Бесконечная Меланхолия

— Стой, я тебе говорю!  — Алиска! Сто лет тебя не... Дверь в нашу комнату, внезапно распахнутая настежь, не успела проделать даже половину пути, прежде чем с грохотом захлопнулась обратно.  Приложив огромные усилия, мне удалось оторваться от любимой. — Алиса, нас... — Да мне похер!  Прорычала она, и очередным жарким поцелуем заставила меня замолчать, вновь возвращая из мира реального в мир неземного наслаждения.  Спустя час, позевывая и щурясь, я осоловело ворочал ложкой в тарелке с манной кашей, пытаясь осознать, что это, черт возьми, такое было, а довольная и расслабленная Алиса обнимала меня, положив голову на плечо. Наш марафон, с короткими перерывами длился до самого утра, и, честно говоря, я до сих пор не вполне понимал, должен ли я был радоваться, гордиться собой или же ужасаться от того факта, что либидо моей девушки не поддается измерению. Напротив нас, всячески пытаясь игнорировать рассерженные взгляды Инги, сидел, смущенно уставившись в свою тарелку, мужчина, примерно одинакового с ней возраста.  — Хм. Меня Иван зовут. Я — дядя Алисы.  — Я Семен. Спасибо что позволили у вас остановиться.  Мужчина отмахнулся.  — Не бери в голову. Я вот насчет чего спросить хотел: мотоцикл-то мой в порядке?  — Когда мы его привезли... — я ощутил, что Алиса неожиданно начала целовать меня в щеку и шею. — В общем, с ним все хорошо и он в амбаре.  — Спасибо. Я, наверное, пойду, проверю как он там.  Явно смутившись, мужчина встал из-за стола и поспешил покинуть кухню.  — Я перекинусь с ним парой слов, чтобы такого больше не повторилось. — пробормотала Инга, выходя следом за ним. На секунду остановившись в дверях, она обернулась. — И, Алиса, для этого есть спальня. Не смущай соседей.  Моя возлюбленная с недовольным вздохом оторвалась от меня и посмотрела на тетку.  — Ладно.  Инга ушла, а я, воспользовавшись короткой передышкой, поспешил доесть кашу. Алиса, потянувшись, встала и пошла наливать себе чай.  — Ты зачем так? — спросил я ее.  Она нахмурилась.  — А ты против что ли?  — Нет. — А чего начинаешь тогда?  — Ну, неудобно, как-то... — О-хо-хо... — саркастически засмеялась Алиса. — Ночью ты по-другому говорил.  Я вспыхнул. — Ну-ну... — увидев мою реакцию, Алиса смягчилась, и за стол вернулась уже с двумя полными кружками. Она снова села рядом со мной и обняла.  Какое-то время мы молча пили чай.  — Просто... Я тебя люблю. И... Это так классно. Мне будто бы хочется рассказать об этом всему миру. Ну, и после сегодняшней ночи меня еще как-то разморило и я... Короче, ты понял. — окончательно смешавшись, закончила любимая. На щеках ее виднелся легкий румянец. — Правда? — Угу. — избегая смотреть мне в глаза, ответила Алиса, а потом с невинным лицом поспешила сменить тему. — А еще Ваньке надо было всыпать, за то, что вламываться привык без стука.  — Ты...  — Я это, умываться пошла, на улице встретимся. У нас сегодня куча дел. И не забудь кровать прибрать, она твоя все-таки.  Поцеловав меня в щеку, Алиса легким шагом выпорхнула из кухни.  Я тяжело вздохнул и принялся убирать за собой посуду.  Закончив на кухне, я умылся и оделся, а потом, как и просила Алиса, попытался привести в божеский вид кровать.  Простынь, пододеяльник и наволочка настолько сильно пропитались естественными жидкостями, что их оставалось только выкинуть.  Когда я снимал их с постельного белья, несколько особенно жарких и запоминающихся сцен сегодняшней ночи промелькнули у меня в голове, заставив как можно быстрее собрать влажное тряпье и убраться из комнаты.  Я отнес белье на кухню, намереваясь постирать его и развесить так, чтобы никто не заметил, но меня перехватила Инга.  — О, Семен. Можно тебя на минутку? Я кивнул.  — Пойдем, прогуляемся. — пригласила Инга.  Мы вышли во двор.  Солнце сегодня должно было светить так же ярко, как и вчера, но его затянуло облаками, а набежавший ветерок дарил легкую прохладу.  — Слушай, я не собираюсь лезть в ваши с Алисой отношения, вы взрослые люди. К тому же, как я вижу, у вас все серьезно. — издалека начала Инга. — И все же... Нас прервал грохот. Из распахнутых дверей амбара, утробно клокоча и заваливая все вокруг клубами вонючего дыма, выкатился "Урал".  — Тише, тише! Коробку спалишь! — прокричал сквозь грохот Иван и закашлялся.  Алиса спрыгнула с мотоцикла и принялась его осматривать, переругиваясь с дядей.  — Э-э-э... Короче говоря, я бы хотела попросить тебя кое о чем. Как мужчину.  Инга оторвалась от созерцания открывшейся нам сцены и посмотрела на меня.  — Я очень переживаю за Алису, потому что знаю: она только внешне выглядит как бронепоезд, но в груди у нее очень горячее и очень хрупкое сердце. Пообещай мне, что ты никогда не предашь его чувств.  Глаза Инги сверкнули сталью, и я понял, что это была не просьба. — Обещаю. — спокойно ответил я. — Спасибо тебе. Я как вас вдвоём увидела, сразу поняла, на тебя можно положиться.  Инга сразу же подобрела, а на лице ее расцвела улыбка. Алиса направилась к нам.  — О чем шушукаетесь?  Я немного растерялся, а вот Инга — нисколько.  — Да, так, Семена у тебя отбить пытаюсь.  Алиса за ответом в карман не полезла.  — Ты погромче говори, а то Ваня не слышит.  Девушки захохотали, а я не мог отделаться одновременно от смеси радости и неловкости.  Не вполне понимая, что мне делать, и, не желая мешать девушкам, я подошел к Ивану.  — Помощь нужна?  — А то! Можешь за ручку подержать и поддать газу, как я попрошу?  — Без проблем. Дядя Алисы принялся ковыряться в КПП. — Поддай. Ага... Сейчас... Не легко тебе с ней?  Я проследил за взглядом Ивана и улыбнулся.  — Не могу жаловаться. В прямом смысле.  Иван хмыкнул.  — На самом деле, я был готов умереть за нее. — гораздо тише, и намного более серьезно добавил я.  — Понимаю тебя. Ох уж эти женщины... — протянул дядя, мечтательно засматриваясь на свою жену. — Вот вроде и ругаетесь, и даже уйти иногда хочется, а как посмотрит она на тебя глазами своими хитрыми-хитрыми, как улыбнется, и... Словно бы весна наступает в душе. — протянул дядя Алисы, а потом серьезно, с уважением, добавил. — Я ради своей тоже в лепешку бы расшибся. Ну, спасибо тебе.  Провернув рычаг несколько раз, он довольно хмыкнул, и вытерев испачканную маслом руку о траву, попрощался со мной, после чего одним движением запрыгнул в седло.  — Уже уезжаешь? — поинтересовалась Инга, подходя к мужу.  — Ага. Ты же знаешь, работа не ждет.  Инга состроила грустную мину.  — Ну не надо... Ты разбиваешь мне сердце. А давай мы на выходных рванем в город? Сходим в кино, пройдемся по магазинам, заскочим в ресторан?  — На выходных к нам приезжает моя мама. — ответила Инга, упираясь руками в бока и заметно мрачнея. — Ты что, забыл?  — Нет конечно... Ладно, тогда на следующих можем попробовать... — Она приезжает на две недели!  — Все, мне бежать надо, пока! И поцеловав жену в щеку, Иван поддал газу, выруливая на проселочную дорогу.  Инна неодобрительно покачала головой, но стоило мотоциклу мужа скрыться за забором, как лицо женщины сразу сделалось грустным.  — Одним словом, крендель. — хмыкнула Алиса. — Какие у нас сегодня дела?  — Никаких. — растеряно поправила волосы тетя Алисы. — Я думала, что у вас не меньше трех дней уйдет на то, чтобы вспахать поле, так что сегодня можете отдыхать.  — По правде говоря, у нас есть одно дело. — вмешался я. — О котором я только что вспомнил. Нам бы его обговорить, кстати.  Алиса удивленно подняла брови, но пошла за мной, а у меня на душе кошки скребли.  Мне в голову как-то очень запоздало пришла мысль, что у нас осталась неделя, а учитывая, сколько уже прошло времени, и того меньше, чтобы спасти Ольгу и добраться до Новосибирска.  Не скрою, какая-то часть меня хотела откровенно плюнуть на планы и просто остаться здесь. Природа, спокойствие, свобода и, самое главное, моя любимая. Чего ещё можно было пожелать?  Мы зашли за амбар, и Алиса, перевернув ведро, уселась на него.  — Ну, рассказывай.  Я вздохнул и выложил ей все как есть. Честно говоря, увидев задумчивое лицо девушки, я испугался. Ведь я предлагал ей бросить всю свою жизнь, а что я мог дать взамен?  Но Алиса думала не долго: она тяжело вздохнула, потерла лоб и перевела взгляд на меня.  — Ты говоришь, что нам нужно добраться до Ольги, уговорить ее поехать с нами в Тверь и на все про все у нас есть четыре дня, включая сегодня? — Как-то так.  — Тогда нам следует поторопиться. — Алиса встала. — Сходи соберись, а я пока поговорю с Ингой. Я кивнул, и уже направился к дому, но внезапно, мне в голову пришла мысль, и я остановился.  — Алиса! — крикнул я. — Спасибо тебе. Она обернулась и посмотрела на меня со смесью задумчивости и удивления, а я гадал, вспомнит ли она, как вчера точно также благодарила меня.  Тут во взгляде любимой что-то промелькнуло, и она сначала улыбнулась мне, а потом скорчила рожу.  Я проследил за ней до ворот, которые Инга закрывала после отъезда мужа и направился в дом. — Уже уезжаете? — спускаясь вниз по лестнице, я увидел, как Алиса разговаривает с расстроенной Ингой.  — Я не хочу, чтобы из-за нас у тебя были проблемы. — ответила любимая. — Деда прижали на следующий же день, я удивлена что к тебе до сих пор никто не пришел с проверкой.  — Я знаю, он писал. У него все хорошо.  Алиса выдохнула. По тому, как расправились ее плечи, я понял, насколько сильно на самом деле она переживала.  Любимая наконец заметила меня, а Инга проследила за ее взглядом.  — Что ж... Мне было очень приятно встретиться с вами обоими. Семен, передаю свою племянницу под твой надзор. Ухаживай за ней и береги ее!  Замеченную мною в словах и движениях Инги грусть женщина попыталась неловко спрятать под ширмой иронии. Тем не менее, я сохранил серьезность и, кивнув, пообещал позаботиться о ее племяннице.  Алиса, которой было явно неловко от происходящего, несколько неуклюже обняла тетку, и, пообещав еще приехать к ней, вместе со мной вышла из дома.  Инга продолжала смотреть нам в след, и я потерял ее из виду только в тот момент, когда забор, вдоль которого мы шли, резко повернул влево. — У тебя замечательная тетя. — заметил я.  — Знаешь, сколько раз я думала о том, как бы сложилась моя жизнь, будь они с Ваней моими родителями? — Алиса помрачнела и уставилась на свои руки. — Ведь если бы я жила с ними, быть может... А, к черту!  Мы прошли где-то километр, прежде чем я решился нарушить молчание.  — Но ведь тогда бы у тебя не было регенерации? Любимая посмотрела на меня с удивлением, будто бы подобные мысли никогда не приходили ей в голову, а затем усмехнулась и растрепала мне волосы рукой.  — Мне не хватало твоего оптимизма. — А мне твоего... Всего! — нелепо и невпопад ответил я, вызвав взрыв смеха.  — Ну ладно. — спросил я, наконец серьезно. — Куда мы идем?  — Пока к междугородней автобусной станции, а дальше, я думаю, ты и сам знаешь.  До станции мы дошли где-то за полчаса, и купив в кассе билеты, отправились к нашему автобусу. Людей в нем было не так много, и мы с комфортом устроились в задней части машины. Алиса сразу же объявила, что будет сидеть у окна, и мне пришлось пропустить ее. Стоило ей сесть, она прижалась ко мне, положив голову на плечо, и улыбнулась мне своей самой наглой улыбкой. — Есть идея, где нам заночевать?  Алиса вздохнула.  — На самом деле, это очень хороший вопрос. Я тебе так скажу: то, что мы смогли остановиться сначала у моего деда, а потом у тетки, это нам просто повезло. Учитывая, что нас ищет полиция, и что ни в одной гостинице нас не заселят, пока мы не покажем документы... Все очень грустно.  Я вздохнул. На самом деле, что-то такое я и предполагал. Но я не подал вида, что расстроен, и вместо этого погладил пальцем кончик Алисиного носа.  — Я что-нибудь придумаю. — пообещал я.  Автобус скоро заполнился людьми, и мы тронулись. За окном сначала проплыла деревня, со всеми ее домиками, а потом замелькали, сменяя друг друга, луга, поля и леса. Алиса, положившая голову мне на плечо, сначала вроде присматривалась к пейзажам, но очень скоро засопела, и я решил, что раз мы не знаем, где нам в следующий раз доведётся поспать, надо бы воспользоваться случаем, и тоже прикорнул.  Я оказался в каком-то старинном кабинете, удобно устроившись в комфортном кожаном кресле напротив потрескивающего камина.  — Тук-тук. — Лена искренне, от всей души, улыбнулась мне.  Я тяжело вздохнул.  — Чего ты хочешь?  Девушка, слегка наклонившись вперед, заглянула мне в глаза.  — О, самую малость! Я всего лишь хочу показать, насколько сильна может быть разница между тем, как ты оцениваешь людей, и тем, кем они являются на самом деле! Алиса Солнце слепило нещадно, бликуя сотнями стекол и зеркал, словно разбросанными жемчужинами, и я, выходя на улицу, щурилась.  Я со всей уверенностью могла сказать, что моя жизнь начала налаживаться: после случая с побегом Анна Владимировна решила меня удочерить, с Ульяной, о которой я так переживала и беспокоилась, мы встретились снова, меньше, чем через неделю: я завела привычку регулярно прогуливаться по нашему маршруту, и в один счастливый день наткнулась на нее! Как оказалось, она выпросила у отца разрешение на прогулки в обмен на обещание больше не сбегать. Сколько было слез, извинений и клятв в вечной дружбе, вы себе и представить не можете.  Как бы то ни было, мы помирились.  У меня появилась семья, дом и настоящий друг.  Улыбнувшись своим мыслям, я прошла мимо школы и направилась прямо к универмагу, возле которого меня уже дожидалась Ульяна.  Стоило ей меня увидеть — она сразу же заулыбалась и замахала рукой.  — Привет. — поздоровалась я.  — Слушай, сестренка... — дурацкое обращение походу теперь намертво приклеилось ко мне. — ...Я такое нашла! Пойдем, покажу!  Смутные подозрения прокрались в мою голову, но подпрыгивавшая от нетерпения девчушка, стоявшая передо мной, буквально лучилась радостью, и я решила пойти с ней.  — Ты скажешь мне, куда мы идем? — Это секрет! Но это близко. Ульяна неслась вперед и тащила меня за собой, вцепившись в руку.  Мы обогнули очередную многоэтажку и перед нами показались ряды гаражей, возле одного из которых мы и остановились.  Ульяна, воровато оглядевшись, потянула на себя ручку проржавевших ворот, и, распахнув их, зашла внутрь, жестом поманив меня за собой.  Моим глазам предстал "Горбатый" запорожец, ЗАЗ-965.  Ульяна встала, облокотившись на него с таким видом, будто она генеральный конструктор, а потом, состроив хитрую мину, медленно открыла дверь.  Машина, откровенно говоря, выглядела брошенной: ржавчина покрывала буквально все открытые поверхности кузова, замшевые сиденья выглядели продавленными и побитыми молью.  У меня не было желания не то, что садиться, а хотя бы просто приближаться к этой машине, но Ульяна, горделиво усевшаяся на пассажирское место, явно меня ждала.  Я тяжело вздохнула и подошла к машине. Дверь была не заперта. Брезгливо смахнув с сиденья грязь, я все-таки рискнула присоединиться к подруге.  Бросив взгляд на Ульяну, я усмехнулась. На лице девочки был абсолютный восторг: она дергала ручной тормоз и рычаг переключения передач, всматривалась в лобовое стекло. Обстановка, настолько ее захватила, что я решила подыграть: положив руки на руль, и издавая звуки, отдаленно напоминавшие те, что производил настоящий автомобиль, я изо всех сил изображала погоню. Ульяна с радостью подхватила и начала командовать мной. Мы так увлекись, что и не заметили, как просидели в машине целый час.  — Алиса. — вдруг серьезно спросила меня Ульяна. — А давай попробуем ее завести?  Эта идея мне не понравилась сразу же. Ладно просто посидеть в бесхозной машине, но уехать?  — Ага, щаз. Дудки. Я на такое не подписывалась.  — Ну Алиса, миленькая, ну пожалуйста! Ну мы совсем чуть-чуть! — Нет. — Ну мы только пять минуточек! Просто выкатимся из гаража, и сразу обратно! Представь, ведь эта машина стоит здесь совсем одна, никуда не выезжает, ей, наверное, так обидно, что ею не пользуются, она здесь совсем одна... Наверное, в тот момент мне следовало остановить ее. Наверное, мне надо было ей сказать, что нельзя так себя вести, что это может быть опасно для нас обеих, но она смотрела на меня с таким выражением лица, что я не могла ей отказать. — Ладно, я попробую. — проворчала я, залезая руками под приборную панель.