Бесконечная Меланхолия

Когда мы поднялись в зал, бой уже заканчивался: как оказалось, на подхвате у стариков был не только мужик с двустволкой на входе, но и ещё несколько человек, спрятавшихся по разным комнатам и выжидавших своего момента. Все они валялись на полу — кто с пулевой раной, кто с огромной выжженной дырой от плазмомёта Ульяны. Кибернетики мирно спали. Я сначала даже испугался, но судя по реакции окружающих, жизни парней ничего не угрожало. Моё внимание привлёк истошный вопль: Славя, держа старуху за волосы, прижимала свободной рукой её ладонь к раскалённой конфорке. — Последний раз тебя, тупая старая сука, спрашиваю: на кого вы все работали?! — Ты убила моего сына! — захлебнулась рыданиями женщина. Славя, проигнорировав её вопль, снова прижала ладонь к плите, и рыдания оборвались душераздирающим воплем. — Гори в аду! Сдохни! Сдохни, шлюха белобрысая! — в бессильной ярости завизжала женщина. Я подумал, что надо бы остановить Славю, но Мику меня опередила: — Славя, хватит, отпусти её. Она ничего не скажет. Славя перевела взгляд на Мику, и что-то нехорошее вспыхнуло в её глазах, после тех слов, что она услышала. Намотав волосы старухи на кулак, девушка с бешеным криком приложила её головой о плиту, а затем ещё раз и снова. К тому моменту как Алиса и Ульяна подскочили, чтобы оттащить её, было уже поздно: лицо женщины превратилось в кашу, из которой на пол медленно стекали остатки мозга, основная часть которых разукрасила кухонный гарнитур. — Какого хера ты творишь?! — заорала Юля, но сразу же осеклась. Лицо Слави, словно бы впервые увидевшей произошедшее, исказилось болью и отчаянием. — Что... Что произошло? Это что, я сделала?.. — Мы потом об этом поговорим. — Бросив на неё мрачный взгляд, ответила девушка и переключила внимание на меня. — Я... Вижу, что досталось не только нам. — Она явно сначала обратила внимание на Ольгу, но сразу же заметила, что я весь оказался перемазан кровью. — С тобой все хорошо? Ты не ранен? — подскочившая Алиса сразу же принялась обеспокоенно осматривать. — Почему не кричал, не звал на помощь? Я же сказала, чтоб ты не лез во всякое дерьмо! — Я... У меня не было времени... Алиса посмотрела на меня своими строгими янтарными глазами, и выражение её лица чуть смягчилось. — Надо валить отсюда, да побыстрее. Мне с самого начала тут не понравилось. — Поддерживаю. — Отозвалась Славя, стирая с лица кровь и ошмётки плоти кухонным полотенцем. — У неё точно были или сообщники, или крыша, и мы до сих пор не знаем, кто именно. Уходили мы так же, как и пришли. Деревня к этому моменту словно вымерла. Я ощутил, как по спине пробежала дрожь. Все это было не к добру. Я развернул на коленке карту и подозвал к себе Мику с Юлей. Нужно было определиться с тем, как мы собираемся уходить. — К черту, я открою портал прямо здесь. — Мику отсутствие жителей явно напугало ничуть не меньше моего. Грохот, раздавшийся с противоположного конца улицы заставил всех нас развернуться, и мы увидели как из рассыпающейся на бревна избы выходит Алиса. Она встала посреди дороги, заградив нам путь к отступлению. Я не мог отвести от неё глаз. С нашей прошлой встречи, она, казалось, стала выглядеть ещё хуже: её волосы окончательно поседели, а бледную, цвета бумаги кожу, на щеках и рядом с глазами облепила чёрная паутина вен. Алиса побежала на нас. — Открывай портал! — крикнул я Мику, выступая вперёд, но Алиса из прошлого тут же отодвинула меня обратно, прикрыв собой. — Ульяна, Славя! Прикрывайте! Кибернетиков, продолжавших мирно посапывать, положили прямо в снег. Ольга, так и не произнёсшая ни единого слова с момента освобождения, раскачивалась, сидя на корточках и, схватившись за голову, подвывала. Я отвернулся, чтобы не видеть этой картины. — Сколько тебе надо времени? — обратился я к Мику. — Пару минут, не больше! Не выдержав ожидания, Алиса из прошлого побежала навстречу своей копии из настоящего, и на полпути они столкнулись: первым же ударом Алиса из прошлого просто отшвырнула нашу боевую подругу и продолжила бежать вперёд. — Какого?... — протянула было Ульяна, но спохватившись, принялась стрелять из обеих плазмомётов. Надсадный вой её орудий словно бы всех разбудил. Славя вскинула автомат и стала садить короткими, по два три выстрела, очередями. Тем временем Алиса из прошлого отправилась от удара, поднялась, и побежала следом за обидчицей. — Прекратить огонь! — едва я успел отдать приказ, девушки столкнулись снова, и в очередной раз завязалась драка. — Вперёд! Живо! Я понимал, что мы будем малополезны в таком виде боя, но бездействовать уже просто не мог. Девушки действовали так же, как и в прошлом бою: Славя сразу же прыгнула Алисе на спину и закрыла удушающий, а Ульяна бросилась ей в ноги, чтобы повалить. Логика подсказывала, что план, сработавший однажды, должен сработать и во второй раз, но произошло прямо противоположное — Алиса ударом ноги отшвырнула от себя Ульяну, а Славю сняла с себя одной рукой, как нашкодившего котёнка и просто метнула её куда-то в сторону. Что-то изменилось, и дело было не только во внешности Алисы, она явно стала сильнее. Намного сильнее. Теперь её сила была несравнима с силой себя самой из прошлого. Пробить блок моей любимой у неё не получалось, но от каждого удара Алису из прошлого разворачивало или шатало. Любимая так же как и в прошлый раз попыталась контратаковать, но у её ударов не было того останавливающего действия, которое помогло ей в прошлый раз, и теперь Алиса из настоящего просто проглатывала их и продолжала идти вперёд, выбрасывая комбинацию за комбинацией. Алису из прошлого просто избивали, не оставляя шанса даже на то, чтобы просто оказать сопротивление. Ульяна, включив двигатели, взлетела в воздух метров на пять и спикировала по дуге, вложив всю свою силу в бесконечно длинный супермен-панч. Она метила в голову, но попала в плечо, и Алису отбросило. Славя, поднявшаяся тем временем из сугроба, блеснула на солнце сталью, заменившей ей кожу и снова бросилась в бой. Объединив усилия, девушки смогли заставить Алису отступать. Откуда-то сзади донеслось долгожданное: — Портал открылся! Давайте быстрее! — Затаскивай Серегу с Саней! — бросил я, и, подхватив с земли какую-то полусгнившую хворостину, рванулся в атаку на Алису. Палка переломилась после первого же удара, и мне тут же запорошило глаза разлетевшимися опилками. Я потерял ориентацию и превратился в беспомощную и беззащитную цель, за что тут же был наказан — что-то тяжёлое прилетело мне прямо в живот, отшвырнув метров на десять. Удар о землю был чуть ли не больнее того, который отправил меня в полет: дыхание сразу же сбило, а ледяной снег обжёг лицо и руки. Пытаясь игнорировать боль и ужас, я сразу же поднялся, отплёвываясь и потирая глаза. И в этот момент я увидел, как догорающее закатное небо расчеркнул направлявшийся в нашу сторону дымный след, а сразу за ним ещё один и ещё. Внутри похолодело. Кто? Как? Почему здесь и сейчас? — Быстро в портал! — просипел я, не оставляя попыток отдышаться. Славя и Ульяна проследили за моим взглядом и увидели грозившую нам опасность, а моя любимая была слишком занята боем. — Алиса! — надрывался я. — Отходим! Но она меня не слышала, её словно переклинило: она наконец-то начала перебивать свою копию из настоящего в прямой руке, и, учуяв запах крови, уже не собиралась ни останавливаться, ни обращать внимание на что либо кроме драки. Ещё раз посмотрев на небо, я смог различить падавшие на нас ракеты — маленькие, приближающиеся к нам светящиеся точки. Надо срочно было уходить, но драку прекращать бой никто не собирался. Ульяна и Славя не понимали, как им быть: если они начнут растаскивать Алис, то умрут точно все, одновременно уходить через портал и отбиваться от Алисы из настоящего было невозможно физически, оставить боевого товарища на произвол судьбы они тоже не могли. — Алиса! Надо уходить! Ракеты! В этот момент любимая словно наконец поняла, что происходит и посмотрела в небо. — Уходите! — обернувшись, бросила она. — Я задержу её! — Ты уверена? — на лице Слави недоверие смешалось с болью. Посмотрев ей в глаза, Алиса кивнула. Славя кивнула ей в ответ. — Нет! Вы че... Вы охренели что ли?! Нельзя её тут бросить! Алиса! Но было поздно: Алиса снова бросилась в бой, а Славя и Ульяна поволокли меня к порталу. Я все ещё продолжал сопротивляться, но моё сопротивление было инстинктивным, как у курицы, бегающей после того, как ей отрубили голову. Я упирался ногами, пытаясь замедлиться хоть на секунду, но берцы скользили по мягкому снегу, пропахивая борозды, а мои попытки вырваться были просто жалкими. — Отпу... Да я... Отпустите! Я хочу остаться вместо неё! Пусть она уходит! Алиса! В отчаянии я обернулся к Мику, и с ужасом увидел, что в её зелёных глазах стоят слезы. — Прости, Сем. Очередным рывком, в четыре руки меня буквально швырнули в портал. Только тогда я окончательно осознал всю глубину творившегося ужаса. Дни тянулись как патока и были до того похожи друг на друга, что я перестал их различать. В сущности, это и не было важно. Для меня теперь наступил один бесконечный, беспросветно мрачный полдень, который никогда не начинался и никогда не закончится. Как оказалось, сразу же после нашего ухода кто-то проник в гараж кибернетиков и украл практически все запасы имевшегося у нас ноосфена. — Это не хватит не то что на перенос в мир Лены, но даже на открытие портала в него! — убитый горем Сашка хватил об пол какой-то замысловатой стеклянной колбой. Один из её осколков оставил царапину на моей щеке, но я даже не поморщился. На несколько мгновений острая боль словно отрезвила меня, но я сразу же снова нырнул в похмельный омут собственных мыслей. Единственным, кто меня понимал, была Ольга. Мы о многом могли поговорить, но её состояние оказалось гораздо хуже наших самых пессимистичных прогнозов — пережитое сломало её настолько, что она потеряла связь с реальностью. Все то время, что она была с нами, Ольга либо прибывала в ступоре, периодически прерывавшемся периодами активности, когда она пыталась что-то делать и с кем-то говорила. Внешние раздражители в обоих случаях её не интересовали. Я большую часть времени лежал на кровати, вставая лишь для того чтобы поесть или сходить в туалет. Днём я страдал, ночью меня преследовали кошмары. У меня не осталось ни идей, ни планов, ни, что главное, мотивации. Практически каждый день меня навещала Ульяна. Она ухаживала за мной, пыталась взбодрить, дать какую-то надежду, но я был не в том состоянии, чтобы адекватно на все это реагировать, и, в конце концов, она тоже сломалась. — Я все. — Спокойно сказала она мне вместо приветствия. Бросив на неё взгляд, я увидел, что девочка собралась по-походному, а плечи её оттягивают лямки огромного рюкзака. Что-то смутное шевельнулось у меня в душе, потянулось рвануться к ней, начать упрашивать остаться, обливаться слезами, но оно сразу же оказалось придавлено глухой стеной всепоглощающего безразличия, вызванного потерей Алисы. Я молча кивнул. Ульяна смотрела себе под ноги. Когда она заговорила, голос её звучал глухо и отстранённо. — Когда я тебя во второй раз встретила, решила — теперь то все будет хорошо. Соберём отряд, победим Лену, будет все как раньше. Я ведь только этим и жила, у меня же больше нет ничего, я ведь не человек даже. — Ульяна для наглядности постучала себя кулаком по голове и слабо усмехнулась, услышав гулкий отзвук. Она перевела взгляд на меня и улыбка тут же стекла с её лица. — Выходит, я тебя переоценила. Нет, ты не подумай, я не ругаться пришла. Для обычного человека ты сделал даже слишком много, но... Я тебя воспринимала как какого-то киногероя, что ли, или волшебника, не знаю. Теперь-то я понимаю, насколько это все глупо, так что не суди меня строго. Теперь-то я вижу... Ольга, Славя, Алиса — не должно было все так закончится, никто из них этого не заслужил, а их... Им ведь не поможешь даже... Ульяна всхлипнула и опустила голову, а потом вдруг посмотрела какими-то совершенно дикими глазами. — Давай все бросим, а? Поехали со мной, в деревню, нам там только рады будут, ты же знаешь. Давай, а? На краткий миг я даже смог представить себе эту жизнь — спокойную, размеренную, без тревог и головняков, рядом с искренне любящим тебя человеком. Полную своих, наконец-то, чисто житейских радостей и горестей. Я уже представлял, как мы построили домик на отшибе, возле поворота к речке и живём дружной семьёй: Ульяна, я, дочка и сын. "То есть, ты меня бросил?" Передо мной, как в тумане, всплыло лицо Алисы. Взгляд её янтарных глаз смотрел на меня, как тогда, у костра. — Я не могу. Брови Ульяны дёрнулись, и я подумал, что сейчас она снова заплачет, но этого не произошло: с её лица вдруг вмиг пропали эмоции. — Я не могу. — Повторил я, потянувшись к Ульяне, чтобы приобнять её, но она отбила мою руку и отшатнулась. В её глазах полыхал гнев. — Трус! — выкрикнула она. — Ты просто, трус, Персунов, вот ты кто! Трус и подлец! Ульяна бросилась на меня с кулаками, но вместо того чтобы ударить, девушка зарыдала. Я прижал к себе её дрожащее тело и погладил по голове. Ульяна подняла на меня глаза и вдруг, совершенно без причины, поцеловала меня. Поцеловала с такой страстью и жаром, что я не смог найти в себе силы, чтобы оттолкнуть её, даже несмотря на то, что понимал: этим я делаю ей только больнее. — Я люблю тебя — прошептала девушка. — Я тоже тебя люблю. — На этот раз абсолютно искренне ответил я. Ульяна потянулась за ещё одним поцелуем, но я, скрепя сердце остановил её. — Пожалуйста... — прошептала она. — В последний раз... — Нет. Ты сама знаешь, что это не будет последним разом. Я действительно трус и подлец. Не давай мне очередного шанса доказать это. — Ты же мог быть счастлив со мной. Мог быть счастлив с Алисой. Почему ты каждый раз выбираешь страдать? — исступлённо гладя моё лицо, шептала Ульяна. Мне нечего было ей ответить. Наконец, спустя, казалось, целую вечность, она встала и молча, не прощаясь, вышла из комнаты. Через пару минут ко мне без стука зашла Славя. Алкоголем от неё несло на метр по периметру. — Я так понимаю, нас теперь семеро. — Совершенно правильно понимаешь. — Глухо отозвался я. Славя промолчала. — Ну? — поинтересовался я. — Где же проповеди? Нотации? Я жду. Славя покачала головой. — Пусть этим занимается Юля или Ольга. С меня достаточно. Проследив за тем, как она уходит, я откинулся на подушку. Лучше бы она наорала на меня, избила. Такое ледяное презрение было страшнее всего, и именно его я боялся. Постаравшись не думать о произошедшем, я откинулся на подушку и погрузился в воспоминания о прошедшей неделе. Естественно, мы возвращались за Алисой. Я буквально заставил кибернетиков открыть портал обратно, как только добрался до них, но это уже ничего не могло изменить: на месте города сияло пепелище, в котором концентрация ядовитых веществ и продуктов горения просто не позволяла выживать дольше нескольких минут. Единственной моей надеждой оставался тот факт, что найти тела мы не смогли, но это была настолько очевидная попытка зацепиться за соломинку, что мне самому было за неё стыдно. Перебирая в голове детали произошедшего, я не заметил, как нечаянно убаюкал сам себя и провалился в сон. Я снова видел остров. Как тогда, в первый раз. А на берегу снова стояла Алиса. Стояла и улыбалась. Не помня себя, я изо всех сил заработал руками и ногами, сразу же наглотавшись, полный рот воды. Отплёвываясь и отхаркиваясь, я вскочил на ноги, едва мои ступни коснулись земли, и побежал к Алисе. Время, казалось, застыло. Я боялся, что в любой миг, в любую секунду любимая исчезнет, развеется как морок, будто её и не было никогда. Алиса шла мне на встречу и улыбалась. Она мягко обняла меня и прижала к себе. А я разрыдался. Все прошедшее с её исчезновения время я словно бы был в ступоре и не мог понять, что вообще произошло. Теперь же действительность окончательно и бесповоротно была мною принята. — Прости меня, прости, прости, прости! Прости меня, пожалуйста! Я бился и хрипел, словно в бреду, а Алиса гладила меня и молча слушала. Наконец, когда я замолчал, она чуть отстранилась и посмотрела мне в глаза. — Я всегда буду тебя любить, Сема, и всегда буду рядом, чтобы ни произошло. Её улыбка и взгляд меня поразили. — Но... Я ведь все испортил, я всех подвёл! Как ты можешь... Алиса посмотрела мне в глаза. — Ещё ничего не кончено. Иначе я бы не разговаривала бы с тобой здесь сейчас. — Так значит... — не смея поверить собственному счастью, прошептал я. — Значит, ты жива? — Ну, конечно, я жива, Сема. — Улыбнулась Алиса. Я крепко обнял её, думая только о том, чтобы никогда больше не отпускать, но Алиса сама мягко отстранила меня. — Ты должен продолжать бороться, Сем. — Но... Но как? Где ты? Как мне тебя найти? — Я сама тебя найду. Ты просто будь готов, что это будет не та встреча, которой ты ждал. Я окаменел. — Ты хочешь сказать... — Сейчас это не важно. — Мягко остановила меня Алиса. — У меня не так много времени, так что дай я сначала скажу о самом важном. Тебе нужно помочь Ольге. — Как? Я же не врач, не психиатр. — Она не может принять то, что произошло с Юлей. Она все время от этого убегала. Семён, ты должен заставить её посмотреть правде в глаза. Должен столкнуть её с реальностью, как бы больно и жутко это ни было, и помочь ей это пережить. — Хорошо, но что потом? Как мне победить Лену? У нас же... — Помоги Оле, Сем. — Голос Алисы постепенно менялся, становясь все более грубым. — Помоги ей. Примечания: Предпоследняя глава