Венское рандеву

Вена. Столица Австрии. Молоденькая девушка с наспех надетым жакетом, с неоново–розовой футболкой под ним, вытирая слёзы, бежит как можно дальше от отчего дома. Такое случается уже не первый раз. Отец старается всячески пресекать подобные выходки, но та всё равно находит способ улизнуть. — «Пусть хоть на цепь посадит, я всё равно найду способ свалить от твари вроде тебя», — Думала она, всё больше злясь на него. Свернув на улицу, где вдоль тротуара простирались плотно стоящие друг к другу домики, построенные по образцу немецкой школы архитектуры с фасадами, украшенными в традициях европейского стиля, беглянка, в который раз вытирая кулаком слёзы, не заметила вальяжно разгуливавшего патрульного. На бегу врезавшись в него. Она отлетела назад, сев на тротуар, уперевшись руками в землю за спиной. Девушка испуганно посмотрела на мужчину в длинном плаще, спускающийся чуть ниже его колен. — П–простите меня, — Пробормотала дрожащим голосом Люси, оглядывая мужчину с ног до головы. — Нет, это вы меня простите, — Моментом ответил он, взглянув на незнакомку. Что на полном ходу врезалась в него. Когда мужчина слегка присел, согнув ноги в коленях с целью помочь ей встать, Люси смогла разглядеть человека получше: На его голове была чёрная фуражка с кокардой в виде герба, что располагалась прямо над козырьком. Герб представлял из себя жёлтый щит с чёрным австрийским орлом, размещённый по центру, занимающий собой всю его поверхность. Как только девушка смогла разглядеть его эмблему, она оцепенела. Это был полицейский. Принцесса отползла от него чуть назад, не сводя глаз со стража порядка. — Всё нормально, не бойтесь меня… Я полицейский… Видите? — Произнёс он тихим спокойным тоном, указав пальцем на свой знак отличия на фуражке. Дыхание девушки участилось, когда тот шагнул ближе, стоило ей только отползти. — Пожалуйста, позвольте мне помочь вам! Я не наврежу… — Голос мужчины был таким же бесстрастным, сдержанным. Чтобы не вспугнуть и так натаскавшуюся барышню. — Прошу, не отводите меня домой! — Умоляюще ответила она, шмыгнув носом, едва сдерживая переход на крик. — С вами дома что-то случилось? — Вдруг заволновался он. Поправив фурашку, щипнув ту за козырёк. — Да… — Тихо ответила Люси, протерев заслезившийся глаз рукавом футболки. — А ваше имя? Как вас зовут? — Заинтересовался полицейский, сохраняя оттенок волнения в голосе. — Люси… Р–Розен! — Произнесла та, Заикнувшись на фамилии. — Ой… — Опомнилась она, поняв, что ляпнула. — Mein Gott… — Машинально произнёс он, затаив дыхание. Полицейский насторожился, став озираться вокруг, рыская взглядом в поисках возможных наблюдателей за ними. Но тот ничего не нашёл. Снова взглянув на девушку, он стал пристально изучать её. Мужчина не мог поверить, что перед ним на асфальте сидела никто иная, как сама королевская особа. Они оба притихли, смотря друг на друга. Люси стала обдумывать план бегства на случай, если её насильно попытаются вернуть в поместье. — Ваш отец. Он же будет волноваться… — Заговорил вдруг полицейский, порушив нависшее между ними молчание. — Нет! — Запротестовала принцесса. — Ему на меня плевать! Как только мне 20 стукнет, сразу выдаст за немца, чтобы был наследник! Ему плевать, что я буду чувствовать, как сложится моя жизнь! Я так не хочу! — Вдруг сорвалось с её уст, что застигло полицейского врасплох. Выслушав шквал критики в сторону кайзера от его же дочери, он печально выдохнул, чуть повертев головой, прикрыв глаза. — Надо же! Так поступать с дочерью… — Он остановился, чтобы подобрать подходящие слова. — Это… Ужасно. — С неожиданной тоской в голосе закончил мужчина. От этих слов она почувствовала приятный укол в груди, заставив тело юницы легонько содрогнуться. Люси очень удивилась такой реакции. Любой другой служитель закона уже схватил её и с силой повёл бы к отцу, но не он. — Что же вы сидите? Простынете же! Осень на дворе! — Пришёл тот вдруг в себя, увидев, что девушка всё ещё находится на земле, да ещё и в джинсах. Полицейский протянул даме руку. Люси незаметно для себя дёрнулась, заметив движение, но быстро расслабилась, поняв, что ей ничего не угрожает. — Вот, позвольте. Ваше величество! — Быстро проговорил он, будто оправдывая свои действия. Заметив его любезность, принцесса мило улыбнулась, слегка отведя взгляд в сторону. Полицейский не мог не подметить её реакцию. Тот уже собирался улыбнуться в ответ, но решил сдержаться. — Благодарю! — Ответила Люси, вновь посмотрев на мужчину, робко подав госслужащему свою дамскую ручку. Приняв его помощь, девушка в смущении отвернулась от полицейского. Рука, продетая в кожаную перчатку, аккуратно сжала кисть принцессы. Мужчина выпрямился с колен, потянув Люси вверх. Теперь она снова на ногах. — О, Боже. Да у вас штаны все изгвазданы! — Сказал страж порядка, тут же спустившись на корточки, став отряхивать её джинсы от дорожной пыли. — Не стоит… — Произнесла та застенчиво, спрятав руки за спиной. — Да как же, имейте же уважение к себе. Вы ж будущая кайзерина! — Возразил он, продолжая смахивать пыль с её штанов. — Правда, не стоит, — В смущении повторила Люси, попытавшись спрятать лицо. Натянув свою шапку себе на глаза. Когда мужчина закончил, он, вздыхая, распрямился во весь рост. Девушка осторожно стянула шапку со своих глаз. Первое, что она увидела, было его пальто в районе груди с застёгнутыми позолоченными пуговицами. На всех был выгравирован маленький орёл. Принцесса медленно подняла глаза, став смотреть на него снизу вверх. — Вы чего? Нужно ведь относиться ко всем достойно, даже будучи полицейским, — Улыбнувшись, произнёс он, поставив руки на бёдра. — Ну… Эм… Да. — Неловко промямлила Люси, в смятении смотря по сторонам, избегая зрительного контакта с мужчиной. — Куда теперь держите путь? Люси? — Изменившись в лице и став более серьёзным, задал он вопрос, скрестив руки за спиной. Она в удивлении медленно раскрыла глаза, подняв брови. Принцесса ожидала, что он её тут же задержит, завоевав у той доверие, но этот вопрос поставил Люси в тупик. Неужели этот незнакомец действительно не такой, как все? — Эээ… Я… Я бы хотела прогуляться… Знаете, развеяться, — Бормотала она себе под нос, продолжая избегать встречи взглядами с полицейским. — Ну-ну, нынче опасно расхаживать девушкам в столь позднее время по улицам. Тем более претендентке на корону! — Подметил мужчина, смотря на неё своими тёмными, полными ласки глазами. Услышав это, она обвила себя руками, зажав свои кисти под мышками и поджав плечи. Она была слишком смущена его доброжелательностью. Почему он так добр с ней? Почему именно он ведёт себя иначе? Другие бы так не поступали. Но этот случай уникален. — Вы не против, чтобы я составил вам компанию? Нет. Я не настаиваю*Пше*. Просто так будет безопасней, Я считаю, — Его речь стала неспокойной. На мгновение в ней стал слышаться иностранный акцент, но какой, Люси не могла понять. — Да, конечно, если вы не заняты… — Согласилась девушка, украдкой посмотрев на его лицо.

***

Так, слово за слово. Парочка стала вместе слоняться по ночным улочкам Вены. Прохаживаясь вдоль жилых домов сквозь редкие скопления прохожих. Он, бывало, скрывал её, пряча в своих объятиях, или делал вид, что опрашивает случайно выбранного человека из толпы, когда рядом проходили другие стражи правопорядка или проезжали патрульные машины. Когда мужчина неожиданно для неё заключал Люси в объятия, она, как по негласной инструкции, прятала лицо в его груди. Полицейский, конечно, еле слышно, сквозь зубы приговаривал, что рядом патруль, но для девушки эти слова превращались в фоновый шум, что сливался с гулом толпы и бесконечно едущих туда–сюда машин. Ей нравился сам факт близости с ним. Принцесса могла слышать, как в его груди бьётся сердце. Этот звук успокаивал её, заставляя в безмятежности прикрывать глаза, вслушиваясь в этот ритм, словно в музыку. В большинстве случаев мужчина не обращал на это внимания, ибо тот был сосредоточен на обстановке вокруг. Ожидая, когда опасность их минует. Когда очередная угроза опознания сбежавшей кайзеровской дочки исчерпала себя, её сокрытель краем уха услышал блаженный Люсин сап. Та наслаждалась их тесным контактом, при этом слушая неспешный пульс качающего кровь сердца. Он застыл, увидев это поистине очаровательное зрелище. В этот момент между ними что-то промелькнуло. Что-то неуловимое, запретное, но в тоже время и приятное. Сердце мужчины забилось быстрее. — Хм? — Издала вдруг Люси, почувствовав что-то неладное. Она опасливо подняла глаза на лицо своего спутника, после чего, поняв всю неловкость ситуации, перепуганная девушка начала вырываться из его объятий. Но чем сильнее та старалась выбраться из обхвата полицейского, тем сильнее её щёки начинали краснеть. Тело будто обзавелось собственным разумом, перестав подчинятся любым её командам. Одна часть Люси хотела остаться, другая же желала сохранить лицо перед всё ещё поданным. Но в итоге обе стороны к согласию так и не пришли. — Хватит дрыгаться! Успокойся! — Просил тот неуверенно, боясь как-то упрекнуть юную леди. На самом же деле мужчина не знал, что ему делать. Если он её выпустит, то тогда Люси могут ненароком узнать. Полицейских–то нет, а вот гражданских предостаточно. Кто-то да разглядит в ней дочь нашего кайзера. А с другой стороны, сие действо выглядит немного странно. Сами посудите: Австрийский полицай, испуганно озирающийся по сторонам, которому в районе 24-х лет, притискивает к себе довольно молодую деву, стремящуюся вырваться из его оков. Причём с таким лицом, что та вот–вот на помощь позовёт. Некоторые люди, что проходили мимо, стали косо посматривать на них. Это не было похоже на задержание. Он начал паниковать. Девушка, несмотря на его слова, продолжала вырываться. Делать было нечего. Объятое страхом сознание решило, что лучший выход из этой ситуации — продолжение объятий. Полицейский, чуть сильнее прижав принцессу к себе, пустил свою руку в её длинные тёмные волосы, слегка надавив на затылок. Скрыв лицо Люси в ткани своего форменного плаща, она, вопреки всем ожиданиям, стала успокаиваться. Попытки вырваться сошли на нет. Её тельце перестало дрожать и извиваться, полностью расслабившись. — Сработало, — Мелькнуло у него в голове, когда он услышал приглушённый голос Люси, который просил у полицейского прощения. — Не волнуйся… Всё хорошо. — Продолжал тот утешать её. Мужчина оглядел немногочисленных зевак, что устремили на них свои взгляды, гадая, что будет дальше. — Простая паническая атака… Не на что тут смотреть! Давайте, давайте… — Деловито произнёс мужчина, отгоняя рукой нежелательных наблюдателей. Те, простояв ещё некоторое время, молча разошлись. — Давай пойдём в другое место? Где нет столько народу… — Перейдя на более тихий тон, спросил он у Люси. В знак согласия. Она быстро закивала головой, продолжая крепко держать и оттягивать на себя складки его плаща.

***

Пройдя несколько кварталов, буквально прилипнув друг к другу, принцесса и её спутник благополучно покинули центр скопления людей. Теперь они оказались в районе поменьше. Конечно, народу было всё также прилично, но на их счастье, люди были рассеянны по разным уголкам невзрачного бульвара с узкой автодорогой в центре, разделяющую его на две части. Около дороги стояли высаженные в ряд деревья. Листья на них были жёлтые, некоторые опали наземь, проносясь по тротуару, стоило только раздасться лёгкому дуновению ветра. Дойдя до пешеходного перехода, Люси взяла полицейского под руку. Тот, заметив это, неприметно взглянул на неё. Приняв действия юницы во внимание, он лишь ласково улыбнулся, сделав вид, будто это совершенно естественно. Быстро пробежав по разметке до другой стороны улицы, двое завернули в парк, где в такое время обычно не бывает посетителей. Теперь можно выдохнуть с облегчением. Тут их никто не потревожит. По стечению времени они понемногу отстранились друг от друга. Люси больше не видела необходимости быть настолько близко к сопровождающему. Однако и уходить далеко от мужчины она не планировала, если вспомнить, как ей нравилось находится в его объятиях. В голове у мисс Розен гуляли разного рода мысли. Конечно, все они были по-детски невинными, но этого оказалось достаточно, чтобы в её голове сформировалось множество противоречий.

***

Когда те неспешно разгуливали по парку, принцесса первой нарушила волнующие молчание, что тяжело повисло в воздухе между ними. — Слушай, мне немного стыдно такое спрашивать, — Зажимисто начала она, стараясь подобрать правильные слова. — А как твоё имя? — Стыдливо задала вопрос Люсия, повернув к нему голову и заправив за ухо прядь волос, что так невовремя сползла ей на правый глаз. — Эван… — Произнёс мужчина, что двигался размеренным шагом наравне с девушкой, лишь слегка обгоняя её. — Эван Шпиц*Пше*, — Безукоризненно повторил он, ответив на вопрос Люси. Принцесса игриво захихикала, снова услышав его акцент. — Что такое? — Спросил Эван, посмотрев на девушку и приподняв одну бровь, не понимая, из-за чего та вдруг повеселела. — Твой акцент… Он забавный. Я заметила, что некоторые слова без этого *Пше* ты выговорить не можешь… Хи-хи-хи, — Кокетливо посмеялась та, слегка прикрыв свою озорную ухмылку ладошкой. — Что не так с моим ак*Пше*нтом? — Спросил он с наигранным удивлением, нарочито приставив руку к груди. Где-то в области сердца. Принцесса рассмеялась, снова услышав его речевой прокол. — Ха! Вот! Снова попался! — Подловила она полицейского, активно тыкая того пальцами под бок, поддразнивая Эвана. — Добже, Добже… Ты меня раскусила… — Саркастически произнёс он, театрально подняв руки вверх. Как бы сдаваясь в плен. Видя такой поворот событий, Люси снова издала приглушённый смешок, интеллигентно прикрывая рот рукой. — Откуда ты? Я такую речь никогда не слышала, — С любопытством в голосе спросила девушка, демонстрируя свою невинность, играясь пальцами рук, пока шаловливо не сцепила их. Она умоляюще посмотрела на него, показывая, что ей правда интересно. — Из России… Царства Польского. Точнее, моя мать. Родился я здесь, — Эван опустил руки, спрятав их в карманы плаща. Слова он произнёс без видного энтузиазма. Видимо, для мужчины это было не больше, чем просто фактом о его жизни. Ведь он, как было сказано, родился в Австрии, а не в России. — Вау! Я многое слышала об этом государстве! Не знала, что там тоже живут полонцы… А можешь что–нибудь ещё сказать на этом языке? Очень хочу услышать! — Принцесса сжала кулачки у груди, согнув локти, едва совладав с собой, чтобы не начать прыгать на месте. Настолько её распирал интерес. — Ладно, но я гарантирую, что ты ничего не поймёшь — Усмехнулся Эван, завидев её желание услышать польский язык, который та прежде не слышала. — Ну ты скажешь ведь, да? — Голос у девицы был полон предвкушения. Она не могла дождаться, чтобы услышать незнакомые ей слова, что выльются в предложение, которое заставит её испытать чувство чего–то далёкого, чуждого и таинственного. — Хорошо, — Согласился он, но был прерван проходящим мимо человеком в парадной военной форме белого цвета. На его плечах Эван заприметил эполеты без знаков отличия с золотистой бахромой. Также полицейский заметил ленту, продетую через плечо. Она была красного цвета с широкой белой полосой посередине. Такой раскрас выбран не случайно, ведь это изображение австрийского флага. — Прошу прощения, но дайте пройти, — Вежливо попросил тот, слегка повернувшись к ним. В руках солдат что-то нёс. Нечто похожее на чехол для небольшого музыкального инструмента, на подобии скрипки. — Да, конечно. Вот… Проходите. — Полицейский чуть кивнул ему. Щипнув свою фуражку за козырёк и сделав шаг в сторону, немного прижав Люси к себе. Девушка, словно загипнотизированная, не могла налюбоваться этим военным в парадном. Его форма выглядела поистине изящно. Эван был схожего мнения на этот счёт. Когда человек в белом прошёл мимо, за ним проследовало ещё трое. Те уже были одеты попроще. Полевые рубахи болотного цвета, армейские ремни с медной бляхой, немного грязноватые сапоги и солдатские кепи на каждом из них, а не фуражка, как у первого. Вдобавок каждый из них что-то нёс. Первый вот тащил увесистую на вид сумку со скошенным верхом, тоже напоминавшей чехол для какого-то инструмента. Второй и третий несли кейсы причудливой формы. Те были слишком малы и узки для той же скрипки, но вот для каких-нибудь духовых инструментов — вполне. — Давай пойдём за ними? — Тихо предложила Люси, наблюдая за солдатами, проверяя, не услышали ли её. Полицейский пожал плечами, но, завидев её просящие глаза, согласился. В обнимку они стали следовать за солдатским квартетом. Держась на безопасном расстоянии. — Так ты скажешь что–нибудь на своём необычном языке или нет? — Немного расстроенно спросила девица, тихонько повернувшись к нему. Эван вздохнул, но исполнил просьбу спутницы. Ему не то чтобы было сложно, просто её нерадостный, но в то же время клянчащий взгляд заставлял мужчину чувствовать себя по-другому. Будто не в своей тарелке. — Myślałem, że już nigdy nie zapytasz o imię… — Искусно произнёс он глубоким голосом. Глаза принцессы расширились, а рот слегка приоткрылся от удивления. — Ничего себе… И что это значит? — Всё с таким же любопытством спросила Люси, заключив его руку в свои объятия, проказливо потеревшись щёчкой о ткань полицейской формы. — Если сказать проще, то по-немецки это: «Я думал, что уже и имени не спросишь» — Объяснил Эван, наблюдая за действиями принцессы. Он почувствовал, как уголки его губ самопроизвольно расплываются в улыбке.

***

Продолжая небольшую слежку за солдатами, стараясь вести себя как можно более непринуждённо и самобытно, они выбрались на небольшую парковую площадь. Эван остановился. Люси последовала его примеру. Площадка, уложенная клинкерной брусчаткой, имела округлую форму, в центре которой был возведён постамент. На нём красовался бюст Франца Иосифа Первого: Австрийский государь и сербский освободитель. Полицейский почувствовал, как Люси несколько раз ткнула локтем ему под бок. Тычки были несильными, но ощутимыми. — Что такое? — Лениво спросил Эван, в который раз убирая руки в карманы. — Это мой прадед… — Созерцающе произнесла Люси с улыбкой на лице и кивнула в сторону памятника. Перестав пихать Эвана, как только тот обратил на неё внимание. — А… Ты про Франца, — Безразлично произнёс тот, будто не заинтересован. — Эй! — Вякнула она, снова толкнув мужчину локтем в бок. — Я вообще-то будущая кайзерина. Ты сам сказал! Так что чти мою родословную, страж закона австрийского! — В её тоне ясно слышалась наигранная обида. Она надула щёки, скрестив руки на груди, и притворно отвернулась, недовольно хмыкнув в придачу. Полицейский никак ровным счётом не отреагировал на это разыгравшееся представление. Мужчина непринуждённо сделал шаг в сторону и несколько раз ткнул пальцем в плечо леди, тут же убрав руку и скрестив их за спиной, став переминаться с пятки на носок. Почувствовав лёгкие постукивания, предположительно пальцем, принцесса оглянулась через плечо с желанием узнать, кто же всё–таки изъявил заполучить внимание от королевской особы. Позади, конечно же, никого не было. На её лице читалось замешательство. Эван не стал останавливаться на этом. Он осторожно ткнул уже в другое плечико девушки, быстро спрятав руку за спину, делая вид, будто не при делах. Принцесса, как и ожидалось, повернулась в другую сторону, желая увидеть загадочную персону, что тут же исчезает, стоит ей только посмотреть на него. — Какая наивность, — Думал про себя Эван, глядя на смятённую от его маленькой шутки принцессу. Что так упорно искала «призрака», тыкающего в плечи незнакомых людей. — Что это? — Спросила Люси, сделав поворот вокруг своей оси, всё ещё ища незнакомца, отчаянно просившего её внимания. Наблюдая за её безуспешными, по-детски наивными поисками, Эван едва сдерживался, чтобы не рассмеяться с её простодушности. Несущественная обида девушки начала улетучиваться. Казалось, та уже забыла, за что дулась на полицейского. — Я не знаю, мисс Розен. Быть может, он уже ушёл… — С досадой произнёс Эван, пожав плечами, неумело скрывая расползающуюся на лице ухмылку. Люси заметила это, и в её голове тут же сложился пазл. Она, выражая всё своё огорчение, толкнула мужчину в грудь, не сумев сдвинуть блюстителя закона даже на сантиметр. Эван лишь удивлённо хмыкнул, но не более. Решил, что пускай побуянит. Ей надо просто выпустить пар. После нескольких слабеньких толчков с её стороны, девушка, сдавшись, сделала шаг назад, чтобы перевести дух и привести себя в порядок. Не прошло и минуты, как их обоих отвлекла небольшая партия на скрипке, которая тут же затихла, стоило им повернуться к источнику звука. В центре, прямо у памятника Франца Иосифа, стояли те самые солдаты, которые теперь держали в руках музыкальные инструменты. Мужчины занимались их настройкой, а человек в белом и с лентой через плечо уже готов во всю играть. Именно он и был скрипачом. Судя по всему, тот мужчина, что облачён в парадный мундир, состоял в военном оркестре, так как Эван заметил его наплечный шеврон красного цвета, с изображённой лирой, окружённой лавровым венком. Вокруг музыкального коллектива начали собираться люди, что гуляли в парке даже в такой поздний час. Скрипач, оглядев собравшихся, продолжил виртуозно играть на скрипке, очаровывая публику меланхоличным, но пленительным звучанием инструмента, ловко орудуя смычком, нежно прижимая пальцами нужные струны. Люси с упоением наблюдала за его игрой, не в состоянии оторваться от грации скрипача в белоснежной форме. Она вслушивалась в каждую ноту, стараясь ничего не упустить. Эван заметил её увлечённость, став не менее внимательно следить за игрой военного музыканта. Остальные всё ещё возились со своими инструментами. Пока людей было не так много, но уже набралось порядка пятнадцати человек. К тому же сюда продолжал подтягиваться народ, который желал послушать живую музыку. В игру скрипача резко влез аккордеон, который сбил мужчину с ритма. Когда солдат в белом прекратил играть, он хмуро взглянул на полевого служащего, стоявшего с меховым инструментом. — Прости, мужик — С улыбкой произнёс солдат с аккордеоном, что прервал игру скрипача. Хоть этого и не хотел. Позже подчалили и остальные двое. У одного была простая латунная труба, у другого — кларнет, звучание которого лишь дополняло игру его товарищей. Всё же внимание себе забирали аккордеон и скрипка. Человек в белом не мог долго злиться на своего, как показалось Эвану, друга. Поэтому, собрав мысли в кучу, он вновь был готов очаровывать слушателей своей и не только музыкой.

***

Протиснувшись через собравшихся вокруг музыкантов людей, они смогли выйти в первые ряды. Оказавшись перед толпой, Эван нежно взял девушку за руку, чтобы не потерять её, когда толпа начнёт расходиться, унося своим потоком незадачливых, как она, людей. Принцесса с особым вниманием слушала игру музыкантов, чьи инструменты, несмотря на такую разность в звучании и применении, создавали удивительную гармонию звуков, что пощипывала струны её души, словно гитарист, играющий блюз. Мягко, нежно, с выверенной осторожностью, задевая только самые утончённые чувства. Мысли Эвана блуждали отнюдь не вокруг музыки. Он, как человек в первую очередь профессии, был настороже, внимательно оглядывая стоящую полукругом толпу, выискивая своих сотоварищей по службе или взглядов, устремлённых на Люси. Она здесь, как ладони: Её лицо не сокрыто, а маленькая коронка, пришитая на подвороте чёрной шапки, только и норовила привлечь любопытные взгляды. Полицейский так глубоко ушёл в свои мысли, что не заметил, как его случайно или же специально толкнули вперёд. Мужчина опомнился только в тот момент, когда уже оказался в центре, ловя на себе взгляды собравшихся вокруг слушателей. Вместе с принцессой, чью руку он держал до сих пор. Музыканты прекратили играть, бросив на них оценивающий взгляд. — Ох… Вы, полицай, как я погляжу, не одни пришли… — Приподнятым тоном произнёс один из солдат, что держал аккордеон. — Н-нет… это случайность… — Отнекивался Эван, явно чувствуя себя неуютно. Не ожидая, что всё так обернётся. — Эй, ребят, может быть, сыграем что-нибудь для наших влюблённых, а? — Вмешался трубач, не убирая пальцев с клапанов духового инструмента, готовясь продолжать играть. Полицейский окинул взглядом Люси, которая волновалась ничуть не меньше него. Затем снова поднял глаза на солдат, во взглядах которых не было и намёка на корысть или желания выкинуть какую-нибудь низость. — Ладно. Тогда можете сыграть что-то в духе «Лендлера»? — Пожелал мужчина, расправляя плечи и пряча руку за спину, подставляя другую для Люси. — Ха! Интересный выбор, сэр… Не знал, что вы знакомы с культурой Тироля. У нас на гарнизонах местные на каждом празднике его исполняют… Эх! Хорошо! Ну, приступаем, товарищи… — Задорно ответил аккордеонист, настраивая остальных на нужный лад. Подстать мелодии. Инструменты вновь заполонили своим звучанием округу, разогнав ночную тишину. Люси робко взяла мужчину под руку, и те начали двигаться вперёд, идя размеренным шагом вдоль собравшейся полукругом толпы, подготавливаясь к совместному танцу. Пока шла первичная мелодия, у Эвана и Люси было время привыкнуть к заданному ритму. Он звучал так: РАЗ-два-три, РАЗ-два-три… И так восемь раз. — А что мне делать? — Тихо спросила девушка. Никогда прежде не исполнявшая подобного. — Просто делай, что я говорю… Это «домашний» вальс, тут не так важна правильность выполнения… — Заверил Эван, став отстукивать каблуками своих служебных сапогов по брусчатке. — Это делает только мужчина. Женщина пока что идёт рядом… — Сказал он тихо, объясняя свои действия принцессе. Люси слабо кивнула, опустив глаза на ноги мужчины, что в ритм отстукивали по земле. Ей нравилось наблюдать, как тот филигранно и быстро выполняет это простое, но сильное движение. — Выходи вперёд… — Прошептал он, ведая действиями девушки. —Во-о-от… Теперь я делаю та-ак… Ага… — Инструктировал он, держа ручку юной девицы за кончики пальцев, аккуратно потянув её вверх. — Теперь медленно покрутись… — Подал команду Эван, чтобы Люси начала осуществлять свою часть танца. Когда девушка приступила к выполнению неспешного тура, Эван на время прекратил отстукивание сапогами. Теперь эту задачу зрители взяли на себя, начав хлопать в такт музыке, подбадривая пару. Завершив оборот, Люси вновь взяла под руку полицейского, став двигаться с партнёром вровень. С уст принцессы донеслось весёлое хихиканье. Ей это определённо нравилось. Когда девушка вошла во вкус, она начала отстукивать подошвой своих кроссовок о брусчатку, хотя это должен делать Эван. — Меняемся ролями, значит? Что ж, ладно… Будь по-твоему. — С улыбкой отметил тот, глядя на её выполнение мужской части танца. Это выглядело мило и несколько очаровательно, когда она решилась на такое, будучи ниже и слабее полицая, по совместительству её нового друга. А может быть, даже больше, чем просто друга… Мысли об этом охватили юное сознание Люси. Она не могла перестать терзаться идеей об этом… Кто он для неё теперь? Охранник? Патрульный? А может быть… Тот самый? Девушка, как могла, отмахивалась от этого, но как по закону подлости, эти мысли снова и снова появлялись у неё в голове, заменяя собой вещи, думая о которых, она пыталась отвлечь себя. Теперь всё стало понятно: Она влюбилась в незнакомца, даже не заметив этого.

***

— Как это, чёрт возьми, понимать?! — Свирепо задал вопрос кайзер Австрии, когда до него дошла весть, что его дочери нет ни во дворце, ни в прилегающем к нему дворе. В это время он был в Берлине на заседании, где обсуждалась судьба австрийской короны и будущее бракосочетание его дочери. Он крепче сжал телефон, оперевшись рукой на тумбу, стоящую в тёмном коридоре правительственного здания. — Wichser! — прошипел он, стараясь изо всех не сорваться на крик. Этот инцидент его конкретно так вывел из себя. Сделав глубокий вдох, оттянув воротник парадного мундира, увешенного военными наградами, он недовольно тихо заговорил. Было очевидно, что он лично готов настучать по шапке своей дочери. Это даже немного граничило с садизмом. — Найти эту мелкую погань! Вернуть во дворец! Хоть шокер примените, но верните её! Подключите всю столичную полицию, твою-то за ногу! — Приказал мистер Розен, давая полиции практически полную свободу действий. — Хорошо, кайзер… — Угождающе ответил мужчина на другом конце провода. Захлопнув раскладушку, Фердинанд Розен, государь Австрии, быстро вернул самообладание, дабы сохранить лицо перед членами «Большой четвёрки»: России, Австрии, Германии и Италии. Четверной союз. — Простите, что вынужден был прервать вас… — Уже услужливым тоном говорил Фердинанд, входя в зал с круглым столом в центре. Зал был оформлен по всем правилам классицизма: Блестящий на свету паркет, белые стены, украшенные рельефными вставками, что придавали интерьеру ещё большую изысканность. Декоративная хрустальная люстра, подвешенная под самым потолком, освещающая стол и всех делегатов, сидящих за ним. Дабы обозначить, что это помещение предназначено для встреч глав государств и их министров, на каждой стене висел флаг страны — непосредственного члена союза: Русский триколор на северной стене, Германский — на западной, Итальянский — на южной и Австрийский — на восточной. — Давайте-ка мы обсудим поправку в вашем праве престолонаследия, кайзер австрийский, — Начал министр иностранных дел государства русского. Переводчик, засланный на встречу вместе с ним, повторил всё тоже самое, но на немецком языке. С губ Фердинанда сорвался дрожащий вздох. Это означало, что он волнуется, ибо, как уже давно известно, единственный наследник на престол — девочка. Что обычно подразумевало катастрофу для любой монаршей семьи, поскольку не принято в Европе женщинам власть в руки давать. Но времена меняются… А Австрия всё продолжает жить по законам старого мира, не желая вносить изменения в жизнь граждан и своего государства. Потому как Фердинанду уже за 60, то о новых детях уже поздно думать. Да и жена не выдержит ещё одну беременность с последующими родами, ведь она почти что ровесница своему супругу. И ещё не факт, что ребёнок родится здоровым, ибо общее самочувствие государя Австрии не назвать приемлемым. Ходят слухи, что у него обнаружили рак, но это не подтверждённая информация.

***

Тем временем в Вене полиция уже получила и приступила к выполнению приказа кайзера. По городу стали разъезжать поисковые отряды на рядовых патрульных машинах, начиная от «Фольксвагена Рэббит» и заканчивая «Доджем Монако», что поступает в Европу в качестве поставок из САШ (Свободных Американских Штатов). Америка уже как больше полувека находится в статусе колонии Великобритании, Франции и взявшей себе кусочек пирога России, в состав которой вернулись полуостров «Аляска» и немного территорий Калифорнии. А всё это случилось из-за кризиса перепроизводства, что задушил развивающуюся экономику страны в 1930-х годах.

***

Наша же парочка, не зная об этом, и не думала прекращать танцевать. Теперь их стиль больше походил на «вольный вальс». По сути, они просто веселились, а толпа только и делала, что поощряла сие действо. Трудно было воспрепятствовать им, ведь здесь происходит, возможно, ключевой момент для господина–полицая и прекрасной девы, чей лик невольно всплывает в памяти у окружающих. Да вот только образ тотчас ускользает, оставляя разуму горькое чувство упущенной детали, без которой пазл так и не будет собран. Однако это не могло продолжаться вечно. В парк уже зашло несколько патрульных. Кто-то был с дубинкой, а кто-то пихал в лица прохожих распечатанное наспех фото Люси. И Всех их объединяло одно: «Задержать и вернуть девушку в поместье, а если станет сопротивляться, то применить силу». В центр парка с трёх сторон подошло несколько стихийных отрядов. По три человека в каждом. Из девяти человек где-то пятеро крепко сжимали дубинку. Да так сильно, что аж кожа перчаток хрустела. Остальные держали руку на поясе, готовясь вытащить огнестрел в случае чего. Почувствовав неладное, Люси прервала танец и огляделась вокруг. Солдат с аккордеоном резко затих, испустив последнию ноту, показав жестом, что всё. Хватит. Музыканты один за другими прекратили играть, сначала окинув обеспокоенным взглядом Люси и Эвана, а затем объявившихся здесь полицаев. Скрипач в белом жестом подозвал обоих к себе. Эван, поняв, в чём дело, послушно направился к нему, взяв принцессу за руку. — Тебя звать как? — Шёпотом спросил скрипач, слегка склонившись к мужчине. — Эван… — Обеспокоенно, но также тихо ответил полицай. — Оливер. Будем знакомы. — Представился он в ответ. — Значит так. Не знаю почему, но ты мне очень приглянулся. Я не буду тебя выдавать. Похоже, все эти люди здесь из-за неё… — Сказав это, скрипач заглянул мужчине за спину, где стояла взволнованная девушка, не знавшая, что делать теперь. На лице читался страх, что словно лоза обвивал её, заставляя хрупкое тело юницы малость подрагивать. — За моей спиной, за постаментом сейчас никого нет… Это ваш шанс свалить… Ты меня услышал? — В строгой манере спросил Оливер, став говорить ещё тише и более настойчиво. — Да… — С кротким выдохом донеслось с уст мужчины, чьи пальцы чуть крепче сжали руку Люси. — Тогда иди, пока я не передумал… — Всё таким же строгим шёпотом наставлял солдат в белом. Кивнув друг другу на прощание, Эван скрылся за памятником, даже не взглянув в последний раз на Оливера. Человека, что фактически был для него спасителем.