А птицы поют на берегах Смородины

Ворон летел над уже знакомыми ему полями и рощами, держа курс на дом Вороновых. Птица свысока заметила, как дочери воеводы игрались в поле около поломанной телеги, что давно заросла травой и мхом, и устремилась вниз. Мстислава попросила сестру помочь ей в стрельбе из самострела. Они решили уйти подальше от поселения, чтобы обрубить возможность другим детям прийти и высмеять Мстиславу. Девочка часто встречалась с нахальными мальчишками, что втаптывали и смешивали её с грязью из-за мужского нрава, из-за мужских занятий. Постоянные пробы себя в стрельбе, борьбе, охоте и других занятиях, которые позволял ей отец, давно изуродовали нежные девичьи ручки: грубая, израненная кожа обтягивала крепкие, сильные руки Мстиславы. Кулак девочки был твёрд и, если того требовала ситуация, бил точно в цель. Однако попусту Мстислава в бой не вступала, желая разрешать ссоры разговором. Но умение красиво баять не было сильной стороной Мстиславы и против воли приходилось впускать в ход кулаки, чтобы отбиться от нападок мальчишек. Частые драки начали отпугивать и девочек, что не желали связываться со странной дочкой воеводы Воронова и всегда обходили стороной, яростно перешёптываясь друг с другом, пока брезгливо осматривали Мстиславу. В моменты, когда мальчики окружали Мстиславу или девочки противно хихикали за её спиной, на помощь приходила Любава, чьи игривость и острый язык развеивали напряжённость и отгоняли опасность от старшей сестры. Тогда внутри Мстиславы происходила борьба: благодарность и любовь к младшей сестрёнке сжимались путами ненависти к самой себе, несостоятельности как старшего ребёнка в семье, что обязан нести ответственность за себя и за Любаву. Любаве нужно быть под крылышком старшей сестры, отдаваться её заботе и не знать бед. Но заботы со стороны Любавы было так много, что Мстиславу это пугало. Она чувствовала себя виноватой за неоправданные ожидания, за неспособность быть хорошей старшей сестрой. Поэтому выбрав место, далёкое от игр ребятишек, сёстры проводили время вместе. Любава подкидывала в воздух яблоки, что по вкусу были кислые и невкусные, а Мстислава выстреливала в них из самострела. Каждое попадание знаменовалось глухим, хрустящим звуком, и расколотое на кусочки яблоко падало на землю. — Молодец! — Восторгалась Любава меткостью сестры. Ворон подлетел к девочкам и приземлился на телегу. Он с интересом наблюдал за сёстрами, смешно двигая головой в разные стороны. — Мстислава! Любава! Кощей! — Прокаркал Ворон. Обе девочки вздрогнули от неожиданности. Любава пригрозила гонцу кулаком: — Глупая птица! Ишь, как пугает! — После чего обратилась к Мстиславе. — Кощей нас ждёт. Мстислава только кивнула. Она достала из рубахи свистульку, что на веревке висела на её шее и свистнула. Через время прилетел сокол Мстиславы и опустился на руку девочки, больно сжимая и впиваясь когтями в кожу. Мстислава ласково потрепала маленькие пёрышки на голове птицы. — Лети за вороном, запоминай дорогу. — Наказала девочка птице. — Эй, скажи Кощею, что мы придём. — Крикнула Любава ворону. Птицы вспорхнули и улетели в сторону леса. Мстислава смотрела им вслед с неуверенным взглядом. Правильно ли она поступает, что вступает в дружбу с Кощеем? Он сын Бабы-Яги, колдуньи, живущей в Дремучем лесу и связанной с нечистой силой. Люди должны обходить маленькое семейство стороной, не вступая с ними в связи. Но сейчас Мстислава нарушает негласный запрет и проводит время с мальчиком из леса. Даже если он не представляет опасности, никто не знает, как повернётся жизнь. Простой обмен слов с нечистью может привести к плачевным последствиям, и этим последствиям Мстислава подвергает не только себя, но и младшую сестру.    Однако её тянуло к Кощею. Он отличался от других мальчишек, но это было и хорошо, ведь с ним Мстислава могла быть собой и полностью отдаваться любимым занятиям, не боясь осуждения. Любава же ни о чём не думала. Она сияла от радости в предвкушении новой встречи с Кощеем. *** — Сегодня без гусей? — Расстроенно надула губы Любава. Кощей встречал сестёр на их привычном месте. Увидеть разочарованное лицо Любавы для мальчика было крайне удивительно. Они с матерью жили недалеко от окраины, поэтому Кощею не приходилось использовать гусей для полёта на не самое большое расстояние. К слову, ситуация, произошедшая при последнем полёте заставила Кощея пересмотреть свой взгляд на вовлечение сестёр в чудесный, но пугающий для простых людей мир Дремучего леса. Кощей схватил Любаву за надутую щёчку и потянул: — Сейчас лопнешь. Пройдёмся пешком. — Со всей возможной нежностью произнёс Кощей врознь своим действиям. Нежность была адресована в сторону Мстиславы, в сторону Любавы же были задействованы только руки, что несчастно сжимали мягкие щёки девочки и не желали отпускать. Кощея веселило то, как кукситься Любава. — Ну-ну, прекращай. — Шлёпнула Любава по рукам мальчика, освобождая свои уже покрасневшие щёчки из тисков костлявых пальцев. Мстислава лишь с улыбкой наблюдала. — И куда же ты нас поведёшь? — Спросила Любава. — Это секрет. — Лукаво хмыкнул Кощей, подставляя указательный палец к губам. Дети шли по лесу к поляне, освещённой солнечными лучами, что пробивались через редкие ветви деревьев, образовавших зелёный купол. Купол защищал поляну от непогоды и лишних глаз. Как только сёстры ступили на удивительно мягкую траву — обомлели от увиденного. Поляну украшали папоротники, чьи кончики листьев свернулись в улитку. Земля и трава были покрыты пятнами золы, которая до сих пор не смылась дождями и росой. — Господи помилуй, неужели… — Не веря своим глазам произнесла Мстислава. — Да, это сгоревшие лепестки цветка папоротника. — Продолжил за девочку Кощей. День Ивана Купала являлся и днём цветения папоротника. Много людей забредали в Дремучий лес ради чудесных цветков, но часто не возвращались или возвращались ни с чем. Сёстры слушали от старцев о прекрасном пламени, что окутывал лепестки папоротника и с наступлением рассвета гас от капель росы. Ни один человек не видел будоражащее сердце диво воочию: ни момент цветения, ни труху, оставшуюся после цветения. Однако Мстислава и Любава сейчас стояли на поляне и могли узреть стариковскую байку наяву. Любава села на землю и с широко раскрытыми глазами проводила пальчиками по золе. Кончики пальцев красились в чёрный и от них по всему телу пробегали мурашки. — Спасибо тебе. — Поблагодарила Мстислава Кощея. Мальчик улыбнулся, пряча свои красные щёки за свисающими волосами. — Это не единственное чудо. — Кощей неловко схватился за затылок, вставая, как ему показалось, в непринуждённую позу. Он сел на корточки рядом с Любавой и поднял лист папоротника. Под ним скрывались чудесные розовые лепестки, будто кувшин, из которого вот-вот должно политься молоко. – Разрыв-трава! – Воскликнула Любава. Кощей закивал головой, обрадованный восторгом девочки. Мальчика одолевало странное желание удивлять девочек тем, что он привык видеть каждый день. – Под папоротниками прячутся многие чудодейственные травы. – С воодушевлением поведал Кощей. Не успела Любава произнести хоть слово, как за деревьями послышались детские голоса и смех. Девочка вздрогнула от испуга, но, когда посмотрела на спокойное лицо Кощея, выдохнула. Голоса раздавались в самых разных местах: то на земле, то на деревьях. Из-за деревьях показались лица маленьких девочек, чьи пухлые щёчки обрамляли тёмно-зелёные пряди выбивших из кос волос. Малышки свисали с ветвей деревьев, раскачивались на них, как на качелях. – Кощеюшка-а-а! – Протянула одна из девчонок. – Кого это ты привёл? Девочки хихикали и выпучивали свои глаза на сестёр. – А вам какое дело? – Огрызнулся Кощей. – Какой же у тебя противный нрав! – И снова лес наполнился звонким хохотом. Любава с интересом наблюдала за странными девочками. На вид они были даже младше неё, с синеватой кожей и постоянными улыбками, что пугали даже больше, чем их необычная внешность. Мстислава была настороженно. Каждый миг она была готова защищать младшую сестру от окруживших их тварей. Маленькие девочки не вызывали доверия, хотя Кощей и не подавал обеспокоенного вида. Одна малышка легла на землю прямо перед Любавой и стала болтать своими крохотными костлявыми ножками из стороны в сторону: – Какая хорошенькая! – Девочка прищурила глазки. – Иди к нам! Поиграем! Наш батюшка очень любит детей! Мстислава схватила за руку Любаву и оттащила к себе. Девочки вновь засмеялись. В то же мгновение в говорившую малышку прилетел камень, оцарапав кожу щёчки. – Кощеюшка дурак! – С улыбкой посмотрела девочка на мальчика, будто и не камень в неё прилетел, а пёрышко, и убежала. – Мы уходим! – И Кощей повёл сестер за собой от поляны подальше. Когда смех перестал быть слышен, Мстислава сердито спросила: – Что это? Кощея покоробило от вопроса девочки, что решила прировнять жителей Дремучего леса к вещам, но решил пропустить мимо ушей. – Русалки. – Русалки?! – Была поражена Любава. – Но разве они живут не в реках? – Живут. Но русалки бывают и лесные, и горные. В реках обитают утопленницы, а с годами становятся настоящими русалками, прислужницами Водяного. – Значит те девочки – лесные русалки? – Верно. – Но как они стали ими?.. – У Любавы не укладывалось в голове, как такие крохи превратились в нечисть. – Всё из-за Лешего. Это долгая история. – Расскажи! – Стала умолять Любава Кощея. Мстислава шла молча, но тоже заинтересовалась. – Эх, что с тобой будет… – Согласился Кощей. – Дело было так. Давным-давно Леший был красивейшим мужчиной. Красавица жена, что была могущественной ведьмой, и прекрасные послушные дочери радовали его каждый день. Много гостей собиралось в их доме каждый день, чтобы взглянуть на дивную семью. И возгордился Леший и стал кичиться своей семьёй, а в особенности самим собой. Отныне не мог он терпеть уродов. Если замечал, что жена его недостаточно красива – бил её, да так, что отнимались ноги у бедной женщины. Начал прятать дочерей, которых считал уродливыми, в сундуки, дабы не позориться перед гостями и друзьями. Девочки могли сидеть в сундуках весь день напролёт, а когда крышка открывалась, на дне сундука лежало лишь мёртвое тело. Забыл Леший о былой любви к своей семье. Жена не смогла стерпеть жесткости мужа и потому решила наказать. Себя превратила в красивейший лес, а дочерей в чудодейственные травы и цветы и укрыла их от других на поляне под листьями папоротника. Леший же стал чудовищем: похожим на старое гнилое дерево. Так долго плакал Леший, что веки его обвисли до самых плеч, а на щеках застыли слёзы, став смолой. До сих пор он ходит и заботиться о своих жене и дочерях. Пугает охотников и людей, прогоняет, чтобы не потревожили покой его семьи. А девочки, что вы видели – мёртвые дети. Кого-то загрызли звери, кто-то утонул в болоте, кого-то убили сами люди. Леший находил тела и съедал внутренности, набивал листьями и превращал в лесных русалок, что заменяют ему дочерей. У сестёр мороз прошёл по коже. После рассказа не хотелось открывать рта и узнать ещё более жуткие подробности. Но у Любавы всё же назрел вопрос. – А зачем он съедает потроха? – В надежде вновь стать человек. – Без единой эмоции на лице ответил Кощей, лишь глаза его потускнели. Как бы плохо он не обращался с русалками, но злобы к ним никогда не испытывал, наоборот оберегал от чужаков, считая это своим долгом. Мальчику было грустно, что таким крохам при жизни пришлось совсем не сладко, и вместо того, чтобы обрести заслуженный покой, им приходиться маячить по земле куклами с вечными улыбками.   Печаль охватила и сестёр. Всю дорогу до избушки на курьих ножках дети прошли в тишине. Бабу-Ягу окружили гуси-лебеди, вырывая из рук старухи куски мяса. – Гой еси, Мстислава Алексеевна и Любава Алексеевна. – Поклонилась Баба-Яга, завидев сына с подругами. Сёстры поздоровались в ответ. Кощей зашёл в избушку и вынес подаренный Мстиславой лук. – Надеюсь, ты ещё не забыла, что хотела научить меня стрелять? – Отводя глаза из-за неловкости спросил мальчик. Глаза Мстиславы загорелись. Она закивала головой и схватила Кощея за руку, забывшись от радости. Опомнившись, девочка тихо извинилась. – Это не так трудно, как ты думаешь! Смотри! Мстислава взяла лук и стрелу, уже подготовленную Кощеем, и натянула тетиву. Девочка стала выбирать место, куда могла бы запустить стрелу. – Ну-ка, Мстислава Алексеевна, докажи, что дочь своего Алексея Воронова. – Баба-Яга кинула яблоко высоко в небо, прямо по направлению к солнцу, ослепляя взгляд Мстиславы. Девочка не растерялась. Она выпустила стрелу, попадая точно в сочный плод. Ядвига Виевна присвистнула. – Молодец, Мстислава! – Воскликнула Любава, подпрыгивая на месте. Кощей с восхищением смотрел на девочку. Царская осанка, светлые волосы, развивающиеся на ветру и оружие в руках, что чересчур выделялось на фоне сарафана. Сердце мальчика забилось чаще. Он не мог отвести глаз. Заметив взгляд Кощея, Мстислава зарделась и смущённо заулыбалась. Кроме отца и Любавы, никто не смотрел на её силу таким взглядом. Приятное тепло разлилось по всему телу. – Тебе стоит попробовать. – Отводя от себя внимание, Мстислава протянула лук Кощею. Первые разы стрела мальчика падала ещё до запуска, отчего Мстислава хихикала, прикрывая улыбку рукой, чтобы не обидеть Кощея. Зато Любава не скрывала своего звонкого смеха. – Сама-то та ещё неумёха! – Легонько постучал Кощей Любаву по голове луком. Надув щёки, Любава ушла подальше от обидчика. Она встала рядом с Бабой-Ягой и стала наблюдать, как старуха кормит птиц. – А можно мне тоже? – Девочка умоляюще взглянула. – Ты разве не боишься меня, Любава Алексеевна? – А вас надо бояться? Ядвига Виевна, удивлённая вопросом, покачала головой. – Значит не боюсь! Баба-Яга помолчала, а потом залилась смехом. Ей крайне понравился ответ девочки. – Покормить я тебе их не дам. Они откусят тебе пальчик. Любава снова надула губы. От скуки девочка стала рассматривать Бабу-Ягу. Смуглая старуха с горбом на спине, обвисшими до самых ног грудями, тонкие костлявые пальцы и грязные острые, закрученные как у кошки, ногти. Лицо было вытянутое и худощавое, с длинным носом-крючком. Пышные чёрные брови украшали морщинистый лоб. Маленькие поросячьи глазки гноились. Одета Баба-Яга была в грязную, рванную одежду. Ядвига Виевна заметила пристальный взгляд девочки и ехидно заметила: – Уродливая? – Чуть-чуть, – ответила Любава. От весёлого нрава старухи Любава осмелела и не боялась высказывать свои мысли. Ядвига Виевна вновь засмеялась. – Ох, нравишься ты мне, Любава Алексеевна! В этот момент к ним подошли Мстислава и Кощей. – Извините, Ядвига Виевна, она вам наверное надоедала? – С упрёком в сторону Любавы поинтересовалась Мстислава. – Нет-нет, что ты! Любава с обидой посмотрела на сестру. – Кощей, сходи-ка за рыбой к реке. Тебя русалки уже давно ждут. – Русалки? – Встрепенулась Любава. Кощею показалось, что в глазах девочки появился страх, но в тот же миг они радостно засверкали. – Могу я пойти с тобой?