Глава 52
3 сентября 2024 г., 02:20
“Что случилось?” - Спросил Гарри, глядя на израненное лицо Тома широко раскрытыми глазами.
Том нерешительно поднял руку к лицу и осторожно коснулся порезов, как будто уже забыл, что они там вообще были. - “Я обещал тебе позвонить, как только вернусь, так что я еще не залечил ни одной травмы”.
“Похоже, тебя поцарапал лев или что-то в этом роде”, - задумчиво произнес Гарри, сочувственно поморщившись, когда Том на мгновение зажмурился от явного дискомфорта.
“Ничего такого захватывающего, мой дорогой. Просто Беллатриса, которая была недовольна, узнав, что в ближайшее время ее не выпустят из Азкабана”. - Том пожал плечами, как будто все это его нисколько не касалось, но Гарри знал, что это не так. - “Когда я отправился, чтобы наложить обливиэйт, после того как мы вывели остальных, ей удалось просунуть руку сквозь решетку и дать выход своему гневу”.
“Это можно вылечить?” - Гарри немного беспокоился, что у Тома могут остаться ужасные шрамы на всю оставшуюся жизнь из-за этой безумной ведьмы. Для Гарри ни в малейшей степени не имело бы значения, как в итоге выглядел Том, но в какой-то момент это могло бы вызвать некоторые неудобные вопросы, поскольку Том пытался пробиться в высшее волшебное общество.
“Ничего такого, чего не могли бы исправить заклинание исцеления и немного Эссенции критской душицы”. - Том нежно улыбнулся Гарри и откинулся на спинку стула, выглядя измученным, но довольным. - “Если не считать этой маленькой стычки, все прошло хорошо. Долохов, Руквуд и Малсибер выздоравливают в особняке Доруса, и все они согласились с моими условиями их освобождения”.
Гарри фыркнул. – “ ‘Условия их освобождения’. Забавный способ сказать "побег из тюрьмы", не так ли? Я рад слышать, что вы в безопасности. Не буду врать, я сегодня очень волновался”.
“Я ценю твою заботу, но в ней нет необходимости”. - Том откинул голову назад и ненадолго закрыл глаза. - “Мне жаль уведомлять тебя так поздно, но я не смогу прийти на наш завтрашний урок дуэли”. - Том на мгновение отвел взгляд в сторону. - “Поправка, сегодняшний, примерно через пять часов”.
Было уже так поздно? Гарри был так взволнован, что совсем не мог следить за временем. - “Да, хорошо. Мне тоже нужно немного поспать. Как насчет того, чтобы встретиться в воскресенье утром?”
“Меня это устраивает. Теперь, если ты не возражаешь, я собираюсь быстренько принять душ, подлечить лицо, а затем немного поспать.” - Глаза Тома были закрыты, так что Гарри мог легко представить, насколько он устал.
Гарри тоже устал, но не настолько, чтобы не представить Тома в душе. Голый и мокрый Том. Его любимый вид Тома.
“Хочу ли я вообще знать, о чем ты сейчас думаешь?” - Спросил Том, вытаскивая Гарри из его импровизированной фантазии.
Щеки Гарри вспыхнули, и он потер лицо рукой, чтобы избавиться от какой-то навязчивой идеи, которая только что овладела им. - “Лучше не спрашивай. Спокойной ночи, родственная душа. Увидимся в воскресенье”.
“Спокойной ночи, мой дорогой”.
Захлопнув зеркало, Гарри откинулся на подушку. Боже, теперь он испытывал похотливые чувства к своему парню, даже когда был в своем одиннадцатилетнем теле и еще не стал жертвой бушующих гормонов. Гарри действительно надеялся, что Том разрешит ему принять зелье старения во время их следующей встречи, потому что Гарри серьезно нуждался в хороших поцелуях.
На следующее утро Тео и Блейз позволили Гарри немного поспать, что Гарри очень оценил. Он выбрался из постели сразу после девяти, когда все остальные уже ушли на завтрак. Гарри быстро привел себя в порядок и поспешил в Большой зал, горя желанием позавтракать.
Как раз в тот момент, когда Гарри сел между Тео и Блейзом, которые уже покончили с едой, большой филин доставил Гарри посылку. К нему был прикреплен конверт с именем Гарри, написанным знакомым почерком Барти. Тем не менее, Гарри не стал рисковать и наложил несколько обнаруживающих чар, прежде чем вскрыть конверт.
“Гарри,
Ты сможешь сделать несколько колдографий и отправить их со своей статьей, чтобы никто не мог усомниться в твоем открытии. Считай это подарком за завершение твоей первой научной работы. Надеюсь, за этим последует еще много других.
Ура!
Барти”
Заинтригованный Гарри разорвал упаковку и обнаружил внутри совершенно новую волшебную камеру с запасными пленками и буклетом-инструкцией.
Драко, который сидел напротив Гарри, опустил чашку и выглядел так, словно хотел что-то сказать. Гарри бросил на него мрачный взгляд, когда снова закрыл коробку, что заставило Драко замолчать. Пока.
Паркинсон, к сожалению, пропустила мимо ушей ясное предупреждение Гарри. - “Поразительно, насколько избалованы некоторые дети, не так ли, Драко? Но я полагаю, что такой знаменитый человек, как Мальчик-который-выжил, может попросить что угодно у кого угодно, и это сойдет ему с рук”.
Тео поперхнулся тыквенным соком, в то время как Блейз поджал губы, давая понять, что он очень близок к тому, чтобы впасть в абсолютную истерику. Гарри, тем временем, уставился на Паркинсон в полном недоумении. Гребаная ирония в том, что Паркинсон жаловалась Драко на то, что Гарри слишком избалован, была на всех уровнях абсурда, и Гарри даже не мог злиться из-за этого.
“Разве ты не собирался уйти этим утром, чтобы заняться своими исследованиями?” - Спросил Тео, когда все снова немного успокоились.
“Думаю, я пропущу сегодняшний день и сделаю это завтра утром”, - сказал Гарри, радуясь удобному предлогу встретиться с Томом на следующий день. - “У меня есть совершенно новая камера, и я подумал, что смогу потратить некоторое время, чтобы опробовать ее. Сфотографировать всех”.
Как оказалось, многие друзья Гарри сочли это хорошей идеей и провели утро, бродя по замку и его территории, пока Гарри разбирался, как обращаться с камерой. Он сделал много снимков своих друзей. Несколько индивидуальных портретов в красивых местах. Невилл между кустами растений во второй оранжерее. Дафна, прислонившаяся к дереву у озера. Эрни, обнимающий рукой доспехи. Тео в библиотеке, удобно устроившись в кресле. Он также сделал множество групповых снимков. И поскольку в камере была функция задержки, Гарри тоже мог присоединиться к этим групповым снимкам, что он охотно и делал.
В его прошлой жизни у него было так мало фотографий. Хагрид подарил ему драгоценный альбом с колдографиями его родителей, и Гарри получил несколько случайных снимков, сделанных другими учениками, такими как Колин Криви, о нем и его друзьях, но это было все. Гарри вспомнил, как он был разочарован после смерти Сириуса тем, что у него не было фотографий Сириуса таким, каким он был, когда Гарри знал его. У него было несколько фотографий Сириуса в молодости с Джеймсом и Лили, но ни одной фотографии Сириуса в возрасте тридцати с лишним лет. И это было больно. После финальной битвы, когда Гарри потерял еще больше дорогих ему людей, он столкнулся с той же проблемой. У него не было фотографий Ремуса или Тонкс, чтобы помнить их. У него была одна фотография с близнецами, но она была сделана тогда, когда Гарри был на втором курсе, а близнецы тоже были совсем маленькими подростками.
Да, теперь, когда у Гарри появилась возможность, он собирался убедиться, что сделал более чем достаточно фотографий всех людей, которые ему небезразличны.
Гарри также позаботился о том, чтобы Кричер испек большую партию жирных кексов, любимых пирожных Барти. Гарри отправил ему короткое письмо, в котором горячо благодарил Барти за его очень продуманный и полезный подарок.
В тот вечер Гарри провел час в самом сердце Хогвартса, фотографируя удивительную комнату и множество рунических символов в ней. Время, проведенное с разумными оберегами Хогвартса, всегда наполняло Гарри чувством мира и безмятежности. После этого он поднялся в совятню и отослал Хедвиг с небольшим кошельком с деньгами и тремя полными кассетами пленки, которые он уже отснял. На Аллее Событий было фотоателье, где проявляли пленку, так что не приходилось делать это самому. Гарри дал себе обещание, что научится самостоятельно проявлять пленку, но сейчас ему слишком не терпелось заполучить в свои руки несколько снимков, поэтому он предоставил это дело профессионалам.
На следующее утро на первой полосе Ежедневного пророка появилась статья о неудачной попытке побега из Азкабана.
Лицо Тео побледнело, когда он прочитал через плечо Гарри, что трех осужденных пожирателей Смерти поцеловали дементоры при попытке сбежать из тюрьмы. Даже Драко, которому всегда было что сказать обо всем, что происходило вокруг, для разнообразия держал рот на замке.
“Они, должно быть, знали, что никто никогда не сбегает из Азкабана”, - пробормотал Тео, качая головой. - “Зачем вообще рисковать?”
“Я полагаю, что после многих лет пыток дементорами риск даже с очень низкими шансами на успех стоит того, чтобы на него пойти”, - сказал Блейз ровным тоном, звучавшим на удивление невозмутимо. Но Гарри заметил проблеск страха в его темных глазах. Вряд ли кто-то не испугался бы мысли о том, что из него высосут душу. Гарри, безусловно, все еще презирал дементоров, и его боггарт, вероятно, все еще был дементором. Или Том, лежащий мертвым перед ним, это тоже может быть возможным в наши дни.
За столом Гриффиндора раздались одобрительные возгласы, когда несколько старших учеников громко заявили, что эти грязные Пожиратели Смерти получили именно то, что заслужили. Когда-то Гарри полностью согласился бы с ними, но в наши дни его взгляды уже не были такими черно-белыми, особенно потому, что его лучшим другом был Пожиратель Смерти, а его бойфрендом - Темный Лорд на излечении.
“Неужели у них нет стыда”, - пробормотал Драко, свирепо глядя на стол Гриффиндора.
“Нет”, - сказал Гарри, сворачивая газету. - “У них нет никакого стыда, Драко. Для них эти люди были просто безликими монстрами, которых наконец-то удалили из этого мира раз и навсегда”. - Гарри посмотрел Драко в глаза и молча подзадорил его оспорить эти доводы. Гарри по горькому опыту знал, что Драко и множество других слизеринцев когда-то, в другой жизни, не раз радостно приветствовали кончину Гарри. И Гарри вряд ли можно было назвать безликим врагом для них. Он был ребенком, с которым они много лет ходили в школу, и они до сих пор станцевали бы на его могиле, если бы им дали шанс.
Конечно, Драко было всего одиннадцать, и ему не хватало тонкости и здравого смысла. - “Ну, чего можно ожидать от кучки предателей крови и грязнокровок”. - В тот момент, когда он произнес это последнее слово, его глаза расширились, и он в шоке посмотрел на Гарри, понимая, что только что совершил довольно серьезную ошибку. - “Не смей, Гарри!”
“Не сметь что, Драко?” - Гарри приятно улыбнулся, опуская правую руку под стол и позволяя палочке упасть на ладонь. Он направил его на Драко и наложил довольно мягкое проклятие, которое заставило бы Драко говорить в рифму примерно неделю. Он добавил модификатор, гарантирующий, что никто не сможет удалить его, пока проклятье не исчерпает себя.
“Не смей произносить заклинание, или я придумаю тебе наказание”, - сказал Драко, а затем нахмурился, как будто не был уверен, что это было то, что он хотел сказать в первую очередь. - “Ты уже проклял меня, это так? Что ж, Гарри, придется и тебе попасть впросак”. - И пока несколько студентов вокруг Драко начали хихикать, догадываясь, что за проклятие наложил Гарри, Драко встал и вытащил из кармана палочку, направив ее на Гарри. Но прежде, чем Драко успел нанести ответный удар, палочка вылетела у него из руки и попала прямо в руку Снейпа, когда к ним устремился глава факультета.
“Драко, сегодня вечером у тебя будет отработка с мистером Филчем за попытку проклясть сокурсника в Большом зале”, - прорычал Снейп, остановившись позади Гарри.
“Но, профессор, это просто несправедливо”, - сказал Драко, бросив на Снейпа умоляющий взгляд. - “Гарри проклял меня, я чувствую себя уязвимо”.
Блейз фыркнул и быстро прижал кулак ко рту, в то время как Тео опустил глаза, его плечи затряслись от сдерживаемого смеха.
“Поттер”, - вздохнул Снейп, пощипывая переносицу. - “Что ты сделал?”
“Совсем ничего”, - любезно ответил Гарри, указывая на Драко. - “Насколько я вижу, у него нет ослиных ушей”.
“На этот раз ты проклял не мой внешний вид”, - крикнул Драко, кладя руки на стол и наклоняясь ближе к Гарри. - “Ты проклял меня, чтобы я говорил в ритм!”
Половина слизеринского стола хихикала, притворяясь, что не лезет не в свое дело.
“Я думаю, Драко разыгрывает нас, сэр”, - сказал Гарри, одарив Снейпа своим самым невинным взглядом. - “Он притворяется проклятым, только чтобы доставить мне неприятности”.
“Как ты смеешь так лгать”, - сказал Драко, его лицо скривилось в гримасе, как будто он был в ужасе от того, что слетело с его губ. - “Ты сопляк, хуже лишь твоя мать”.
“Я думаю, проклятие дало бы Драко лучший словарь рифм”, - сказал Гарри, надеясь, что Снейп купится на его объяснение.
“О, заткнись, Поттер, гнилой твой рот”. - Драко сел за стол и скрестил руки на груди, надув губы.
“Я действительно считаю, что увидел достаточно”, - сказал Снейп, бросив на Гарри самый невозмутимый взгляд. - “Завтра вечером ты будешь отбывать наказание вместе со мной, Поттер, за несправедливую критику сокурсника”.
“Да, профессор”, - покорно сказал Гарри, зная, что сопротивление бесполезно. Он был просто рад, что Снейп, очевидно, тоже хотел насладиться выходными и отказался встретиться с учениками на отработке в воскресенье вечером, иначе Гарри пропустил бы свою фантастическую встречу по квиддичу.
“Драко, тебе лучше обратиться к мадам Помфри. Возможно, она сможет чем-то помочь”. - После того, как Снейп вернул Драко его палочку, он оставил их доедать завтрак. Драко тут же вскочил и в гневе покинул Большой зал.
“Это было довольно вдохновляюще”, - сказал Блейз, одарив Гарри довольной улыбкой. - “Накажи его за произнесение запрещенного слова, испортив его способность говорить”.
“Я действительно старался”, - сказал Гарри и отвесил своим друзьям короткий поклон, прежде чем вернуться к своему завтраку. Он еще ничего не ел, а скоро ему предстояла встреча с Томом. Их уроки дуэлей всегда требовали больших усилий, поэтому Гарри хотел убедиться, что в его распоряжении есть солидный запас энергии.
После завтрака Гарри ненадолго зашел в подземелья, чтобы забрать свой фотоаппарат, поскольку хотел взять его с собой в Тайную комнату. Том был тем человеком, которого Гарри хотел запечатлеть.
“Родственная душа!” - Гарри поднял фотоаппарат, входя в комнату, где его уже ждал Том. - “Сегодня мы сделаем несколько снимков. У меня нет ни одного твоего фото”.
“Тебе нужен материал для дрочки?” - Сказал Том с кривой усмешкой.
“Боже мой, нет!” - Гарри уставился на Тома, сузив глаза еще больше, когда Том не смог сдержать смешок. - “Я бы хотел иметь несколько фотографий людей, которые мне небезразличны, хорошо? В прошлой жизни у меня их почти не было, и на этот раз я исправляю это”.
“Очень хорошо”. - Том протянул пузырек с зельем старения. - “Полагаю, я не возражал бы, если бы у меня на прикроватной тумбочке было несколько твоих фотографий”. - Том выжидательно посмотрел на Гарри, как будто ждал, что Гарри прокомментирует потребность Тома в определенных типах материалов с участием Гарри.
Гарри благоразумно промолчал и вместо этого осторожно положил фотоаппарат на маленький столик, чтобы можно было раздеться.
“Где ты вообще взял новую камеру?” - Спросил Том, когда Гарри повернулся к нему обнаженной спиной и проглотил зелье.
“Барти прислал мне его, чтобы я сфотографировал Выручай-комнату. В дополнение к моей статье”. - Гарри на секунду стиснул зубы, когда его тело приподнялось примерно на фут.
“Как продвигается дело?” - Спросил Том, вручая Гарри рубашку и нижнее белье, когда Гарри закончил расти.
“Почти закончил с моим полным первым черновиком. Я отправлю его Фламелям, как только получу фотографии”. - Гарри натянул черные брюки и сунул ноги в туфли, а затем ослепительно улыбнулся Тому. - “Я хочу несколько твоих фотографий, а также парочку совместных. Кроме того, я скучал по тебе”. - И с этими словами Гарри практически бросился к Тому и прижался губами ко рту Тома в страстном поцелуе.
Том приоткрыл губы и углубил их поцелуй, в то время как Гарри обвил руками шею Тома. Его все еще поражало, что он так стремился поцеловать того, кто когда-то был Волан-де-Мортом, но нельзя было отрицать, что Гарри глубоко, по-настоящему любил Тома Риддла. Просто быть в объятиях Тома, когда губы слились в яростном, голодном поцелуе, заставляло его забыть все мировые проблемы. Гарри прислонился к Тому, который обхватил Гарри руками за талию и удерживал его в вертикальном положении, медленно прекращая их поцелуй.
“Хм”. - Гарри уставился на Тома снизу вверх полуприкрытыми глазами. - “Мне это было нужно. Кроме того, я рад видеть, что к тебе вернулось твое красивое личико”.
Том закатил глаза, хотя и не смог сдержать улыбку. - “Рад видеть, что ты правильно расставил приоритеты, мой дорогой”.
“Большинство людей за столом Слизерина были весьма расстроены, прочитав о случившемся”, - тихо сказал Гарри, желая доказать Тому, что он действительно знал, какие вещи на самом деле имеют значение. - “Конечно, потом Драко нелестно высказался о маглорожденных и ему пришлось засунуть язык в жопу, потому что я проклял его, чтобы он говорил в рифму. А теперь у меня завтра отработка со Снейпом”.
“Ты не хитрый”. - Том запечатлел медленный, томительный поцелуй на губах Гарри. - “Но опять же, ты не был бы собой, если бы не был таким импульсивным”.
“Я просто ничего не могу с этим поделать”, - сказал Гарри, имея в виду каждое слово. Он снова и снова пытался обуздать свою склонность действовать необдуманно, но пока ему еще предстоит овладеть этим конкретным ремеслом. - “Так что же будет с твоими приспешниками?”
“У них будет неделя на восстановление у Доруса. Они уже посетили Целителя, который ввел им усиленный режим приема зелий. На следующей неделе они отправляются в Ливан, чтобы их лица навсегда изменились. После этого мы придумаем для них новые личности”.
“И они были в порядке, когда ты больше не вел себя как Волан-де-Морт?” - Спросил Гарри, поскольку не мог не беспокоиться, что некоторые из старых последователей Тома могут попытаться усложнить им жизнь.
На лице Тома появилось задумчивое выражение, хотя, когда он говорил, его глаза были затуманены. - “Я искренне верю, что они в основном благодарны за то, что выбрались из адской дыры и получили второй шанс на достойную жизнь. Другие, те, кого я оставил позади, были далеко не так довольны, когда поняли, что я больше не Темный Лорд, которого они когда-то знали”.
“Не смей расстраиваться из-за этого, Том”, - сказал Гарри голосом, полным убежденности. - “В конечном итоге они сделали свой собственный выбор, который привел их в Азкабан”.
“Возможно”, - тихо ответил Том. - “Но ты не можешь отрицать, что я несу большую часть вины за то, почему они сделали тот выбор, который сделали”.
“Это был бездушный ты”, - указал Гарри, на мгновение крепче обняв Тома, чтобы донести свою точку зрения. - “Это был не ты с тех пор, как нам дали второй шанс. Не позволяй своим поступкам из нашей прошлой жизни наполнять тебя чувством вины в этой”.
“Это легче сказать, чем сделать, особенно учитывая состояние ведьм и волшебников, которых я когда-то считал своими ближайшими последователями”, - прошептал Том, а затем заметно встряхнулся. - “Но ты прав, я не должен позволять этому портить мне время, проведенное с тобой, мой дорогой. Ты хотел сделать несколько снимков?”
“Да!” - Гарри в последний раз поцеловал Тома в губы, а затем продемонстрировал свою камеру, объяснив, как она работает. В течение следующего часа он заставлял Тома позировать в "Тайной комнате". Том настоял, чтобы Гарри также позировал для множества фотографий, что Гарри и сделал, как только понял, что, конечно, Том тоже хотел бы иметь несколько фотографий своего парня, как и Гарри. После этого Гарри хорошо использовал функцию задержки, и они сделали несколько снимков вместе. Несколько в "Тайной комнате", но также пара, где Том сидел в одном из кожаных кресел, а Гарри развалился у него на коленях.
“Я хочу, чтобы мы поцеловались на одном из фото”, - пробормотал Гарри, наклоняясь, чтобы прижаться губами к губам Тома.
“Ты уверен, что не ищешь материал для дрочки?” - Прошептал Том прямо перед тем, как Гарри углубил поцелуй. Пребывание во взрослом теле всегда заставляло Гарри сходить с ума от вожделения, когда у него появлялся шанс поцеловать Тома. Гарри запустил руку в волосы Тома и попытался притянуть его ближе, но Том немного отстранился, чтобы он мог говорить. - “Продолжай в том же духе, мой дорогой, и мы начнем снимать нашу собственную порнушку еще до конца вечера, потому что я очень близок к потере контроля”.
Часть Гарри действительно хотел подтолкнуть Тома, просто чтобы посмотреть, что произойдет. Что ж, много сексуальных вещей, это было само собой разумеющимся. Но какие именно сексуальные вещи будут происходить, было загадкой, которую Гарри был бы не прочь разгадать прямо здесь и сейчас.
“Пасхальные каникулы начинаются через несколько недель”, - сказал Том, немного отстраняясь, хотя и продолжал крепко обнимать Гарри. - “Я думаю, тогда будет гораздо лучшая возможность вывести наши отношения на новый уровень, чем поспешное свидание в сыром подвале перед тем, как ты снова сможешь пообщаться со своими юными друзьями.
“Ну, когда ты так говоришь”. - Гарри не смог сдержать разочарованный вздох, но он знал, что Том был прав. - “Мы снова остановимся у Доруса, верно?”
“Да, в смежных комнатах, так что у нас будет масса возможностей провести время вместе”. - Том поцеловал Гарри в губы, глаза его сияли явным желанием. - “Даже целую ночь, если это то, чего ты хочешь”.
“Да”, - выдохнул Гарри, огонь разгорелся в его чреслах, член затвердел в штанах. - “Честно говоря, я действительно просто хочу запереть тебя в своей спальне на всю неделю”.
Том усмехнулся, а затем целенаправленно сдвинул Гарри, сидящего на его бедрах еще ближе, чтобы Гарри мог точно почувствовать, насколько Тому понравилась эта идея. Очевидно, не у Гарри одного был слишком нетерпеливый член. - “По-моему, это отличная идея. Давай придерживаться этого плана, а пока мы действительно можем сделать то, ради чего пришли сюда. Давай сразимся”.
“Подожди”, - сказал Гарри, неохотно вставая с колен Тома. - “Ты действительно разрешаешь мне сегодня творить заклинания?” - До сих пор Гарри делал все, что угодно, но только не колдовал над Томом. Он дышал, целился, уклонялся и перекатывался, но ему еще представилась возможность сразиться с Томом.
“Да, мой дорогой”. - Том приподнялся, одарив Гарри ухмылкой, - “Давай посмотрим, как быстро я смогу тебя обезоружить”.
Все произошло чертовски быстро, к большому огорчению Гарри. Том вернул Гарри его палочку и сказал: “Еще раз”.
Именно так Гарри провел остаток утра, получив от Тома по заднице самым неприятным из возможных способов. Тем не менее, он многому научился, поскольку Том снова и снова указывал на то, что Гарри сделал неправильно, и это то, что действительно имело значение.
После долгого прощания со множеством поцелуев, Гарри вернулся в свое крошечное тело и поплелся обратно в шум и суету Хогвартса. Гарри надеялся, что, возможно, он привыкнет переключаться между своим взрослым телом и своим юным "я", но каждый раз, когда он становился взрослым, ему все больше не хотелось снова становиться ребенком. Да, судя по тому, как все выглядело сейчас, Гарри был абсолютно уверен, что не останется в Хогвартсе дольше третьего курса. Возможно, даже не дольше второго. Время от времени снова быть ребенком было весело, и Гарри искренне ценил возможность снова заняться этой частью своей жизни, но это не шло ни в какое сравнение с тем, чтобы быть взрослым. Чтобы его тело соответствовало его разуму и позволяло ему делать все то, что обычно хотят делать взрослые.
После обеда Гарри быстро сходил в Совятню, чтобы отправить на проявку только что заполненные рулоны пленки. Он также добавил дополнительные галеоны и заказал еще целую кучу рулонов пленки, поскольку у него уже закончились.
Он провел вторую половину дня со своими друзьями. Они прогулялись по замку, так как погода была сухой и солнечной, хотя ветер в начале марта все еще был довольно прохладным. После этого они провели некоторое время, отдыхая в клубе, болтая обо всем, начиная с предстоящего матча по квиддичу и заканчивая всеми любимыми блюдами в Хогвартсе. У Гарри это был пирог с патокой, но он был единственным, кто выбрал его.
В тот вечер встреча фанатов квиддича была шумной, многие ученики (включая Гарри) повышали голос, когда другие критиковали их выбор игроков. Тем не менее, все это было сделано в веселой обстановке, и Гарри отправился спать с улыбкой на лице, вскоре оказавшись в теплых, успокаивающих объятиях души Тома.
В понедельник утром красивая сипуха доставила тяжелый конверт, полный фотографий. Это были фотографии, которые Гарри сделал в субботу, и поскольку он заказал двойную печать каждой фотографии, он мог оставить по одной для себя, а остальными поделиться со своими друзьями. Дополнительные фотографии разумных оберегов будут приложены к его статье. Гарри уже подготовил письмо для Фламелей с копией первого черновика своей статьи, Гарри не торопился добавлять соответствующие фотографии, а затем упаковывать все это в толстый конверт. Он снова направился в совятню, и Хедвиг, которая только что вернулась из своего полета накануне, была достаточно нетерпелива, чтобы доставить что-нибудь еще.
“Это отправляется к Фламелям, девочка”, - прошептал Гарри, поглаживая Хедвиг по мягким перышкам на ее груди. Он все еще удивлялся, что она вернулась. Потеря ее была ударом, который по-настоящему поразил его лишь некоторое время спустя, вечером в той гребаной палатке, когда Гарри прятался от всего мира. Он наконец понял, что потерял свою первую настоящую подругу, и хотя она была всего лишь совой, она, без сомнения, была самым преданным другом Гарри на протяжении всех тех лет, что была рядом с ним. - “Спасибо, и будь осторожна”. - Гарри усмехнулся, когда Хедвиг бросила на него надменный взгляд, как будто ей не понравилось, что Гарри сомневается в ее способностях обеспечить свою безопасность.
Гарри опоздал на урок истории на пятнадцать минут, но Биннс даже не заметил, поэтому Гарри тихо проскользнул на свое место и достал книгу по рунам, чтобы почитать.
Во время обеда Гарри услышал смутный шепот о том, что Квиррелл попал в аварию на выходных. Гарри взглянул на главный стол, за которым Квиррелла не было, но это не обязательно что-то значило. Проклятие было снято, так что виновником был не он. Или, возможно, Квиррелл просто чувствовал себя не в своей тарелке, а студенты раздували историю, делая из нее гораздо больше, чем необходимо.
“Может быть, у нас будет выходной”, - сказал Драко Паркинсон, когда они направлялись на Защиту. - “Разве это не будет сбывшейся мечтой?”
“О, Драко, бедняжка”, - вздохнула Паркинсон, цепляясь за руку Драко и хлопая на него большими глазами.
Драко глубокомысленно кивнул. - “Глупая Помфри схалтурила опять. Я еще не сталкивался с проклятием, которое она действительно могла бы снять”.
Квиррелла нигде не было видно, когда они вошли в класс. Все продолжали сидеть, поскольку для профессора не было ничего необычного в том, что он входил в класс только после того, как прозвенел звонок и урок официально начался.
“Возможно, слова Драко прозвучали забавно, но он был прав в том, что у нас неожиданно может быть выходной”, - сказал Блейз, когда прозвенел звонок, а Квиррелл все еще не появился.
Снаружи, из коридора, до класса донесся стук. В дверном проеме появилось седое лицо Аластора Муди, бросив подозрительный взгляд на каждого собравшегося ребенка, фальшивый глаз вращался в глазнице.
У Гарри перехватило дыхание. Это был настоящий Аластор Муди, тот самый ублюдок, который пытался похитить Гарри во время святочных каникул по приказу Дамблдора. И теперь он был здесь, по-видимому, чтобы научить их Защите.
“Квиррелл проклял себя, и на некоторое время он выйдет из игры”, - проворчал Муди, проходя через класс к началу, слегка подволакивая протез ноги. - “Итак, я буду вашим учителем на некоторое время”.
