Общага

      — Чел, — тянет Сэм, входя в комнату Стива и Баки. — Я тебе сейчас такое... Эм? — глупо замирает он на пороге.       Баки сидит перед ним в затёртой майке и серых транках с маленьким розовым бантиком, который пришили Сэм и Клинт, когда напились.       А его левая рука блестит чем-то на свету. Уилсон подходит ближе и закрывет рот рукой.       — Ты, что, придурок? — спрашивает он наконец, глядя на то, как мышцы переплетаются под кожей.        — Нахуй тебе наколка на всю руку? — Баки трёт загривок и жмёт правым плечом. Его рука забита под механику, Сэм не без удивления замечает, что работа выполнена очень даже недурно.       — Я сам хер знает, — наконец говорит Барнс, потирая лицо. — Мне Уэйд отдал купон на скидку в восемьдесят процентов, а я что, лошара, чтобы такой куш не сорвать? — немного думает и смотрит в стол.       — Только надо что-то сделать, чтобы меня Стив нахуй не выгнал из комнаты, — Сэм трёт глаза и подбородок, совсем забыв все приличные слова.       — А мог бы потратить эти деньги на то, чтобы кто-то написал курсовуху за тебя, — наконец говорит он и садится на кровать, чтобы рассмотреть тату лучше.       — Бля, — с горечью признаёт Барнс. — Точняк.       Они недолго молчат.       — Не, ну татуха хороша, — признаёт Сэм. Баки кивает.       — Ага. Но я сейчас боюсь того, что Стив меня всё-таки вытулит, — Уилсон поджимает губы, а потом лукаво улыбается.       — А у тебя сохранилась та футболка, которая шла в комплекте с этими трусами? — Баки смотрит на него, как на полоумного, а Сэм лишь жмёт плечами.       — Я не пойму, ты жить хочешь или нет? — Барнс идёт к шкафу, как ягнёнок на заклание.       — Бантики на сосках не оторвались или мне нужно их пришить опять? — на полном серьёзе спрашивает Сэм, а Баки болезненно стонет.