Цветы распускаются сами.

      В мрачном готическом городе Лондгорде, окутанном туманом и пронизанном запахом сырости, находилось казино под интригующим названием «Чёрный Эдельвейс». Летящее каноэ приземлилось перед выполненным в стиле викторианской готики зданием с острыми шпилями, витражными окнами и коваными железными перилами.       Охранник — гремлин, стоящий у входа в казино, неказистое существо с лохматыми волосами, острыми ушами и зелёной кожей, зачарованно смотрел на небольшое, вдруг возникшее из воздуха деревянное судно, украшенное со всех боков различными магическими символами и рисунками. Дело было в том, что каноэ было покрыто специальным защитным слоем, который делал его невидимым для обычных глаз во время полёта — его было видно только тогда, когда каноэ опускалось на землю.       Герда и Селена выбрались из своего транспорта и с интересом осмотрелись.       — Вход свободный? — светским тоном осведомилась Селена у гремлина, рассматривая его чёрную униформу и значок в виде серебряного эдельвейса на лацкане его пиджака.       Тот сердито зыркнул на девушек и зачастил:       — В наше заведение могут попасть лишь лица, достигшие совершеннолетия, с условием отсутствия запрещённых магических предметов или заклинаний, которые могут повлиять на результаты игры.       — Ну, так мы точно такие и есть. Будь лапочкой, проведи нас в вип-зал… — промурлыкала Селена и подарила гремлину самую нежную из своих улыбок.       Охранник, в жизни не слышавший слова «лапочка», с трудом представлял, что это такое, но ему было очень приятно, и он, как послушный ягненок, провёл девушек туда, куда им требовалось.       Казино было разделено на несколько зон: игровую зону, зону отдыха и зону для VIP-гостей. В игровой части были расположены столы для карточных игр, рулетка и игровые автоматы. Зона отдыха предлагала посетителям уютные кресла и диваны, где они могли перевести дух после очередного проигрыша, а VIP-зона отличается более роскошным интерьером, повышенным уровнем обслуживания и более высоким уровнем угрозы покинуть «Чёрный Эдельвейс» лишь в нижнем белье. Такое там бывало, и официанты в чёрных костюмах и масках, церемонно разносящие напитки и закуски клиентам, не удивлялись, если вдруг клиент сидел за столом лишь в одних трусах.       Герда и Селена пробирались между столиков, в воздухе витал запах дыма от ароматических свечей и ладана. Игроки здесь были разными: от обычных посетителей, желающих попытать удачу, до опытных игроков, стремящихся сорвать большой куш. Среди них были и те, кто пришёл сюда ради развлечения и общения, и те, кто хотел испытать свои силы в азартных играх.       Здесь были и жители Лондгорда, богатые и влиятельные волшебники, которые хотели показать своё мастерство и умение рисковать. Другие же были простыми студентами, которые пришли сюда, чтобы забыть о своих проблемах и насладиться атмосферой праздника. Были и те, кто приходил в казино, чтобы встретиться с друзьями или завести новые знакомства. Они общались, делились впечатлениями и рассказывали друг другу истории о своих победах и поражениях.       «Черный Эдельвейс» привлекал внимание всех, кто любил азартные игры и мечтал о том, чтобы удача улыбнулась именно ему.       Селена вертела головой во все стороны, стараясь увидеть и запомнить как можно больше. На её разрумянившемся лице ясно читалось восхищение, и Герда понимала, почему. Здесь, помимо людей, собрались разнообразные волшебные существа, и Селена чувствовала себя сладкоежкой, попавшей на шоколадную фабрику. Герда же искала лишь обладателя светлых волос и штормового взгляда, и все остальные участники этого действа казались ей досадной помехой.       — Селена, вспомни, зачем мы сюда с тобой пришли, — прошипела Росси на ухо подруги, когда та застыла напротив столика, за которым гномы резались с эльфами в нарды.       — Герда, ну как ты не понимаешь! Именно здесь можно изучать характер всех волшебных существ! Вот посмотри, эльфы — изящные и ловкие, обладающие острым умом и быстрой реакцией. Они предпочитают играть в интеллектуальные игры, как и гномы — очень упорные существа, известные своим мастерством в создании ювелирных изделий и механизмов, и тоже любящие настольные игры, где требуется терпение и внимательность…       — Умоляю, Селена, соберись, и вспомни, что мы ищем здесь Хоффмана и Луни Торнадо, а если ты будешь стоять по часу около каждого стола, то мы до рассвета не доберёмся до вип-зала!       Но прежде чем подруги дошли до места назначения, Герда выслушала короткие, всего-то минут на двадцать каждая, лекции о психологии игры драконов (величественные и могущественные существа, обладающие огромной силой и мудростью. Они предпочитают играть в азартные игры, где нужно проявить смелость и рискнуть); фей (лёгкие и воздушные существа, обладающие способностью летать и творить чудеса. Они любят играть в игры, связанные с ловкостью и скоростью, например, в бильярд или настольный теннис), и единорогов (благородные и гордые существа, обладающие невероятной красотой и силой. Они предпочитают играть в спокойные игры, такие как бридж или покер).       Все эти волшебные существа, к великой досаде Герды Росси, собрались сегодня в «Чёрном Эдельвейсе», чтобы насладиться атмосферой праздника, испытать свою удачу, хорошо провести время и максимально отвлечь Селену Ливси от намеченного ими предприятия по спасению Хоффмана из цепких лап коварного Луни Торнадо.       Худо-бедно, но где-то через полтора часа после прибытия Герда наконец увидела то, зачем сюда пришла. Радостно подпрыгнувшее, словно щенок при виде своего любимого хозяина, сердце, подсказало ей, что она не ошиблась.       Это определëнно был Хоффман, на удивление трезвый, несмотря на свой проигрыш. Едва девушка посмотрела на него, как все посторонние звуки и лица исчезли, и ноги сами понесли её к дальнему столику возле стены, где сидел мрачный, погружëнный в свои мысли Мрако Меркуцио в гордом одиночестве. Луни Торнадо рядом не наблюдалось.       — Привет.       Герда приземляется напротив Хоффмана и смотрит прямо в его глаза.       Соскучилась.       Святые Хранители, как же я, оказывается, соскучилась…       Хмурый штормовой взгляд устремляется на неё, брови изумлëнно ползут вверх, под самую чёлку, небрежно падающую на лоб. Ту самую чёлку, которую ей всегда хотелось поправить.       — Росси? А ты что тут забыла?       Тебя.       Это едва не срывается с губ девушки, но она вовремя прикусывает нижнюю губу. Она сумела промолчать, но она не в силах скрыть радость, которая словно радуга с неба, спустилась на неё, раскрасила мрачные стены и интерьер в яркие цвета, и выплескивалась светящимися искрами на ошарашенного Меркуцио из её сияющих глаз.       — Привет, Меркуцио.       Откуда-то сбоку, дыша духами и туманами, возникает из полумрака Селена Ливси, и, словно белое облачко, неслышно опускается на стул рядом с Гердой.       Хоффман качает головой, проводит по светлым волосам, словно приводя в порядок волосы, надеется привести в порядок и свои мысли, достаёт сигарету, закуривает. Оперевшись на стол, он наклоняется очень близко к Герде, так что её с макушкой накрывает можжевеловый аромат, пополам с терпким горьковатым запахом его табака, и шепчет прямо ей в губы:       — Соскучилась, Росси?       Герда прикрывает глаза.       Это невыносимо.       Она решительно вздëргивает подбородок, смотрит на него и выдыхает, словно в ледяную воду прыгает:       — Да.       Меркуцио выпускает длинную струю дыма, щурится на неё, а потом…       — Я тоже, — тихо и как-то обреченно отвечает он.       И для Герды окончательно исчезает весь мир, остаётся только этот штормовой взгляд с чёрными, затягивающими в себя, радужками. Вселенная схлопывается до размеров его глаз, и даже гравитация, кажется, теперь работает не к центру земли, а к точке между ними.       Я тоже.       Кто-нибудь знает, какие слова могут сделать человека абсолютно счастливыми?       Хоффман, кажется, знает. И Герда теперь — тоже.

***

      Луни Торнадо шёл по залу ленивой походкой сытого тигра, когда искрящиеся вибрации воздуха возле одного из столов заставили его замереть на месте.       Он присмотрелся.       Так, с этими двумя всё ясно. Почти видимые взгляду флюиды страсти и влюблëнности красными и золотыми нитями опутывали светловолосого парня и милую девчулю с глазами лесного олененка. Они сидели напротив друг друга, почти соприкасаясь носами. Было ясно, что от поцелуя их отделяет один лишь нежный вздох.       Луни покачал головой. Этот парень, как там его, Хоффман, продулся ему в пух и прах, но сейчас сроду не подумаешь, что это его расстроило. Судя по всему, юный лорд в шаге от того, чтобы накинуться на свою девчулю и утащить в укромное местечко, чтобы на деле доказать то, о чём просто кричат его голодные глаза. И радужные стайки бриллиантовых мюнхаузий, разлетающиеся, словно райские птицы, от этой парочки, подтверждают, что, скорее всего, так и случится.       Луни Торнадо ласково улыбнулся, видя как губы юноши решительно и жадно припали к нежно открывшемуся ему навстречу розовому ротику.       Ах, молодость, молодость, когда-то он тоже был так молод и горяч, и порой так жаль, что всё в прошлом.       Луни хотел уж было пройти дальше, как вдруг заметил то, чего раньше не видел из-за яркой ауры влюблённой парочки. Восхитительно нежное, бело-розовое, пахнущее, как самое вкусное пирожное, очаровательное существо сидело совсем близко от него, склонив застенчиво свою белокурую головку.       Вокруг этой нимфы вились белые туманники и сиреневые пушистики и пели свои самые обольстительные песни. Эта прелесть, хоть и была девушкой, а не вейлой, но явно была своей для волшебных существ.       Луни задрожал от внезапно накатившей на него волны страсти и желания обладать этой нимфой всем своим прекрасным вейловским телом и сделал шаг по направлению к девушке за столом. А дальше было всё как в тумане.       Когда Мрако Меркуцио и Герда сумели оторваться друг от друга и прервать такой длинный и сладкий, как карамельная тянучка, поцелуй, то они обнаружили на столе возле себя кучу пиастров, и записку: «Забирай всё, ты мне ничего не должен. А вот я, кажется, должник твоей девчуле. Приглашаем вас с Селеной на наше венчание ровно через неделю. Навсегда твой Луни Торнадо».       Герда и Меркуцио обменялись счастливыми пьяными взглядами и собрались уже было продолжить то упоительное занятие, которым были так увлечены, как около плеча Хоффмана появилось смеющееся лицо Розы Веласкес. Смуглая красотка была лишь в пеньюаре, наброшенном на голое тело, она даже не заметила Герду, собственническим жестом притянула Мрако к себе и томно произнесла:       — Ты обещал, что покинешь меня лишь на пять минут, а тебя нет уже полчаса. Пена в джакузи почти уже вся растаяла, и домовики постелили нам с тобой свежее постельное бельё, черный шелк, как ты любишь. Идём, Мрако!       Меркуцио в это время глаз не сводил со сжавшейся в комочек Герды Росси. Губы Рози, сочные и пухлые, уже пробирались по его шее. Хоффману показалось, что по его коже ползёт мерзкая гусеница.       Герда молча смотрела на то, как Рози прижимается всё сильнее к Меркуцио, а тот закрыл глаза.       Когда Хоффман снова открыл их — Герды уже рядом не было.       Лишь огромная куча золотых монет весело блестела на столе.