To Shape and Change

Волдеморт стиснул зубы, когда Белла еще раз приложила его к ране. Этот магглолюбец все испортил. Дамблдору действительно нужно было умереть. Именно из-за него тот маггл смог застрелить его. Именно из-за него он не смог услышать пророчество. Однако ... старик не все испортил. . . . Волдеморт улыбнулся, несмотря на боль и затрудненное дыхание, вспомнив, как министр дрожал от страха перед ним, когда он прошипел ему в ухо. Он позволял всему успокоиться, маневрируя своими фигурами. Несмотря на Дамблдора и эту травму, в конце концов, все шло своим чередом. * Люциус мерил шагами свой кабинет, ожидая прихода Северуса. Он послал за ним час назад и только надеялся, что тот не слишком занят со старым магглолюбцем, чтобы прийти с тем, что тот просил. От этого зависела его жизнь. Наконец камин вспыхнул зеленым, и из него вышел Северус. "Северус, я полагаю, ты был —" - начал он. "Да, у меня есть все, что вы просили". Люциус не смог сдержать вздоха облегчения. "Хорошо. Пожалуйста, следуйте за мной. Беллатрикс прислала для нас портключ", - сказал он, проводя их в комнату, прежде чем плотно закрыть дверь и быстро наложить защиту конфиденциальности, на всякий случай. "Кто-нибудь подозревает?" Спросил Северус, когда Люциус направился к столу с черным пером на нем. "Нет, и я сделал, как вы просили". "Хорошо, какое облегчение знать, что Драко будет в безопасности, что бы ни случилось", - сказал Северус. Люциус кивнул, в очередной раз благодарный Северусу за то, что он понимает важность семьи, несмотря на то, что у него ее нет. Его рука легла на портключ, когда Северус встал рядом с ним. "Это приведет нас туда, где он остановился", - заявил он, не уточняя, кем "он" был. "Я понимаю", - сказал Северус. "Я надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Северус", - прошептал Люциус, положив другую руку Северусу на плечо и активировав портключ. . . . Они оказались в большой столовой, не сильно отличающейся от Малфоевской. Северус быстро определил, что это дом Яксли. "Хорошо, что ты наконец приехал, Северус. Сюда", - сказал Родольфус Лестрейндж, муж Беллатрикс. Северус вышел вперед, покинув комнату вместе с Родольфусом. Люциус не последовал за ним. "В каком он состоянии?" Спросил Северус, правильно предположив, зачем он там. "Я не знаю, он впустил в комнату только мою жену", - вежливо заявил Родольфус. "На самом деле он не знает, что она послала за тобой". Он ехидно улыбнулся, когда они подошли к закрытой двери. "Понятно", - сказал Северус, совершенно не обеспокоенный словами Родольфуса, когда взялся за ручку перед собой. Родольфус удивился смелости Северуса. "Что ж, если тебе что-то не нужно, я оставлю тебя сейчас". "Очень хорошо", - кивнул Северус в ответ, уверенно открыл дверь и вошел.

O o O

Северус закрыл за собой дверь, быстро окидывая взглядом комнату. Большую часть кровати закрывала стена, закрывавшая вид на дверь. Он услышал какой-то шорох, как будто кто-то поднимал вещи. Там был свет, хотя он находился по другую сторону стены и был затемнен тем, что Северус правильно принял за мебель. "Кто вошел, Беллатрикс? Я никому не давал разрешения входить. Кто посмеет?" Северус заставил себя не вздрогнуть при звуке голоса и замедлил шаг. "М-милорд, я послал за ним. За Северусом. Ваша рана, милорд, я ... я неумел. Я сделала все, что могла, но надеялась, что мои поиски Северуса понравятся вам, поскольку он более способен, чем я, - сказала Белла. - Пожалуйста, простите меня, милорд, но ... "О, мой верный слуга. Давай, давай, Северус", - прервал его Волдеморт хриплым голосом. Северус обошел стену и обнаружил Темного Лорда, лежащего на кровати с разбросанными повсюду окровавленными бинтами, и сумасшедшую Беллу, держащую в руках ножницы и комок марли рядом с ним. В воздухе стояла отвратительная вонь, которую Северус быстро определил. Приторно—сладкий, ржавый запах мог быть только одним - крови. По всему полу были разбросаны пустые флаконы из-под зелий, кровь была на одеялах и даже на стенах. Волосы Беллы, как обычно, вышли из-под контроля, но что делало их еще хуже, так это темно-рыжие пряди в них. Честно говоря, это была довольно ужасная сцена, и Нагини, обвившаяся вокруг правого заднего столбика кровати рядом с головой Волан-де-Морта, делу не помогла. "Милорд", - приветствовал Северус с почтительным поклоном, как будто ничто из увиденного его не настораживало. "Пожалуйста, позвольте мне помочь". "Беллатрикс", - заявил Волан-де-Морт. "Да, милорд?" прощебетала она. "Отойди". Белла выглядела оскорбленной, но знала, что не стоит противоречить. Она встала и отошла в угол посмотреть. Северус шагнул вперед, когда Волан-де-Морт сел, едва скрывая гримасу. Он пожалел, что Беллатрисе не сказали уйти. "Какие зелья вы принимали, милорд?" Спросил Северус, подходя к кровати и сохраняя нейтральное выражение лица. Все, что Темный Лорд воспримет как жалость или любую эмоцию "слабости", не будет воспринято хорошо. "В основном для восполнения запасов крови, но я принял восстанавливающее кровеносные сосуды и пластику скелета", - заявил он, прежде чем добавить: "Беллатрикс настояла, чтобы я также принял обезболивающее". Если он и был смущен ситуацией, то очень хорошо это скрывал. "Принята последняя доза?" Спросил Северус, вытаскивая из-под мантии свернутый кожаный мешочек. "За последний час я принял два Средства для восполнения крови, больше ничего". "Рана все еще открыта?" Спросил Северус, кладя мешочек на боковой столик и разворачивая его, чтобы показать множество флаконов с зельями и инструментов. "Да". "Пожалуйста, покажи мне, где", - коротко сказал Северус, вытаскивая палочку. Волан-де-Морт повернулся, указывая на правый бок. Северус мог сказать, что движение было неудобным, но Волдеморт не зря был Темным Лордом. Он не позволил бы себе проявить слабость. Глядя на открытое кровавое месиво, Северус обнаружил, что бок Темного Лорда покрыт марлей, волшебным образом удерживаемой на месте с помощью приклеиваемых амулетов. Белла, безусловно, усердно работала, хотя ее работа была небрежной, и было ясно, что она более искусна в расчленении, чем в исцелении. Он молча наложил диагностирующие чары и несколько других вещей, чтобы узнать, как дела у Темного Лорда. Все это время Беллатрикс и Нагини жадно наблюдали. Несмотря на то, что он был здесь из-за Беллы, он знал, что если она увидит что-нибудь подозрительное, он получит прямое Круцио, если не АК, прежде чем сможет блокировать или контратаковать. А потом была Нагини. Даже при том, что Северус ничего так не желал, как отравить или в упор проклясть Темного Лорда, Нагини, скорее всего, начала бы действовать до того, как он смог бы полностью осуществить это. О да, без сомнения, Нагини была величайшей союзницей Волан-де-Морта. Иногда Северус задавался вопросом, рассматривала ли Нагини Волан-де-Морта как приемного сына или что-то в этом роде. Она настолько защищала его. Однако, даже без Нагини и Беллы, попытка осуществить любой подобный план в любом случае была обречена на провал. Волан-де-Морт был невосприимчив ко многим ядам, благодаря бесчисленным изменениям, которые он производил над собой, и он был очень хорош в распознавании зельеварительных зелий до того, как их проглатывал. Дамблдор не зря говорил, что Риддл был блестящим учеником. А что касается проклятия на него в его ослабленном состоянии, Волан-де-Морт все еще был чрезвычайно быстр, и он всегда был вооружен своей палочкой. Нет, Северусу нужно было бы продолжать действовать как верному слуге. В случае неудачи он мог потерять слишком многое — свет потерял бы шпиона, а Гарри — проводника - и даже если бы ему удалось проклясть Волан-де-Морта, нужно было учитывать пророчество. В будущем было несколько случаев, когда Темный Лорд должен был быть убит, но этого не произошло. Северус подозревал, что здесь замешана Старая Магия. Что-то защищало Волан-де-Морта, предотвращая его гибель, и Северус только надеялся, что он был прав, полагая, что Гарри был ключом к тому, чтобы наконец положить этому конец. Когда его лечебные заклинания закончили посылать ему отзывы, Северус нахмурился, хотя внутри он ликовал. "Северус?" Спросил Волдеморт пугающе ровным голосом. "Что стало причиной этого?" Спросил Северус, несмотря на то, что уже знал. Волдеморт сдержал рычание. "Металлический снаряд, называемый пулей". "Милорд, я вижу, что два ваших ребра недавно зажили, но . . . . " Северус глубоко вздохнул, пытаясь скрыть свой восторг за ментальными щитами и стараясь казаться серьезным. "Пуля вошла во второе нижнее ребро и поразила его, в результате чего оно раскололось, когда пуля продолжила движение вверх, прошла через печень и задела правую почку, прежде чем застрять у основания другого ребра. Если бы пуля прошла мимо этого ребра, пуля вышла бы примерно посередине спины, в дюйме от позвоночника. К сожалению, этого не произошло, и из-за лечения Беллатрикс оно теперь встроено в восстановленное ребро. Я не смогу его сейчас удалить, если вы не пожелаете, чтобы я физически вошел. Простое обращение к нему может нанести непоправимый ущерб вашему позвоночнику, не говоря уже о серьезном повреждении недавно зажившего ребра." "Тогда просто оставь это", - заявил Волдеморт, хотя его взгляд переместился на Беллу. Темный Лорд был недоволен. "Конечно, милорд", - заявил Северус, решив не упоминать риск заражения, и меньше всего столбняка. Это было то, о чем большинство волшебников никогда даже не задумывались, а те немногие, кто задумывались, были магглорожденными. Зелья, такие как Pepper-Up, обычно решали такие проблемы, но с серьезными инфекциями, такими как те, которые возникали из-за инородных тел, застрявших в мышцах, костях и других тканях, можно было справиться только с помощью агрессивных режимов приема зелий — режимов, которые Северус не собирался комментировать, а тем более предоставлять. "Я дам вам зелья, чтобы залечить повреждения, нанесенные вашей печени и почкам. Это должно значительно помочь вашему выздоровлению, милорд", - сказал Северус, доставая упомянутые зелья. "Однако, прежде чем вы примете их, вам нужно знать, что вы не сможете использовать какие-либо мощные заклинания в течение 48 часов. Зелья направят часть вашей магии на исцеление внутренних повреждений, и препятствование этому может отсрочить ваше выздоровление. " "Очень хорошо, Северус. Через сколько пройдет эта рана?" "Что ж", - начал Северус, решив, что немного потешить самолюбие не помешает. "Для обычного волшебника я бы сказал две-три недели, но для вас, с вашей силой и магическими резервами, я бы сказал, от шести до десяти дней". Волдеморт медленно кивнул, обдумывая ситуацию. "В этом нет ничего неприятного. В любом случае, мои планы не требуют от меня особых действий в ближайшие недели", - заявил Волдеморт, когда Северус выложил необходимые зелья на боковой столик, прежде чем убрать остальные вещи. "Мне закрыть вам рану, милорд?" "Да, как ясно, Беллатрикс неспособна", - усмехнулся Волан-де-Морт, его раздражение по поводу своего самого ревностного слуги было громким и явным. Беллатрикс съежилась. "Спасибо, что оказали мне эту честь, милорд", - сказал Северус, умело взмахнув палочкой, снимая промокшие бинты и залечивая пулевое отверстие . , , счастливо запечатав осколки и посторонние примеси в теле Волдеморта. * Гарри наблюдал, как Перенель вывела Норберту из конюшни на поле рядом с ними. Николас сказал ему, что им нужно будет использовать Магию Дракона, чтобы начать снимать блокировку с его магии, и поскольку Норберта знала его и доверяла ему, она была оптимальным выбором. "Ты должен делать в точности то, что я говорю, Гарри. Если ты не будешь следовать моим инструкциям, это может привести к ужасным последствиям", - сказал Николас, положив твердую руку ему на плечо. : Да, Гарри. Делай, что он говорит: сказала Корал у его ног, прежде чем скользнуть к Перенель, чтобы посмотреть. "Я понимаю", - сказал Гарри, стараясь не сглатывать слишком громко. "Хорошо. Я хочу, чтобы ты посмотрел ей в глаза и просто удерживал ее взгляд. Не отводи взгляда, пока она этого не сделает, - сказал Николас, обошел Норберту и положил руку на ее чешую. Гарри сделал, как ему сказали, Норберта смотрела ему в глаза с такой интенсивностью, какой он никогда раньше не видел в глазах других людей, когда Николас начал шептать на незнакомом языке. Глаза Норберты заострились, когда в них появилось голубоватое свечение, прежде чем оно сменилось серебристым. Гарри не смог бы отвести взгляд, даже если бы захотел. Нахлынул прилив силы, хотя Гарри не мог понять, откуда. Было жарко, но от жара, который был защитным и стойким. Он почувствовал, как его руки сжались в кулаки, а колени ослабли, его зрительный контакт с Норбертой не дрогнул. Ее глаза снова вспыхнули, и он почувствовал тяжесть в сердце. Оно не поднималось, а становилось все тяжелее, и он почувствовал, как вздымается его грудь и колотится сердце. Как раз в тот момент, когда он думал, что будет раздавлен изнутри, тяжесть опустилась, как будто впиталась, и именно тогда Норберта наконец отвела взгляд. Гарри попытался последовать его примеру, но вместо того, чтобы просто отвести взгляд, в глазах у него потемнело, и он почувствовал, что падает. Следующее, что Гарри осознал, это то, что он лежит в своей постели в доме Фламелей. "Что ж, Гарри, я верю, что сегодня ты добился большого прогресса. Поздравляю, ты только что снял примерно четверть замка, который у тебя был", - сказал мистер Фламель, наклоняясь к нему. Гарри моргнул. "Что это значит, сэр?" "Почему бы тебе не сотворить что-нибудь и не посмотреть?" спросил он, когда Корал соскользнула с запястья Николаса и шлепнулась на кровать рядом с ним. Гарри медленно сел и вытащил свою палочку феникса. Это было по-другому. Это определенно все еще была его палочка, но он мог чувствовать струйки тепла, просачивающиеся к его ладони и от рукояти палочки. Это было потрясающе. "Что мне разыграть?" Спросил Гарри. Мистер Фламель сделал паузу, прежде чем вынуть очки для чтения и быстро разломить их пополам. "Как насчет Репаро?" спросил он, кладя сломанные рамки на кровать. Гарри моргнул, прежде чем сделать, как было предложено. Он собрал свою магию, немного нервничая, поскольку это был первый раз, когда он произносил это заклинание, хотя он знал заклинание и движение палочки. "Reparo." Его магия пульсировала в воздухе, сметая все вокруг, когда он указал палочкой на разбитые очки. Вокруг них раздавались странные хлопки, скрежет и шарканье, когда очки Николаса волшебным образом отогнулись и были закреплены. С этими словами Гарри перевел взгляд на другие вещи в комнате, с удивлением обнаружив, что они в еще лучшем виде, чем были раньше. Николас начал смеяться. "Молодец, дитя! Видишь? И еще осталось снять три четверти замка, но перед этим тебе нужно привыкнуть к тому количеству магии, которое теперь в твоем распоряжении". Гарри всем сердцем согласился. * Ремус вошел в свои покои в Хогвартсе. Благодаря Дамблдору и остальным, он сможет оставаться преподавателем Зоти в Хогвартсе в обозримом будущем. Проклятие исчезло, ну, оба проклятия, если учесть его бывшую Ликантропию. Их работа над оберегами принесла много пользы. Проклятие Зоти не только исчезло, Хогвартс стал более укрепленным, чем когда-либо прежде. У нее были чары, которые вызывали ревность в Гринготтсе, и агрессивная защита, которая немедленно срабатывала, если кто-то со злыми намерениями пытался прорваться, человек или кто-то другой, особенно те, кто был замаскирован под что угодно. Он подошел к своему дивану и откинулся на спинку, размышляя о недавних событиях. Альбус вернется в Хогвартс на следующий день, но будет прикован к постели на следующую неделю. Операция, проведенная тремя днями ранее, прошла успешно, и врачи надеялись, что его выздоровление пройдет без происшествий. Пока что психическое здоровье директора было стабильным. Он признался, что чувствовал себя немного усталым, но этого следовало ожидать. Его речевые обороты улучшились, но он все равно собирался к логопеду, так как его произношение сбивалось, когда он особенно уставал. Он также посещал физиотерапевта, чтобы помочь восстановить утраченную им мелкую моторику левой стороны тела. Когда он вернулся в Хогвартс, терапевты работали с ним по понедельникам и четвергам. Что касается его концентрации внимания, было еще слишком рано говорить наверняка, но все выглядело намного лучше, чем они ожидали. Однако не все было так позитивно. После того, как он пришел в сознание и получил свою первую больничную трапезу, вскоре стало ясно, что он что-то потерял. Его чувство вкуса. Сначала Помфри и другие думали, что он просто хотел, чтобы они принесли ему что-нибудь сладкое, поскольку он жаловался на пресную больничную еду, но после того, как Северус взял на себя смелость тайком взять пончик с лимоном и придать ему форму простого ломтика хлеба, все стало ясно. После нескольких экспериментов с едой они узнали, что у Дамблдора была гипогевзия — частичная потеря вкуса и гипосмия — частичная потеря запаха. Он чувствовал вкус соли и сахара, но они должны были быть концентрированными, а не частью сложного блюда. Такие состояния были довольно частыми при травме лобной доли, и доктор Прайс сказал, что, к сожалению, они действительно ничего не могли сделать, чтобы помочь. Восстановить повреждение зависело от собственного тела Дамблдора. Альбус был обескуражен, но нашел утешение в том факте, что это может быть не навсегда. Они продолжали надеяться, что эта потеря чувствительности со временем вернется. Ремус закрыл глаза, унося свои мысли в другое место. Он только что вернулся из визита к Сириусу и поделился с ним некоторыми новостями. Он держал Северуса подальше от разговора, поскольку Сириус был еще незрелым, когда дело касалось чего-либо, связанного с этим человеком. Когда он кратко упомянул Северуса в разговоре с ним несколько дней назад, он ушел, отпустив нелепые замечания о том, что Снейп, вероятно, кланяется в ноги Темному Лорду. Ремус прояснил ситуацию, заявив, что Северус был шпионом и что сам Дамблдор безоговорочно доверял ему. Ремус также ясно дал понять, что больше не услышит от Сириуса ни одного негативного слова об этом человеке. Ремус все еще не упомянул, что Северус был мастером зелий Хогвартса и стал любимым учителем и бесценным наставником Гарри, но Ремус решил, что это может подождать. Сириус все еще выздоравливал, и ему не нужно было переносить инсульт. Сириус, конечно, задавался вопросом, где Гарри, но, учитывая недавние события, неохотно согласился со словами Ремуса: "Альбус пообещал, что Гарри в безопасном месте, но не сказал нам, где". Ремус вздохнул. Он хотел бы знать, где Гарри, но Альбус и Минерва молчали об этом. Все, что он знал, это то, что он больше не с Дурслями и, к счастью, никогда к ним не вернется. Ремус почти пожалел, что все еще не оборотень. Если бы ядовитые слова Северуса о них были каким-то указанием ... может быть, хотя бы раз было бы нормально ... Он прогнал эту мысль. Что за ужасная вещь, которую даже представить невозможно. Он отчитал себя, сосредоточившись на чем-то другом. Министерство и пресса постепенно успокаивались, несмотря на панику, но теперь все пришло в движение. Предлагались новые меры безопасности и законы, в то время как Фадж заверял общественность, что они работают над обеспечением их благополучия и что Дамблдор находится на пути к полному выздоровлению. Ремус знал, что мадам Боунс была раздражена небрежным отношением Фаджа, как и многие другие люди, особенно члены Визенгамота. Фадж занял позицию расслабленного перед лицом опасности, чтобы улучшить общественное мнение о себе, и Ремус был совершенно уверен, что это ничем хорошим не закончится — ни для кого. * "Я серьезно, Альбус. Легкая работа!" Мадам Помфри воскликнула. "Если я вернусь и найду тебя по уши в бумагах и без сознания, я, возможно, просто захочу оставить тебя в таком состоянии!" "Поппи, уверяю тебя, сегодня я не буду заниматься никакой бумажной работой. Минерва уже взяла на себя ответственность убрать из этого офиса все листы бумаги, на которых может потребоваться моя подпись. Я просто проведу небольшую встречу с Корнелиусом и Амелией Боунс, чтобы они могли честно рассказать публике, что видели меня и что я не собираюсь умирать. " Помфри поворчала на это, желая, чтобы Дамблдор отнесся ко всему более серьезно и остался в постели еще на неделю вместо того, чтобы возвращаться к своим обязанностям. Но он был директором школы, главой Визенгамота и множеством других вещей. Нужно было работать. Она все еще сомневалась, было ли хорошей идеей оставить Альбуса на всех его должностях, но в данный момент поиск замены принес бы больше вреда, чем пользы. Мерлин знал только, какой человек займет его место, если он решит уйти с должности. Что касается Фаджа, то она не удивилась бы, если бы в дело вмешался кто-то вроде Яксли. "Что ж, если ты начинаешь уставать, тебе лучше вернуться в постель, Альбус", - заявила Помфри. "Я сделаю это, Поппи, я сделаю", - пообещал он, садясь за свой стол, когда камин вспыхнул зеленым. Вышла мадам Боунс, вскоре за ней последовал министр Фадж. "Доброе утро, мадам Помфри", - поздоровалась мадам Боунс, прежде чем посмотреть на Альбуса. "Как дела, Альбус?" "Намного лучше, чем я был на прошлой неделе", - весело ответил Дамблдор. "Да, нам сказали, что ты находишься под присмотром экспертов за пределами Министерства", - сказал Фадж. "Они хорошо с тобой обращались?" Дамблдор поднял бровь, как будто удивляясь, почему Корнелиус думает иначе, но на самом деле он был удивлен, что они не знали, что он находился под нежной заботой магглов. "Да, прекрасно. Я многим им обязан", - честно ответил он. "Ну, Альбус, увидимся позже", - сказала Помфри, направляясь к двери и кивком попрощавшись с Фаджем и Кости. "Конечно, Поппи", - ответил Дамблдор, прежде чем жестом пригласил Фаджа и мадам Боунс сесть на стулья по другую сторону его стола. * Северус вышел из кабинета Люциуса и направился в библиотеку. Они только что закончили обсуждать недавние события и меры предосторожности на случай того, что может произойти. Войдя в затемненную библиотеку, он наложил мягкий люмос и начал сканировать полки. Здесь было много полезных знаний, и Северус хотел заново познакомиться с несколькими контрзаклятиями. Он закрыл глаза, темные переплеты напомнили ему о дневнике Риддла, который он недавно уничтожил. Он был довольно упругим и стойким, но в конце концов не выдержал его дьявольского пламени. Он избавился от злой твари в Комнате Требований, и это было освежающее приключение. Он знал, что Люциус был недоволен тем, что он уничтожил дневник, но даже Люциусу пришлось признать, что без него миру стало лучше. Он просто надеялся, что Темный Лорд не будет просить об этом в ближайшее время. "Крестный отец"? Северус обернулся и не удивился, обнаружив Драко, стоящего у него за спиной. "Да, Драко?" спросил он, поворачиваясь и снимая книгу с полки. Северус перенял внешность Драко. Нельзя было отрицать, что мальчик был чистокровным принцем, но было что-то ... напряженность в его плечах, настороженность, запечатленная на его юном лице, чего не должно было быть. "Я не знал, что ты здесь", - сказал Драко через мгновение. "Мама не говорила, что ты придешь или что ты уже приехал". "Это потому, что она не знает. Я пришел сюда, чтобы поговорить с твоим отцом и провести кое-какие исследования", - сказал он, решив, что в данный момент скрывать ничего не нужно. Драко кивнул, его глаза метнулись к обложке книги. Он не прокомментировал материал для чтения Северуса — "Магия тьмы" - вместо этого он переминался с ноги на ногу и выглядел нервным. "Тебя что-то беспокоит, Драко?" Драко медленно кивнул, прежде чем Северус жестом пригласил его сесть на ближайший стул, а сам обошел вокруг и встал перед ним. "Примерно неделю назад я, э-э, подслушал разговор моих родителей", - начал Драко. Северус слушал, как Драко кратко излагает все, что он услышал, включая принятые меры предосторожности, то, что его родители больше не поддерживают Темного Лорда и то, что Гарри является тем, кто должен убить Волан-де-Морта. "Понятно. Почему ты не сказал своим родителям, что подслушал?" Спросил Северус. "У них и так достаточно забот, и мои рассказы ничего не изменят", - рассуждал Драко. "Кроме того, отец ненавидит, когда люди подслушивают". "Тогда зачем ты мне это рассказываешь?" Драко пожал плечами. "Я не знаю. Я просто... не уверен в нескольких вещах. Если мы с мамой действительно уедем из Европы, что будет с отцом и всеми остальными? Что будет с тобой? Ты думаешь, все действительно станет так плохо? Ты думаешь, Сам-Знаешь-Кто станет настолько могущественным?" Северус подавил вздох. "Драко, я всегда был честен с тобой, так что послушай меня сейчас. Возможно, все будет не так уж плохо, но если это произойдет, у меня и ряда других есть несколько резервных планов, чтобы помочь защитить как можно больше людей. Также знай, что твой отец и я не станем растрачивать свои жизни в бесполезных попытках и не будем идти на ненужный риск. То же самое касается любого другого, кто решит остаться и сражаться, если будущее станет чрезвычайно тяжелым. А что касается того, что я думаю о Темном Лорде ... вопрос больше не в том, станет ли он настолько могущественным. Он уже есть. Однако сила - это еще не все. Есть некоторые вещи, которые Темный Лорд никогда не поймет и не будет иметь. Он не непобедим. " Драко кивнул, хотя было ясно, что слова Снейпа его не совсем успокоили, просто немного успокоили. "Гарри ... я имею в виду, это правда? Гарри придется встретиться с ним лицом к лицу?" "Я полагаю, что Гарри уже дважды лично встречался с ним за последний год, но, если я правильно понял ваш вопрос, да, когда-нибудь ему придется встретиться с ним еще раз и навсегда победить его". "Это из-за того, что случилось раньше? Я имею в виду, когда он был ребенком?" Спросил Драко. "Да". Северус решил не вдаваться в подробности. Сам по себе ответ был достаточно тревожным. "Ты думаешь, у него получится, Крестный отец?" Спросил Драко. Северус ответил не сразу, его мысли возвращались к будущим битвам и борьбе Гарри, неудачам и рискованным ситуациям, пока мысленным взором он не увидел пару пронзительных зеленых глаз — последнее, что он увидел перед тем, как появился в своей каюте девять лет назад. "Он это сделает", - твердо заявил Северус, который никогда в жизни ни в чем не был так уверен. * Дамблдор был рад видеть, что Фадж покидает его кабинет, и хотя он не возражал против мадам Боунс, он хотел побыть один, поэтому любезно попрощался с ней, когда она исчезла в камине. Какая скучная и почти совершенно бессмысленная встреча. Ну, он предположил, что просто был не в настроении терпеть болезненно самодовольный монотонный голос Фаджа — не то чтобы он когда-либо был в настроении, но это было к делу не относится. Мадам Боунс хорошо справлялась с работой, насколько он мог судить. Он испытал облегчение от того, что кто-то вроде нее стал главой Департамента обеспечения магического правопорядка. Он сомневался, что было много других людей, которые отреагировали бы так же хорошо, как она, за последние несколько недель. Что касается Фаджа, то этот человек был безнадежен. Если это было возможно, он стал еще большим идиотом, чем когда-либо прежде. Это было так, как будто он был в другом мире, не обращая внимания на текущие опасности, угрожающие Министерству и населению Англии в целом — как магглам, так и волшебникам. Это было почти так, как если бы . . . . Альбус нахмурился, когда что-то, казалось, ударило его по мозгам. Что-то было упущено. Что-то было не так. Что-то было не так с Фаджем. Дамблдор открыл боковой ящик и потянулся за миской, по которой ему так не хватало на прошлой неделе. Он поставил миску с лимонными дольками на стол и отправил одну в рот. Разочарованный почти полным отсутствием вкуса, он запихнул еще пять, не обращая внимания на странный взгляд, которым теперь одаривал его Фоукс. Был ли он неправ? Видел ли он проблемы, которых не было (не то чтобы сам Фадж уже не мог считаться проблемой)? Дамблдор откинулся на спинку стула и начал закрываться. Возможно, прояснение сознания помогло бы ему добраться до сути этого. По мере того, как он это делал, всплывали случайные мысли, мысли и воспоминания, над которыми он был доволен поразмыслить мгновение, прежде чем отбросить их в сторону и перейти к следующему. Альбус улыбнулся, вспомнив, что Северус рассказал ему несколько дней назад о том, что он сделал с Волдемортом. Только у Северуса хватило бы смелости запечатать инородные частицы в теле Темного Лорда под наблюдением не только самого монстра, но и Беллатрикс и Нагини. Этот человек был смелым, и хотя его нельзя было назвать бесстрашным, он был храбрее, чем многие о нем думали. И хотя Альбус знал, что рано или поздно наступят последствия, он отчаянно надеялся, что действия Северуса никогда не будут обнаружены Волан-де-Мортом и его последователями. Добром это не закончится. Отогнав это воспоминание, он перешел к следующему, уверенный, что почти закончил, но потом что-то дернулось. Он открыл глаза, ему не нравилось неприятное ощущение, которое он только что испытал, и он знал, что ему нужно перестраховаться и обратиться за помощью. Он не мог допустить, чтобы то, что только что произошло, стало еще хуже. У него было слишком много воспоминаний, которые ему нужно было привести в порядок и, откровенно говоря, похоронить. Он повернул голову к Фоуксу, который смотрел на него с беспокойством. "Пожалуйста, пошлите за Северусом. У меня такое чувство, что с этим нужно разобраться как можно скорее", - сказал он. Фоукс кивнул и исчез в огненном шаре. * Северус бросил верхнюю одежду на спинку стула, уже готовый закруглиться, когда Фоукс вспыхнул прямо у него за плечом. Он не смог удержаться от удивленного восклицания ругательства, когда Фоукс схватил его за плечо и быстро оттащил прочь. Он быстро узнал кабинет директора и не мог не опасаться худшего, когда повернулся лицом к столу своего наставника. Но его опасения, казалось, были необоснованны, когда он обнаружил Дамблдора, сидящего за столом, выглядящего спокойным и совершенно здоровым. Северус силой успокоил свое бушующее сердце, удивляясь своему внезапному вызову, учитывая поведение этого человека. "Директор, я надеюсь, это срочно?" Северус справился. "Боюсь, что это так, Северус. Видишь ли, минуту назад я закрывался и был вынужден остановиться. Я думаю, что что-то не так. Не мог бы ты ...?" Он слегка указал на свой висок. Северус нахмурился, но все равно достал волшебную палочку и подошел к столу. "Что случилось?" "Я не уверен, но пока я закрывал, я почувствовал резкое изменение. Это трудно описать, но это было очень неудобно ". "Я попытаюсь понять, что не так", - заявил Северус после того, как произнес диагностическое заклинание и не получил ничего примечательного. "Готов?" Альбус кивнул. "Легилименты!" Что ж, разум Дамблдора, безусловно, был многослойным, сложным и эксцентричным. Внешний ментальный щит представлял собой нежный водопад из лимонных капель. Когда ментальная защита Альбуса была полностью поднята, это была мощная лавина непробиваемых желтых конфет. Благодарный за то, что Директор немного смягчил свою окклюменцию, Северус продолжил, пытаясь понять, что, по-видимому, было не так. Он почти начал думать, что это было в воображении его наставника, когда это произошло. Это было едва заметно, но это было там. "Это случилось снова", - услышал он голос Дамблдора. Северус пошел дальше, пытаясь найти, откуда произошел толчок, когда это произошло снова, направляя его в определенное место. Ему потребовалось время, чтобы изучить то, что он чувствовал, прежде чем отступить и закончить заклинание. "Думаю, я понимаю проблему, директор. Часть вашей защиты ослабевает, и когда ваша магия обнаруживает это, она пытается это исправить — отсюда толчки. Я сомневаюсь, что это надолго или повод для большой тревоги, поскольку я чувствую, что твои способности к этому магическому искусству все еще присутствуют и сильны. " "Чем это вызвано и насколько серьезно?" Спросил Альбус. Северус не был удивлен вопросом. Любому человеку, независимо от его опыта, было трудно увидеть и диагностировать проблему в пределах своих собственных ментальных щитов. Вот почему настоятельно рекомендуется обращаться за помощью к надежным окклюментам и легилиментам при подозрении на проблему. Иногда кому-то "извне" нужно было взглянуть. "Я могу только предположить, что это результат вашей недавней травмы головы. Как вы знаете, мы не до конца понимаем работу мозга, но ясно, что такие травмы могут иметь последствия для каждого аспекта разума. Я полагаю, вам просто нужно будет заново укрепить и, возможно, перестроить несколько секций вашей защиты. Я также не удивлюсь, если исправление этого поможет решить некоторые другие ваши проблемы, в основном с концентрацией. " Дамблдор улыбнулся. "Я верю, что ты прав, мой мальчик. Спасибо". "Что касается расположения переломов, я бы сосредоточился на недавних воспоминаниях, а затем пошел бы оттуда. Повреждения, похоже, не уходят слишком далеко в прошлое, с точки зрения памяти ". "Это не должно быть слишком сложно", - сказал Альбус, испытывая облегчение от того, что все оказалось не так серьезно, как он изначально опасался. "Нет, так не должно быть, но если тебе понадобится моя помощь, я буду в своей каюте", - сказал Северус, мягко кивнув. С этими словами Северус вышел через камин, оставив способного Директора заниматься кое-каким мысленным ремонтом.