Цветы распускаются сами.

      Герда сидела на старых полусгнивших мостках Чёрного озера, бездумно уставившись на тёмную непрозрачную гладь воды. Она была счастлива и хотела побыть в этом ощущении подольше. Именно поэтому девушка ушла подальше от здания школы, чтобы не лицезреть лишний раз, как Меркуцио Хоффман обнимает свою Китти, как целуется с ней.       Нелогично.       Это было нелогично, Меркуцио.       После всех этих ужасных, жестоких слов, что ты мне наговорил.       Ты сам смотришь на меня. Улыбаешься…       Это нелогично. Но это… Так здорово!       А потом ещё недавно был тот случай на берегу озера. Герда читала книгу и уснула. Ей приснился странный сон. Очень похожий на ожившую мечту.       Меркуцио.       Ей приснилось, что он был там, на берегу. Во сне она чувствовала его запах. Он был так близко… Кажется, лежал рядом, а потом склонился к ней… Она почти почувствовала прикосновение горячих губ на своей щеке!       Герда вспыхнула вся, словно огнём охваченная.       Она проснулась тогда, и взгляд метнулся на примятую траву рядом с ней. Там блестел галеон. Меркуцио любил вертеть галеон в своих пальцах.       Святые моллюски…       Герда без сил уронила голову в мягкую щекочущую зелень.       Он и правда был там.       Девушка вспоминает, снова и снова, и смотрит на тëмную воду озера, и вдруг её накрывает аромат можжевельника и нагретой кожи.       Запах свободы. Запах Хоффмана.       Она зажмуривается, боясь обернуться, но этот запах окутывает её всю, она погружается в него полностью, и становится так тепло и хорошо, потому что…       — Росси… Привет. Ты одна и без охраны? Меркуцио с задумчивым видом садится рядом, смотрит на тёмную воду, усмехается каким-то своим мыслям. - Привет, - отвечает Герда, не понимая, как воспринимать такое неожиданное появление Хоффмана рядом с собой. Она поворачивает голову и встречается с растерянным взглядом. Похоже, его светлость и сам в замешательстве. - Хоффман... - М? Они смотрят друг на друга, и Росси кажется, что её душа вернулась домой. Ей так хорошо просто оттого, что он сейчас рядом. Сам пришёл. - Что случилось, Хоффман? Девушка нервно теребит нитки рваной прорези своих джинсов на колене. Взгляд парня устремляется к её пальцам, и он отвечает внезапно осипшим голосом. - А что случилось? - Я тоже хотела бы это знать. Меркуцио отводит взгляд в сторону, бросает в воду камушек, и произносит, пожимая плечами: - Ничего. Герда хмурится, и встаёт с места. Хватит с неё на сегодня этих загадок. То, что она точно теперь знает, - что надо вовремя уходить, если не хочешь выглядеть потом глупо. Она очень соскучилась по Хоффману, но ей хватит ума этого не показывать. Пока она успешно с этим справлялась. Вроде бы. Девушка подошла к самой кромке воды, и зябко обхватила себя за плечи. Сейчас самое время уйти. Почему это так трудно сделать? Так хочется ещё немного побыть с ним рядом, когда он сам пришёл. - Росси... Тягучий мурлыкающий голос возле самого уха, по спине бегут мурашки, а прядь её волос слегка колеблется от чужого дыхания совсем рядом.       — Росси…       Он повторяет и склоняется ближе к ней, потому что её спина чувствует тепло его тела, он вошёл в её орбиту своей галактикой, и звёзды в её груди взрываются, превращаясь в сверхновые…       — Что? — еле слышно шепчет Герда, потому что у неё внезапно наступает дисфункция речи.       Он улыбается, она это знает точно, потому что его губы едва уловимо касаются мочки её уха. Герда прикрывает глаза и тонет в нежности от ощущения его губ на себе, забывая дышать.       — Куда это ты собралась?— мурлычет он, и томительно нежно проводит губами по её уху, легонько, словно пëрышком, но Герда от этого невесомого прикосновения готова упасть в обморок.       На этот раз от нереального ощущения счастья.       —Ты чего? — тихо произносит она и ищет в себе силы, чтобы обернуться, но их нет совсем.       Она вся словно растаявшее на солнце ягодное желе. У неё словно ни одной косточки в теле не осталось.       — Т-с-с, Росси, это будет наш с тобой секрет… — слышит она бархатистый голос, и ощущение прикоснувшихся губ, на этот раз уже к её шее, выбивает девушку из реальности.       Герда Росси приходит в себя только в гостиной Экодельëна, абсолютно не помня, как здесь оказалась, вообще не помня ничего, кроме Хоффмана, его аромата, его мурлыкающего голоса, прикосновения его горячих губ…       Потому что прикосновения холодного на вид Меркуцио Хоффмана были сравнимы только лишь с ощущением горячих языков пламени.       Меркуцио Хоффман, даже если твой огонь — это Адский огонь, я всё равно не боюсь.       Я хочу сгореть.