Подарок из прошлого

Стеклянный колокольчик у двери зазвенел, излучая, как говорит мама, очищающие вибрации. Марк огляделся по сторонам, но самой матери в её магазине не заметил. — Подождите немного, я сейчас выйду! — крикнула она из кладовки, как только парень подумал о том, чтобы проверить это место, и вышла оттуда, звеня занавеской из бус в проходе. — А-а-а, Марк, это ты. Не хочешь помочь мне разобрать коробки? А то сегодня утром поставка пришла как раз, всё это барахло в кладовке даже ставить некуда. — Без проблем, мам, я только папе позвоню и скажу, что задержусь, — Марк достал телефон из кармана и начал звонить, — чтобы раньше, чем к десяти меня на работе не ждали. — И скажи своему отцу чтобы записался к врачу и проверил память, а то он сегодня ключи от дома забыл. — Хорошо-хорошо После одного короткого звонка Марк по указке матери стал расставлять всевозможные свечи, баночки с разными травами, камушки и минералы, благовония, пособия в духе «самоучитель по травничеству» и «руны от А до Я» и прочее прочее. Магазин его матери, конечно, никогда не позиционировался как магический, но, честно говоря, для разных магических ритуалов и прочего антинаучного тут не хватало разве что живых животных для жертвоприношений, хотя, учитывая как быстро ассортимент её магазина расширялся скоро здесь появиться и это. Коробка за коробкой и вот они даже не заметили, как прошло время. Марк поставил на полку последний комплект свечей, когда мама спросила: — А может мне тебя на работу помощником взять? Будешь официально тут коробки таскать. — Не, мам, спасибо, я две работы как-то не потяну, — пошутил тот и подошёл к прилавку, за которым уже стояла его мама. — Я чего, собственно, приходил, а можно мне расклад на неделю? — Нет в этой жизни ничего более стабильного, чем ты, просящий расклад на неделю. - сказала женщина с лёгкой улыбкой, — проходи в комнату, я сейчас приду. Марк через такой же занавес из бус как на проходе в кладовку вошёл в «комнату для гаданий», — так они с матерью называли маленькую комнатушку с двумя небольшими диванчиками и журнальным столиком, которая находилась за прилавком по соседству с кладовкой, — и стал ждать маму сидя на диване. Он постукивал ногтями по уже выцветшей обивке и было у него стойкое ощущение, что что-то в его жизни поменяется, но озвучивать он это не спешил, боясь сглазить. Пожалуй, за сегодняшний расклад он волновался чуть больше, чем за все остальные. — Итак, все как обычно, да? — спросила женщина, тасуя в руках красивую колоду, которая переливалась на свету. — Да, как всегда: финансы, отношения, здоровье, как в целом пройдёт неделя... да, ты и сама всё знаешь, что я тут говорю то. Спустя пару минут, на небольшом журнальном столике уже лежало четыре карты: четырнадцатый аркан, умеренность - выпал на долю финансов, туз жезлов выпал на тему отношений, пятёрка пентаклей выпала на здоровье и луна выпала на общий фон расклада, она, в большей степени, означала энергии самой недели. — Ох, ебать... — удивился Марк, который за долгое время наблюдения за работой матери успел уже запомнить какие-то мелочи, — я уже понял, что неделька пройдёт весело, но чтоб настолько... не расскажешь поподробнее, что да как? - спросил парень с явным удивлением в голосе. — Смотри, с деньгами все будет стабильно, возможны некоторые трудности, но ты с ними быстро и без особо стресса справишься, так что тут не волнуйся, — Марк выдохнул, понимая, что сильных денежных неприятностей пока не привидеться. — С любовью все уже гораздо интереснее... тебя ждёт новое знакомство, очень интересное знакомство. С человеком ты сразу найдёшь общий язык, вы довольно быстро начнёте общаться, — женщина не упомянула, что это знакомство может привести к очень тесным и близким, возможно даже романтическим отношениям (хотя может и не привести, всё зависит от самого Марка), и что знакомство это буквально было предначертано судьбой. — Точно могу сказать, что вы станете друг другу близки и у вас будут прекрасные взаимоотношения, так что, милый мой, с нетерпением буду ждать рассказ о новом знакомом. Пока что расклад звучал вполне себе хорошо и Марк успел расслабиться. — А вот со здоровьем, — продолжала женщина, — будь аккуратен, ты можешь получить какие-то травмы, не значительные, конечно, но все же. Но самое интересное здесь это общий фон расклада. Тебя ждёт какая-то тайна, которую ты долгое время не сможешь разгадать, — мама Марка выдохнула. Ух ,вроде всё, так что удачи тебе, — закончив наконец говорить, она встала с диванчика. —  Спасибо за расклад, — ответил ей парень и, также встав с дивана, пошёл за ней. — Так где, ты говорила, папины ключи? Женщина кивком указала на прилавок, на котором лежала связка ключей. Марк взял её, надел наушники, что всё это время болтались у него на шее, и, попрощавшись с матерью, вышел на улицу. Чисто технически он должен был быть на работе ещё два часа назад, но на практике он был сам себе хозяин и приходить и уходить мог во сколько угодно, главное, чтобы работа вообще делалась, поэтому вот так вот он задерживался в магазине матери довольно часто, помогая ей то коробки разобрать, то сделать список недостающих вещей, то собрать ещё один шкаф для очередных свечек. Чтож, может и правда стоит рассмотреть предложение матери по поводу должности помощника. Включив свой любимый, заслушанный уже до дыр, альбом Эминема «The Marshall Matters LP» он засунул телефон обратно в карман. Сделал глубокий вдох свежего утреннего воздуха, в котором сохранился запах ночного дождя, и собирался было пойти, но взгляд его привлекла кошка, что расхаживала по тротуару через дорогу. Он всегда шутил, что знает поимённо всех котов в этом городе, но, судя по всему, не всех, так как эту весьма элегантную пушистую особу он видел, кажется, впервые. Её на вид очень мягкая шёрстка была нежного белого, почти кремового цвета со светло-коричневыми и рыжими пятнами и, насколько Марк мог судить с расстояния порядка семнадцати футов, глаза её были разного цвета — один голубой, второй зелёный. Насмотревшись на кошку и всерьёз обдумывая возможность забрать эту милейшее существо домой, он уже было хотел повернуться и потопать на работу, как вдруг… УДАР! Марк даже не понял, как оказался на асфальте, пока кто-то валяется на нём, а велосипед этого кого-то лежит рядом. Вроде, он ничего не сломал, разве что разбил коленки, хотя пару синяков ему обеспечено. Человек, из-за которого и произошло это незначительное дорожно-транспортное происшествие, поднялся на ноги и отряхнул себя от пыли и грязи, после чего протянул руку Марку, что за это время успел только снять наушники, помогая ему встать Он взял незнакомца за руку и с его помощью поднялся с земли, после чего наконец взглянул на того, из-за кого, собственно, и оказался в этой ситуации и… Этот молодой парень был просто великолепен. Марк переводил свой взгляд от блестящих золотом в лучах утреннего солнца кудрявых волос к удивительным небесного цвета глазам, родинке под губой и элегантному стилю одежды. Его так заворожил вид этого незнакомца что он не сразу понял, что тот что-то говорит: — Прошу прощения, — начал парень, — я пытался вас объехать, но по итогу упал сам. — Ничего, я всё-таки тоже виноват, завис посередине тротуара… — Марк почесал затылок. — Ты как? Не поранился? Незнакомец улыбнулся, видимо, его тронули переживания Марка, и эта улыбка была такой красивой. — Я в порядке, а что насчёт вас? — Вот, — он приподнял слегка штанины своих шорт и показал пораненные колени, — и пара синяков будет. — О боже, позвольте мне… Незнакомец достал из кармана небольшой кошелёк и начал доставать из него купюры, но Марк жестом руки остановил его: — Не стоит, — он немного растерялся, но пытался сохранять уверенный тон голоса, — мне хватит и банки колы. Ближайший магазин через два квартала и налево, там сразу поймёшь где. Я буду ждать там, — кивком он показал в сторону магазина своей матери и протянул ему руку. — Я Марк. — Анри, — он пожал руку в ответ. После этого Анри наконец поднял свой велосипед с земли и, ловко запрыгнув на него, поехал в указанном направлении, а Марк сначала какое-то время смотрел ему вслед, а затем, отряхнув слегка одежду, пошёл в магазин матери. Та, конечно же, очень удивилась, когда снова увидела своего сына здесь, хотя с момента как он ушёл едва ли прошло десять минут, но задавать лишних вопросов не стала, может их семью накрыло проклятие забывчивости и он, последовав примеру отца, тоже решил что-то оставить. Сам Марк, собственно, тоже пока не собирался ничего говорить. Он не собирался ничего скрывать от своей матери, но лучше, чтобы она сама всё увидела, вместо этого он принялся жаловаться ей на постоянные дожди, из-за которых он нет-нет да время от времени не может уснуть, и на остающиеся повсюду после этого лужи. Спустя около пяти минут, когда он уже начал разгадывать кроссворды из какого-то маминого журнала, то краем глаза заметил, как уже знакомый ему обворожительный блондин пристёгивает свой велосипед к столбу и идёт в сторону магазина, после чего в помещении раздался звук «очищающих вибраций» и Анри поздоровался с его матерью. — Ты быстро, вау, — удивился парень. — Пойдём в комнату, — Анри кивнул и вошёл вслед за Марком в «комнату для гаданий», где положил все свои покупки на стол. — я смотрю ты и перекись купил, и ватку, и пластыри. Что, хочешь мне ранки обработать? — в шутку спросил Марк. — Вообще-то да, собирался, — ответил парень, — я всё-таки провинился. Он немного удивился такому ответу, но спорить не стал. Молча подвернул штанины шорт для удобства и наблюдал за тем, как Анри сначала мочит ватку перекисью, а затем прикладывает её к менее убитому правому колену, на котором было всего-то несколько незначительных царапин. Приступив к следующем колену, он решил, что с ваткой мелочиться не стоит, и вылил немного прямо на рану, отчего получил неодобрительное шипение от Марка. — Жжёт? — он кивнул и Анри слегка подул на рану, пытаясь облегчить боль. — Так лучше? — Немного… Парень продолжил дуть на рану пока перекись не перестала так активно пениться, после чего аккуратно промокнул её салфеткой и наклеил на каждое колено по два детских пластыря с рисунками машинок. — Я сейчас самый модный буду, — сказал Марк с улыбкой. — Спасибо тебе, блондинчик. Он потрепал слегка Анри по волосам, на что тот немного поёжился, после чего взял парня за запястье и аккуратно убрал его руку со своей головы. — Я кажется уже говорил тебе, что меня зовут Анри. — Я помню-помню. Всё то время что двое сидели в этой комнатке, мама периодически подглядывала за ними, всё-таки Марк ей до сих пор так ничего и не объяснил. Она также успела позвонить отцу и сказать, что их ребёнок придёт на работу только после обеда, о чём сообщила позже парню. Удивительно, но Марка его новый знакомый очень заинтересовал. Он часто знакомиться с разными людьми, но большинство из них так и оставалось ему просто знакомыми, что на сто процентов устраивало парня. Среди этого большинства конечно же были и те, с кем с первых же секунд знакомства чувствовалась некая связь. Такие люди становились ему хорошими друзьями и таким человеком был и Анри. К сожалению, Марк не мог залезть к нему в голову и узнать, чувствовал ли Анри то же самое, но ведь именно для этого и была придумана речь. — Слушай, — начал Марк, когда парни вышли из магазина, — а ты сейчас сильно занят? — Не особо. — Тогда как насчёт сходить перекусить вместе? — Буду рад. От этих слов на лице Марка появилась лёгкая улыбка. Он решил не говорить куда они идут и просто молча повёл его в свою любимую забегаловку в десяти минутах ходьбы. Несмотря на неблагоприятный вид этого места и довольно частые драки в заведении (всё-таки люди туда ходили не самые приятные) Марк любил это место. Главной причиной этого, конечно, было то, что в забегаловке этой были самые низкие цены в городе и большой выбор, из-за чего, собственно, там собирались все маргиналы и подобные сомнительные личности, но ему это совершенно не мешало. В какой-то момент, посмотрев на Анри, Марк подумал, что выбрал не самое подходящее место. Весь его внешний вид, — рубашка с коротким рукавом, что, даже несмотря на сегодняшнее падение, была максимально белого цвета, брюки нежно кофейного оттенка, серебряные украшения, которые хотя и выглядели просто, в цене спокойно могли доходить до сотен тысяч долларов, — создавал впечатление потомка знатного рода или богатой династии. По-хорошему ему полагается обедать в самых роскошных ресторанах, а не сидеть за кривым железным столом на диване с дырявой обивкой. Это заведение построили ещё в начале восьмидесятых и с тех пор, как внутри, так и снаружи практически ничего не менялось. Краска на здании со временем выцветала и обсыпалась, сиденья изнашивались, мебель портилась. Атмосфера забегаловки такой и была — старой, мутной, побитой временем. И Марк, в отличии от Анри, во всю эту атмосферу прекрасно вписывался с его вечно всклоченными волосами, растянутой, испачканной в пыли и машинном масле одежде и постоянными синяками и ранами. Парни шли уже какое-то время и, если поначалу разговоры о плохой погоде, растущих ценах и приближающейся учёбе шли как по маслу, то сейчас между ними повисла неловкая пауза, которую Марк поспешил заполнить: — Знаешь, а я как-то не видел тебя в городе. — А ты что, весь город знаешь? — поинтересовался Анри. — Ну да, — уверенно ответил парень, — если не лично, то хотя бы в лицо знаю. Давно переехал? В чей дом? — Где-то месяц назад. В чей дом не знаю, не интересовался у родителей. Но он такой очень белый, с лоджией, рядом с почтой который, — он посмотрел себе под ноги, затем на дорогу впереди. — Долго ещё идти? Марк улыбнулся. Он жил неподалёку и хорошо знал эту семью. Вернее, их золотистого ретривера по кличке Спарки. Маршрут выгула этой собаки совпадал с его маршрутом в школу, а поскольку он был титулованным собачим королём (титул, конечно же, ему дала лучшая подруга, вместе с бумажной короной, когда им было чуть больше пяти лет), он обязан был подружиться со Спарки. Когда Марк узнал о переезде хозяев животного, он, естественно, расстроился, но заиметь себе нового друга вместо собаки казалось хорошим решением. — Да нет, мы почти пришли, во-о-он видишь, — Марк указал на старую вывеску с надписью Bob’s Burgers, которую тоже не меняли с восьмидесятых, — вывеска, нам туда. Анри кивнул, и парни немного ускорились. В забегаловке было почти пусто, кроме их самих была только компания байкеров за столиками на улице и пара подростков. Всё-таки Марк был прав, и его новоиспечённый друг в этой обстановке выглядел как магазин матрасов посреди хайвея. Сам Анри видимо тоже чувствовал, как выделяется. — Что заказывать будешь? — спросил Марк. — Не знаю. Честно, в подобных местах я обычно не бываю, закажи что-нибудь на свой вкус. — Ожидаемо. Возьму тебе тост с яйцом из утреннего меню, — парень посмотрел на часы в заведении, — ещё успеваем. Но это только из-за твоей белой рубашки. Марк прошёл к кассе и сначала минут пять болтал с очередной своей знакомой, а потом наконец сделал заказ — среднюю тарелку закусок, говяжий бургер с беконом, два стакана колы (свою баночку он выпил по дороге) и тост с яйцом за шестой столик. Продавщица насчитала семнадцать долларов и стоило только ему потянуться за кошельком, чтобы оплатить, как Анри протянул девушке двадцатидолларовую купюру. — Без сдачи, — девушка за кассой мило улыбнулась, а Марк вопросительно посмотрел на парня. — Что? Я всё ещё тебе должен. Он ещё пытался какое-то время возражать, но Анри чётко дал ему понять, что возражения не принимаются, и он, вроде, успокоился. — Итак, — начал Марк, когда они уже заняли место за столом, — что привело тебя в наш маленький неприметный Пайнкрест? — Родительский бизнес. Вообще, они хотели купить квартиру в Детройте, но потом посчитали что для меня это будут слишком сильные перемены, я всё-таки всю жизнь в пригороде жил. — А что за бизнес у твоих родителей? — поинтересовался Марк. — Что-то связанное с логистикой и перевозками. Нуари Логистикс, может, знаешь такую компанию. До второй половины девяностых моя семья занималась производством контейнеров для перевозок, — Анри взял с края стола солонку и поставил перед собой для наглядности, — но в девяносто седьмом году мой дедушка попробовал открыть бизнес в сфере грузоперевозок, — он взял перечницу и поставил рядом с солонкой, — и, к его удивлению, он оказался успешным. Тогда, — он выдвинул перечницу вперёд, а солонку назад, — мой дед начал больше вкладываться в логистический бизнес, а контейнеры отошли на второй план. Затем бизнес перешёл моим родителям, мне тогда было два года, и они стали его развивать ещё сильнее, — он вернул солонку и перечницу на место и выпрямился. — Прошу прощения, много говорю. — Да нет, — ответил Марк, — не много. Но ты лучше про себя расскажи, хотя про бизнес тоже интересно было послушать. Я, кстати, так и думал, что ты из какой-то богатой семьи, — та же девушка, что стояла ранее за кассой, поставила на стол два стакана колы и тарелку с закусками: картошка фри, луковые кольца, сырные палочки, жаренный хлеб с сыром и пара соусов. — Если что это нам на двоих. — Рассказать о себе говоришь? Ха-а-а… — Анри немного растерялся, — как-то сложно звучит. Но я попробую. Ну-у… меня зовут Анри, мне семнадцать лет, осенью пойду в одиннадцатый класс местной школы. Люблю читать и-и-и… — Стоп-стоп-стоп, снято. Мы же с вами не некролог пишем, добавьте больше жизни, больше эмоций! Марк активно жестикулировал и говорил довольно громко, судя по всему, он слишком сильно вжился в придуманную им же роль режиссёра. Но игра его не была напрасной, Анри даже рассмеялся из-за его глупой шутки. Он не хотел давить на своего нового друга и заставлять его выйти из зоны комфорта, поэтому решил, что задавать Анри вопросы будет лучше, чем пытаться заставить его говорить. Всё-таки он понимает, что рассказать о себе, не имея общей темы для разговора, довольно сложно, и сам бы в такой ситуации тоже растерялся. Поскольку Анри уже упомянул о том, что любит читать, Марк решил спросить именно об этом и в его жизни это было, судя по всему, лучшим решением, — вторым лучшим, если считать его утренние гляделки с кошкой решением, — потому что он после этого вопроса минут пятнадцать рассказывал о своих любимых жанрах и сюжетах. Он, как оказалось, любил читать детективы, — когда-то пытался даже сам что-то писать, получалось у него не слишком хорошо, но записи где-то сохранились, — в этом парни сошлись, Марк тоже частенько зачитывался детективами, а ещё они оба любили разные загадки и тайны, и он увидел в этом отличную тему для разговора — начал загадывать детские загадки. Ответы на большую часть загадок Анри уже знал, но было и несколько над которыми ему пришлось несколько минут поломать голову, прежде чем дать ответ — чаще правильный, чем нет. — Хорошо, вот тебе следующая загадка, — Марк окунул последнюю сырную палочку в острый соус и откусил, — детектива вызвали на самоубийство, человек выбросился из окна четырёхэтажного дома. Он осмотрел место преступления, затем поднялся на первый этаж, открыл окно, скурил сигарету, закрыл окно, поднялся на второй этаж, открыл окно, скурил сигарету, закрыл окно, поднялся на третий этаж, открыл окно, скурил сигарету, закрыл окно, поднялся на последний этаж, открыл окно, скурил сигарету, закрыл окно, затем спустился вниз и сказал полицейским, что это не самоубийство. Как он это понял? Анри задумался. Постучал пальцами по столу. — Хм-м-м, — протянул он, — говоришь, детектив курил на каждом этаже… может, дело в том, что на каждом этаже ему пришлось открывать окно, значит, кто-то закрыл окно после того как вытолкнул в него человека. Хотя, с такой же вероятностью он мог спрыгнуть и с крыши, или окно мог закрыть кто-то другой, при этом не заметив трупа… — Вообще-то, — начал Марк, сделав глоток колы, — правильный ответ это что окна на всех этажах были закрыты, но меня поражают твои дедуктивные способности. Тебя в аналитическом отделе с руками и ногами оторвут. — Что есть того не отнять. Опыт, мой дорогой, опыт, — ответил Анри с лёгкой улыбкой. В закусочной заиграла знаменитая богемская рапсодия и Марк принялся рассказывать своему сообразительному собеседнику историю создания этой песни. В здание зашли трое молодых парней с мотоциклетными шлемами в руках, о чём-то громко спорили, ругались и толкались. Сделали заказ и сели за соседний столик. Марк, решив, что внутри становиться слишком людно и шумно, предложил побыстрее доесть и уйти, именно так парни и поступили. — Хорошо мы с тобой посидели, — сказал Марк, выйдя из здания, — но, увы, мне пора на работу. А ты? Домой пойдёшь? — Да, только сначала заберу свой велосипед, я оставил его у магазина твоей матери. — В таком случае, — парень закинул руку на плечо своего нового друга, — я тебя провожу.   Когда Марк возвращался домой, было уже довольно поздно, но солнце всё ещё освещало улицы города своими закатными лучами, что отражались в лужах, оставшихся после прошедшего несколько часов назад дождя. Он достал из кармана телефон и сделал пару фотографий отражающегося на поверхности воды заката. Жаль, что не взял с собой фотоаппарат. Выключив наушники и оставив их болтаться на шее, Марк вошёл в дом. Там его уже ждала мама, что готовила ужин, и его пёс, который радостно вилял хвостом и прямо-таки прыгал на парня. Он присел и потрепал собаку по голове: — Чейз, мой мальчик, я тебя тоже люблю. Подожди чуть-чуть, пока папа быстренько примет душ, и мы пойдём гулять, хорошо? — пёс как будто всё понял и перестал сносить Марка с ног, давая ему возможность спокойно войти в дом. Он подошёл к матери и протянул пакет с продуктами — Вот, всё как ты просила. Двадцать восемь долларов, ­— женщина забрала пакет пока парень пытался одной рукой развязать шнурки своих конверсов — Двадцать восемь?! — возмутилась та, — боже, как всё дорожает, в моём детстве за двадцать восемь долларов можно было квартиру купить. —  Мам, ты на настолько старая. Женщина улыбнулась, а Марк, сняв наконец свою обувь, поднялся на второй этаж в свою комнату чтобы переодеться в домашнюю одежду. Было бы хорошо ещё и душ принять, но в ванной сейчас был папа. Он надел свою любимую домашнюю футболку, украденную у отца, с выцветшим рисунком одного из альбомов Майкла Джексона, и свободные шорты, когда увидел на телефоне уведомление о новом сообщении: Блондинчик (Анри): «Экскурсия по городу звучит очень заманчиво. Я согласен.» Марк улыбнулся и начал набирать ответ: «Отлично, тогда давай в субботу?» Он собирался уже выйти из приложения, но решил всё-таки спросить ещё кое о чём: «Слушай, а ты же умный очень, да?» После этого Марк наконец спустился вниз, пару раз чуть не споткнувшись об их кота Честера, что каждый раз сопровождалось каким-нибудь ругательством, после чего мать сказала что-то о том, что ему стоит меньше сквернословить. Он взял шоколадный батончик из одного из множества светло-коричневых шкафчиков и, убедившись что никому не будет мешать, запрыгнул на столешницу, отделявшую большую обеденную часть от маленькой рабочей. — Кстати, мам, — начал он, откусив кусочек батончика, — я сегодня такую кошку красивую видел, у неё глаза разного цвета были. Такая чистая знаешь, ухоженная, но ошейника, кажется, не было. — Потерялась, наверное, либо её оставили, хотя это вряд ли. Если ещё раз увидишь разрешаю забрать. Если это чья-то всё равно все знают к кому обращаться. После женщина ещё о чём-то говорила, помешивая суп в кастрюле, но Марк её почти не слушал, его отвлекло уведомление на телефоне: Блондинчик (Анри): «В субботу было бы отлично.» — ответил он на первое сообщение. Затем пришёл ответ на второе: Блондинчик (Анри): «Да. К чему вопрос?» Парень хитро улыбнулся и начал печатать, кажется, самое длинное сообщения за всю его жизнь: «Понимаешь, тут такое дело… когда-то давно, лет сто пятьдесят назад, мой какой-то там прапрадед заработал дофига денег, но большую их часть спрятал и оставил прощальное письмо или записку с какой-то замудрённой загадкой, типо кто разгадает тот забирает бабки. Ты же любишь загадки всякие, может, поможешь мне с этим делом?» — Ты что-то говорила, мам? — спросил Марк, закончив набирать сообщение. — Да, вот ты как думаешь, мне стоит поднять цену на расклады? — ответила та. — Потому что всё дорожает? — Потому что точные очень, — женщина сняла кастрюлю с горячей конфорки и поставила на столешницу рядом. — Сидишь тут, переписываешься, улыбаешься как будто под наркотиками. Давай, колись, что это за мальчик был? Красивый такой, вежливый. — Это Анри, — ответил парень, — он въехал в меня на велосипеде утром, а потом мы как-то разговорились, соцсетями обменялись. Он прикольный, интересный, умный. Переехал сюда из Франции вместе с родителями, они у него бизнесмены. Живут в доме Джонсонов, те у которых ещё собака. Договорились на субботу что я ему экскурсию по городу проведу. — Этому парню, Анри, очень повезло с экскурсоводом. Ты в этом городе каждую трещину знаешь. Я рада за тебя, новые друзья — это всегда хорошо. Ужинать будешь? — Нет, спасибо, мам, — Марк услышал, как отрылась дверь в ванную на втором этаже, и поспешил спрыгнуть со столешницы, — ну, теперь моя очередь мыться. Он неспеша поднялся на второй этаж, по дороге остановившись чтобы переговорить с отцом, который предложил ему позже поиграть вместе во что-нибудь на приставке. После душа парень собирался проверить соцсети, когда увидел входящее от Анри: Блондинчик (Анри): «Нам нужно встретиться. Завтра, в 14:00 в Bob’s Burgers. И возьми это прощальное письмо. Хотя бы копию.»