежности, чернила.       Дин кивнул, сделав мысленную пометку, и задумался о том, сколько у них есть бумаги. Кажется, в кладовке была хорошая стопка чистых форматных листов. Или не совсем форматных, но похожих по размеру на А3. Карандашей и ручек у них было в достатке — наследство от Хранителей знаний. В той же кладовке, что и бумага, хранились целые упаковки карандашей простых и цветных, множество видов ручек — шариковые ручки образца пятидесятых годов с ныне устаревшим дизайном, чернильные перьевые ручки разных форм. Рядом лежало несколько десятков чернильниц и баночек с самими чернилами. — Сделаем. С канцелярией вроде проблем нет. — Отлично. Ещё мне потребуется от тебя личная вещь. Что-то небольшое, что ты часто носишь при себе. Это дополнительное связующее звено, чтобы при дистанционной коммуникации мы оба теряли меньше энергии. Я взамен оставлю тебе это. — Он оторвал пуговицу со своего пальто и протянул её Дину. — Держи её всегда при себе. Так будет легче выходить на связь. — Ладно. — Дин кивнул, кладя пуговицу от пальто в нагрудный карман своей рубашки. Он оглянулся вокруг себя, затем опустил взгляд на собственную одежду — на нём была любимая рубашка, которую он носил иногда даже чаще, чем следовало бы. Он оторвал пуговицу с манжета и передал её Кастиэлю. — Вот, вроде это должно подойти.       Кастиэль кивнул, убирая маленькую пуговицу в карман брюк. Он спрятал ее поглубже, чтобы та ненароком не вылетела. — Было бы неплохо ещё раздобыть прибор, показывающий, какой день сейчас на Земле. У меня есть часы, — Он выудил из кармана небольшие круглые часы на цепочке. — но я не совсем уверен, что смог бы неотрывно смотреть на них, чтобы контролировать время. За горизонтом событий время протекает несколько иначе, нежели на Земле, да и сам я могу двигаться со скоростью, превышающую скорость света, и я не могу быть уверен, что показания этих механических часов там хоть в какой-то степени соответствовали бы земным. На механические устройства влияет много внешних факторов. — Может вот это сгодится? — Дин поднял руку, демонстрируя на своём запястье электронные часы, имеющие окошко с указанием даты в углу прямоугольного циферблата. Кастиэль взглянул, на мгновение задумался, а затем кивнул с серьёзным выражением лица. — Да, думаю, это подходящий экземпляр. Но для этих часов мне понадобится несколько сменных кнопочных элементов питания в запас. Они же запитаны от этого типа батареек? — Да, от них. У меня есть новая пачка. — Дин развернулся и направился в свою комнату, кивнув Кастиэлю, чтобы он следовал за ним. В комнате Дин порылся в ящике письменного стола и выудил оттуда запечатанную упаковку батареек. Он отдал ее Касу вместе с часами, которые тот сразу надел на руку. — Что ещё понадобится? — Кажется, всё нужное есть. — Он на секунду замолчал, думая, не забыл ли он что-то, а затем кивнул. — Да, на этом всё.

X

      Дин повёл Кастиэля в кладовку, где хранится разная всячина, среди которой и канцелярия, велев выбрать всё, что ему нужно. Кас взял один лист бумаги, одну шариковую ручку и одну чернильную, а к ней чернила и чернильницу. Он засел на всю ночь в библиотеке, рисуя для себя карту. Кастиэль выводил каждую деталь, каждый элемент, старательно и кропотливо чертил от руки каждую линию. На обратной стороне листа он делал сноски и пометки, описывая детали. К утру карта была готова. Когда Сэм и Дин увидели итог, они переглянулись, нахмурившись. Это не совсем то, что они ожидали увидеть: здесь не было иллюстраций с созвездиями, орбитами и планетами, как в учебниках. Карта представляла собой скорее заштрихованный лист — где-то штриховка была плотнее, где-то светлее, местами стояли густые чернильные пятна, и было очевидно, что именно так и было задумано, а кое-где были пунктирные линии со странными траекториями. Заметки на обратной стороне и вовсе были написаны на енохианском. — Ты уверен, что это именно то, что нужно? — Спросил Сэм с ноткой скепсиса в голосе. Кастиэль же был твёрд и непреклонен. Он кивнул, глядя поочерёдно на Сэма и Дина. У Дина от этого взгляда что-то заныло внутри. И от мысли о том, к чему они все готовятся. — Да, это именно то, чем космическое пространство и является. И я готов в путь.