Призрак

**Натаниэль**   Когда машина наконец останавливается перед, казалось бы, уютным двухэтажным домом Эбигейл Уинфилд, Натаниэль готов плакать от облегчения. Солнце высоко в небе. Поездка была бесконечной. В его голове проносились все возможные варианты развития событий и то, как объяснить это людям, которые понятия не имели, что их ждет. Как сказать мужчине средних лет, что он отец сына, которому почти 20 лет, о котором он никогда не знал? Не говоря уже о том, что сына воспитывали садист, отрекшийся от якудзы дядя и племянник с комплексами бога?   Иногда он не мог поверить, что это его жизнь.   «Натаниэль?» Он смотрит на Жана и видит в его глазах те же вопросы.    «Нам просто придется быть максимально честными, не убивая их за то, что они стали теми свободными концами, которыми они вот-вот станут. Ичиро сказал сделать то, что мне нужно, не раскрывая основную ветвь. Нам просто нужно будет посмотреть, что из этого выйдет».   «Мне не нравится оставлять так много на волю случая», — раздраженно говорит Моро   «Я тоже, но у меня нет ничего лучше. А у тебя?»   Жан слегка морщит нос и фыркает. «Давайте покончим с этим».   Им повезло, и лекарство вырубило Кевина на всю поездку. Теперь настала трудная часть — разбудить его. Натаниэль выходит и идет к задней двери со стороны водителя. Кевин прислонился спиной к двери и раскинул ноги по сиденью. Он прижимает сломанную руку к животу, защищая ее даже в бессознательном состоянии.   Натаниэль знает, что ему нужно сделать это нежно. Он широко распахивает дверь и ловит Кевина, когда тот вываливается наружу. Натаниэль может по пальцам одной руки пересчитать, сколько раз он делал что-либо нежно. Кевин издает пронзительный визг, падая, который резко обрывается, когда Натаниэль ловит его.    «Фу. Кевин, ты такой тяжелый!» — стонет он.   «Что ты делаешь?» Кевин дернулся и выскользнул из рук Натаниэля.   «Ты можешь перестать размахивать руками и сесть!?» — кричит Натаниэль.   Кевин останавливается и медленно садится, мутно моргая, все еще пребывая в забытьи, вызванном лекарствами. «Где мы?»   «Увидишь. Пойдем». Натаниэль дергает Кевина за рубашку.   Жан уже взял сумку Кевина и направляется к входу в дом.   «Натаниэль? Что происходит? Почему Жан забрал мою дорожную сумку?» — скептически спрашивает Кевин.   Натаниэль просто подталкивает его к двери, подталкивая и подталкивая его продолжать движение. Они достигают двери как раз в тот момент, когда Эбигейл Уинфилд отвечает на стук Моро. Удивление от их появления написано на ее лице.   «Эм, привет?» Эбигейл слегка прикрывает дверь, чтобы помешать им пройти вперед.   «Здравствуйте, мисс Уинфилд. Меня зовут Жан Моро. Извините, что прерываю ваш день, но нам очень важно поговорить с вами и тренером Дэвидом Ваймаком». Натаниэль слышит, как Жан использует каждую каплю медиа-тренинга Рэйвена, который у него когда-либо был.   Кевин ахнул и тут же повернулся обратно к машине. Натаниэль заблокировал его и положил руку ему на грудь. «Кевин Дэй. Стоп. Я расскажу тебе все, как только мы сможем поговорить с тренером Ваймаком».   «Что ты делаешь, Натаниэль?» Паника очевидна в голосе Кевина. Натаниэль не уверен, была ли это такая уж хорошая идея — ждать, пока они приедут, чтобы рассказать ему. По крайней мере, в машине он не мог просто так убежать.   «Жан Моро и Кевин Дэй? Из идеального корта? Кевин! Что случилось с твоей рукой? Что происходит?» — Эбигейл выплескивает вопросы без остановки.   «Мисс Уинфилд, не могли бы вы немедленно вызвать сюда тренера Ваймака? Очень важно, чтобы мы поговорили с вами обоими». Жан снова привлекает ее внимание своим уважением и серьезностью.   Эбигейл тяжело вздыхает. «Входите. Вы все выглядите так, будто вас пропустили через мясорубку. Я позвоню Дэвиду».   Эбигейл ведет их в милый дом. Натаниэль никогда не видел такого яркого, гостеприимного места. Ему становится не по себе. Как будто он мог навлечь на него тьму, просто находясь там.   Все оформлено в белых и серых тонах с яркими вкраплениями цвета, что создает ощущение домашнего уюта, а не стерильности, как в больнице.   «Пойдемте на кухню. Могу я предложить вам выпить или что-нибудь поесть?» — спрашивает Эбигейл, беря телефон со стойки.   Желудок Натаниэля урчит при мысли о еде. Он не может вспомнить, когда последний раз ел. Возможно, за ужином накануне вечером. Он слышит, как урчат животы Жана и Кевина, и Эбигейл смотрит на них понимающе. Никто из них не хочет ничего просить, поэтому они молчат и смотрят друг на друга.   Эбигейл вздыхает и звонит по телефону, одновременно жестом приглашая их сесть за кухонный стол. «Дэвид?»   Натаниэль слушает версию разговора Эбигейл с тренером.   «Вы можете приехать сюда как можно быстрее?»   «Эм, я скажу тебе, когда ты приедешь». Ее взгляд блуждает по всем троим.   «Спасибо». Она вешает трубку и снова обращается к ним. «Он будет здесь через пару минут. Я принесу воды и взобью яйца и тосты».   Неловкая тишина повисает на кухне, но Натаниэль слишком неуютно и нервно чувствует себя, чтобы попытаться ее нарушить. Не каждый день он находится среди людей, которые ничего не знают . Даже если то, что они знают, — это слухи и предположения.    Эбигейл ставит перед каждым из них тарелки с яйцами и тостами, а также стакан воды.   «Спасибо, мисс Уинфилд», — Натаниэль пытается выдавить из себя легкую улыбку.   «Пожалуйста, зовите меня просто Эбби», — она потирает переносицу.   «Эбби?!» — раздается громкий голос со стороны входа, вилка Натаниэля звенит по тарелке, и он тут же выхватывает нож из ножен.   Он в боевой стойке, когда высокий, широкий, темноволосый мужчина с огненными татуировками, полыхающими на его мускулистых руках, врывается на кухню. Его взгляд тут же устремляется туда, где Натаниэль орудует ножом, а затем на остальных, застывших на месте. Он медленно поднимает руки, но Натаниэль уже убирает нож и проклинает себя за свой идиотизм. Он слишком чертовски на взводе, и нахождение среди мужчин возраста его отца определенно не помогает.   «Мне жаль», — выдыхает Натаниэль сквозь стиснутые зубы.   Тренер Ваймак бросает взгляд на Эбби и снова на Натаниэля. «Не беспокойся об этом. Иногда я бываю громким».   Рука Жана ползет вверх, чтобы слегка коснуться запястья Натаниэля, прежде чем обвести его, когда он не отстраняется. Он нежно уговаривает Натаниэля вернуться на свое место.    Ваймак идет дальше на кухню, а Натаниэль старается не напрягаться больше, чем ближе подходит незнакомец. «Эбби, все в порядке?»   Она издает короткий, болезненный смешок. «Все в порядке. Им нужно было поговорить с нами».   Тренер Ваймак занимает пустой стул, самый дальний от Натаниэля и находящийся в поле его зрения, но он не думает, что это потому, что Ваймак беспокоится о том, что находится рядом с ним, скорее он знает, что это успокоит Натаниэля. Натаниэль ценит этот жест.   Жан слегка потирает внутреннюю сторону запястья Натаниэля, прежде чем отпустить. «Извините, тренер Ваймак, это были напряженные 24 часа. Мы не выспались, а нам есть о чем поговорить». Лучшая медийная улыбка Жана легко скользит по его лицу.    От внимания Натаниэля не ускользнуло, как тихо вел себя Кевин. Он рискнул взглянуть на него и увидел, что взгляд Кевина устремлен на вилку в его правой руке, которая передвигала еду по тарелке. Натаниэль заметил напряжение в его плечах, и ему пришлось передумать, рассказывать ли Ваймаку правду о Кевине.    Но если Ваймак не знает, зачем ему рисковать всем, чтобы оставить Кевина в команде? По крайней мере, если он знает, что Кевин его сын, это делает это личным. Может быть, он поможет, не зная. Но гораздо выше вероятность, что он откажет Кевину, если не будет знать, что он отец Кевина. Натаниэль и так слишком много рискует. Должны быть какие-то существенные личные инвестиции, чтобы рисковать так, как они просят Ваймака рискнуть.    «Какие два члена Идеального корта — Кевин? Что случилось с твоей рукой?» Глаза Ваймака устремлены на доминирующую руку Кевина.   Кевин похож на оленя, пойманного в фары. Его ярко-зеленые глаза широко раскрыты, а лицо настолько раскраснелось, насколько Натаниэль его когда-либо видел. Натаниэль медленно протягивает руку и слегка проводит пальцами по руке Кевина. Это заставляет взгляд Кевина переключиться на него, Натаниэль нечасто прикасался к нему и почти никогда не прикасался без явного разрешения за пределами двора.   Натаниэль пытается излучать спокойствие для Кевина. «Нам следует начать с самого начала, тренер Ваймак».   «А кто ты на самом деле?» Взгляд тренера теперь изучает Натаниэля.   Натаниэль ненадолго закрывает глаза и делает глубокий вдох. Это будет первый раз, когда кто-то, кроме Воронов и Якудзы, узнает, кто он. Пальцы Жана снова касаются его запястья в знак поддержки.   «Натаниэль». Он открывает глаза и смотрит в темно-карие глаза Ваймака. «Все, о чем мы говорим, строго конфиденциально. Если кто-то узнает об этом, это будет… катастрофа».    Ваймак бросает на него испытующий взгляд, прежде чем его взгляд скользит по Кевину и Моро. «Что происходит?»   «Прежде чем мы скажем что-то еще, ты должен понять, насколько важно, чтобы ничего из этого не вышло наружу». Натаниэль быстро поворачивается к Кевину и переходит на французский. «Кевин, я должен ему сказать. Это единственный способ гарантировать его молчание».   «Натаниэль, что вообще происходит? Что мы здесь делаем? Что ты ему скажешь?» Больной взгляд на его лице показывает Натаниэлю, что Кевин догадывается, что ему нужно сказать Ваймаку.   «Я заключил сделку. Способ вытащить тебя из гнезда. Ты хочешь сказать ему, Кевин? Или мне стоит это сделать?» Натаниэль вкладывает в слова всю власть, на которую способен. Боковым зрением он видит, как Эбби и Ваймак следят за разговором, словно за теннисным матчем.   «Что?! Нет! Это невозможно — Рико, он будет — я не могу —»   «Кевин. Стоп». Натаниэль хватает его за предплечье. Прикосновение приземляет Кевина. «Ты скажешь ему или мне?»   «Почему?» Он звучит таким маленьким.   «Ему нужен стимул, чтобы он понял всю серьезность ситуации. Ты — стимул». Кевин смотрит на него с недоверием, словно не может представить, чтобы кто-то захотел участвовать в этом ради него.   Кевин вздыхает и крепко закрывает глаза, прежде чем снова посмотреть на Ваймака. Рука Натаниэля сжимает предплечье Кевина.   Кевин делает глубокий вдох и выдавливает слова: «Тренер Ваймак, почти 21 год назад вы знали мою мать. Я думаю, она помогала вам изучать экси. Ну, эммм…» Кевин замолкает.   Натаниэль осознает. «Подожди, у меня кое-что есть. Где сумка Кевина, Жан?»   Моро хватает сумку, которую он бросил рядом со своим стулом, и передает ему. Натаниэль достает книгу и передает ее Кевину.   Кевин смотрит на книгу в своих руках.   «Почему бы тебе не позволить ему самому прочитать правду, Кев?» — подсказывает Натаниэль.   «Вы все просто расскажете нам, что происходит?» Терпение Ваймака наконец достигает предела.   «Это нелегко для любого из нас». Натаниэль сердито смотрит на тренера.   «Ну, ну... по крайней мере, ты знаешь, что, черт возьми, происходит», — бормочет он.   Кевин слегка трясется, когда роется в книге и вытаскивает старое письмо. Он трясется еще сильнее, когда передает его Ваймаку. Тренер переводит взгляд с Кевина на бумагу и обратно, прежде чем взять ее и прищуриться на страницу. Слова выцвели и размазались со временем, Натаниэль знает, но все еще различимы.    Когда Ваймак читает письмо Кейли Дэй, его лицо краснеет все больше и больше. Морщина на его лбу становится глубже, и когда он доходит до конца, он начинает сначала. Он читает и перечитывает письмо по крайней мере столько же раз, сколько Кевин, когда Натаниэль дал ему его много лет назад.    Наконец, Ваймак впервые смотрит на сына, зная правду.   «Ты... ты мой...» — Ваймак слегка запинается, не в силах закончить предложение.   Кевин глубоко вздыхает и расправляет плечи: «Я Кевин Дэй. Сын Кейли Дэй. Почти 21 год назад она научила тебя играть в экси, и когда вы расстались, ты не знал об этом, но ты оставил ее со мной. Я узнал об этом только два года назад».   Ваймак снова смотрит на письмо, и его рука сжимает его. Кевин вздрагивает и тянется, чтобы забрать его у него, но Ваймак снова смотрит на него и ослабляет хватку. «Зачем ей это делать? Почему она не сказала мне? Зачем ей забирать тебя у меня? У меня даже не было шанса...»   Натаниэль прыгает, прежде чем Ваймак успевает продолжить свой спуск в кроличью нору вопросов, на которые никогда не будет ответа, поскольку единственный человек, который знал, был мертв. «У тебя есть шанс. Это твой шанс».   Взгляд Ваймака устремляется на него: «Объясни».   «Ради Кевина. Ради тебя, твоей команды, Эбби, нашей… ничто из того, о чем мы говорим, не может оставить людей здесь без доверия. Ты должен понимать, что находится под угрозой. Если что-то из того, что мы говорим, выйдет наружу, мы все умрем». Ледяные голубые глаза Натаниэля удерживают взгляд Ваймака. Он не моргает. Мужчина должен это понять.    «Так плохо?» — вздыхает Ваймак и щиплет себя за переносицу. «Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, малыш».   «Я тоже», — говорит Натаниэль. «Прежде чем мы продолжим, нам нужен еще один человек, который услышит эту историю. Я не могу рассказывать ее дважды. Можешь пригласить Эндрю Миньярда?»   Ваймак просто смотрит на него несколько мгновений, а затем вздыхает и достает телефон. «Из всех», — ворчит он себе под нос.   «Зачем Миньярду здесь быть?» — шепчет Кевин на яростном французском, вероятно, все еще помня последствия их первой встречи. Натаниэль просто лукаво подмигивает ему. Зеленые глаза Кевина жесткие, и Натаниэль рад видеть, что к нему возвращается часть самообладания, по крайней мере, на данный момент.    «Миньярд, тащи свою задницу к Эбби», — говорит Ваймак в трубку.   «Нет, не перебивай меня», — он закатывает глаза.   Натаниэль не может не ухмыльнуться при мысли о том, что Эндрю Миньярд и этот тренер ежедневно общаются друг с другом.   «Просто приходи. Да, да. Я принесу выпивку и мороженое, ты, невозможный кусок дерьма. 5 минут». Ваймак бросает телефон на стол и снова смотрит на Натаниэля. «Теперь я действительно надеюсь, что ты знаешь, что делаешь».   «Не волнуйтесь, тренер», — Натаниэль машет рукой в ​​воздухе. «Мы с ним давно знакомы» - Эндрю не заходит в дверь еще 20 неловких минут. Все это время Ваймак и Кевин избегают смотреть друг на друга, пока заканчивают есть. Очевидно, что к этому нужно привыкнуть, но, по крайней мере, правда была где-то там. Ваймак имеет долю в игре, даже если она новая.   Натаниэль смотрит в сторону коридора, как раз когда Эндрю заходит на кухню. Он замирает, когда его расплавленные карие глаза встречаются с глазами Натаниэля.   «О, о, о. Что у нас тут? Маленькая пташка вылетела из гнезда, тренер». Эндрю оглядывается вокруг. «Три маленьких пташки, кажется».   Ваймак изнуренно фыркает и машет рукой в ​​воздухе. «Просто сядь, Миньярд, и они наконец скажут нам, что они здесь делают».   «Сначала представимся!» — восклицает Эндрю.   Натаниэль знает о принимаемых им лекарствах и их эффектах, и, судя по всему, они работают. В последний раз, когда он был рядом с Эндрю, он был после тяжелой тренировки, он был более подавленным и апатичным. Натаниэль вспоминает равнодушный, безразличный взгляд, не дрогнувший на лице Эндрю во время встречи. Сейчас полдень, и его лекарства, похоже, действуют в полную силу. Это растягивает его лицо в натянутой улыбке, которая, по мнению Натаниэля, выглядит крайне неуместно.   Натаниэль закатывает глаза. «Ты нас уже знаешь».   «А, ах. Я тебя не знаю», — Эндрю обвиняюще указывает пальцем на Натанаэля, как будто это его вина.   Натаниэль ухмыляется. «Немного покопался, да? Нашел что-нибудь интересное?»   Улыбка Эндрю становится шире, если это вообще возможно. «Где они тебя прячут, пташка?»   «в аду», — шутит Натаниэль.   «Вероятно, там, где тебе и место», — Эндрю глубокомысленно кивает.   «Если вы двое закончили», — вмешивается Жан. «Натаниэль, у нас есть своего рода расписание, которого нужно придерживаться».   «Да, да». Натаниэль отмахивается от беспокойства Моро. «Послушай, Миньярд. Я не хочу повторять эту историю больше одного раза, так что слушай внимательно. Я думаю, ты найдешь ее… интересной».   «Такой же интересный, как ты?» — смеется Эндрю.   «Это ты мне скажи», — говорит Натанаэль.   Кажется, Натаниэлю требуется несколько часов, чтобы рассказать им все, что им абсолютно необходимо знать. Он рассказывает им о Тетсуджи и Рико. О том, как управляется команда, о ее связях с якудза, об ухудшающейся психике Рико и единственном шансе Кевина на выживание.   Когда Натаниэль заканчивает, Кевин смотрит на него так, будто он окончательно сошел с ума. «Я никогда не смогу вернуться из этого, Натаниэль».   Натаниэль пристально смотрит на него: «Ты не выживешь, если не сделаешь этого. Экси — это всё для тебя». Он не говорит, что если он этого не сделает, то он бесполезен для Мориямы и, следовательно, больше не является активом. «Что ты будешь делать без него?»   «Моя рука мертва», — слышит Натаниэль беспокойство в голосе Кевина. «Врачи сказали, что мне повезет, если я смогу ею снова пользоваться».   «Тогда ты научишься играть правой рукой, Кевин Дэй», — рычит Натаниэль. «Ты вернешься после этого или умрешь».   Ваймак бледнеет, глядя на Натаниэля, и слышит, как Жан бормочет ругательства на французском. «Какого хрена?»   «О. Я не думаю, что бегунок преувеличивает, тренер», — тихонько хихикает Эндрю.    Тревога Кевина растет, а Натаниэль бросает сердитый взгляд на Эндрю, который лишь лучезарно ему улыбается.   Кевин бледнее смерти. «Ты… Ты оставляешь меня здесь?»   Натаниэль в шоке. Кевин думает, что они бросают его. Как будто это что-то, что он или Жанл могли сделать. Он смотрит на Моро и видит печаль в его глазах. Их связи построены на боли и страданиях, крови и синяках, но они нерушимы.    «Кевин, ты наш брат. Мы никогда не могли тебя бросить. Ты один из немногих людей, которые у нас есть ». Жан шепчет на французском. Моро смотрит на Кевина, но Натаниэль знает все, что он имеет в виду. Они не теряют товарища по команде. Они теряют одного из немногих людей, которые действительно могут понять, что значит быть собственностью Мориямы. Кевин никогда не был собственностью в том же смысле, что Натаниэль и Жан, но его оковы всегда были такими же тесными, такими же тяжелыми. Он никогда не знал ничего другого.   «Мы всегда будем здесь, Кевин. Но если ты вернешься к Эдгару Аллану... Я не думаю, что ты всегда будешь здесь». Несмотря на боль, в глазах Кевина понимание. «Ты нам нужен, Кев».   Кевин смотрит вниз, туда, где три члена Идеального корта держат руки вместе над столом. Он коротко кивает. «Как вам удалось заставить Морияму согласиться на это?»   Натаниэль медленно убирает руки. «Это не твоя проблема. Твоя единственная забота — вернуться из этого и жить , Дэй».   «Не моя забота? Натаниэль, мне нужно знать, что ты не собираешься умирать из-за этого!» Голос Кевина на много октав выше, чем нужно, и это заставляет группу вздрагивать.   «Не волнуйся, Кев. Рико не смог бы убить меня, даже если бы попытался. Ой, подождите». Натаниэль подмигивает.   «Если это должно меня успокоить, то этого не происходит», — Кевин скрещивает руки на груди.