Всего лишь одно прикосновение

— Здравствуйте, Азирафаэль. Подготовьте машину, и мы начнем экзамен. — Божечки, — вздохнул мужчина в старомодном костюме с тартановой бабочкой. Он нервно пригладил белоснежные волосы и взялся за ключ в замке зажигания так, словно брался за гранату или за что-то невероятно смертоносное. Экзаменатор скрипнул зубами. Азирафаэль повернул ключ и завел машину. Замученная жизнью «Вольво» дернулась и сдвинулась с места. — Поверните, пожалуйста, налево.  Они доехали до первого перекрестка, машина снова дернулась, остановилась, мотор заглох. — Расслабься, Азирафаэль... Ручник… На нейтралку... Зажигание… — Азирафаэль, то и дело поглядывая на экзаменатора, вполголоса озвучивал свои действия. — На первую… Газ… — Несмотря на все его усилия, машина никуда не двигалась. Наконец экзаменатор сжалился и подсказал:   — Отпустите ручной тормоз. Азирафаэль покраснел. — Отпустить ручной тормоз, ага, сейчас, я знаю, просто не был готов, так что…

Через час

— Не сдал. — Да, не сдал, — в голосе Азирафаэля звенели слезы, — но я старался! — Позволь спросить, в какой раз ты провалился? В восьмой? — В девятый. — Тебе не кажется, что пора прекратить агонию? — поинтересовался собеседник. — Лучше бы нашел мужа и завел нормальную семью… — Мне пора, Габриэль. — Азирафаэль положил трубку. Его четвероюродный брат Габриэль обожал поучать всех вокруг, особенно Азирафаэля, который считался паршивой овцой в огромном семействе Феллов. Он был омегой, исключением из правил: остальные Феллы были бетами. Вдобавок Азирафаэль не желал заключать брак, а о детях даже слышать не хотел. Получив в Оксфорде диплом литературоведа (специализация на Джейн Остин; «Ничего оригинального», — кисло прокомментировал Габриэль), Азирафаэль взял кредит в банке и выкупил ветхое здание в Сохо, на Уикбер-стрит, открыв там книжный. Дела шли ни шатко ни валко, особых доходов не появлялось, но Азирафаэль постепенно выплачивал кредит. Семья ждала, что он одумается, однако через пять лет уверенность родственников пошатнулась, а через десять вообще исчезла. Габриэль упрекал кузена в бессемейности и бездетности скорее по привычке, чем рассчитывая чего-то добиться. И как-то, навестив Азирафаэля на день рождения, Габриэль узнал, что кузен вознамерился научиться водить машину. «Поверь, я — лучший инструктор! — без раздумий заявил Габриэль. — Да еще и бесплатный! У меня есть старенькая „Вольво“, как раз пригодится». Азирафаэль слегка напрягся, но желание сэкономить перевесило доводы разума. Габриэль учил кузена на выходных. Он не кричал, не насмехался и был вполне терпеливым инструктором, да только Азирафаэль, привыкший к издевкам членов семьи, постоянно ждал подвоха. Через месяц он кое-как водил машину на безлюдных дорогах под Лондоном, а через полгода Габриэль с радостью провозгласил: — Ты готов! Сдай экзамен и получи права! — А разве не нужно выучить теорию? — Ах да, теория... знаки, правила, — Габриэль досадливо поморщился, — ну купи справочник и выучи. На это ушел месяц, потом еще месяц на то, чтобы Азирафаэль успокоился и смирился с неизбежностью сдачи экзамена. Первая попытка провалилась с треском, как и последующие пять. В седьмой раз Азирафаэль въехал в грузовичок молочника и был вынужден оплатить ущерб. Во время восьмой попытки пострадали мусорные баки и передний бампер «Вольво», а еще гордость Азирафаэля и нервы экзаменатора. Азирафаэль никогда не жаловался на память, помнил книги, когда-либо прочитанные, мог без проблем цитировать целые страницы, но как только дело доходило до вождения, как наступало огромное ФИАСКО. Азирафаэль забывал простейшие навыки, ведя себя так, словно впервые сел за руль. Он был готов отказаться от мечты получить права, однако, представив снисходительные ухмылки родственников, продолжал пытаться достичь цели.

Вечером того же дня

— Тебе нужен настоящий инструктор, — сказала Нина, бариста кафе под странным названием «Дай мне кофе или дай мне смерть», выслушав очередное нытье Азирафаэля. — Зачем? — По себе знаю, лучшие учителя — посторонние люди, — авторитетно продолжила Нина.  — У меня денег маловато. — Вложишься один раз, потом сдашь экзамен. И все. — Нина энергично протерла прилавок. — Ты уже потратил уйму времени и усилий впустую. А если угробишь развалюху, одолженную кузеном, то еще и на ремонт деньги уйдут. — И где же мне найти инструктора? — В интернете. Да, я знаю, что ты из девятнадцатого века прямиком сюда телепортировался, — засмеялась Нина, — но пора осовремениться. Ну ладно, ладно, я поищу информацию, так и быть, договорились. Ну что у мужчин странная привычка притворяться потеряшками-растеряшками?

На следующий день

Азирафаэль только перевернул табличку на дверях с «Закрыто» на «Открыто», как в книжный вошла Нина и протянула распечатку. — Дерзай. — Она похлопала Азирафаэля по плечу. — И ты должен за какао, неделю не платил. Рассчитавшись с Ниной и выпроводив ее из книжного, Азирафаэль методично обзвонил автошколы, постепенно вычеркивая строчки, пока не осталось три с более-менее приемлемыми ценами. Азирафаэль закрыл глаза и ткнул пальцем, выбрав автошколу наугад. После короткой беседы с женщиной, которая представилась как мисс Райан, Азирафаэлю пообещали перезвонить через полчаса. Ровно через тридцать минут раздался звонок. — Мы разговаривали недавно, — у мисс Райан был дребезжащий голос, от которого у Азирафаэля загудело в голове, — послезавтра в четыре вечера у вас встреча с инструктором. Перед собеседованием зайдите в офис, чтобы подписать договор. Первый взнос не забудьте. Мы принимаем карты любых банков и наличку тоже. Кредита нет. Азирафаэль очень тяжело вздохнул и поплелся к ближайшему банкомату проверять баланс на счету. По всему выходило, что он мог без особого ущерба позволить себе пять занятий. 

Через день

К зданию бизнес-центра, где находилась автошкола, Азирафаэль приехал на такси, нервничая и воображая всякие ужасы наподобие инструктора-психопата, который будет издеваться над его косорукостью и откровенной тупостью. Мисс Райан была невысокой энергичной женщиной с цепким взглядом.  — А есть… пробное занятие?  — Есть, но за него надо заплатить. — Мисс Райан подвинула к Азирафаэлю бланк. — Заполняйте. Азирафаэль аккуратно вписал свои данные и оставил оплату за занятие. — Если будете уверены, что продолжите обучение, скажите об этом инструктору.  — А где он? — Должен быть во дворе. — Мисс Райан выглянула в окно. — Да вот же он, возле машины торчит. Вы его сразу узнаете, высокий, худой и рыжий, одет как на похороны. Удачи, мистер Фелл. При виде мужчины во всем черном, стоящего у голубого «Пежо», Азирафаэлю легче не стало. — Добрый день, — слегка заикаясь, поздоровался он, протягивая руку будущему инструктору. — Мистер Кроули? Мне сказали… вас описали… это ведь вы мистер Кроули? — Обойдемся без пустой болтовни, — мужчина не прикоснулся к пальцами Азирафаэля, — давайте-ка поскорее займемся делом. У меня куча работы. Вы не один студент в этой богадельне. Кажется, ужасы обретали плоть. Азирафаэль затравленно глянул по сторонам, прикидывая, а не сбежать ли?  — Мистер Фелл, — недовольно протянул Кроули, — что случилось? Вы хотите сдать экзамены и получить права? — Хочу. — Вы сказали мисс Райан, что вас кто-то обучал. — Мой четвероюродный брат. — Без разницы, — Кроули махнул рукой, — степень родства не имеет значения. Он не профессионал, верно? — Верно. — Ну, а я — профи. Показывайте, чему вас научила седьмая вода на киселе. — Ох… — Азирафаэль уселся за руль. — Боюсь, что… Ладно. Кроули занял место пассажира, внимательно наблюдая за всеми действиями Азирафаэля, которого сбивали с толку черные очки интересной формы: заслонки по бокам исключали малейшую возможность рассмотреть глаза. — У меня нет аллергии на солнце, нет гиперчувствительности к свету, нет шрамов, и я не слепой, — выпалил Кроули на одном дыхании. — Я и не… — Азирафаэль вспыхнул от смущения: все перечисленное только что промелькнуло в его голове.  — Очки — это стильно. А сейчас мы проведем небольшой тест, все-таки я должен знать, с чем буду иметь дело. Азирафаэль завел мотор. — Ставим передачу, — продолжил Кроули, — смотрим в зеркала… Ручной тормоз… Азирафаэль внезапно успокоился, словно подействовали какие-то таблетки. Только что он с ума сходил от переживаний, как вдруг ощутил себя непривычно уравновешенным. Кроули несколько раз шмыгнул носом, словно принюхивался, и что-то пробормотал. — Что? — не понял Азирафаэль. — Выезжайте со стоянки и двигайтесь по улице. Азирафаэль так и сделал. Кроули сидел, нахохлившись, похожий на цаплю, поворачивая голову то в сторону водителя, то вперед. — У меня свой бизнес, — сказал Азирафаэль, чтобы немного разрядить обстановку, — я владелец книжного в Сохо. — Нгк, — послышалось со стороны Кроули.  — Я одинок, хотя, сами понимаете, трудновато оставаться одиноким… Все сложно, как бы объяснить… — Вы омега, я понял. — Но как? Оу… — До Азирафаэля дошло, почему он успокоился: «Феромоны альфы». А еще он понял, почему инструктор к нему не прикоснулся: «Боится, что мы окажемся соулмейтами?» — Не волнуйтесь, я на препаратах, снижающих либидо, заодно использую спрей для подавления обостренного обоняния. Поэтому если у вас начнется течка, то… — Достаточно, — взмолился Азирафаэль, ошеломленный непосредственностью Кроули. — Да пожалуйста. Следите за дорогой, мистер Фелл. Так, вы немного завиляли, просто управляем увереннее, ладно? Тут сверните и припаркуйтесь.  Азирафаэль слишком резко ударил по тормозам, его и Кроули бросило вперед, а позади что-то свалилось. Оглянувшись, Азирафаэль увидел какое-то растение в горшке. — Толстянка, — Кроули, изогнувшись немыслимым образом, полез поднимать растение, — или денежное дерево. И вы едва его не убили. — Извините. — Азирафаэль невольно задержал дыхание, когда мимо проскользнуло гибкое тело инструктора. От него пахло кофе и хвоей, а еще чем-то неуловимым, но приятным. «Феромоны альфы, слабовато подавители справляются. А если инструктор лжет и никаких препаратов не принимает?» — Ничего, — буркнул Кроули, возвращаясь на сиденье, — живое. С вами все понятно. Приходите завтра, к десяти утра. Теория тоже нужна? — Да я вроде выучил знаки и правила. — Вроде, — хмыкнул Кроули, — разберемся. Подвезти до дома?  — А разве у вас больше нет учеников? Вы же сказали, что заняты. — Думал, что есть, но нет. — Кроули сверился с записями в телефоне.   — Это ваша машина? — Вот еще, — прошипел инструктор, — буду я на таком отстое кататься. Возвращайтесь к школе. Выяснилось, что Кроули — владелец черной раритетной «Бентли» двадцать шестого года выпуска, о чем он гордо сообщил. И манера вождения даже отдаленно не напоминала о профессии Кроули, хотя толстянка так и не упала на заднем сиденье, несмотря на все маневры. К концу поездки Азирафаэль распрощался с жизнью, а когда «Бентли» остановилась, то не поверил в собственную удачу. — Приехали. — Кроули наклонился над рулем, разглядывая книжный.  — Спасибо, — просипел Азирафаэль, которому хотелось задать вопрос: «А вы точно инструктор по вождению?» — Будьте уверены, вы сдадите экзамен. Азирафаэль выбрался из «Бентли», едва устояв на дрожащих ногах. — До завтра! — крикнул Кроули, со старта набирая бешеную для города скорость.

Вечером того же дня

Азирафаэль с трудом успокоился, сначала полежав в горячей воде, потом выпив не менее литра какао, а затем сходил во французский ресторанчик в этом же квартале. Предаваясь чревоугодию, он усиленно раздумывал о целесообразности занятий с Кроули. Во-первых, Кроули был альфой, а Азирафаэль не доверял альфам. Конечно, он знал, что они не нападут на него, таких отщепенцев было ничтожно малое количество. Но Азирафаэль все равно опасался, так, на всякий случай. Во-вторых, Азирафаэля слегка раздражало то, что владелица автошколы подсунула ему альфу в инструкторы. Беты верили, что альфы и омеги были одержимы матримониальными намерениями, хотя вторичный гендер не имел никакого влияния на подобные идеи. Но беты всячески старались свести альф и омег, часто становясь вольными или невольными свахами. Вполне возможно, что мисс Райан не подразумевала никакого сводничества… кто знает. В-третьих, при том, что Азирафаэль немного побаивался Кроули, часть его души тянулась к этому человеку, заметно склонному к эпатажу. И Азирафаэль был в курсе, какая именно часть — внутренний омега требовал контакта с альфой. Причем суть контакта была не важна, главное, чтобы организм ощущал феромоны альфы. И Азирафаэль знал, что Кроули желает ощущать феромоны омеги. Замкнутый круг, не иначе. Альфы и омеги, чтобы не идти на поводу у собственной природы, использовали средства для снижения обоняния и подавления либидо. Многие омеги, не планировавшие зачатие, принимали таблетки для прекращения течек, а то и вовсе прибегали к операциям. «Перед автошколой зайду в аптеку. Пора немного приглушить запахи», — решил Азирафаэль.  Перед сном он разделся и как следует осмотрел себя в зеркале, даже за уши заглянул и в рот, чтобы убедиться в отсутствии меток или новых родинок. Ничего подобного не наблюдалось. «Вот и тип-топ, — обрадовался Азирафаэль. — Не хватало стать заложником феромонов, когда непонятно, что тобою управляет».

На следующее утро

Он не попал в аптеку: за ним явился Кроули.   — Я вполне способен добраться куда угодно без помощника, — процедил Азирафаэль сквозь зубы. Кроули ухмыльнулся и открыл дверь «Бентли» со стороны пассажира. — Я серьезно, мистер Кроули. — Я тоже не шучу, мистер Фелл. Не валяйте дурака. Я понимаю, вы не ожидали заполучить в качестве инструктора альфу. И я побеседовал с мисс Райан по этому поводу, однако свободных инструкторов сейчас нет. В общем-то, штат автошколы не настолько большой, чтобы меня кто-то заменил. Мистер Фелл, я не собираюсь приставать к вам. Отношения, семья, дети, — Кроули вздрогнул, — не приведи сатана к этому, не для меня. Поэтому садитесь в машину, иначе опоздаем, а мисс Райан не любит опоздунов. Азирафаэль заметил любопытные взгляды прохожих и перестал показывать характер. По пути Кроули молчал, Азирафаэль тоже, но вскоре не выдержал. — Вы всегда работали инструктором по вождению? Или были кем-то другим? — Почти сразу он почувствовал смену настроения Кроули. — Вам-то что? — Да так, ничего. — Светские беседы не ваш конек. Даже не пытайтесь. — Не пересекайте черту. — И в мыслях не было. Они снова умолкли и молчали до автошколы. Во время занятия Кроули ограничивался сухими отрывистыми фразами, был безэмоциональным, смахивая на робота. Азирафаэль опять занервничал. После занятия он зашел в офис.

***

— Я говорила во время нашей беседы по телефону, что курсы преимущественно для бет и альф, мы не держим в качестве инструкторов женщин или омег, — почти терпеливо сказала мисс Райан в ответ на претензии Азирафаэля. — Не припоминаю такого. — Я записываю беседы с клиентами, — объяснила она, щелкая мышкой. — Вот, послушайте. Через три минуты Азирафаэль извинился:  — Простите, забыл о такой подробности. — Ни один студент мистера Кроули не провалился на экзаменах. — Мисс Райан неприятно улыбнулась. — Он самый успешный инструктор на моей памяти. И на него не жаловались за некорректное поведение или, упаси кто-нибудь, за приставания. Он даже романы со студентами не заводит. — Он и не приставал. Мне… некомфортно. — Я знаю, что говорят о бетах. Что мы любим устраивать свадьбы альф и омег. Но я считаю, что отношения — дело сугубо личное. И не мне вмешиваться в вашу судьбу или в судьбу мистера Кроули. Речь не об этом. Вы хорошо водите, вам не хватает уверенности. И как раз мистер Кроули умеет внушать эту самую уверенность. Он ведь был гонщиком. Кольцевые автогонки и не только. Ралли Уэльса, Финляндии. Ралли Сафари.  — Осталось сказать, что он попал в аварию на одной из этих безумных гонок. — Да, случилась трагедия, уж поверьте, самая что ни на есть настоящая. — Азирафаэль вспомнил более чем странную походку Кроули. Мисс Райан сложила руки перед собой, сцепив пальцы в замок. — Мистер Фелл, сейчас нет свободных инструкторов, и я не могу перевести вас к другому преподавателю. Но если вы твердо намерены отказаться от услуг мистера Кроули, то подождите две недели. — Слишком долго. — Недопустимо менять расписание по прихоти клиента. Уж извините за резкость, но я до определенного иду навстречу. — Наверное, я сменю автошколу. — Азирафаэль выложил последний (и единственный) козырь. — Жаль слышать. Надеюсь, вы передумаете.  

***

В книжном Азирафаэль включил старенький компьютер, который долго не мог сообразить, чего от него хотят. Работал он медленно, на грани издыхания, но все-таки Азирафаэль разузнал адреса и телефоны автошкол для женщин и омег. И в тот же день договорился о встрече с новым инструктором. После этого он попытался отыскать информацию о Кроули. Компьютер вовсе выпал в осадок, прекратив показывать картинки, а на месте видео красовалась одна и та же печальная рожица на сером фоне. Всезнающий Гугл был милостив к старому гаджету и к его владельцу, в итоге выдав несколько статей. Азирафаэль пожалел, что не может увидеть фотографии. Телефон был помоложе компьютера, но тоже не горел желанием сотрудничать с владельцем. Кроули был в десятке перспективных пилотов «Формулы-1». Как понял Азирафаэль, нынешний инструктор автошколы уверенно поднимался на гоночный Олимп, пока восемь лет назад попросту не исчез из спорта. Никаких скандалов или трагедий, связанных с его именем, Азирафаэль не нашел. Оставалось лишь гадать, что именно произошло. Ложась спать, Азирафаэль обдумывал свое решение, сомневаясь все больше и больше. В итоге уснул под самое утро с глубоким чувством вины перед Кроули.

На следующий день

— Тамека Эмпсон, — весело представилась темнокожая женщина, протягивая руку Азирафаэлю. — Ну что ж, покажите мне свои умения. Спустя пять минут Азирафаэль едва не врезался в столб, затормозив в последний момент. — Вы давно за рулем? — Полгода, — мрачно ответил Азирафаэль, — и два месяца собирался с мыслями. — Вы слишком напряжены. — Тамека потрепала его по плечу. — Вам нужно расслабиться. Вас кто обучал? — Родственник. — И вы не брали уроки у профессионалов? — Брал, — убито произнес он. — В автошколе мисс Райан. — О, Вельзевул! — обрадовалась Тамека. — Я училась у нее три года назад. И видите? Теперь сама обучаю. А кто у вас был инструктором? Наверное… как его… он вечно сигаретами вонял. Такой хам, немудрено, что вы решили… Ой, а где же Энтони? — Кто? — Кроули. Неужели уволился? — Тамека прижала ладони к щекам, забавно округлив глаза. — Как же так? Вот досада. — Он… — Азирафаэль с неудовольствием ощутил как вспотел. — Понимаете, я — омега, а он — альфа. Мне было некомфортно. — А я и не знала, что он альфа. Признаю, у Энтони своеобразное чувство юмора, а еще он называет вещи своими именами. И способен на дурацкие выходки. Как-то он приклеил деньги на стоянке, прямо к асфальту, а потом мы сидели в засаде и ржали над теми, кто пытался выковырять монетки. — Тамека захохотала. — Извините, мистер Фелл, давайте продолжим занятие.

Вечером того же дня

Азирафаэль, сменив одежду с парадной на более простую, принялся за уборку. Он как раз вытирал пыль с полок, забравшись на стремянку, как дверь книжного распахнулась, кого-то впустив. Азирафаэль не видел вошедшего, но почти сразу понял кто это. — Добрый вечер! — проорал Кроули. — Фелл! Где ты? Почему ты сбежал?! Азирафаэль едва не свалился, в итоге спустившись со стремянки без приключений. — Ага, вот и ты! — Кроули ткнул в сторону букиниста указательным пальцем. — Какого дьявола ты поступил как инфантильный недоумок?! Внешнос-с-сть гребаного ангела, а поведение настоящего придурка! — Не разговаривайте со мной так, словно мы знакомы много лет, — чопорно ответил Азирафаэль. Кроули повторил вопрос. — А ну немедленно замолчал! Альфа послушно заткнулся, получив непосредственный приказ от омеги. — Да ты… Ты пьян. — И что? — Выйди и вернись трезвым. — Чудес не бывает. — Завтра вернись. И мы все обсудим. — Знаешь… — Кроули сдулся. — Ты не имел права предъявлять претензии Вельзевул по поводу моего вторичного гендера. Я не виноват, что родился альфой. Мне это даром не с-с-сдалось. Из-за этого я не могу наладить отношения с женщинами. Представляешь? Они меня не возбуждают, а я пробовал много раз. Омегам не нравлюсь, они ищут надежное плечо и еще что-то о каменной стене говорят. И я не набивалс-с-ся тебе в партнеры. — Иди и проспись, — тихо велел Азирафаэль. Кроули развернулся, сделал шаг и врезался в дверь. Очки упали на пол, Кроули схватился за лицо, чертыхаясь. Пошатываясь, он повернулся к Азирафаэлю, из-под пальцев вытекала кровь. — Ты нос разбил? Ох, ну и дела, — засуетился Азирафаэль, — идем в ванную, пока ты здесь все не испачкал. Это на втором этаже, ты справишься? В ответ Кроули хрюкнул и громко икнул. По винтовой лестнице он шел медленно, опираясь на Азирафаэля, точнее, наваливаясь всем весом. Несмотря на худобу, Кроули не был пушинкой. В ванной Азирафаэль помог ему снять пиджак и сбегал за льдом. Вытряхивая прозрачные кубики на полотенце, Азирафаэль подумал, что не успел разглядеть глаза Кроули. Поспешно вернувшись, он вручил холодный сверток пострадавшему. Кроули, стоя над умывальником, чтобы кровь не залила рубашку и не попала на пол, прижал компресс к лицу. Азирафаэль не любил, когда на него пялились, и сам старался так не делать, но любопытство победило. Лампа над умывальником прекрасно освещала ванную и, конечно же, Кроули. Хотя он старался не смотреть прямо на Азирафаэля, однако тот все же увидел, что глаза Кроули — ярко-желтого цвета. Азирафаэль открыл и закрыл рот, сообразив, что не надо комментировать увиденное: Кроули явно доставали расспросами насчет глаз. — Вельзевул поведала ис-с-сторию бывшего гонщика «Формулы»‎. Намекнула на трагедию. — Кроули шипел и слегка гундосил. — Она всем рассказывает, непонятно зачем. То ли чтобы поиздеваться надо мной, то ли хочет жалость вызвать. Мне это не нужно, я не скучаю по прош-ш-шлой работе и не мечтаю на нее вернуться.  — Я не собирался тебя жалеть.   — Отлично. От Кроули несло спиртным, и Азирафаэль не удержался от брезгливой гримасы. — Я редко напиваюсь. — Кроули виновато глянул на него. — Все как-то сложилось в целую кучу дерьма, и я сорвался. Нет. Вообще-то, мне хотелось выпить, а тут ты со своим бегс-с-ством. — Я не сбегал. Мне некомфортно, — в который раз за сегодня сказал Азирафаэль, — беты ничего не ощущают, а я — да.  — Ты не используешь подавители обоняния. И противозачаточные тоже. — Недопустимо обыскивать чужой дом! — вскинулся Азирафаэль. — Ну заглянул в шкафчик, — пробурчал Кроули, — ничего такого страшного не сделал. — Уверен, что кровь не течет. — Азирафаэль отобрал у него мокрое полотенце. — Да, все в порядке.  — Пожалуйста. — Кроули схватил его за руку. — Прошу, вернись. Я… — Он что-то достал из кармана джинсов и вручил Азирафаэлю фигурку Смурфа с гитарой. — Клянусь на Смурфе-рокере, что ты, Азирафаэль Фелл, сдаш-ш-шь экзамен. А теперь… домой. Азирафаэль не знал, на чем приехал Кроули, поэтому последовал за ним на улицу. Пока они спускались на первый этаж, Азирафаэль боялся, что ему придется соскребать Кроули с пола, если тот навернется. Им обоим повезло, Кроули только споткнулся пару раз. — Ты на «Бентли». — А на чем же еще? — Кроули дернул на себя дверь машины. — Ключи. Черт, я оставил ключи в пиджаке. А пиджак где? После посиделок с соседями по комнате в студенческом общежитии Азирафаэль уловил закономерность в поведении пьяных людей. После вспышки гнева или возбуждения часто наступали апатия и усталость. Сейчас Кроули выглядел сонным и замедленным. — Идем. — Азирафаэль потянул его в книжный, привел в заднюю комнату. — Ложись. Диван выглядит… неудобным, впрочем, так и есть, но лучше это, чем полиция или больница. Ложись, кому было сказано? Разуйся сначала, боже мой, идиот. — Кроули подчинился, скинув туфли. — Да ты ляжешь или нет? Альфа устроился на скрипучем диване, поджав ноги. Азирафаэль подсунул ему подушку под голову и накинул плед. Вскоре Кроули едва слышно захрапел. Азирафаэль убедился в том, что ничего не заляпано кровью, и продолжил уборку. Через пару часов, захотев проверить Кроули, он услышал, как альфа завозился в комнате, потом раздались шаркающие шаги и щелчок закрывающейся входной двери. На следующий день Азирафаэль позвонил в новую автошколу и сообщил, что не будет продолжать занятия: «Дело не в мисс Эмпсон, она замечательно преподает. У меня возникли… семейные обстоятельства». Затем он набрал номер мисс Райан. — Мистер Фелл, даже не знаю, что сказать, — ответила она, — то вы уходите. То вы возвращаетесь. Хорошо, что в расписании мистера Кроули остались прогалины на месте ваших занятий. — Я извинюсь перед мистером Кроули. — Занятие в субботу, начало в десять утра. Не опаздывайте.

Через два дня

На лице Кроули виднелся синяк. — Мистер Кроули, — произнес Азирафаэль официальным тоном, — приношу свои искренние извинения. Я вел себя неподобающим для взрослого человека образом.  — Мистер Фелл, — холодно сказал Кроули, — это я должен просить прощения, а не вы. Больше такого не повторится. Одно занятие за мой счет.   Азирафаэль едва не брякнул: «В благотворительности не нуждаюсь», но промолчал. Он заметил пятно тональника чуть ниже правого виска Кроули: «Если ударился, то почему на лбу и на носу ничем не замазал? Странно».

***

Тем вечером он увидел на лопатках светло-серый узор, похожий на крылья. — Нет-нет-нет! — Азирафаэль залез в ванну и принялся тереть спину мочалкой. — Этого не может быть! Не может! Только не это! Черт! Дьявол! Мать вашу так-растак! Если бы его услышал Габриэль или кто-нибудь из семьи, то был бы шокирован: Азирафаэль старался не выражаться даже в мыслях. Но сейчас был совершенно иной случай. Узор на коже означал только одно: Азирафаэль встретил своего соулмейта. «Так, — он опять посмотрел в зеркало, — спокойно. Спокойно, ничего страшного не случилось. Никто не умер, это не болезнь. Ничего вообще не видно. Вот если бы на лице или на руках, тогда да… И кто сказал, что метка из-за Кроули? Это… это может быть кто угодно. Мисс Райан, например. Но… я к ней не прикасался. Господи… За что мне это?» В памяти промелькнуло как Кроули схватил его за руку, крепко сжав пальцы на запястье. К тому же Азирафаэль смывал кровь с полотенца перед тем, как бросить вещь в стирку. Азирафаэль всегда опасался быть с кем-то связанным, особенно меткой родственной души. Ему казалось, что это настоящее издевательство со стороны высших сил: своеобразный вид насилия.  Постепенно Азирафаэль успокоился: «Если у Кроули не появится метка, то и о моей ему знать не обязательно. А если и появится, то что с того? Не заставит же он меня жить с собой». 

Прошлым вечером

— Твою мать! — Кроули ударил кулаками по зеркалу. Только что он с удовольствием принимал ванну, расслабляясь после нервного трудового дня. И вот такой подлянки от мироздания Кроули абсолютно не ожидал. Чуть ниже правого виска наметился узор в виде змеи.  Когда-то Кроули хотел заиметь что-то подобное, даже подбирал рисунки, но так и не набил татуировку. То времени не было, то настроения… И на тебе, получи и распишись. Кроули схватил мыло, но, как он ни старался, смыть узор не удалось. Не помогли ни шампунь, ни скраб, ни гель для душа. Кроули понимал, что раздирает кожу в кровь скорее из-за отчаяния, чем надеясь, что это поможет. Наконец он остановился, тяжело дыша, едва не плача. «И кто же это? — Кроули приложил к лицу полотенце. — Кто? Вельзевул? Так давно бы выскочила метка, я знаю Вельзевул семнадцать лет. Кто-то из студентов… Бля… Ебаный случай…» Вывод напрашивался сам собой. Кроули ни с кем не трахался вот уже месяц, а единственным человеком, к которому он прикасался, был Азирафаэль Фелл: «Зачем я взял его за руку… И кровь. На полотенце была кровь. Всего лишь одно прикосновение…» На следующее утро Кроули явился на работу, замазав метку. Синяк от удара в дверь оставил — слишком много пришлось бы «раскрашивать». Азирафаэль ни о чем не спросил, казалось, что он даже не заметил косметику на лице инструктора. Через некоторое время Кроули обратился в тату-салон. Конечно же он знал, что зря туда идет, но понадеялся на лучшее. — Вы хотите откорректировать татуировку? — Это не… — Кроули не хотелось признаваться, но он не мог солгать. — Это метка. Я альфа. — Не рекомендуется наносить татуировку поверх метки, — сказал мастер. — Железное правило, нас во время обучения предупреждают. — А если удалить участок кожи? — Да вы совсем… У вас все в порядке с головой? Кроули не хотелось, чтобы его считали психом, поэтому поспешно ретировался из салона.