Мой платиновый слиток

      Чонгук с криком вскакивает с кровати, вырываясь из оков кошмара, в котором он не послушал Тэхёна и всё-таки убил Бэкхёна. Разочарованный взгляд Тэхёна по новой заставил сердце кровоточить. Там он бросил его, возненавидел и, найдя его воспитателей из детдома, отдал омегу в их руки, чтобы заставить страдать. Каждый день. Каждый час. Его снова избивали, мучили и насмехались. Его сила пропала, он опять стал беззащитным человеком, от которого все отвернулись.       — Тише, — но он здесь — в родном доме Тэхёна, в его тёплой кровати и в его ласковых объятиях. — Это просто кошмар, мой хороший, — чужие губы нежно целуют взмокший висок, заставляя расслабиться и прекратить дрожать.       — Который час? — оглянувшись, хрипит парень.       — Пять утра, — посмотрев на часы, улыбается Тэхён, забираясь ладонью под широкую футболку младшего. — Давай ещё поспим. Путь будет долгим, — поглаживая впалый живот, лениво шепчет Ким, прикрывая глаза.       — Мне кажется, что я больше не засну, — положив голову на грудь альфы, признаётся омега.       — Спеть тебе? — пальцы с живота соскальзывают выше — к плечу.       Чонгук кивает, кусая губы, лишь бы не улыбаться слишком счастливо. Он очень полюбил засыпать под тихое пение своего парня. У него от глубокого голоса Кима мурашки по коже бегут, но глаза послушно закрываются. Чонгук чувствует себя в безопасности, наслаждаясь песней и запахом альфы. Так происходит и в этот раз. Прижимаясь к магу, Чон засыпает уже спустя десять минут, не замечая полного любви, нежности и счастья взгляда Тэхёна. Сам Тэхён отключается лишь на жалкий час, после чего всё остальное время любуется спящим омегой, пока тот вновь не открывает глаза, лениво потягиваясь.       — Доброе утро, — неожиданно засмущавшись из-за пристального внимания к своей персоне, шепчет Чонгук.       — И тебе, — сжав омегу в объятиях, Тэхён громко вдыхает его запах, желая покусать парня за все мягкие места. Именно это он и делает, легонько зажимая между зубов мягкую щёку, на что Чонгук недовольно пыхтит, выбираясь из тёплых объятий мага и кровати. — Чонгук, всё хорошо? — нахмурившись, Ким идёт за парнем, который включает воду, чтобы умыться. — Почему убегаешь, м? — обнимает со спины, невесомо целуя между лопатками.       Тело омеги покрывается мурашками. Он так и застывает со щёткой во рту, разглядывая в отражении их слегка опухшие лица. Так… трудно привыкнуть, что ты стал для кого-то почти всем миром. Так сложно выносить на себе жгучие, полные заботы и чувств взгляды и сдерживать счастливый писк.       — Всё прекрасно, — вздрогнув из-за поцелуя в заднюю часть шеи, сипит парень. — Просто…       — Ты передумал? — Тэхён, словно щеночек, кладёт одну щёку на плечо омеги, разглядывая его лицо. Руки греют кожу живота, вызывая дрожь.       — Нет, — мотает головой Чонгук. — Я просто немного боюсь. Вся эта неизвестность… Мы едем туда, где никто нас не будет знать. Я даже представить не могу, какими мы будем через полгода… год, — вытащив щётку, признаётся он.       — Я буду рядом, мой повелитель воли, — шепчет на ухо альфа. — Тебе не стоит бояться.       — Спасибо, мой платиновый слиток, — слабо улыбается Чонгук, после сплёвывая пасту в раковину. — Я… — судорожно выдыхает, разворачиваясь в чужих руках и обнимая Кима в ответ, — люблю тебя, — едва слышно шепчет в шею альфы, который задыхается от переизбытка эмоций.       — Что ты сказал? — обхватив лицо омеги, переспрашивает маг.       — Эм… ты меня смущаешь, — щёки обжигает румянец.       — Любимый, повтори, пожалуйста, — хочет слышать это признание каждый чёртов день.       — Я люблю… тебя, — прячет взгляд, принимая ласковый поцелуй в губы.       — Ещё раз, — выдыхает Тэхён, опаляя губы дыханием.       — Люблю… — очередное признание тонет в глубоком поцелуе.       Тэхён поднимает омегу на руки, не отрываясь от мягких губ, сжимает пальцы на ставшей за последний месяц более мягкой заднице, сходя с ума от своего омеги. Тоже любит. Так сильно, что готов весь мир разрушить ради него. Любит всем своим сердцем.       Стук в дверь заставляет разорвать поцелуй. Чонгук спрыгивает с рук альфы, пряча своё лицо в его шее от улыбающейся Харин, выглядывающей из-за двери. Как всегда прекрасна и изящна.       — Завтрак готов, парни, — улыбается Ким, аккуратно прикрывая дверь.       Тэхён с мягкой улыбкой кивает, чмокает Чона в щёку и, кивнув матери, уходит. Чонгук в недоумении смотрит вслед альфе, пока перед его глазами не появляется Харин.       — Я хотела с тобой поговорить, милый, — поясняет она уход сына, хватая омегу за руки.       Чонгук робко кивает, послушно следуя за женщиной к кровати. После всего, что он натворил, чувствовать к себе всё ту же ласку от Харин странно. Чонгук весь месяц избегал её, не желая видеть осуждение и ненависть, но вчера Тэхён всё-таки уломал его на последнюю ночёвку в своём родном доме. По пути в дом омега весь трясся, морально готовился к крикам и проклятиям, однако Харин, встретив молодых магов, лишь улыбнулась и крепко их обняла, пожелав спокойной ночи.       — Простите, — хрипит Чонгук, садясь рядом с омегой на кровать. — Я поступил ужасно… — зажимает дрожащую нижнюю губу зубами, впиваясь взглядом в пол. — Чуть не лишил вас мужа, — шепчет, ещё сильнее сжимаясь. — Мне жаль. Я плохой человек, мне нет оправдания…       — Я не злюсь, — перебивает омега, слыша дрожащие нотки в голосе младшего. — Это было и правда жестоко, Чонгук, но Бэкхён… заслужил, честно говоря. Он сделал тебе больно — ты ответил ему тем же. Возможно, так было неправильно, однако я не считаю тебя плохим. Ты вернул мне почти шёлкового мужа, который переосмыслил свои взгляды. Помнишь, что я говорила? Главное это то, что ты понимаешь, где ошибся, — убирает непослушную прядь волос за ухо, нежно улыбаясь. — Я люблю тебя, Чонгук. Как своего сына.       На всю комнату раздаётся всхлип. Чонгук порывисто обнимает Харин, пытаясь сдержать свои слёзы, чтобы не испортить её атласный домашний костюм, но терпит поражение, когда омега обнимает его в ответ, целуя в макушку. Чонгук будет скучать. По мягкому запаху лаванды, по платиновым волосам, цвет которых Ким подарила сыну, по её ласковым объятиям и успокаивающему голосу. Харин стала для него семьёй.       — Ты только скажи мне одно, — поглаживая спину омеги, шепчет женщина. — Уверен ли ты в своём решении? — заглядывает в прекрасные глаза, аккуратно стирая остывающие слёзы с нежных щёк.       — Не уверен, — шмыгнув носом, отвечает Чон. — Но я уже подал документы в другую академию, меня туда приняли. Кажется, сомневаться теперь поздно, — вытирает мокрые из-за слёз ладони о пижаму, вновь пряча взгляд. — И я хочу… попробовать. Попробовать начать заново.       — Неуверенность — это нормально, — не переставая улыбаться, произносит Харин. — И я искренне рада, что Тэхён поедет с тобой. Может, там вам действительно будет лучше, чем здесь?       — Я буду скучать, — озвучивает свои мысли парень.       — О, я тоже, милый, но вы ведь будете приезжать? Я буду сама готовить ваши любимые блюда, чтобы вдоволь накормить вас, — тихо смеётся, вставая с кровати.       — Обязательно будем, — часто кивает Чонгук.       — Идём завтракать, иначе я не отпущу тебя, — тянет омегу за собой, облегчённо выдыхая из-за счастливого хихиканья мага.       Омеги уходят в столовую, где их уже ждёт Тэхён. Чонгук крепко держится за ладонь Харин, откладывая этот момент в памяти, и гулко сглатывает, от волнения перед неизведанным растеряв аппетит. Войдя в столовую, он замирает, встречаясь с Бэкхёном. Чонгук думал, что альфы не будет за завтраком. Он искренне надеялся, что больше никогда не увидит его, однако вот он — впереди. Сидит за столом, прокручивая чашку с ароматным чаем на блюдце, и вызывает в груди парня сдавливающую сердце вину.       — Я… — глаза находят Тэхёна, пока деревянные ноги делают несколько шагов назад. Хочется сбежать и спрятаться.       — Садись, — стальным тоном произносит Бэкхён, указывая на стул рядом с Тэхёном.       — Отец! — цокает Ким, вставая из-за стола и останавливая двигающегося к выходу парня.       — Кхм… — прижав кулак к губам, покашливает мужчина. — На завтрак у нас панкейки. Чонгук, ты любишь панкейки? — миролюбиво спрашивает он.       Чонгук в недоумении оглядывается, сжимая ладонь Тэхёна. Он, чёрт возьми, спит? Почему Бэкхён так странно ведёт себя? Несмотря на неловкость, которую можно потрогать, он дружелюбен, а его взгляд… мягок. Нет, Чонгук точно спит.       — Ну… да, — наконец отвечает омега, чувствуя, что пауза слишком затянулась.       — Присаживайся, — Харин толкает мужа плечом, руками подгоняя ребят к столу.       — Чонгук, — как только Чон садится, начинает Бэкхён, — я был не прав. Давай начнём всё заново и забудем о той ситуации?       Чонгук распахивает глаза, позволяя всем окружающим увидеть свою особенность. Слова альфы вгоняют в шок и растерянность, но кажутся искренними. Рука Тэхёна на его бедре плавно скользит вверх и вниз, позволяя расслабиться. Чонгук слабо улыбается и неуверенно кивает. Наверное, стоит так и поступить. Ведь он начинает новую жизнь с новой версией себя.       — Хорошо, — кинув взгляд на шею Кима, шепчет Чонгук. — Надеюсь, вы простите меня.       — Ты давно уже перешёл на «ты», так что продолжай, а я тебя простил. И ты меня извини, — улыбка на лице мужчины выглядит непривычно.       Чонгук опускает глаза, переплетая свои пальцы с пальцами Тэхёна, прикусывает губу, окунаясь в воспоминания, но вдруг понимает, что давно отпустил ситуацию. Да, было страшно и больно, но сейчас ему легко. Тэхён помог пережить ту боль, излечил все раны, был рядом. Чонгук не в обиде. Это уже случилось, ситуация дала свои последствия, которые теперь Чонгуку не кажутся ужасными. Благодаря советам Тэхёна он смог научиться контролировать свою магию, хоть та порой и вырывалась из кончиков пальцев, понял, что конец света не произошёл. Он остался всё тем же Чонгуком — обычным парнем с громкими эмоциями и взрывным характером. Просто… с более мощной силой, которую через боль пришлось приструнить.       — Хорошо, Бэкхён, — облизнув губы, улыбается Чонгук. — Я прощаю тебя.

. ✶˚

      — Так, я жду приглашения в гости через месяц. Готовьтесь, мои друзья, Мин Юнги будет очень часто приезжать, потому что любит вас, — омега крепко обнимает Тэхёна, который с улыбкой поднимает его над землёй, кружась вокруг своей оси.       Чонгук тихо смеётся, держась за ручку своего чемодана. Вокзал кишит людьми, спешащими на свой рейс. Их экспресс-поезд уже совсем скоро прибудет, и с каждой минутой руки парня дрожат всё сильнее. Так хочется уже оказаться в новой квартире, которую Тэхён нашёл только для них двоих, лишь бы не бегать из одного общежития в другое. Быстрее хочется разложить выстиранные вещи в новый шкаф, обустроиться и почувствовать ту желанную свободу.       Юнги звонко чмокает друга в щёку, стреляя глазами в Чонгука, который совершенно никак не реагирует. Ревновать Тэхёна к Мину? Как глупо. Если бы между ними хоть когда-нибудь и была та самая искра, то она давно прошла. Чонгук видит их любовь друг к другу, но она совсем другая. И она совершенно не злит Чона. Наоборот. Это ведь так прекрасно — дружить с человеком, который понимает тебя с полуслова, который защищает от ошибок и поддерживает то словом, то действием.       — Ну что, мой маленький кролик, — Юнги переключается на Чонгука, своей фразой вынуждая его закатить глаза. — Береги себя, — с трудом сдерживая слёзы, омега обнимает парня. — Я положил в твой рюкзак подарок. Напиши мне, когда найдёшь его. Надеюсь, тебе понравится. И… Чонгук, не бросай его, — шепчет он, расслабляясь во взаимных объятиях.       — Спасибо, Юнги, — тоже шепчет Чонгук, встречаясь глазами с Тэхёном. — Никогда. Я больше не смогу без него, — улыбается, прикрывая глаза. — И мы будем ждать тебя в гости.       — Я ещё надоем вам, — хихикает омега, целуя опешившего Чона в две щеки. — Хэй! Поцелуй хёна в ответ, непослушный кроль!       — Я не кроль! — фыркает Чонгук, но всё же оставляет невесомый поцелуй на щеке Мина. — Ты порой меня бесишь, но я благодарен тебе. За всё, что ты сделал для нас с Тэхёном, — признаётся маг.       — Оу-у, — умиляется Юнги. — Ты такой милашка, Чонгук-и, — треплет его волосы, смеясь из-за психов парня, которого Тэхён успокаивает одним прикосновением к талии.       — Давай мы уедем, оставив нашего друга живым? — прижавшись носом к щеке омеги, шепчет Ким, получая локтём в бок. — Ну, колючка…       — Вы — идиоты, — цокает Чонгук, убегая к стоящей чуть дальше Харин.       Женщина с широкой улыбкой обнимает подлетевшего к ней парня, который, словно щеночек, скулит, рассказывая, как сильно он будет страдать без Харин. Юнги хмыкает, забрасывая одну руку на плечо друга. Так удивительно. Совсем разные омеги, нашедшие общий язык. Харин так долго терроризировала Юнги, но так быстро полюбила Чонгука. Хотя… как его не полюбить?       — Как думаешь, — наблюдая за ними, начинает Мин, — как скоро вы поссоритесь? — поворачивает голову к Тэхёну с влюблённой улыбкой на губах.       — Через час, — уверенно отвечает альфа. — Когда он поймёт, что я забыл одну из его книг.       Юнги, не сдерживаясь, смеётся в голос, уже представляя эту картину. Кажется, в одном из купе сегодня будет очень жарко. Буквально.       — Но не пройдёт и десяти минут, как мы помиримся, — подтверждает мысли омеги Тэхён.       — Безумцы, — качает головой Юнги. — Секс в общественных местах запрещён.       — Кто бы говорил, — щурит глаза альфа, щипая друга за бок.       Оба вступают в шутливый бой, обращая на себя внимание каждого проходящего мимо человека. Чонгук оборачивается, отвлекаясь от разговора с Харин, и хлопает себя по лбу, но предательская улыбка всё же появляется на губах. Наверное, хорошо, что Тэхён вот так отвлекает Юнги. Прощаться всегда грустно, даже если на недолгое время.       — Ваш поезд, — услышав гудки, произносит подошедший к омегам Бэкхён.       — Да… — прикусив губу, кивает Чонгук. Бэкхён смотрит на него слишком внимательно, из-за чего становится не по себе.       — Держи, — вздрогнув из-за неожиданно оказавшегося перед глазами кинжала, омега удивлённо охает.       — Это… мне? — кончики пальцев скользят по чехлу, сверху которого прикреплён красивый драгоценный камень бледно-голубого цвета.       — Тебе, — коротко отвечает Бэкхён. — Вряд ли твои приёмные родители, которых сегодня здесь нет, подарили тебе магическое оружие на совершеннолетие, поэтому… я решил сделать это за них. Конечно, твой восемнадцатый день рождения давно прошёл, но…       — Спасибо! — едва сдерживая слёзы, Чонгук аккуратно обнимает альфу, вдыхая запах полыни, от которого кружится голова.       — П… пожалуйста, — Бэкхён расслабляется, медленно кладя свои ладони на тонкие плечи парня.       — Посадка началась! — хихикнув, Харин тоже присоединяется к объятиям, ладонью подзывая своего сына и Юнги.       Чонгук чувствует себя поистине счастливым, находясь в самом центре кучи. Глаза его блестят от слёз радости, а ладонь крепко сжимает новый кинжал, с которым он скоро познакомится поближе.       Омега так много потерял в своей жизни, но, кажется, после всех мучений обрёл больше, чем мечтал. Замечательного друга, любимого человека и настоящую семью.       Найдя их места, Чонгук с улыбкой открывает свой рюкзак. Любопытство сжирает, из-за чего руки начинают дрожать. В маленьком кармашке, куда он ничего не клал, омега находит… чёрные стринги. Те самые, которые Мин купил, когда они вместе гуляли по бесконечному торговому центру.       — Юнги, блять… — растягивая ниточки — по-другому это не назвать — в стороны перед своими глазами, шипит Чонгук.       Тэхён звонко смеётся, обнимая своего парня за талию и чмокая его в щёку. Вкус у Юнги определённо хорош.

. ✶˚

      Это кажется самым прекрасным сном. Чонгук с изумлённым стоном выпускает из руки рюкзак, не в силах поверить, что вот эта прекрасная квартира их. Небольшая, но двухуровневая. Маленькая кухня, где есть всё, что необходимо для готовки, гостиная на этом же этаже и спальня сверху. Самая красивая спальня, совмещённая с ванной и туалетом, в жизни омеги. С огромной кроватью, большим зеркалом в полный рост у окна, шкафом на всю стену, комодом и плазмой напротив кровати. Чонгук даже представить боится стоимость этой квартиры, за которую заплатил один Тэхён.       — Нет, — неверяще мотает головой Чон, хватая свой рюкзак и ручку чемодана. — Я лучше в общежитии поживу… — направляется к выходу, пока его не хватают за талию, ласково целуя в макушку.       — Не нравится? Мы можем поискать что-нибудь другое, но жить раздельно я не хочу, — шепчет Тэхён, крепко обнимая со спины.       — Ты нормальный? — выгибает бровь омега. — Как эта прелесть может не нравиться? Это, блять, невероятно, но так дорого! Чем ты думал, когда снимал квартиру?       — Головой, — хихикает Тэхён. — Не думай о цене. Я хочу, чтобы нам обоим было комфортно. Хочу спать с тобой, вместе собираться на учёбу. Чонгук-а, мы пара, и жить в одной квартире — нормально, — целует в щёку, бросая рюкзак парня на комод. — Давай располагаться.       — В том и дело, что мне некомфортно! Ты столько денег отдал, а я…       — Люблю тебя, мой повелитель воли, — Тэхён поворачивает омегу к себе лицом. — Но ты порой такой вредный. Прими это как подарок, ну.       — Это ты вредный! — Чонгук хлопает альфу по плечам и, тяжело вздыхая, обвивает его всеми конечностями, напоминая обезьянку. — Мне неловко, — признаётся, закатывая глаза из-за поцелуев в шею.       — Совсем скоро я выброшу из твоей глупой головки эти мысли, — чмокает в макушку. — Иди пока в душ, а я разложу вещи. Потом поменяемся. Будь послушным мальчиком, — на очередной удар в плечо смеётся, прижимаясь губами к чужим опухшим из-за нескончаемых поцелуев в купе поезда.       Они и правда слегка повздорили на середине пути, но забытые вещи стали мелочью, когда Тэхён занял сладкие губы более приятной вещью, чем разговоры. Секса не случилось, но от взаимной мастурбации они не сдержались. Только вот после этого Чонгук выходил из поезда красный и донельзя смущённый. Настоящий милашка.       Схватив полотенце и пижаму, Чонгук уходит в душ. Грязная одежда попадает в корзину для белья, а горячая вода приводит в чувства. Стараясь особо не задерживаться, омега водит мочалкой по телу, смывает пену и кутается в полотенце, желая лечь спать. Как оказалось, дорога его вымотала, хотя в поезде они ничем трудным не занимались. Надев широкую футболку, Чонгук не находит штанов, которые, видимо, остались в рюкзаке, зато на пол падают грёбаные стринги, запутавшиеся в сложенной футболке.       — Пиздец, — поняв, что обычные трусы он тоже не захватил, ругается Чон.       Он реально придушит Юнги! Наверняка он заколдовал эти стринги, чтобы они всегда преследовали Чонгука. Вздохнув, омега натягивает это недоразумение, невольно отмечая, что стринги оказываются по размеру и нигде не жмут. Да и смотрится… сексуально. Задница кажется ещё более красивой и сочной. Интересно… как отреагирует Тэхён?       Сделав несколько вдохов и выдохов, Чонгук выходит из ванной. Тэхён в это время застилает кровать постельным бельём, стоя спиной к парню, который, чувствуя непривычную робость, подумывает трусливо сбежать на поиски штанов.       — Так быстро? — поправив подушку, Тэхён оборачивается, тут же замирая. Взгляд падает на пах омеги. — Ахуеть…       — Блин, я просто штаны не взял! Прости! И трусы обычные где-то потерялись, я… — тараторит Чонгук, заливаясь краской.       — Чонгук, зачем ты оправдываешься? Ты прекрасен, чёрт возьми, — Тэхён потирает лицо, чувствуя, как член в штанах реагирует на этого красивого омегу. — Но теперь у меня есть проблема, блять, — шипит, поправляя стояк.       — Тебе… нравится? — вдобавок ко всему крутится, заставляя альфу гортанно простонать.       — Очень. Но если ты каждый день будешь носить… это, боюсь, я покажусь тебе похотливым кобелём, — молнией подлетает к Чонгуку, жадно впиваясь в мягкие губы.       — Мне нравится твоя реакция, — разорвав поцелуй, возбуждающе шепчет омега, опуская ладонь на задницу Кима. — Хочешь меня? — игриво приподнимает брови, сжимая пальцы на полюбившиеся заднице мага.       — Хочу, — не в силах противостоять Чонгуку, озвучивает очевидное он.       — Тогда возьми меня быстрее, — толкает Тэхёна в направлении кровати, чувствуя, как смазка пропитывает тонкую ткань новых трусов. — Одежда подождёт, — заметив неуверенный взгляд альфы на чемоданах, улыбается Чонгук.       Руки проворно снимают футболку с пышущего жаром тела. Чонгук в который раз с восхищением оглаживает рельефные плечи и твёрдый живот. Невероятный. И весь его. Кинув взгляд на лицо альфы, омега седлает его бёдра, наклоняется и обхватывает губами манящий сосок. Тэхён шипит, стискивая аппетитные ягодицы Чона. Узнав, что соски — эрогенная и слишком чувствительная зона Тэхёна, Чонгук как с цепи сорвался, постоянно дразня их прикосновениями и своими губами. Однако Тэхён знал, как отомстить. Достаточно было осыпать каждый выпирающий позвонок на спине парня — и тот готов был отдаться на ближайшие полчаса, наплевав на пары.       — Сними! — расстегнув чужую ширинку, капризно требует омега, дрожа от поглаживаний своей поясницы.       — Нетерпеливый ты мой, — ухмыляется Тэхён, убирая руки с любимого тела и снимая свои брюки. — М-м, а ты уже готов, — оттянув насквозь мокрую полоску белья, прикрывающую анус, хмыкает альфа.       — Аг-га, — выстанывает парень, насаживаясь на два пальца. — Как… — тяжело дышит, закатывая глаза, — и ты, — заводит руку назад, обвивая возбуждённый член, на головке которого блестят капли смазки.       Тэхён рычит, толкаясь в кулак омеги, растягивает податливые мягкие стенки, сходя с ума из-за звонких стонов своего парня. Стринги наверняка больно натирают член, но снимать их Ким даже не собирается. Чонгук выглядит до спазмов в животе сексуально, его хочется сожрать, оставить миллиарды укусов на молочной коже. Чёртов омега, укравший его сердце. Чонгук — зависимость Тэхёна, от которой нельзя отказаться. Его личный сорт табака, запах которого заполоняет всю комнату. Его любовь всей жизни, которую хочется оберегать, баловать и трахать. Дико и по-животному, как им обоим нравится.       Член легко проскальзывает в горячее отверстие. Чонгук обвивает шею альфы, обжигая своим дыханием грудь, скулит от глубоких и быстрых толчков. Тэхён стискивает пальцы на тонкой талии, оставляя свои отпечатки, врезается в нежную кожу шеи кусачими поцелуями, ловит пухлые губы, съедая томные стоны. По комнате в прямом смысле летают искры магии. Из пальцев омеги течёт вода, остужая их горячие тела, глаза горят огнём. Он так и не научился контролировать свою магию во время их секса, однако это лишь больше возбуждало. Приятно видеть, как твой партнёр теряет голову от секса.       — Люблю тебя, — поменяв их местами, Тэхён оставляет короткий поцелуй на покрасневших губах, заполняя Чона под новым углом.       Чонгук хнычет, опуская одну ладонь на свой член, что готов взорваться от натирания, но Тэхён её быстро поднимает, прикусывая изящную косточку на запястье. Он просто обожает, когда Чонгук не слушается в постели, рычит от возмущения и вырывается. Это похоже на немую битву, в которой омега чаще всего сдаётся. Но он снова попробует выйти победителем.       — Тиран, — пытаясь вырвать руки, шипит Чонгук. Ему просто необходимо освободить свой член, иначе он взорвётся на мелкие частицы.       — Люблю, — размашисто толкается Тэхён, обводя языком ключицу.       — А я ненавижу, — выгнувшись, хрипит Чонгук. — Отпусти! — больно кусает за предплечье, заставляя альфу с шипением освободить его руки.       — Ненавидишь? — криво улыбается, надавливая ладонью на низ живота парня. — Поэтому так сильно течёшь для меня? Поэтому всегда кончаешь лишь от моего члена внутри?       — Д-да, — мычит Чонгук, едва сдерживая оргазм.       Тэхён, словно издеваясь, замедляется, с улыбкой оставляя засосы на груди омеги. Парень недовольно мычит, нажимая пяткой на поясницу Кима, который, хихикая, ускоряется, останавливаясь через пару толчков.       — Скажи, — выдыхает в губы, пальцем проводя по нахмуренным бровям, — скажи, что любишь меня, — жадно прижимается к губам, засасывая непослушный язык.       Чонгук кусается, борясь до последнего, впивается ногтями в плечи мага, но затихает из-за ладони, накрывшей его член. Тэхён массирует его ствол сквозь ткань трусов, усмехается из-за жалобных стонов строптивого парня, которому хочется больше. Намного больше.       — Двигайся, чёрт возьми, — ёрзая, хрипит Чонгук.       — Я жду признания, — упрямится Ким, оттягивая резинку трусов на талии и отпуская её. Чонгук шипит от лёгкой боли, желая треснуть альфе по голове.       — Манипулятор ты, — цокает Чонгук, пытаясь извернуться и вновь оседлать альфу. — Чёртов… — пыхтит, пока Тэхён не толкается, выбивая все мысли из головы омеги. — Я люблю тебя, люблю, очень сильно. Ещё… — скулит, прикусывая свою губу.       — Обожаю тебя, — ухмыляется Тэхён, возобновляя толчки.       Чонгук на его члене смотрится красиво и правильно. Они действительно идеальная пара. Тэхён никуда и никогда не отпустит своего повелителя воли, который в глубине души оказался маленьким кроликом, уставшим от боли и просящим помощи. Для всех чужих Чонгук так и остался плохим, диким, ненормальным и злым. Но для Тэхёна он — потерянный малыш, ищущий тепло и заботу, которые Ким охотно ему предоставляет и будет делать это дальше.       В паху горит, укусы, оставленные Тэхёном на теле, зудят, ноги немеют, а голова пустеет, из-за чего Чонгук пропускает момент пика. Из горла вырывается громкий и долгий стон, член пульсирует, извергая сперму, смазка хлюпает от силы толчков. Тэхён успокаивающе гладит впалый живот, размазывая сперму, как и каждый раз, и, вогнав свой узел, догоняет омегу, глухо выстанывая. Сперма заполняет Чонгука, который от неожиданности вздрагивает, пытаясь соскочить с узла. Тэхён его крепко обнимает и предельно аккуратно переворачивается, позволяя парню лечь на свою грудь.       — Ты идиот? — несмотря на усталость, Чонгук находит в себе силы больно хлопнуть альфу по груди. — Ты зачем повязал меня?       — Прости, забылся, — неловко улыбается Тэхён.       — Капец! Вот сам и будешь рожать, если я забеременею, — бурчит Чонгук, с ужасом представляя, как у него вырастет огромный живот, из-за чего придётся бросить учёбу.       — Я съезжу в аптеку за экстренной контрацепцией, — видя зарождающуюся панику в чёрных глазах с голубым пятнышком в правом, шепчет Тэхён. — Не волнуйся, ничего плохого не случится, — зарывается в мягкие кудри, с облегчением наблюдая, как омега успокаивается.       — Хорошо, — слишком мило кивает Чон, тихо простонав из-за узла. — Спасибо, — целует в грудь, после кладя голову на неё. — Но, если сделаешь так в следующий раз, лишишься члена, понял? — стальные нотки вызывают улыбку и лёгкое возбуждение.       — Понял, моя любовь.

. ✶˚

      Крытое тренировочное поле наполнено студентами. Пока нет преподавателя отовсюду слышатся обрывки разговоров, кто-то хвастается своим новым маникюром, кто-то разминается, кто-то читает книгу, а Чонгук откровенно любуется Тэхёном, наматывающим бинты на свои ладони и колени. Только слепой не увидел бы в его глазах сердечки. И Джин, последние пять минут рассказывающий о своих выходных, их видит. С тяжёлым вздохом омега угрюмо садится прямо на землю, понимая, что его совсем не слушали.       — Прости, — с трудом оторвавшись от альфы, Чонгук садится рядом с новоиспечённым другом.       Как только они с Тэхёном зашли в аудиторию, где у них проходила первая лекция в новой академии, их окружила толпа однокурсников. Всем было интересно познакомиться с новыми ребятами, узнать, откуда они и почему перевелись, но среди всех внимание Чонгука привлёк Сокджин — единственный, кто не полетел к новеньким, оставшись сидеть за столом с книгой. Сокджин был красивым. Даже очень для этого мира. Белые, словно снег, волосы выделяли его среди толпы, а гетерохромия очаровывала. Сперва Чонгук думал, что Джина обижают за то, что он не такой, как все, но, как оказалось, он ошибался. Омега был самой настоящей звёздочкой — искрящейся, быстрой и полной энергии. А ещё он настолько любил читать, что отключался от всего мира, поэтому и не заметил Тэхёна и Чонгука.       Именно к нему и подсел Чонгук, потянув за собой своего парня, которому некоторые омеги уже начали строить глазки. Так они и познакомились, после чего сдружились. И Чонгук ни разу не жалел. Он слишком быстро полюбил своего друга, с которым познакомился сам.       — Эх, потеряли пацана, — наигранно вздыхает Сокджин, забрасывая одну руку на плечи парня. — Ты как будто влюбился вот прям только что.       — Поверь, — Чонгук улыбается, — я влюблюсь в него каждый день и с каждым разом всё сильнее, — шепчет, снова смотря на альфу.       — Блин, вот бы тоже кого-нибудь полюбить… — мечтательно тянет Джин. — Только взаимно! — поспешно добавляет, зная, как часто желания исполняются не совсем правильно.       — Полюбишь, — уверенно кивает Чон. — И тебя полюбят.       Потому что его — такого сломленного, косячного и ужасного — полюбили. Настолько сильно, что хочется порхать от счастья… или взорваться от чувств… или громко смеяться.       — Доброе утро, юные маги! — на поле выходит их преподаватель по боевым искусствам, заставляя студентов засуетиться и начать строиться.       Тэхён подходит к омегам, протягивая обоим руки, помогает подняться и, положив ладонь на талию своего парня, целует его в щёку, улыбаясь из-за умилённого звука от Сокджина. Парни идут в строй, где Тэхён с трудом заставляет себя убрать руки, вытянув их вдоль тела. Хихикнув, Чонгук толкает его плечом, в ответ получая нежную улыбку.       — Сегодня вы будете практиковаться в рукопашной борьбе. Просыпаемся и вспоминаем все приёмы, которым я лично вас обучал, — объявляет профессор Чан, тихо посмеиваясь из-за постных лиц некоторых студентов. — Под конец пары я пройдусь по вашим ошибкам, которые могут стоить вам жизни. Помните, что у нас просто занятие, где вы должны сбить партнёра с ног, а не убить. Ясно, студент Со? — наклоняется к мускулистому альфе, который с улыбкой энергично кивает. — Прекрасно! Распределитесь по парам, а потом и по полю. Я буду подходить к каждому, чтобы поставить оценку за борьбу.       Поклонившись, студенты суматошно ищут себе партнёра, кто-то чуть ли не дерётся из-за этого, кто-то бежит бронировать самое лучшее место на поле. Чонгук тихо смеётся с этого и хватает сделавшего шаг к тому самому студенту Со Тэхёна за руку. Ким в недоумении смотрит на слишком довольного парня, пока Джин, махнув рукой, уходит на поиски партнёра.       — Куда это ты собрался, милый? — обманчиво мягким тоном спрашивает Чонгук.       — Борьба, Чонгук. Я не собираюсь с тобой драться, поэтому буду с…       — Кха! — Чон дёргает Кима, направляясь к краю поля. — Нет уж, любимый мой. У нас будет бой. Просто представь, как красиво я тебя завалю, потому что что? — короткая пауза. — Потому что я стал сильнее, — сам же отвечает, найдя хорошее место.       — Чонгук-и, а ты не думаешь, что это я завалю тебя? — обнимает со спины, невесомо целуя в заднюю часть шеи. — А потом и дома завалю… в постель, где ты будешь умолять быть чуть грубее…       — Цыц! — перебивает омега. — Отставить возбуждающие разговорчики! Или… ты хочешь посоревноваться, кто кого быстрее возбудит? Ну так давай, — поворачивается, врезаясь своим пахом в чужой.       — Тут сразу понятно, что я в проигрыше, — Тэхён улыбается, ласково обхватывая лицо омеги. — Тебе особо не нужно стараться, — пожимает плечами, кладя одну ладонь на задницу, обтянутую штанами. — А если ты ещё и в тех стрингах, то…       — Я в них, мой платиновый слиток, — ухмыляется маг.       — Мать твою… — шипит Тэхён, прижимаясь лбом ко лбу парня. — Тогда я безоружен, мой повелитель воли.       Чонгук широко улыбается. Что бы ни случилось, у него есть вот такой прекрасный альфа, который любит его больше всего на свете. Что бы ни произошло, они будут вместе. У них есть нерушимое «мы».