Ведьма и воин

      Просыпался я, по своему обыкновению, медленно. Благодаря нашему с наставницей образу жизни, мне было дозволено валяться до обеда. Однако этой возможностью я почти никогда не пользовался, вставая пораньше, дабы хоть чем-то помочь Элеоноре.       Несмотря на её ко мне отношение, как к маленькому неразумному ребёнку, я всеми силами пытался показать ей, что на меня можно положиться не только в домашних делах. Заодно почти каждый день уходил в лес трав собрать или поохотиться.       Однако сегодня этим планам не суждено было сбыться. Потому как просыпался я от настойчивых касаний наставницы, которая пыталась меня разбудить. Однако я решительно отказывался вылезать из постели, потому как после награды всё моё тело было тяжёлым, а кроватка такой мягкой…       — Вставай, милый — нежно, по-матерински шептала Элеонора — Вставай, давай.       — Ну наставница… — ответил я, хмурясь и кутаясь в одеяло ещё сильнее.       — Вставай быстрее, мне уходить надо — слегка повысила голос ведьма.       — Что, куда? — тут же открыл глаза и поднялся я — О чём вы?       — На шабаш мне надо, Великая Мать созывает всех ведьм материка, у них там что-то срочное случилось — кивнула она, посмотрев за окно и продолжая гладить меня по голове, растрепав волосы — Так что тебе придётся пару дней побыть одному. Ну и за домом приглядеть. Справишься?       — Справлюсь! — решительно ответил я, поднимаясь с кровати.       — Ну и отлично — улыбнулась женщина — Так… Из дома не выходи, амулеты я обновила, так что никто опасный не должен проникнуть, но на всякий случай. Еду я тебе наготовила… Ну и вроде всё.       — Наставница, ну что вы, я уже не в первый раз дома один остаюсь — сказал я, наблюдая за тем, как Элеонора ходит по дому и проверяет всё, что требовалось.       — Я знаю, но на всякий случай — она быстро посмотрела на меня. Показалось, что она выглядела слегка нервной и взволнованной. Может, это из-за того, что её так срочно вызвали? Или же из-за того, что она за меня волнуется? — Ты всё ещё принадлежишь мне, так что я беспокоюсь за тебя.       — Хорошо, Наставница — сказал я тихо, опустив голову и обняв женщину. Она же лишь тепло улыбнулась и снова растрепала мои волосы.       Когда же я наконец отпустил её, она в последний раз всё проверила, после чего пошла во двор. Ну а я, понятное дело, провожал её. Перекинув ногу через метлу (никогда не понимал, как она в таком платье летает), она поднялась в воздух и, махнув мне рукой, направилась в неизвестном мне направлении.       А я же до того, как ведьма удалилась настолько, что превратилась в маленькую точку, наблюдал за ней. И уже после вернулся в дом. Итак, мне выходить нельзя… Да и тем более несколько дней. Чем мне тогда заниматься?       Выдохнув, я направился в зал, который играл роль кухни и столовой, и быстренько наложил себе вчерашнее жаркое из кролика. И почему кто-то говорит, что это невкусно? Это же объедение! Каждый раз с удовольствием съедаю то, что она мне готовит.       Да и, похоже, радую её этим. По крайней мере, она каждый раз с удовольствием наблюдает за тем, как я кушаю. Как-то так. Однако на завтрак я весь день потратить не мог, так что нужно было заняться чем-то другим.       В обычный день я бы пошёл в лес. Но сейчас мне этого делать было нельзя. Книг, кроме тех, что принадлежат наставнице, у нас не было, да и те были написаны на ведьминском языке, который я, понятное дело, не знал.       Ладно, займусь тем, что я делал лучше всего — убирался за наставницей. Несмотря на то, что она была, без сомнения, великой ведьмой, но с домашними делами у неё были определённые проблемы. Проще говоря, в плане уборки она была крайне неряшливой.       Самые разные ингредиенты, посуда, целая куча маленьких мешочков с травами, несколько котлов (в том числе и треснутых от старых экспериментов) — весь этот беспорядок был по всему дому. И убираться, и следить за всеми этими богатствами предстояло мне. Потому как моя наставница была ведьмой высокого полёта, и ничто мирское её не волнует, до тех самых пор, пока она не спотыкается о зачарованный камень против вредителей, который она сама оставила здесь парой минут назад.       И с самого детства мне приходилось мириться и пытаться выжить в данном доме. Потому что, кроме безопасных артефактов, она оставляла и те, которые могли легко оборвать мою и так короткую жизнь. Тот же кусочек чёрного обсидиана с руной огня на нём. Он лежал в одном из ящиков, и однажды я, взяв его в руки, чуть было дом не спалил. Кто же знал, что он самовоспламеняется?       Однако прошедшие года, которые я прожил здесь, научили меня приспосабливаться к образу жизни моей наставницы. К тому же о большинстве опасных артефактов она сама мне рассказывала. Но не обо всех. Так что было выработано простое правило: видишь что-то незнакомое — не трогай.       Именно с такой мыслью в голове я и занимался уборкой. Ингредиенты — в ящик с холодящими камнями, травы — на просушку, старые котлы — в яму за домом, а оставшуюся посуду — в полку над костром. Вот не понимаю я её. Стоит мне убраться и всё разложить по местам, как она практически тут же наводит беспорядок. Магия, не иначе.       И вот только наступила за окном полуденная жара, во время которой в лес было выбираться полностью запрещено (наставница говорила, что там какой-то очень сильный монстр в это время просыпается), я закончил уборку. Потирая руки, я выдохнул и с наслаждением взглянул на плоды своих трудов. Красота…       Дома было очень тихо. Ни тебе бульканья котла с новым зельем, ни тихого напева на неизвестном языке, ни простого дыхания моей наставницы. Лишь шумы за окном да магический очаг, который не тух и мог поддерживать нужную температуру (определяемую наставницей).       Одиноко… Если так задумываться, то я никогда так долго без наставницы не оставался. Да, она иногда отправлялась на шабаши, но была там не более дня. Судя по её обрывкам рассказов, она не сильно ладила с другими ведьмами. У неё было несколько подруг, но не более того.       Усевшись за стол, я лёг на него и стал отбивать пальцами по дереву какой-то незамысловатый ритм. Делать мне было решительно нечего. Часто в такие моменты наставница ложила мою голову на свои колени и, используя свою магию, рассказывала мне разные истории из своей жизни.       И их было очень много. Наставница, судя по всему, прожила очень богатую жизнь, странствуя по свету, до того, как осесть в этом лесу. Длинные тракты, величественные дворцы, башня из золота Южного города, который был так дорог её сердцу, горы выше неба и самая глубокая бездна — казалось, что Элеонора побывала во всех уголках света.       День прошёл крайне лениво. Я ещё несколько раз всё убирал и протирал, а также сортировал разные ингредиенты, чтобы хоть как-то руки занять. В определённый момент я даже начал вытаскивать всё из ящиков и полок, чтобы затем заново всё убрать. Хотелось просто на стену лезть от того, что мне было нечего делать.       А вот ночью… было ещё тяжелее… Стоило мне закрыть глаза, как я видел огонь и толпу людей, которые куда-то бежали. Чей-то тихий шёпот, обращённый ко мне, и темнота. Тот самый кошмар, который мне долгие годы снился каждую ночь. Я понимаю, что, скорее всего, это как-то связано с моим прошлым…       Но, честно, я вообще не хотел в этом разбираться. Мне хорошо с наставницей, и больше мне ничего не нужно. Правда, видя эти кошмары всю ночь, я так и не смог нормально выспаться. И утро у меня было крайне недобрым. Голова трещала, и я не мог избавиться от противного ощущения, что весь мир вокруг меня слегка покачивало. Ненавижу это чувство.       Но мне предстояло прожить ещё один день, полный безделья. Дом я вычистил уже буквально до блеска, найдя все гнёзда жуков и избавившись от них одним из зелий наставницы. У меня даже появилась идея о том, чтобы попробовать самому сварить какой-нибудь отвар.       Однако же меня остановил голос Элеоноры в голове, который твёрдо запрещал мне это делать. Искусство зельеварения было даровано ведьмам в незапамятные времена именно потому, что только они могли «слышать» отвары. Магия была вещью распространённой, однако именно изготовление зелий — прерогатива наставницы и ей подобных.       Так что я решил заняться другим делом — почитать книги, которые были у нас в доме. Понятное дело, что ведьминого языка я не знал, однако хотя бы картинки поразглядываю — уж всяко лучше, чем пятый раз на дню драить наш дом. Потому что, если я продолжу это делать, то явно скоро с ума сойду.       Правда, в итоге с картинками оказались только две книги: сборник записок о разных травах и нечто вроде бестиария, в котором описаны самые разные существа и монстры. Была ещё одна, очень толстая книга, и, судя по всему, она была книгой колдовства самой наставницы. Заклинания там чередовались с рецептами разных блюд из местных животных и записями неудачных опытов.       А ещё рисунки меня, пока я помогал ей с уборкой. Наблюдая за не слишком аккуратными линиями угля, которые образовывали мой силуэт, я не мог не краснеть. Сама мысль о том, что наставница вот так наблюдала за мной и зарисовывала, вгоняла в краску и заставляла где-то внутри разливаться тому же тёплому чувству, которое я испытываю, когда ведьма треплет мои волосы.       Но не успел я перелистнуть страницу дальше, как услышал шум за окном. Что странно, сигнальные чары и артефакты молчали, хотя они сообщали даже о появлении мелких зверят тут. Я было подумал, что наставница вернулась, повернулся к двери, чтобы её встретить, но не тут-то было!       — Элдрик, я так по тебе скучала! Ты вон какой вырос! — я оказался по-настоящему зажат в объятиях рыжей улыбающейся особы, которая тут же принялась щипать меня за щёки. Нос тут же заполнился ароматом мёда и цветов.       — Ну, тётушка Марвен, хватит — попытался я было сопротивляться, но хватка ведьмы оказалась намного крепче, чем я ожидал.       — Ну уж нет, я тебя лет пять не видела, дай хоть посюсюкаться — решительно отвергла все мои протесты женщина.       А за всей этой картиной наблюдала Элеонора, облокотившись на стену. Стояла там и хихикала! Предательство!       — Наставница, спасите… — прохрипел я, чувствуя, как медленно задыхаюсь в этих объятиях.       — Нет, милый мой, дай уж тётушке поздороваться с тобой — усмехнулась она.       — И вообще, Элдрик, я же ещё в прошлый раз говорила не называть меня тётушкой! Зови сестрицей! — недовольно надув щёки, сказала рыжая ведьма.       — Чтобы он тебя так называл, тебе должно быть меньше сотни лет — вмешалась в разговор наставница — А тебе уже третья пошла. Отпускай его уже и пойдёмте за стол.       — Ну и ладно — буркнула Марвен, отпуская меня, но всё также довольно улыбаясь. А я так и стоял на месте в шоке, пока не услышал окрик черноволосой ведьмы, после которого я поспешил за женщинами.

Продолжение следует…