Ведьма и воин

      Лучи солнца пробивались сквозь кроны деревьев и мягко освещали поляну, к которой я двигался. Из списка осталось только дым-траву найти, и можно будет домой возвращаться. Наставница, наверное, уже ужин к этому моменту приготовит. Живот тут же заурчал, как бы говоря: «Да, да, поскорее бы».       Однако не успел я погрузиться в мысли о предстоящем приёме пищи, как услышал треск кустов в пятнадцати футах от меня. И тут же застыл. Потому что это главное правило жизни в лесу. Ты должен заметить опасность до того, как она заметит тебя. Так что я в мгновение ока скрылся за мощным стволом дуба, которому по виду была не одна сотня лет, и задержал дыхание.       Если мелкое — убей, если крупное — беги. Слова наставницы, сказанные на этой поляне, звучали у меня в голове словно молитва. Осторожно выглянув из-за дерева, я ничего не увидел. Первое время. Спустя ещё пару мгновений кусты снова зашевелились, а после на поляну выпрыгнуло животное мне по колено.       Длинные уши, тело с мою ногу, покрытое серой шерстью, да небольшие рожки на голове. Самая обыкновенная кроликолопа, хоть и немного больше тех, что я видел ранее. Что же, похоже, у нас на ужин сегодня будет вкусное мясо…       Облизнув губы, я достал из-за спины лук и стрелу. Животинка, похоже, начала о чём-то подозревать, встав на задние лапы и принюхиваясь. У них был очень хороший нюх, благодаря которому они успешно спасаются от огненных лисиц и черных волков. Однако же даже их обонянию не почуять человека, который покрыл кожу специальным отваром. Спасибо наставнице.       Мгновение. Вдох, выдох. Краткий щелчок тетивы, и стрела пригвождает животное к земле. Подождав немного и убедившись в безопасности, я подхожу к тушке и достаю из-за пояса маленький железный ножик.       Помнится, именно на этой поляне, в тени дуба, наставница нашла меня лет десять назад. Тогда я был ещё совсем крохой. Правда, почему я оказался посреди леса, этого я не знал. Но вот Элеонора явно знала. Однако, когда я пытался узнать об этом, на её лице была видна тень, и она отводила глаза, переводя тему.       Подтащив тушку кроликолопы под дерево, я, облокотившись на ствол, принялся разделывать её. Срезаю шкурку, разрезаю живот, удаляю органы и складываю в мешочек с охлаждающим эффектом, спиливаю рожки, а оставшееся мясо ложу в мешок за спиной. Кости же складываю под дубом, склонив голову и благодаря духи леса за успешную охоту.       Всему этому меня тоже учила наставница. Она вырастила меня и дала знания, необходимые для жизни в лесу. Она была мне мамой, весёлой тётушкой, старшей сестрой — всем. Хоть и ей совсем не нравилось, когда я так её называл. Говорила, что не настолько старая, чтобы матерью быть.       Закончив с охотой, я собрал нужную мне дым-траву и, поместив в сумку, направился обратно к дому. Несмотря на то, что мясо, висевшее за спиной, было тяжёлым, шёл я легко и быстро. Знал эту тропу как облупленную и поэтому буквально парил над травой. Да и радость от свежего мяса на ужин, которую разделял и живот, довольно урча, также толкали меня вперёд.              Солнце, опускавшееся к горизонту, окрасило верхушки деревьев в оранжевый и красный. Со стороны могло казаться, что кроны и вовсе пылают. И это выглядело очень красивым. Ближе к вечеру из своих норок повылазили ночные насекомые, стрекоча, создавая симфонию ночного леса. Им вторили совы, которые в огромном количестве водились в этом лесу.       Когда на чащу опустился мрак, я наконец вышел на поляну, что светилась мистическим бледным огнём. Посреди неё стояло высокое дерево. А между мощными корнями небольшая стенка и деревянная дверь. Именно туда я и направлялся по тропинке, выложенной небольшими камушками.       Простой плетёный забор с висящими на нём кусочками ткани надёжно отделял наш участок от всего остального леса. Небольшие посадки овощей — наш основной источник пропитания — и трав — ингредиенты для зелий наставницы — оказались позади. Массивные дубовые двери. Вдох, выдох.       — Наставница, я дома! — громко сказал я, заходя внутрь и погружаясь в дивную смесь ароматов трав, отваров, вкусной еды и едва уловимого запаха самой наставницы. Злобной, страшной ведьмой, которая живёт глубоко в лесу и съест любого, кто посмеет оказаться в её владениях.       — О, ты уже пришёл? Положи ингредиенты мне на стол и снова побрызгай средством от насекомых углы. Я точно уверена, что видела там огнежука — пройдя мимо меня, сказала женщина лет 25-30 (по крайней мере, на вид), облачённая в длинное чёрное платье с открытыми плечами и держащая в руке огромную книгу. Та самая злобная ведьма.       — Хорошо, наставница — кивнул я и, наблюдая за тем, как она готовит очередной отвар, принялся за работу. Снять лук и тетиву с него, положить всё в шкафчик и приняться разбирать сегодняшние трофеи. Мешочки с разделанной животинкой я пока отложил в сторону.       В центре главной комнаты стоял большой котёл, в котором наставница варила что-то зелёное и явно несъедобное. А я же направился к её столу, что весь был завален пергаментами, связками трав и прочими расходниками. Найдя нужный ящичек, я сложил туда всё принесённое.       Наставница в это время напевала какую-то мелодию, помешивая очередной отвар. И, разумеется, доставая средство от насекомых, я периодически посматривал в её сторону. Длинные чёрные волосы, чарующие зелёные, словно зелье в котле, глаза и прекрасная улыбка, которую она демонстрировала только мне.       Что бы я не говорил, а наставница у меня была самой красивой. Хотя, справедливости ради, других людей я и не помнил, так что кто знает. Однако я был уверен, что даже среди людей, которых, кстати, недолюбливает, она будет самой красивой. Скорее всего.       — Ты закончил? — подняв глаза на меня, спросила наставница с привычной мягкой полуулыбкой на лице.       — Да, всё готово — кивнул я — А что вы готовите?       — Да, напиток один. От вредителей — убрав одну из прядей за ухо, ответила она — Имперских рыцарей там, церковников… Сейчас закончу и ужин приготовлю.       — О, наставница, насчёт ужина! — тут же у меня загорелись глаза — Я сегодня кроликолопу поймал! Давайте её на ужин приготовим!       — Хорошо — улыбнулась женщина, заканчивая отвар. После чего подошла ко мне и начала трепать мне волосы — Ты у меня такой молодец.       — Наставница… — зарделся я — Я же просил так не делать.       — Вообще-то, я тебя вырастила, воспитала и всему научила — наклонившись ко мне и поучительно качая пальцем, сказала ведьма — Так что имею право делать с тобой всё, что захочу. И вообще, если будешь возмущаться, награды не получишь.       — Хорошо — кивнул я, опустив голову, стремясь скрыть красные щёки.       — Вот так-то лучше — коснувшись моего носа указательным пальцем, улыбнулась наставница, после чего вернулась к котлу. Мановением руки очистив его, она тут же принялась готовить нам ужин. Принеся ей мясо пойманного мной зверька, я уселся за стол и принялся ждать, опустив голову на стол.       Однако стоило мне поднять голову и бросить взгляд в сторону Элеоноры (просто проверить, как она, честно), как я заметил, что она смотрит на меня и хитро улыбается. Из-за чего я снова покраснел, хотя казалось, куда ещё больше, и отвёл глаза. Чтобы спустя мгновение услышать тихое хихиканье. Вот зачем она со мной так?       Прошло совсем немного времени, как передо мной появилась тарелка с жарким из кроликолопы. От блюда в воздух поднимался пар, но оно выглядело так аппетитно, что я тут же набросился на него, радуя свой негодующий живот. Весь день не ел, а тут такая вкуснота!       Наставница же сидела передо мной и с лёгкой улыбкой смотрела на меня, опираясь головой на руку. Я же, поглощённый приёмом пищи, некоторое время не обращал на это внимания. Однако стоило мне умять большую картофелину, как я поднял глаза на ведьму.       — Что-то не так? — спросил я, проглотив яство.       — Да нет — легко ответила она — Просто удивляюсь тому, с каким аппетитом ты мою стряпню ешь.       — Так вы же очень вкусно готовите! — тут же сказал я, посмотрев наставнице прямо в глаза.       — Пх — снова захихикала женщина, заставив меня покраснеть — Спасибо большое, милый. Слышали бы это подруги на шабаше…       — А вы меня отведёте на этот шабаш? — тут же спросил я — А то вы каждый сезон уходите туда. Мне интересно…       — Ну уж нет, мой маленький. Сначала ты должен ещё немного под-ра-сти! — пропела по слогам последнее слово ведьма, усмехнувшись.       — Я уже и так взрослый! — тут же надулся я — Я уже на охоту хожу сам! Вы сами говорили, что я уже готов для этого.       — Милый мой, для меня ты всегда будешь маленьким мальчиком, которого я подобрала в лесу — протянув руку, она снова растрепала мне волосы — Просто шабаш это не то место, где людям следует быть. Особенно в твоём возрасте. Истории про то, что ведьмы едят детей, не с пустого места возникли.       — Хорошо — кивнул я, опустив голову и доедая свой ужин.       Честно, наставница мало что о себе рассказывала. Она не человек, у неё есть знакомые ведьмы, которые иногда к ней заходят (и всегда делают это, когда меня нет дома), в конце каждого сезона она улетает на шабаш. Да и в общем-то всё. Даже её настоящий возраст не знаю. А когда спрашивал, ответ всегда один.       — Неприлично спрашивать у девушки, сколько ей лет — и всё та же чарующая улыбка, от которой забываю, что хотел спросить.       Закончив с ужином, я помыл посуду и вместе с наставницей направился наверх, в сторону спальни. Правда, она остановила меня перед дверью, сказав немного подождать, пока она переоденется. Но не прошло и пары мгновений, как дверь отворилась, и ведьма предстала предо мной в своём ночном наряде. Он был копией её повседневного платья, но немного короче и более пышным.       Я на мгновение остановился, наблюдая за ней. По своему дому она буквально парила, не касаясь пола. И я не мог этим не залюбоваться. Однако, когда осознал, что она видит моё лицо, наблюдающее за ней, я тут же покраснел и запрыгнул в свою кровать, стоявшую вплотную к её, и накрылся одеялом.       Однако это не помешало наставнице, присев на край своей кровати, стянуть мою защиту и посмотреть прямо на моё смущённое лицо. При этом облизнув губы, из-за чего в голове сразу всплыли её слова про съедение детей.       — Давай, ложись уже. Самое время для награды — мягко сказала она, и я послушно закрыл глаза.       Спустя мгновение она положила руку мне на глаза и начала тихо что-то петь на своём ведьминском языке. Ни слова разобрать не мог, но чувствовал, как по телу разливается тепло и спокойствие. А вместе с тем я как никогда чётко смог услышать запах кожи наставницы, шорох её одежды и мягкость её ладони.       Она гордилась этим заклинанием. Главное изобретение её жизни. То, над которым она трудилась долгие годы. По крайней мере, она мне так говорит. И теперь использует эти чары для того, чтобы я лучше спал. Ну, неудивительно.       Как говорит наставница, первый год мне постоянно снились кошмары, и для неё настоящей морокой было меня успокаивать. Хотя всё это она говорила со светлой улыбкой, погружаясь в воспоминания. Будто бы наяву перед глазами возникает размытый, туманный образ леса.       Именно там меня когда-то нашла наставница. Тенью нависнув надо мной, она молча смотрела. Наверняка решала, что со мной сделать. Однако я выбора ей не дал, потянувшись и ухватившись за подол платья. Вижу сквозь туман её усталый выдох и бормотание.       — Ну что с тобой делать. Возьму с собой, авось для чего и пригодишься.       Каждую ночь я вижу эту сцену, и она позволяет мне спокойно заснуть, без кошмаров. На самом краю сна и яви я чувствую мягкое и слегка влажное прикосновение к своему лбу и короткую фразу на ведьминском языке. И в то же мгновение окончательно падаю в объятия сна.

Продолжение следует…