Escaping The Light

Стоило родственникам Кейт попасть в палату, и они не покидали её до конца дня. Отец Кейт выглядел таким же подавленным, как и Виктория. Представившись Макс и остальным Ричардом и пожав всем руки, он занял своё место у кровати Кейт напротив Виктории. Мужчина поправил очки и сразу закрыл глаза — Макс заметила, как шевелятся его губы, и предположила, что мужчина в этот момент молился. Джессика стояла возле него, ничего никому не говоря. Через пару минут она положила чехол от скрипки на пол и села на стул позади своего отца, устремив унылый взгляд на сестру. В отличии от Ричарда, глаза Джессики не выглядели покрасневшими — не было ни единого признака того, что она вообще плакала. В какой-то момент зашёл врач, представился Ричарду и Джессике хирургом-ортопедом и провёл краткое обследование повреждённой ноги Кейт. После чего объяснил, что последний рентгеновский снимок показал тенденцию к исцелению костей, и доктора не хотят тащить Кейт на новую операцию так скоро после предыдущей. — Может быть, позже на этой неделе, — сказал он. — но не сейчас. — Когда она проснётся? — уточнила Виктория. Мужчина посмотрел на свои часы. — Возможно, сегодня вечером, но, вероятнее всего, завтрашним утром, — ответил он, оглядев комнату. — Конечно, вам всем разрешено оставаться, но я бы не ожидал, что она придёт в сознание в ближайшее время. Какое-то время все посетители оставались в палате, пока солнце не начало опускаться. Дерек с женой решили вернуться в свой гостиничный номер. Ричард попросил у Виктории разрешения остаться с дочерью, на что та согласно кивнула. Линн забрала Джессику с собой в квартиру Алиссы. Услышав, как зевает её девушка, Хлоя в конечном итоге отвезла Макс в её палату, предварительно призвав медсестру на помощь, чтобы вместе уложить её в кровать. Все остальные покинули госпиталь, за исключением Стеф, которая провела бóльшую часть дня в палате Макс за работой со своим планшетом. В тот момент, как Хлоя закатила Макс внутрь, она как раз рисовала с помощью стилуса. — Как там Кейт? — спросила девушка, отложив планшет в сторону. — Завтра должна проснуться, — откликнулась Хлоя, помогая медсестре поднять Макс из каталки. Когда они аккуратно усадили её на кровать, медсестра установила капельницу на изначальную позицию и ушла. — Говорят, над ней ещё нужно поработать, но они не хотят делать это прямо сейчас. Макс заёрзала на месте, когда Хлоя стала располагать её на кровати. — Я и сама могу кое-что сделать, — запротестовала она, когда синеволосая стала передвигать за неё её ноги. — Я не настолько беспомощна. — В следующий раз, — упёрто ответила Хлоя, накрывая свою девушку одеялом. — А пока что заткнись и позволь мне укутать тебя. Проснувшись на следующий день, Макс чувствовала себя намного лучше. После подтверждения того, что Кейт до сих пор не пришла в сознание, шатенка провела какое-то время в компании Джейка, Пенни, Дэвида и Джойс — ей было стыдно за то, что она не уделила им достаточно внимания вчера. — Я так понимаю, вот что требуется, чтобы вы двое наконец взяли выходной? — спросила она с саркастичной ухмылкой на лице. — Ха-ха, — закатил глаза Джейк. — Признаю: у меня был скрытый мотив. Я не могу разобраться в твоей организации наших документов, поэтому просто дождусь, когда ты восстановишься, перед тем, как управлять нашим бизнесом. Неодобрительно покачав головой, Пенни повернулась к Макс. — Мы просто рады, что ты в порядке, — добавила она. — Когда Хлоя нам позвонила, она была в истерике. Мы едва смогли разобрать пару слов из того, что она кричала. Когда Макс перевела взгляд на Хлою, та неловко почесала затылок. — М-да. Я, эээ, находилась не в самом ясном уме в тот вечер, — признала она. Ушедшая несколько минут назад Джойс вернулась в палату с пенопластовым подносом в руках. — Добрые медсёстры позволили воспользоваться их микроволновкой, Макс. Я приготовила тебе завтрак перед тем, как прийти сюда, — рассказала она, поставив поднос на столик рядом с кроватью. Глаза Макс полезли на лоб. — Ты приготовила свои фирменные вафли? Услышав это, Джейк принюхался. — Пахнет просто ахуительно, — отметил он. Макс не собиралась спорить, а просто подтянула столик поближе и схватила вилку, быстро отрезав кусок вафли и запихнув себе в рот. — Полностью того стоило, — промычала она, с трудом отрезая ещё один кусок единственной здоровой рукой. Её левая рука всё ещё была стянута повязкой, а из-за силы, прикладываемой для того, чтобы разрезать вафли, тарелка ездила по всему столу. Вытянув руку, Хлоя придержала поднос, чтобы тот не двигался, и Макс могла спокойно налегать на еду. — А я свои вафли получу? — спросила она с надеждой в глазах. — Даже мне ни одной не досталось, — пробормотал Дэвид из-за спины своей жены. — Вы двое не лежите в больничной палате, — возразила Джойс. — Кушай, Макс. Не обращай на них внимания. — Я и не собиралась, — ответила Макс, проглотив очередной кусок. В комнату вошла Стеф и, пробравшись мимо остальных, объявила: — Кейт ненадолго очнулась. Подняв взгляд, Макс выпрямилась в своей кровати. — Правда? — Через пару минут она снова заснула, — продолжила Стеф. — Почти ничего не соображала. Ранее врачи вытащили её дыхательную трубку, так что она смогла пробормотать пару предложений, после чего опять отключилась. Похоже, она не понимала, где находится. Но ей не было больно или типа того. Макс тяжело вздохнула и откинулась назад. — Вот блин. — Виктория уже решила, что ей расскажет? — с тревогой в голосе спросил Джейк. — Вряд ли Кейт хорошо воспримет новости. — Похоже, на данный момент это ситуация из разряда "пересечём этот мост, когда до него доберёмся", — ответила Стеф. — Но опять же, я её не спрашивала. Макс продолжила поедать свои вафли. Остановилась только тогда, когда осталась последняя порция — девушка какое-то время держала её на вилке, после чего всё-таки протянула её Хлое. — Я же знаю, что ты этого хочешь, — сказала она, предлагая последнюю вафлю. Хлоя выглядела так, словно всерьёз обдумывала это предложение, но в итоге всё равно покачала головой. — Ты пострадавшая, Макс. Тебе и достаются все вафли. — Я люблю тебя, Хлоя, — Макс настойчиво протянула ей вилку. — Ты можешь взять последний кусок. — Я люблю тебя больше, — наклонившись, Хлоя поцеловала Макс в висок. — ТЫ получаешь последний кусок. Макс насупилась, но всё же проглотила последнюю вафлю. Джойс забрала пустой поднос и бросила его в мусорку. — Поверить не могу, что моя дочь отказалась от моих вафель, — посмеялась она. — Не думала, что доживу до этого дня. — Давай в другой раз, Мам, — недовольно ответила Хлоя. Послышался скрип открывающейся двери, и Макс приподняла голову, чтобы посмотреть, кто там. К её большому удивлению, в палату тихонько зашла Джессика Марш, держащая в руках чехол от скрипки. Никто не проронил ни слова, пока девочка подходила к кровати, остановившись возле неё и с большим трудом поддерживая зрительный контакт. — Прости, что моя мама сделала тебе больно, — наконец мягко произнесла она. Макс улыбнулась, вспоминая слова Кейт о том, что у Джессики тревожное расстройство. Быть в госпитале и наблюдать за серьёзно раненной старшей сестрой наверняка не пошло на пользу её рассудку. — Это не твоя вина, Джессика, — учтиво ответила Макс. — Со мной всё будет хорошо. Джессика медленно кивнула, а затем указала на чехол от скрипки. — Можно я тебе кое-что сыграю? — спросила она. — Ну конечно, — улыбнулась Макс. — Кейт говорила, что ты очень хороша. Я бы с удовольствием тебя послушала. Джессика приподняла чехол, аккуратно опустила его на кровать возле ноги Макс, открыла его и вытащила наружу свой инструмент. Остальные расступились, освободив ей немного места, и девочка уложила скрипку на плечо, уперев её в щеку и нежно опустив смычок на струны. Несколько секунд она вообще не двигалась, а потом заиграла. Все присутствующие быстро оказались заворожены мелодией, которая затекла по комнате. Пальцы Джессики летали по струнам быстрее, чем Макс могла уследить, выдавая цепляющий за душу мотив. Колебание нот вызвало у Макс всамделишние мурашки. На протяжении всей композиции, длившейся почти десять минут, Джессика сосредоточенно держала глаза закрытыми и хмурила брови. Когда музыка затихла, Макс понадобилось хорошенько проморгаться, чтобы вернуться с небес на землю. — Вау, — восторженно протянула она. — Кейт совсем не шутила, это было потрясающе, Джессика. Девочка покрылась румянцем. — Спасибо, — ответила она, опуская скрипку. — Рада, что тебе понравилось. — Что это была за композиция? — Чакона Томазо Витали, — Джессика улыбнулась и начала деликатно укладывать свой инструмент обратно в чехол. Закрыв его, она подняла голову. — Я пойду посижу с Кейт ещё немного. После того, как она ушла, никто не издавал ни звука на протяжении нескольких минут. — Срань господня, — наконец прошептала Хлоя. — Когда она будет собирать аншлаги в Нью-Йорке, — добавила Пенни. — я буду рассказывать людям, что она устоила для меня персональный концерт. — Эээ, я почти уверена, что это был МОЙ персональный концерт, — сердито заявила Макс. Пенни невинно пожала плечами. — Тебя там не будет, когда я буду об этом рассказывать.

***

В полдень Макс вернулась в палату Кейт. Ричард и Чейзы-старшие о чём-то тихо беседовали в коридоре, но прервались, чтобы удостовериться в том, что с Макс всё в порядке, прежде чем та зайдёт внутрь. Виктория всё ещё сидела на своём стуле, так и не сдвинувшись со вчерашнего дня. Джессика и Линн расположились с другой стороны кровати по соседству с Алиссой. Хлоя и Макс заняли те же позиции, что и вчера. — Как твоя рука? — поинтересовалась Виктория через пару минут. — Заживает, — Макс медленно приподняла локоть, чтобы взглянуть на гипс. — Доктор сказал, что мне придётся носить его несколько недель, но после этого с ней всё будет в порядке. — Здорово, — кивнула Виктория. Хлоя взглянула на Кейт. — Она ещё не просыпалась с этого утра? — Нет, — покачала головой Виктория. — С тех пор так и спит. Все присутствующие продолжили терпеливо смотреть на Кейт, слушать ритмичное пиканье машин рядом с ней. Помимо периодического ворочания и покашливаний, никто ничего не говорил. Через час Джессика поднялась на ноги, став первым человеком, пришедшим в движение. Подойдя к кровати Кейт, она посмотрела куда-то между сестрой и Викторией. — Ничего, если я кое-что сыграю? — спросила она, указывая на свою скрипку. Этот вопрос застал Викторию врасплох, однако она всё-таки смогла ответить молчаливым кивком. Джессика снова распаковала свою скрипку, оставив пустой чехол на полу, вместо кровати Кейт. Девочка быстро покрутила пару колков, настроив инструмент перед тем как приложить его к подбородку. Как и прежде, Джессика уложила смычок на струны и перед началом игры на несколько мгновений застыла на месте. Музыка отличалась от того, что она исполняла раньше, но была не менее красивой. Макс была уверена, что это был один из тех немногих случаев, когда Виктория полностью отвела взгляд от Кейт и уставилась на что-то ещё. Скрипка выдавала более нежную, но оттого не менее цепляющую мелодию, а в некоторых местах звучали довольно высокие ноты, когда пальцы Джессики прижимали дополнительную струну, чтобы придать мелодии ещё большей звучности. Макс не услышала, как кто-то зашёл, но в какой-то момент почувствовала присутствие людей за своей спиной: Ричард и родители Виктории вернулись в палату, чтобы послушать игру Джессики. Ни кто-либо из них, ни другие посетители не смели издать хоть звук. Когда девочка наконец закончила, Дерек был первым, кто зашевелился. — Вау, — приятно удивлённый, прокомментировал он. — Это было невероятно. Джессика робко улыбнулась. — Спасибо вам. — Возможно, это лучшее исполнение "Последней розы лета", которое я когда-либо слышала, — добавила мама Виктории. — Она очень хороша. У всех присутствующих ушло несколько секунд на то, чтобы осознать, что эти слова были прошёптаны Кейт. Виктория тут же выпрыгнула из кресла. — Кейт?! — воскликнула она. — Детка, ты в порядке? Её жена моргнула, облизала губы и сглотнула слюну. — Нога болит, — выдавила она с трудом. Нижняя губа Виктории задрожала, и, тихо всхлипнув, девушка с любовью поцеловала свою жену в лоб. — Я знаю, малыш, — журчащий голосом ответила она, погладив Кейт по щеке, прежде чем опустить голову ей на плечо. — Ты справишься. С тобой всё будет хорошо. Когда остальные столпились возле её кровати, Кейт ещё немного похлопала ресницами. — Где я? — слабо спросила она. — Что произошло? — Медицинский центр UCLA, — объяснила Виктория. — Ты, эээ... попала в аварию. — В аварию? — выдохнула Кейт. — Оу. О нет. Я... я разбила твою Ауди? Вики, прости меня, пожалуйста... Виктория яростно затрясла головой. — В тебя врезался кто-то другой, — прошептала она. — Ты ни в чём не виновата. Я не сержусь. Кейт снова заморгала. — Стой. Макс. Где Макс? Она в порядке? Виктория сдвинулась в сторону, и Хлоя подкатила коляску Макс поближе, чтобы Кейт могла её видеть. — Я здесь, Кейт, — сказала шатенка, положив ладонь на здоровую ногу подруги и слегка сдавив её в успокаивающем жесте. Кейт обратила внимание на загипсованную руку Макс, на её перебинтованную голову и порезы, видимые на её лице. — Ох, Макс... — испуганно зашептала она. — Макс, мне так жаль. — Я в порядке, — заверила её шатенка. — Всё не так плохо, как выглядит. Просто несколько порезов да гипс, вот и всё. Сделав судорожный вздох, Кейт перевела взгляд на Викторию. — А что с другим водителем? Костяшки пальцев на руке, вцепившейся в край кровати Кейт, побелели, но в остальном Виктория умудрялась сохранять самообладание. — Она в порядке, — небрежно выплюнула она. — Не пострадала. В больницу не попала. Эти слова заставили Ричарда заёрзать на месте, что наконец привлекло внимание Кейт к нему и сёстрам. — Папа, — произнесла она с лёгкой улыбкой. — Джессика. Я скучала по твоей скрипке. Джессика шмыгнула носом, и Макс заметила влагу в уголках её глаз — первые признаки эмоций, проявленные девочкой. — Я тоже по тебе скучала, — печально ответила она. — Мне так жаль, Кейт. — Всё нормально, Джесс. Это не твоя вина, — Кейт растянула губы в улыбке, которая тут же исчезла, когда она осмотрелась по сторонам. Через некоторое время глаза девушки вновь устремились к Ричарду. — Пап... а где Мама? Настроение во всей комнате моментально сменилось. Каждый смотрел на каждого, никто не знал, что сказать. Напряжение в воздухе достигло такого уровня, что даже Кейт его ощутила. — Она что, даже не придёт проведать меня в больнице? — наконец спросила Кейт с очевидной болью в голосе. Погладив жену по щеке, Виктория наклонилась и ещё раз поцеловала её в лоб, крепко зажмурив при этом глаза. — Все на выход, — приказала она, когда отстранилась и протёрла нос рукавом. — Дайте нам пару минут. Спорить никто не осмелился, даже отец Кейт. Медленно люди стали покидать палату, последней стала Хлоя, что вывезла Макс в коридор и закрыла за собой дверь.

***

Долго, однако, Макс с Хлоей в коридоре не пробыли. Довольно быстро их отыскал доктор, который забрал Макс на череду проверок. Рентген её сломанной руки занял всего несколько секунд. Затем девушку отвезли на МРТ, чтобы проверить, нет ли повреждений мозга после сотрясения. В её здоровую руку воткнули ещё одну капельницу, после чего медсёстры положили её на стол. Макс провела в гудящей трубе около сорока пяти минут, прежде чем устройство закончило сканирование. — Результаты положительные, — поведал им доктор, пока Хлоя помогала медсестре пересадить Макс в коляску. — В вашем мозгу был небольшой отёк, но сейчас он прошёл. Других повреждений нет. И ваш снимок руки тоже довольно многообещающий, — развернув планшет, он показал чёрно-белое изображение руки Макс. На нём виднелось несколько ярких белых линий, представляющих собой штифты, которые пришлось ввести внутрь. — Ваша кость срастается плавно и ровно. Мы бы могли удалить штифты в ближайшее время, но, честно говоря, это не стоит того, чтобы снова вас госпитализировать. — Значит, мы можем уходить? — с надеждой спросила Хлоя. — Я спокойно могу подписать её бумаги о выписке сегодня же, — доктор кивнул, глядя на пакеты в капельнице Макс. — Пока медсёстры всё подготавливают, вы можете вернуться в палату вашей подруги, если желаете. Мы позволим вам закончить текущий приём лекарств, и после этого можете быть свободны. Поблагодарив мужчину, Макс с Хлоей направились к лифту. — Мне не очень хочется уходить, пока Кейт всё ещё здесь, — призналась Макс, когда они приехали на свой этаж. — Малыш, Кейт застряла здесь на недели, — напомнила ей Хлоя, заходя шатенке за спину и берясь за ручки коляски. — Я тоже не хочу её тут бросать, но у нас с тобой есть жизнь в Сан-Франциско, к которой необходимо возвращаться. Мои родители завтра в любом случае улетают в Финикс, и, уверена, Джейк с Пенни тоже готовы ехать домой. Да и если Стеф проведёт ещё одну ночь в больничном кресле, она точно кого-нибудь убьёт. Макс звонко усмехнулась. — Да, справедливо, — согласилась она на выдохе. — Как думаешь, мы сможем остаться хотя бы до конца дня? Хлоя нагнулась, чтобы поцеловать свою девушку в затылок, как раз в тот момент, как открылись двери лифта. — Само собой. На подходе к палате Кейт они обнаружили опустевший коридор — все уже вернулись внутрь. Когда Макс с Хлоей зашли в палату, остальные подвинулись, чтобы освободить им место. Кейт выглядела полностью убитой горем, и Виктория сжимала её ладонь в своей. Когда Хлоя подвезла Макс к кровати, лежащая в ней девушка посмотрела ей в глаза. — Прости меня, Макс, — прошептала она. Макс протянула вперёд руку и снова сдавила колено Кейт. — Это не твоя вина. — Я не хотела, чтобы ты пострадала от рук моей... — её голос затих, и Кейт всхлипнула. — Нахер её. Надеюсь, она сгниёт в аду. Сидящий рядом с ней Ричард никак не отреагировал на ругань дочери и лишь мягко погладил её по плечу. — Я тоже прошу прощения, Макс, — тихо добавил он. — Я и не подозревал, что моя жена может зайти настолько далеко, чтобы сделать что-то подобное. Макс просто пожала плечами. — Единственный ответственный человек сидит в тюрьме, — сказала она. — И наверняка никогда оттуда не выйдет. Так ведь? — спросила она, взглянув на Викторию. Блондинка неуверенно покачала головой. — Копы, эээ, сказали, что нашли на пассажирском сиденье мои фотографии на фоне машины, — ответила она. — И она сидела в засаде. Это преднамеренность. Окружной прокурор будет обвинять её в покушении на убийство. Скорее всего, ей грозит пожизненное. — Какая, блядь, трагедия, — саркастично вставила Хлоя. Макс сжала колено Кейт ещё один раз. — Короче говоря, в этой комнате некому извиняться. — Это очень добрые слова, Макс, — улыбнулся ей Ричард, после чего покачал головой. — Но я должен был видеть знаки. Просто надеялся, что мы сможем преодолеть её нетерпимость. — Я понимаю, — кивнула Макс. — Слышала, вы с ней разводитесь? Лицо мужчины искривилось в невероятно болезненном выражении. — Даже если бы дело не касалось Кейт или Виктории... Я не могу закрывать на это глаза. Я больше не стану мириться с её поведением. Этим утром мой адвокат передал ей документы на развод. — Сочувствую, — искренне сказала Макс. Ричард просто пожал плечами и ничего не ответил.

***

Макс: Привет :) Рэйчел: Привет! А я всё жду, когда же ты напишешь. Макс: Да, извини. Мой телефон не пережил аварию. Я только что купила замену. Рэйчел: Ну как ты? Как твоя рука? Макс: Я в порядке. Хлоя сейчас везёт меня домой. Меня вчера выписали. Пару недель похожу с гипсом, а в остальном всё хорошо. Рэйчел: Очень рада это слышать. Рэйчел: Прости, что не смогла приехать. К нам тут попали два подростка, сбежавшие из церкви на этой неделе. Макс: Ого. А от чего бежали? Рэйчел: Девочка - лесбиянка. А мальчик - её "муж". Макс: Я в полном замешательстве. Он сбежал вместе с ней? Рэйчел: Не все мальчики в этих псевдо-браках являются добровольными участниками. Он, однако, её хороший друг, поэтому они решили сбежать вместе. Макс: Сколько лет этим детям? Рэйчел: Девчонке 15, пацану 17. Они "поженились", когда им было 7 и 9 соответственно. Рэйчел: Мне на самом деле очень его жаль. Он клянётся, что их отношения сугубо платонические, но его родители давили на него, чтобы он обрюхатил свою "жену". Парень уже давно знал, что она лесбиянка, и боялся, что они больше не смогут держать это в секрете. Макс: Какого, блядь, хера? Рэйчел: Ага. Именно поэтому я снова курю. Макс: Хей, я никогда не спрашивала... А что происходит с этими детьми, когда им стукает 18? Я так понимаю, они перестают быть проблемой штата? Рэйчел: Они могут делать что захотят. Существуют специальные программы, гранты для колледжей, у них есть варианты. Рэйчел: За время моей работы здесь трое подростков уже выросло. Двое из них поступили в колледж, а третий записался в армию. Как думаешь, какова была реакция Первого Света? Макс: Зависит от того, какого они пола. Рэйчел: Две девушки, один парень. Макс: "Ибо женщины обязаны подчиняться мужьям своим, как главам семейства. Их единственная обязанность - содержать дом, а обеспечение оставить ему." Рэйчел: Звучит совсем не похоже на отрывок из Библии. Макс: А это и не Библия. Это я вспоминаю слова пастора. Так что две девочки, поступившие в колледж? No Bueno. Рэйчел: В колледж поступили парень и девушка. Вторая девушка вступила в морскую пехоту. Макс: О боже, это ещё хуже. "Бла-бла-бла правительство - зло, бла-бла-бла все солдаты будут гореть в аду." Рэйчел: Получается... единственная существенная разница между Первым Светом и Баптистами Вестборо - это отсутствие публичных протестов? Макс: Насколько мне известно, в БЦВ не практикуют браки среди детей. Так что вообще-то они могут оказаться даже лучшим выбором. Рэйчел: Господи Иисусе, только представь себе, как это звучит. "Мы подумывали о вступлении в вашу церковь, но Баптисты из Вестборо выглядят вариантом получше. Макс: Я на полном серьёзе только что вздрогнула всем телом.