Во всём виноваты волны

      Молчание. Оно висело с тех самых пор, как началась партия. Лёгкий стук шахматных фигур об игральную доску и раздающиеся с некоторой периодичностью вздохи, вызванные тягостными думами, разбавляли тишину. Им вторило тиканье дорогих иностранных часов, висевших на стене над диваном.       Саре казалось, что прошло несколько часов, в то время как на самом деле не пролетело и тридцати минут. Время словно остановилось, не хотело двигаться дальше. Львица, как и Прима, сверлила взглядом шахматную доску. Чёрно-белые фигуры и клетки уже рябили в глазах.       Они обе были заняты мыслями. Но если у Примы те касались шахмат, то с Сарой дела обстояли иначе. Девушка разрабатывала в голове тактику ведения «переговоров», а не игры. И то было гораздо сложнее. «Съеденная» пешка или ладья — ничто по сравнению с ошибками, которые можно допустить в плане, что Сара многократно прокручивала в своей голове.       — Как думаешь, мы успеем управиться сегодня? — начала диалог младшая Басу после того, как походила конём. Она победоносно сжала в ладони «убитого» слона и отставила фигуру к двум выбывшим из игры ранее пешкам. Черной и белой.       — Должны… — немного невнятно протянула Прима, подпирая подбородок рукой. Она сидела неподвижно, словно статуя, и внимательно оглядывала изменившуюся обстановку на игровом поле. Через некоторое время она сделала ход и сменила позу, скрестив руки на груди. Заговорила:       — Вижу, все устали. Ну ничего, осталось немного. Обсудим пару моментов, и можно свадьбу играть, грубо говоря.       — Действительно «грубо говоря». Впереди ещё больше хлопот.       Сказав это, младшая Басу фирменно закатила глаза. И в данном случае она ни капельки не преувеличивала. К свадьбе в Индии испокон веков относились крайне серьёзно и ответственно, выверяли и продумывали всё до мелочей. И чем выше каста и значимее род, тем скрупулезнее подход. Свадьба обязана быть богатой, роскошной, должна поражать своим великолепием и красотой. Молодожёнам предстояло покорить всех гостей благородством, изяществом.       Особенно в намечавшемся торжестве важно было то, что невеста — не просто девушка из высшей касты. Она наследница правящего рода Басу. Этот факт выводил свадьбу на совершенно иной уровень. К подобным торжествам у всех, как правило, особенное отношение. Много завышенных ожиданий, которым, естественно, надо соответствовать. «А лучше даже превзойти все ожидания!», — вспоминала Сара слова своей матери. Когда-то давно она и Радха удивлялись: «Но почему? Басу — первый по значимости род. Мы возложили на себя обязанность управлять Западной Бенгалией, приводить её к процветанию. С какой стати мы ещё обязаны соответствовать ожиданиям в таких вещах?». И Видия отвечала: «Потому что уважение людей, их преданность правящему роду и статус Басу — вещи, которые должны оставаться непоколебимыми. Пусть свадьба не касается управления Бенгалией. Но на неё люди тоже посмотрят. И сделают выводы».       — Увы, Сара, без этого никак, — снисходительно улыбнулась Прима. Она отняла взгляд от шахмат, перевела его на окно. Однако было заметно, что женщина не всматривалась в уличные виды. Скорее вспоминала что-то.       — Самое прискорбное, что свадьба и её проведение — мелочь. Последующие годы брака — вот настоящий кошмар. Бедная Радха…       В голове младшей львицы возник образ сестры с Анилом. Лицо Сары тут же сменило раздраженное выражение на брезгливое. Басу тряхнула головой, отгоняя от себя прочь подобные образы, и подвинула белую ладью вперёд, «съев» очередную пешку. Прима незамедлительно ответила. Сделала ход конём, смахнув с доски ту самую ладью. «Асуры!», — ругалась мысленно Сарасвати.       — Значит, мне не казалось, что брак здесь из сухого расчета. Весьма печально… — сочувственно произнесла бывшая Прасад.       Внутренне Саре хотелось сардонически усмехнуться. «Брак без любви… Есть ли в дюжине вещи более заурядные и очевидные, нежели эта?».       Сей уклад, сложившийся за долгие годы или даже века, неизменно вызывал у Сары разочарование. Она знала: ей не суждено когда-либо принять подобный порядок. Не существовало силы, способной изменить отношение Сарасвати к союзам, в которых нет взаимопонимания, нет чувств, нет тепла. Нет любви. Но также львица не находила ничего, что сейчас могло бы раз и навсегда разрушить, уничтожить данный уклад. Долгие размышления и поиски пока оставались безуспешными. По крайней мере, в этой стезе…       Зато в защите Примы младшая Басу заметила брешь, которая могла сыграть на руку. Сара сделала ход слоном и спросила:       — Получается, за стол отвечаешь ты, Прима?       — Да. И Амала будет помогать мне всё контролировать. А что?       — Кто будет готовить молоко перед сухаграат?       Прима не слишком вдумчиво сделала ход и заинтересованно посмотрела на Сарасвати. Тёмные глаза изучали лицо девушки, пытаясь уловить ход мыслей, натолкнувший на подобный вопрос.       — Я лично займусь этим. С какой целью ты интересуешься, Сара?       Львица еле слышно вздохнула. Ей так хотелось решить вопрос мирно, без споров. Но Сара уже чувствовала, что так может не получиться.       Она посмотрела Приме прямо в глаза и довольно беспечно сказала:       — Могу ли я заняться этим?       Тишина.       Тиканье часов будто растягивало время ещё сильнее. Делало его мучительно долгим. Но Сара обладала терпением. Она продолжала держать с Примой зрительный контакт. Молча ждала ответ.       Прима в непонимании нахмурила брови:       — Зачем тебе это, дорогая?       — Для собственного успокоения. В чём, собственно, проблема?       — Разве ты знаешь, какие травы и специи нужно добавлять и в каком количестве? — ответила вопросом на вопрос Прима. Тон стал чуть более холодным, но тем не менее спокойным. Не в её привычке было повышать голос. — И я осмелюсь спросить: ты мне не доверяешь?       Последние слова, вырвавшиеся из уст бывшей Прасад, были сказаны с обидой. И Сара всеми фибрами души это чувствовала.       — Нет, конечно. Хочу лишь для напитка Радхи немного изменить рецептуру. У неё аллергия на некоторые травы.       Сарасвати лгала в надежде на то, что это позволит добиться желаемого, не используя слабость Примы, а именно её связь со служанкой. Этот козырь в рукаве девушка думала приберечь. Он нужен был лишь для уверенности в успехе. Раскрыть козырь Сарасвати планировала только в безвыходной ситуации.       Согласно плану, который младшая Басу обсуждала вместе с Деви и Радхой, необходимо было добиться возможности готовить молоко перед сухаграат. По давней традиции, молодожёны испивают напиток с добавлением шафрана, фенхеля и других специй перед брачной ночью, чтобы «наполниться энергией для предстоящей близости».

***

(Некоторым временем ранее. Отрывок разговора Сары, Радхи и

Деви в уборной)

      — Таким образом, в стакан Анила я добавлю снотворное, — рассказывала шёпотом свою идею Сарасвати. — Он уснёт. Близость не случится. А дальше дело будет за тобой, Радха. Оставишь кровь на простыне, будто всё произошло…       Радха стояла и слушала, опустив глаза в пол. В глубокой задумчивости даже не замечала, как сильно сжимает ткань своего сари. Редко главную наследницу рода Басу можно было застать в подобном состоянии. Полном нерешительности, смятения. План мог избавить девушку от необходимости разделять ложе с нелюбимым, однако… риск был велик. «Соразмерен награде, что будет получена», — звучало в голове старшей львицы.       — Но что делать с Анилом на следующий день, Сара? — послышался вопрос Деви. — Как внушить ему, что близость была?       Младшая львица, подобно сестре, опустила взгляд. Видимо, от собственного осознания того, что реализовать задуманное будет крайне тяжело и ответственно. Это нельзя сравнить с ухищрениями Басу в играх или отваживанием женихов беспечным остроумием.       — Радхе придется с этим похлопотать… — тяжело вздохнув, наконец молвила Сарасвати. — Убедить твоего дядю в «сильной забывчивости».       — Анил не настолько недалёкий.       После слов Деви Сара скрестила руки на груди и принялась расхаживать по небольшому помещению, будто каждый новый шаг приближал её к желанному решению проблемы. На самом деле медленная поступь просто успокаивала.       — Мне видится только один вариант… — в скором времени проговорила Сарасвати. — Если Анил будет пьян, версия с «забывчивостью» станет более правдоподобной. И чем сильнее алкоголь затуманит рассудок господина Шарма, тем легче будет доказать, что он просто-напросто не помнит близости. У других тоже не должно возникнуть много вопросов в таком случае.       Наконец-то голос подала Радха. Она уверенно произнесла:       — Решено. Пойдем на риск.       — Радха, ты уверена? — спросила Деви.       — А что ещё остаётся делать? Вряд ли мы придумаем план лучше. По крайней мере, мою голову не посетили иные идеи, пока мы слушали замысел Сары. Единственная альтернатива — делить с Анилом ложе. И я, естественно, хочу этого избежать, если имеется возможность.       В следующую секунду Радха подняла глаза на Деви. На лице первой возникла хищная ухмылка, с которой она обратилась к подруге:       — Ты бы что выбрала, птичка? Неужто не попыталась бы избежать близости с мужем, оставаясь верной любимому человеку?       Драгоценная госпожа повернула голову и встретилась со взглядом Сарасвати. Младшую львицу вопрос сконфузил не меньше, чем Деви. Но ответ госпожа Шарма знала с самого начала. Продолжая смотреть на Сару, она мягко сказала:       — Попыталась бы. Несомненно.       Губы младшей Басу тронула лёгкая, мимолётная улыбка. В глазах словно затанцевали огоньки. Но млеть на глазах у Радхи Сарасвати не желала, поэтому быстро постаралась сменить тему:       — Значит, решено. С Анилом и алкоголем решим вопрос, это не самое сложное. Главное сейчас — договориться с Примой. Этим я в данный момент и займусь…       — Да, ты в заговаривании зубов больше смыслишь, — весело сказала Радха.

***

(Настоящее время. Разговор Сары и Примы)

      В ожидании ответа младшая Басу переместила своего коня. Она так и норовила приблизиться к главной фигуре. Королю.       Девушка буквально чувствовала, как недоверчивый и пронзительный взгляд Примы прожигал её насквозь. И Сара намеренно вела себя так, будто не замечает его. Или попросту не придаёт значения. В поведении, движениях и речах не должна промелькнуть и тень сомнения, которая тут же посеет подозрения.       Но, к сожалению Сарасвати, убедить Приму этой ложью не вышло.       — Я уверена, что Видия предупредила бы меня о таком, Сара, — всё так же холодно и спокойно говорила бывшая Прасад. — Не мути воду. Зачем тебе готовить молоко перед сухаграат?       Договорив, женщина сделала ход, съев пешку Сары. Она взяла белую фигуру и стала всячески крутить её в руке. Некоторое время младшая Басу наблюдала за этим процессом, погрузившись в мысли. «Ладно. Попробуем другой вариант».       — Как ты уже поняла, Радха не испытывает симпатию к мужу, — стараясь расположить, начала Сарасвати. — Ей не хотелось бы, чтобы… ммм… близость длилась долго. Будет прекрасно, если, скажем, «важная» часть ночи случится, а дальше супруг ляжет спать. Поэтому я хотела добавить слабое снотворное в стакан Анила. Так он начал бы чувствовать сонливость спустя минут двадцать или тридцать…       На самом деле, снотворное должно было быть довольно сильным. Но Приме, естественно, это знать не нужно. Как и не нужно знать, что та самая «важная часть ночи» не должна случиться вообще. Сара приукрасила правду. В значительной степени. Однако Прима поверила. Сара заметила это в её выражении лица. «Сейчас она согласится помочь?», — надеялась Сара.       — Я… понимаю желание Радхи. Спасибо, что рассказала, Сара. Но, увы… Я ничем не могу помочь. Никаких снотворных. И готовить молоко буду я.       Прима с сочувствием посмотрела на Сару. Басу нахмурилась:       — Ты можешь помочь.       — Нет, Сара. Это мой принцип. Я не участвую в подковерных играх. И неважно, с какой целью они ведутся.       — Но…       — Никаких «но», дорогая. Мне жаль. Однако я останусь при своём.       Голос Примы вновь стал холодным. Она с грохотом поставила пешку, которую крутила в руке, рядом с доской. Словно ставила точку в разговоре с Сарой. Младшая Басу думала о том, что не врали люди, говорившие о различии Примы и Мохана. Брат готов был участвовать в интригах. Причем, как выяснилось, очень серьезных. Сестра же на дух не переносила подобное. Даже слишком. «Однако в этот раз ты нарушишь свой принцип», — звучало в мыслях Сарасвати.       Настало время раскрыть козырь. И сделать решающий шаг.       Сара взяла белоснежного ферзя. Или же королеву. Свою любимую фигуру. Девушка часто с иронией думала о ней, сравнивая в некоторой степени с жизнью. Королева — самая сильная шахматная фигура. И пусть король является главной фигурой, но он слаб. Слабее только пешка.       Крутя королеву меж пальцев, Сара строго заговорила:       — Ты же прекрасно понимаешь эту ситуацию, Прима. Знаешь, каково это: выходить замуж не по любви. И можешь представить, что делить ложе с тем, кто тебе неприятен — пытка. Я прекрасно знаю о твоей связи с Амалой. И о том, что вас объединяет с дядей исключительно брак. В крайнем случае, дружба. Не более. Почему нельзя пойти на встречу и хоть немного облегчить участь Радхи?       Завершив речь, Сара поставила королеву. Осмотрела поле. Удостоверившись в правильности расчетов, заявила:       — Шах. И мат.       Король Примы был загнан в тупик. Он будет съеден, куда бы ни пошёл.       Некоторое время Прима молча смотрела на доску. Однако больше походило на то, что она не видела перед собой ничего. Лицо женщины слегка побледнело, тёмно-карие глаза сделались пустыми.       Чуть позже Прима проморгалась и поникшим тоном спросила:       — Откуда… ты знаешь? О Мале.       — Захотелось подышать свежим воздухом этим утром.       — Ясно.       Подняв глаза на Сару, женщина с горькой усмешкой произнесла:       — Собираешься меня шантажировать связью с женщиной?       — Не собираюсь. Хочу лишь донести до тебя, что Радха тоже не любит супруга. Это лишь выгодный союз с родом Шарма, — лгала львица. — Хотелось бы сделать брачную ночь немного короче, чем она может быть. Менее неприятной.       Послышался тяжёлый вздох бывшей Прасад. Покосившись на дверь, она вкрадчиво заговорила:       — В своё время мне повезло. Мы с Дораном хорошие друзья, и оба друг друга не любили. Твой дядя даже знает о Мале. Да и я наслышана о его похождениях. В общем, мы с ним договорились, и в брачную ночь наслаждались сном. Радхе, как я понимаю, повезло гораздо меньше. Тем более, она возглавит род. У неё должна появиться следующая наследница…       Немного помедлив, Прима взглянула на Сару и договорила:       — Так и быть, я помогу. Вместе приготовим молоко. Ты подсыпешь Анилу то, что надо. И, если будут спрашивать про стаканы, я поддержу версию с аллергией на травы. Взамен прошу одно: оставь то, что узнала утром, в секрете, Сара. Пожалуйста.       — Хорошо. И спасибо, — с благодарностью в голосе молвила Сарасвати.       Прима в ответ лишь коротко кивнула. Несмотря на приход к компромиссу, атмосфера в комнате висела слегка напряжённая. Сара поднялась с дивана со словами:       — Благодарю и за партию. Пожалуй, пойду. Не буду отвлекать от дел.       Она направилась к выходу. Но на полпути львица остановилась и бросила Приме через плечо:       — Ты тоже сохрани данный разговор в тайне. Если до меня дойдут слухи, что кто-то о нем узнал…       Глаза зловеще сверкнули.       — … милости с моей стороны не будет.       — Будь уверена, никто не узнает, — честно ответила Прима.       И Сара удалилась из помещения.