Наследие

«Лихо.

Мне также довелось увидеть другую часть Проклятых духов рода Апелинских, проживающих в поместье близ Екатеринбурга вместе с семьей Николая. Больше всего мое внимание привлекло устрашающее Проклятие по имени Лихо. Предположительно, женского рода.

Представляет собой трехметрового монстра, полностью покрытого темно-зеленой шерстью. Имеет длинные худые лапы с острыми загнутыми когтями на концах, достающими почти до земли. Большую часть головы занимает ярко-алый светящийся глаз, лишенный век, из-за чего Проклятие никогда не моргает.

Способна разговаривать, но обладает громким высоким шипящим голосом, от которого буквально волосы встают дыбом.

Несмотря на свою костлявость, крайне сильна: я своими глазами видел, как та легко, будто пушинку, поднимала грузовик. От количества же ее Проклятой энергии хочется спрятаться. Сама аура, которая окружает ее, заставляет дрожать от страха.

По словам Николая Апелинского и его взрослых детей, вопреки поистине ужасающей внешности, Лихо обладает добрым нравом. Однако, убедиться в этом я все же не решился.

Ее Проклятые техники засекречены, но мне все же удалось узнать, что после каждого использования своих магических сил, та впадает в спячку на несколько дней. Поэтому маленькая Мирослава часто шутит «Не буди Лихо, пока оно тихо».

Класс: Особый ранг»

(Из личных записей Мамору Исибуси.)

      Завтрак в Токийской школе проходил в гробовой тишине. События минувшего вечера оставили на каждом из нас неизгладимый отпечаток какой-то безысходности. Киетаки Идзити, не спавший всю ночь, ввалился в общежитие незадолго до приема пищи, оставив нам ворох подготовленных документов для ознакомления. Мужчина выглядел уж очень усталым и раздосадованным, поскольку сначала по приезде в школу принимал у нас с Юдзи отчет об инциденте у залива, а затем вместе с учителем Годжо работал с городской администрацией, дабы уладить некоторые разрушения, которые нам пришлось учинить.       Что касается Проклятого артефакта, то он был изъят для дальнейшей регистрации и проверки. Меня также опросили неизвестные работники при школе о других наших родовых Проклятых предметах, оставшихся в сгоревшем поместье. По их вполне обоснованным подозрениям все те были украдены и присвоены родом Воскресенских, а, значит, могли в дальнейшем использоваться против меня. Естественно, незнакомых мне сотрудников это не особо волновало. Гораздо больше их обеспокоил возможный факт ввоза на территорию Японии незарегистрированных артефактов и орудий.       Я также была уверена, что магическая «верхушка» была крайне недовольна не только моим пребыванием в школе, но и стремительно разгорающимся конфликтом с родом Воскресенских. И, честно, я могла их понять. Хоть те и являлись вечно недовольными стариканами-бюрократами, мое нахождение в Японии создавало им весьма много проблем. Я вновь задалась вопросом, зачем же Сатору Годжо так решительно настоял на том, чтобы те, скрипя зубами, все же приняли меня у себя. Однако все попытки поговорить с учителем были обречены на провал. Создавалось четкое ощущение, что маг намеренно избегал меня.       Панда вслух прочитал документы, принесенные Киетаки. К нашему огромному сожалению выяснилось, что семнадцатилетняя девушка по имени Джанко Фудзимори погибла еще в конце восьмидесятых годов прошлого столетия. Бедняжку насильно удерживали и подвергали пыткам недоподростки, возомнившие себя якудзе. Тех приговорили к пожизненному заключению в исправительном учреждении Футю. Про родителей девушки сказано было немного, известно лишь, что мать погибшей, не справившись с горем, покончила собой сразу после трагедии, а отец скончался от онкологии в начале нулевых. Воспоминания постоянно возвращали меня на плохо освещенную набережную, к хрупкой трясущейся фигурке Проклятия…       Поскольку я, живя бок о бок с Проклятыми духами всю свою жизнь, прекрасно осознавала, что те, как бы это парадоксально не звучало, могли быть вполне положительным созданиями, сильно похожими на людей, с теми же желаниями и страхами. Ребята же, выросшие и воспитанные в Японии, где в большинстве случаев Проклятия являются злыми сущностями, живущими лишь страстью убийства и преследования, были особенно шокированными произошедшим.       Возвращаясь вчера в школу, Итадори был погружен в свой собственный омут рефлексии. Я отчаянно пыталась с ним заговорить, но на парне и лица не было. Лишь прощаясь у дверей моей комнаты, после нескольких часов допроса, Юдзи нежно погладил меня по руке и, не удержавшись, тепло поцеловал меня в скулу, пожелав спокойной ночи.       Зайдя в свою обитель, я также не застала моих верных Проклятых духов, которые обычно всегда озабоченно встречали меня после очередного подобного происшествия. Я помнила обещание, данное Домовым и Баюном, что те обязательно поговорят со мной, объяснив, что же за интриги они крутят за моей спиной. Но и с утра их также не было. Раздражаться на это, сил у меня не осталось. К тому же я полностью доверяла своим домочадцам. Всему свое время – решила я.       Несмотря на наступившие заветные выходные, праздничного настроения ни у кого не наблюдалось. Маки, громко отодвинув стул, вставая изо стола, оповестила нас, что собирается на стадион, дабы провести усиленную кардио-тренировку. Нобара тут же подскочила следом, выразив желание пойти со второкурсницей вместе. Панда и Инумаки, пробурчав что-то несвязное, разошлись по комнатам. В общей гостиной остались лишь я и Юдзи с Мэгуми. Темноволосый юноша со скучающим видом плюхнулся на диван и включил телек.       Я аккуратно подняла взгляд на Итадори: парень выглядел сильно задумчивым и печальным, уставившись на кружку остывшего кофе в руках. Зная его чуткую натуру и стремление помогать всем и вся, должно быть, вчерашние события сильно ранили его. Я также предполагала, что он спросил о родителях девушки-Проклятия не просто так: юноша отчаянно желал оказать им хоть какую-нибудь помощь и поддержку. К нашему огорчению, это оказалось невозможным.       Я тихонько придвинула к нему стул и обвила его шею руками, уткнувшись возлюбленному в плечо. Юдзи нерешительно погладил меня по спине, заставляя мое тело прижаться к нему еще крепче.       – Чем займемся? – Шепотом выдохнула я в шею парня, от чего Итадори посмотрел на меня вмиг потемневшим взглядом. Наши лица снова были так близки, и мы, не сговариваясь, потянулись друг к другу губами, прикрывая глаза в предвкушении наслаждения…       Мэгуми, сидевший к нам спиной, вдруг громко чихнул, выдернув нас из безмятежного дурмана. И снова чихнул, прикрывая рот сгибом локтя.       – Будь здоров, Фусигуро. – Отрешенно пробормотал Юдзи, не отрывая от меня взгляда. Наш темноволосый одноклассник, не поворачиваясь, снова чихнул и буркнул что-то вроде «спасибо». Я выжидающе изогнула бровь, глядя на возлюбленного, не размыкая объятий. – Сколько тебе нужно времени, чтобы собраться? – Наконец, задал встречный вопрос Итадори, поглядывая на меня своим манящим светом теплых глаз из-под ресниц.       – Смотря куда. – Задумалась я.       – Как куда? Кажется, мы как-то договаривались сходить в кино.

***

      Помнится, Мэгуми с Нобарой рассказывали, что это лето в Японии выдалось особенно жарким, и даже ожидаемого сезона дождей так и не было. Ребята, конечно, обещали, что осенью погода станет более мягкой и сухой, но судя по последним знойным выходным августа, верилось в это с трудом.       Поскольку после вчерашнего инцидента все сотрудники школы были заняты, а наш любимый Киетаки отсыпался, мы с Итадори решили добраться до мегаполиса своим ходом. Всю дорогу мы болтали без умолку, старательно избегая случившееся прошлым вечером. Благо, нам всегда было, о чем поговорить. Парень рассказывал о своем детстве с дедушкой, как тот иногда учил его боевым искусствам. Юноша упомянул, что всегда был таким сильным и крепким, чем часто удивлял учителей и одноклассников. Я же поведала ему, что наоборот никогда не обладала особыми физическими навыками, но благодаря бесконечным жестким тренировкам, я смогла достичь того, что имею. Юдзи искренне выразил свое восхищение моим навыкам фехтования и борьбы, от чего я смущенно зарделась.       Да, я впервые оказалась в настоящем кинотеатре. Естественно, я знала, как там все устроено, но никогда не могла даже представить насколько интимную атмосферу создает полумрак амфитеатра. К моей глупой ухмылке Итадори взял билеты на задние ряды, и к счастью, оказались мы там абсолютно одни.       Сердце быстро билось, отдаваясь гулом в горячих висках так, что наблюдать за повествованием фильма оказалось невозможным. Да и юноша, кажется, тоже понял, что идти нам вдвоем в кино – было не самой лучшей затеей. Если, конечно, его целью не являлось вникнуть в сюжет картины. Итадори приобнял меня одной рукой, крепко прижимая к себе, однако не решаясь действовать дальше. Мне вдруг явственно захотелось подразнить парня, посмотреть, как далеко он может зайти.       Я прильнула упругой грудью к мышечному телу Юдзи и положила голову ему на плечо. Аккуратно, едва касаясь, я очертила изгиб челюсти юноши указательным пальцем, удовлетворенно отметив, как тот тяжело сглотнул. Не желая останавливаться, я повела руку ниже по шее, пройдясь по твердому кадыку, спускаясь к ключицам, слегка оттягивая круглый вырез футболки. В свете экрана я увидела, как на коже возлюбленного появились точечные выпуклости мурашек.       Парень напрягся и поймал своей ладонью мою. Я, улыбаясь одними глазами, подняла на него хитрый взгляд. В темноте кинотеатра блестящие зрачки Итадори расширились до предела, почти перекрывая светло-карюю радужку. Юноша сжал мою руку, покоящуюся на его груди, и медленно приблизил свое лицо к моему. Я невинно потупила взгляд и немного подалась назад, чем, кажется еще сильнее раззадорила парня. Вероятно, тот все же понял мою игру: его рука, в объятиях которой я находилась, вдруг напряглась, резко прижимая меня обратно, а теплые мягкие губы жадно накрыли мои. Перед глазами все поплыло, и мне пришлось их прикрыть, позволяя себе полностью погрузиться в такую чувственную эйфорию.       – Просто очаровательно! – Слишком язвительно для такого низкого хриплого голоса протянул Сукуна, заставив нас с Юдзи от неожиданности резко отпрянуть друг от друга. Меня передернуло от воспоминаний, когда я слышала его в последний раз еще тогда, в следственном изоляторе. Рот Короля Проклятий расплылся в широкой улыбке прямо на щеке Итадори, от чего парень вдруг звонко хлопнул по нему, закрывая рукой ненавистную пасть демона. Та тут же проявилась на тыльной стороне ладони. – Сопляк, ты забыл, что я говорил тебе вчера? – Прошипел Сукуна, обнажая белые клыки.       – О чем он? – Не поняла я, с неприязнью глядя на появившееся чудовище. Рот Проклятия медленно растворился, оставляя после себя ровную чистую кожу. Итадори, почему-то заметно побледневший, машинально потер руку, будто пытаясь очистить ту от невидимой налипшей грязи.       – Неважно. – Прошептал Юдзи, откидываясь назад на спинку кресла. Я еще какое-то время возмущенно смотрела на поникшего парня, пока тот, не притянул меня к себе, положив мою голову себе на плечо. Остаток фильма мы смотрели молча без лишних ласок.

***

      – Да как так можно! – Возмущалась я, выходя с Итадори из здания кинотеатра. Фильм, выбранный парнем, все же оставил на мне яркие впечатления после просмотра, несмотря на то, что мы пропустили все начало. – Какой ужасный способ самоубийства! Ну, вот как добровольно в здравом уме можно самому себе вспороть живот! – Я поморщилась, вспомнив недавно полученное ранение, от чего шрам на животе вдруг начал зудеть.       – Харакири – это не просто самоубийство, – со знанием протянул юноша, чья рука покоилась на моей талии, – это в первую очередь акт мужества перед лицом боли и смерти, акт чистоты помыслов перед богами.       – Да, это, правда, достойно восхищения, но есть куда более гуманные способы казнить себя. – Пожала я плечами. – Кстати, а куда мы сейчас?       – А это сюрприз. – Юдзи одарил меня своей самой доброй улыбкой, от которой в груди поднялась трепетная волна тепла.       Наш путь занял не так много времени. Иногда Юдзи останавливался и тщательно изучал онлайн-карты в смартфоне, сверяясь, а правильно ли мы идем. Я покорно следовала за возлюбленным, теряясь в догадках, куда же тот меня все же ведет.       Мы зашли в какой-то узкий квартал, кончающийся тупиком, где было множество уютных кафешек, сверкающих своими яркими вывесками. В какой-то момент я с нескрываемым удивлением обнаружила среди японских иероглифов вывеску на своем родном языке «Русская домашняя кухня». Я прямо-таки почувствовала, как моя челюсть отвисла, вызвав тихий гортанный смех со стороны Итадори.       – Я помню, как ты говорила, что скучаешь по своим национальным блюдам. Вот я и начал искать места, где готовят русскую кухню. – Парень смущенно запустил пятерню себе в розовые волосы. – Здесь лучшие отзывы. Туристы пишут, что еда никак не отличается от вашей родной, потому что сами повара являются русскими мигрантами.       – Ох, Юдзи, вот так сюрприз! – Я счастливо взвизгнула и захлопала в ладоши, предвкушая праздник живота. А сытно поесть я любила. Честно признаться, я так и не смогла привыкнуть к пресной японской еде с крайне острыми добавками в виде приправ, которые те постоянно везде добавляют.       – Что посоветуешь? – Спросил юноша, изучая меню. Конечно, он не знал почти ни одно из описанных там блюд. – Окрошка – это вкусно?       – Скорее на любителя, – я перегнулась к парню через стол, чтобы показать ему, что стоит выбрать. – Рекомендую начать знакомство с русской кухней с борща или мясной солянки. Это если ты суп хочешь.       – Тогда борщ! Я столько про него слышал. – Решил Итадори. – А еще что взять?       Я с упоением накинулась на, принесенные официантом, блюда. Чуть не расплакавшись от удовольствия, когда отправила в рот первый кусок вареника с картофелем и грибами, предварительно обильно изваляв его в сметане. Я специально взяла отличные от Юдзи позиции, чтобы дать ему попробовать и их тоже. Мне хотелось, чтобы мой возлюбленный насытился моей национальной кухней по максимуму.       – Ну как тебе? – Я уставилась на парня, доедавшего бефстроганов.       – Это, правда, очень вкусно! – Восхитился юноша, закатив глаза, подражая экстазу, от чего я искренне захохотала.       – Считаю, что твоя русификация проходит успешно. – Проходивший мимо официант, который также оказался моим бывшем согражданином, хмыкнул, услышав мою реплику, после чего озадаченно посмотрел на Юдзи, который вел со мной беседу на японском.       – А ты хотела бы вернуться обратно? – Вдруг серьезно спросил парень, опустив глаза в пустую тарелку.       – Очень. – С долей грусти выдохнула я. – Только это уже вряд ли возможно. Может, в будущем, если что-то изменится… Тогда я вас всех возьму с собой: тебя, Нобару, Мэгуми, второкурсников и даже учителя Годжо. Уверенна, вам там очень понравится. Россия большая страна с огромным разнообразием культур и традиций. А от Москвы вы вообще обалдеете – она просто невероятна!       – Я слышал, что у вас есть поезд, который идет через всю страну целых семь дней. Это правда?       – Ага, поезд «Москва-Владивосток», но это скорее для заядлых путешественников. Сама на таком я никогда не ездила. – Призналась я, залпом опрокидывая стакан морса.       – Мира, а что бы ты хотела в будущем? – Юдзи задал очередной глубокий вопрос, наталкивающий на размышления. – Если бы ваша война с тем кланом закончилась, ты бы уехала обратно навсегда?       Я задумалась. Мне было хорошо здесь в Японии вместе с друзьями. Мне нравилась и местная культура, и люди, окружавшие меня. Моя жизнь здесь сильно отличалась от прошлой жизни в закрытом поместье. Хоть она и не была такой богатой и роскошной, она все же стала более наполненной, с большим количеством событий и эмоций.       Что касается Проклятий, те, естественно, тосковали по родной земле, на которой они прожили более двух тысяч лет. Зная того же Кощея, дай ему возможность, он тут же первым классом улетел бы обратно, чтобы снять все деньги с замороженных счетов и зажить как прежде. Баюн часто вспоминал нашу библиотеку с огромным количеством книг, которые он любовно собирал несколько столетий. Домовой, привыкший хозяйничать в поместье, чувствовал себя явно не в своей тарелке с такими ограниченными возможностями в Токийской школе. Про Водяного я вообще молчу. До сих пор не понимаю на кой черт тот полетел в Японию вместе с нами, учитывая то, как он ненавидит и меня, и остальных Проклятых духов. К тому же, после прибытия в школу, его и след простыл. Никто не видел это недоразумение уже почти три месяца.       – У меня с детства была мечта. – Вдруг решилась признаться я. – Меня всегда поражали размеры нашего поместья – его все же построили еще во времена Российской Империи. И меня бесило, что оно никак не подходит по размерам для нашей семьи. Да, я очень его любила, у нас был невероятный сад на территории, несколько гектаров леса и даже фонтаны со статуями. – Юдзи слушал меня, удивленно приподняв брови. Кажется, он и не догадывался, насколько богатой и влиятельной была моя семья.       Однажды я, будучи еще маленькой, спросила у родителей, почему бы нам не выбрать себе другой дом, а из этого поместья сделать, например, школу для таких как мы – магов. Папа тогда рассмеялся, сказал, мол, живя в этом особняке, мы тем самым сохраняем наши традиции и поддерживаем влияние нашего рода. Однако ему все же понравилась идея открыть школу для магов, потому что в России таких практически нет. Существуют лишь небольшие частные заведения, куда принимают в основном сирот.       Из-за этого магический баланс сил в стране очень нарушен. Два крупнейших рода и несколько маленьких – все скрывают друг от друга свои техники и секреты обучения, воспитывая магов буквально за закрытыми дверями. Даже Мамору, окончивший Токийскую школу, был крайне огорчен этим. Мужчина объяснял, что невозможно воспитать достойных сильных магов, сражаясь лишь с заранее подготовленными Проклятиями. Часто, когда боевые маги сталкивались с более серьезными угрозами в виде враждебных магов или Проклятых духов Особого уровня, они просто не справлялись.       Теперь же моего поместья больше нет. Я не имею ни малейшего представления, насколько оно было разрушено, какой ущерб причинил пожар и мародеры Воскресенские. Однако, будь у меня такая возможность, я бы попыталась восстановить здание и открыть школу, подобную Токийской или Киотской, чтобы воспитывать там новые поколения магов.       Мне также близки мысли Годжо Сатору. Учитель часто утверждал, что в современном мире маги и Проклятия становятся все сильнее и сильнее, выходя за рамки понимания Особого ранга. А, значит, открытие подобной школы – это, действительно, актуальная идея.       – Так что, да, наверное, я бы все же вернулась обратно и попыталась открыть учебное заведение для магов. Если раньше это было просто моей детской мечтой, то сейчас я вижу перед собой такую цель, в случае, если Воскресенские прекратят войну. – Закончила свой рассказ я. Юдзи все это время внимательно слушал меня, ни разу не перебив.       – Это реально крутая мечта. – Честно признался парень. Однако его взгляд заметно погрустнел. – Я бы очень хотел, чтобы она все же сбылась у тебя. Хотя, я даже не могу представить, как можно остановить тех подонков. Ведь они даже здесь в Японии пытаются достать тебя.       Я просто пожала плечами, не зная, что на это ответить.       Вернулись мы в школу, когда уже стемнело. Почему-то настроение несколько упало. В большей степени из-за того, что я множество раз тянулась к Итадори за порцией объятий и теплых поцелуев, но тот, будто сдерживая себя, постоянно находил какие-то глупые уловки отказать мне. Я начинала раздражаться, не понимая, что происходит.       – Что-то не так? – Растеряно спросила я, когда мы подошли к зданию общежития. После того, как я аккуратно потянулась к нему, закидывая руки на шею, Юдзи вдруг резко присел и начал возиться со шнурками на кроссовках, не поднимая взгляда на меня. Выглядело это нелепо, поскольку я уже четко поняла, что парень явно избегает даже малейшей близости со мной. То, что происходило сейчас, никак не вязалось у меня в голове с тем, что было вчера на набережной или сегодня в кинотеатре. – Эй, да что происходит? – Не выдержала я, повышая голос. Парень на мгновение замер, после чего медленно распрямился передо мной, смотря на меня, будто не видя. Я удивленно заметила, что у него едва подрагивали сжатые кулаки, будто тот сильно нервничал.       – Мира, я такой дурак, прости меня. – С какой-то болью произнес Юдзи.       – За что ты извиняешься? – Недоумевала я, предчувствуя что-то нехорошее. С моим возлюбленным абсолютно точно было что-то не так.       – Мне не стоило переходить черту. Ты замечательная, правда. И я бы очень хотел… Я не могу. Нам не стоит быть вместе. – Запинаясь, просипел совсем уж побледневший парень. Его слова прозвучали как звон пощечины на лице. Я крепко зажмурилась, ожидая, что, когда открою глаза, все это окажется просто глупым сном. Но, нет, это было реальностью.       – Что? – Глупо переспросила я. Должно быть, мне все же послышалось.       – Мы не должны встречаться. – Набравшись смелости, повторил Итадори, не отрывая взгляда от моего, начинавшего яростно краснеть, лица.       – Это из-за того, что я рассказала тебе о своем желании вернуться домой? – Спросила я, чувствуя, как жар охватил мои щеки. Он, что, испугался призрачной возможности отношений на расстоянии?       – Что? О чем ты? Да нет же! – Ошарашено вскинулся парень, замахав передо мной руками. – Дело вообще не в этом, как ты могла так подумать?       – Тогда в чем проблема, а? – Ощетинилась я, ничего не понимая. Откуда такая резкая смена настроения?       – Сукуна сказал, что если мы с тобой будем так продолжать, то при первой же возможности он разорвет тебя! – Выпалил парень, раздосадовано вцепившись себе в голову. У меня же все поплыло вокруг перед глазами от такой невероятной глупости.       – И ты решил, даже не спросив меня, вот так все обрубить? – Я сорвалась на крик, без единой возможности контролировать свой импульсивный запал. – Послушал этого придурка, который даже не способен контролировать твое тело? Да что с тобой не так?       – Я не собираюсь на тебя перекладывать такую ответственность! – Вдруг тоже заорал парень, взмахнув руками. – Как ты не понимаешь? Никто из нас не знает, как он поведет себя, после очередного съеденного пальца. Вдруг он сможет подавить меня!       – Вот именно, что «вдруг»! – Отчаянно кипела я, в надежде образумить парня. – Ты понимаешь, что из-за глупой хотелки этого урода, ты сейчас просто перерубаешь наши отношения на корню? Думаешь, что мы снова вернемся к началу и станем друзьями? – Я притворно засмеялась, но вышел лишь какой-то истерический гудок. – Спешу тебя расстроить, мы уже с тобой перешли границу «просто дружбы»! Обратного пути нет! Я не хочу терять тебя снова, и я знаю, что ты тоже не хочешь терять меня!       Юноша молчал, о чем-то задумавшись, глядя на меня из-под бровей. На секунду мне показалось, что его рука дернулась, будто бы в попытке взять мою. Но, похоже, мне все же показалось.       – Я не хочу встречаться с тобой. – Слишком бесшумно для такой безжалостной фразы выдохнул Юдзи. Я так и замерла, чувствуя, как мое сердце разбивалось на тысячи осколков. И те, в свою очередь, врезались в мою плоть, причиняя просто оглушающую боль.       – Думаешь, я буду за тобой бегать, Итадори? – На удивление спокойно для бушующей во мне бури протянула я, специально делая ударение на его фамилию, от чего парень слегка отшатнулся. – Ты глубоко ошибся, раз посчитал так. Я не из тех, кто воюет за мужчин.       – Я и не думал об этом. – Гулко сказал юноша, опустив глаза.       – Считай, что ты все же потерял меня. – Последнее, что смогла выдавить я, прежде чем, резко развернувшись, направилась в общежитие. Я была рада, что Итадори Юдзи не видел моих слез, брызнувших из глаз в ту же секунду. Стараясь, чтобы моя походка была ровной и уверенной, я вошла в пустующий общий холл. Ноги сами понесли меня дальше по темному коридору мимо моей спальни. Я остановилась у дверей Нобары, громко постучав. Вряд ли подруга спит сейчас в такое время.       – Секунду! – Раздался спешный голос девушки, за которым следом послышался какой-то глухой стук, будто та упала на пол. Вскоре дверь приоткрылась, осветив тоненьким лучом мрачный коридор. Нобара, вся раскрасневшаяся со взъерошенными волосами, вытянула голову. – Мира, это ты? Ой, что с тобой случилось?       Я не успела ни слова произнести, когда девушка втянула меня за руку в свою комнату, захлопнув за мной дверь. Не удержавшись, я все же расплакалась, уткнувшись подруге лицом в плечо. В какой-то момент я с удивлением обнаружила, что та стоит передо мной лишь в бюстгальтере и пижамных брюках, вывернутых почему-то наизнанку.       – Ты чего ревешь? – Послышался несколько снисходительный голос Маки Зенин. Та развалилась на незаправленной постели Нобары, будучи в одной лишь объемной футболке и трусах. Очки второкурсницы покоились на прикроватной тумбочке рядом с открытой бутылкой вина. Я ошарашено перевела взгляд на свою смущенную подругу, а затем обратно на Маки, светившуюся самодовольной улыбкой, мигом все, наконец, поняв. Вот так песня.       – Ну, как-то так. – Пробормотала Нобара, приглаживая ладошкой распушившуюся шевелюру. Я хапнула ртом воздух, намереваясь все же что-то сказать, но в итоге промолчала.       – Так что случилось-то? – Второкурсница села на постели, не давая мне возможности опустить ни один комментарий. – На тебе лица совсем нет.       – Этот придурочный Итадори что-то натворил? – Ахнула подруга, догадавшись обо всем. – Рассказывай давай. – Нобара усадила меня на стул и сразу протянула кружку, в которую предварительно смачно плеснула вина, расплескав часть на деревянном полу. Сделав несколько глотков, я рассказала девушкам все, что случилось, начиная со вчерашнего вечера, заканчивая недавним диалогом. Поведав свою историю, я почувствовала, как гнев обиды во мне сменило полное опустошение.       Нобара тут же посыпалась ругательствами, адресованными никому иному, как самому Юдзи. Понимая, что та хотела меня таким образом поддержать, я почему-то все равно расстроилась от ее слов. Несмотря на случившееся, я была уверена, что Итадори не заслуживает таких оскорблений.       – А он, оказывается, даже лучше, чем я себе его представляла. – В своей привычной манере протянула Зенин, чем вызвала возмущенный возглас моей подруги. – А что? – Мигом дала заднюю второкурсница, не желая попадать под гнев своей девушки. – Если бы мне сам Король Проклятий пообещал, что убьет Нобару я бы тоже сделала все возможное, чтобы отдалиться от нее. Юдзи Итадори крут, что смог перешагнуть через свои чувства, дабы спасти тебя, Мира. Вот как я считаю.       – Да, но он также перешагнул и через мои чувства. – Я удрученно уронила голову в ладони, запуская пальцы в корни светлых волос, ниспадавших по плечам. – К тому же он сам сказал, что не хочет быть со мной. – Крайняя фраза Итадори до сих пор отзывалась болью в разбитом сердце.       – И ты ему так сразу поверила? – Нобара осклабилась, облокачиваясь спиной на колени второкурсницы. – А я считала тебя гораздо умнее, Мира.       – В смысле? Он сам так сказал. – Вскинулась я. – Даже если он и соврал, чтобы отпугнуть меня, я все равно не собираюсь участвовать в этих эмоциональных качелях. Все кончено. – Подвела итог я, чувствуя, как что-то продолжает ломаться внутри. Девушки задумчиво переглянулись.       – Мне кажется, ты поспешила. – Аккуратно выдохнула Нобара. – Я все же считаю, что можно как-то исправить эту ситуацию. Хочешь, например, мы выведем его на ревность? Пусть тоже помучается.       – Нет.– Я отрицательно покачала головой. – Не хочу никаких интриг и того прочего. Просто буду игнорировать его и все. А когда остыну, может, возобновлю общение, но лишь в рамках учебы и заданий.       – А как насчет развеется? – Предложила второкурсница. – Мы в следующую пятницу собирались в центр потанцевать, хочешь, поехали с нами?       – Не знаю. Сейчас я ничего не хочу. – Опустила я напряженные плечи, облокотившись на спинку стула.       – Я так понимаю, меня одну беспокоит вопрос, почему Сукуна вдруг настолько против ваших с Итадори отношений? Ему-то какая разница? – Неожиданно задумалась Нобара.       И, действительно, почему?

***

      Остаток выходных прошел для меня в унылом тумане. Я старалась не выходить из комнаты лишний раз, дабы случайно не столкнуться с Юдзи. Благо, этого так и не случилось. Своих Проклятых духов я больше не видела со дня последнего состязания по программе обмена. Я ожидала, что они будут вновь читать мне нотации, узнав, что я покидала территорию школы без сопровождения, но те будто сквозь землю провалились. Меня распирало от желания пойти их все же поискать, но страх случайно встретиться с Итадори не позволял мне покинуть комнату.       Я одновременно и ждала начала занятий, поскольку хотела, наконец, поговорить с учителем Годжо, и в то же время молилась, чтобы те все же не наступали. Мой уверенный запал игнорировать Юдзи медленно угасал. Я уже начала бояться, что не сдержусь и попробую пообщаться с ним вновь, чтобы попытаться все уладить. Честно, я очень скучала по нему.       Подготовившись к занятиям, я толкнула дверь комнаты, тут же задев кого-то. Я ойкнула от неожиданности, когда заметила розовые волосы парня и его вдруг вспыхнувший взгляд. Рядом с Итадори мелькнула вечно недовольная физиономия Мэгуми.       – Доброе утро, Мира. – Поздоровался со мной мой бывший возлюбленный.       – Ой, Мэгуми, доброе утро! – Притворно весело кивнула я темноволосому однокласснику, игнорируя и приветствие Юдзи, и усиленно затрепетавшее сердце. Все же моя гордыня одержала просто безоговорочную победу. Я, взмахнув длинными волосами, намеренно задевая ими юношу, направилась к выходу из общежития под изумленный взгляд парней. Мне пришлось даже ускориться, чтобы те не заметили мои пылающие щеки.       К моему еще большему разочарованию, учитель Годжо так и не появился в классе. Ему на замену пришел просто невероятный высокий блондин в солнцезащитных очках без дужек. Неизвестный мужчина был хорошо сложен, что подчеркивала его голубая рубашка с расстёгнутыми верхними пуговицами и закатанными рукавами.       – Ой, Нанамин, какая встреча! Не ожидал вас здесь увидеть. – Услышала я радостный голос Юдзи. Выходит, этот мужчина и был тем самым Нанами Кенто, с которым парень работал в паре против лоскутного Проклятого духа.       – Здравствуй, Итадори, рад видеть. – Сухо кивнул блондин, оглядывая нас. Я напряглась, когда его взгляд задержался на мне больше, чем надо. Нанами нахмурился и потер переносицу. – Значит, так. Годжо по некоторым причинам не сможет проводить занятия на этой неделе. Поэтому он, не спросив даже моего мнения, решил поручить вас мне.       – А когда вернется учитель Годжо? – Расстроилась я, почесав зудевший шрам на ноге об ножку стола.       – Не в моих правилах обсуждать подобные вопросы с детьми. – Просто ответил Нанами, заставив нас всех, кроме Юдзи, поперхнуться. С «детьми»? Мэгуми уже было раскрыл рот, но розоволосый юноша слегка толкнул того локтем, заставив промолчать. – Если возражений нет, предлагаю отложить теоретические занятия. Сегодня я хотел бы посмотреть на вашу физическую подготовку. Слышал, что программа обмена прошла с некоторыми затруднениями для вас. Моя цель – исправить это.– С этими словами наш новый наставник повернулся на каблуках офисных туфлей и вышел из класса. Мы тут же засобирались, чтобы последовать следом.       – А он ничего такой. – Хитро протянула Нобара, поддев меня плечом, на что я вопросительно подняла брови. – Итадори, ты не говорил, что он такой красавчик.       – Что? Почему я вообще должен был про это говорить? – Невозмутимо ответил юноша, идущий впереди нас.       – Ну, Мира, скажи, что он хорош собой! – Ухмыльнулась подруга, многозначительно кивая мне. Заметив, как широкая спина Юдзи вдруг напряглась, я, сама не ожидая от себя, вдруг выпалила.       – О да, он и, правда, красавчик. – Мои слова прозвучали уж слишком фальшиво, заставляя меня тут же устыдиться, что я вообще смогла произнести подобное. Нобара же удовлетворенно хмыкнула, взяв меня под руку.       – Ненавижу его! – Страдальчески протянула подруга, обессилено забившись в тенек. Я рухнула рядом прямо лицом в траву, не в силах вымолвить ни слова. Парни пристроились тут же, тяжело дыша. – Да он же дьявол во плоти!       И Нобара была абсолютно права. Нанами Кенто устроил нам просто адскую тренировку под палящим солнцем. Сначала он заставил нас пробежать десять километров кросса с постепенным ускорением на каждом круге. Затем нам пришлось выполнять силовые упражнения с беспрерывным использованием Проклятой энергии, что вымотало нас в край. Но и этого ему оказалось мало. Наставник разбил нас на пары и объявил спарринг. Мне в противники достался Мэгуми, чье раскрасневшееся лицо уже блестело от влаги. Обычно стоявшие торчком черные волосы налипли ему на лоб. Уверенна, я выглядела не лучше: мне пришлось снять китель и завязать длинные волосы в неряшливый пучок, лишь бы не умереть прямо на месте от солнечного удара.       Боролись мы вяло, не имея уже никаких сил. У меня даже не осталось никакого желания выкладываться на полную, чтобы отражать слабые от усталости атаки Фусигуро. Нанами хмуро смотрел на нас изо своих злосчастных очков, после чего все же объявил перерыв.       Я подворачивала рукава школьной рубашки, глядя как Нобара жадно хлебает воду.       – Потом мне дай. – Прохрипела я, не узнавая свой собственный голос. Подруга, соглашаясь, просто моргнула глазами.       – Что уже не такой красавчик, да? – Съязвил Мэгуми, приподнимая влажные волосы пятерней.       – Заткнись, Фусигуро. – Буркнула девушка, передавая мне воду.       Вернувшись обратно на поле, Нанами зачитал нам свою мотивационную речь. Мол, мы все слабы, и любое Проклятие нас с легкостью размажет по стенке при первой же возможности. Ему не понравилось, что мы так без отдачи работали в спаррингах. Поэтому блондин пообещал, что не отпустит нас на обед, пока мы не покажем ему действительно хороший бой.       – Так, Кугисаки и Фусигуро, Итадори и… забыл фамилию, короче, Мира.– Объявил Нанами Кенто, кивком указывая начинать бой.       – Апелинская. – Запоздало буркнула я, не сразу осознав, что мне сейчас придется драться с Юдзи.       Мы стали лицом к лицу. Я усиленно старалась не смотреть в теплые карие глаза парня, на его губы, целовавшие меня… Так, надо собраться. Итадори встал в стойку, выжидающе глядя на меня. Уж кто, а он точно будет выкладываться на полную даже будучи в крайнем изнурении. Я отзеркалила его позицию, готовясь.       – Начинай! – Рявкнул Нанами, махнув рукой.       Я ждала, но Итадори все не нападал, лишь держал сжатые кулаки, прикрывая лицо. Поэтому первой атаковать решилась все же я, начав сразу с любимой подсечки. Быстро рухнув на колено, опираясь рукой в землю, я сделала резкий выпад свободной ногой, чтобы выбить из-под Юдзи опору. Однако тот каким-то образом предугадал мои действия, молниеносно отпрыгнув назад.       – Твой взгляд выдает твои намерения. – Тихо сказал парень. В его голосе сквозило какое-то чувство вины. Игнорируя его, я продолжила свои атаки, уже не ограничиваясь одной подсечкой. Юноша лишь уворачивался и блокировал мои удары, но сам не предпринимал никаких попыток напасть на меня в ответ. От этого я начинала тихо беситься. По факту я тратила больше энергии, чем он. К тому же, за счет его сверхчеловеческих рефлексов, я так и не смогла нанести ему ни одного удара. Оказалось, что Итадори был даже быстрее Маки.       – Ты будешь драться или нет? – Рявкнула я, выходя из стойки.       – О, так ты все же разговариваешь!– Притворно удивился Юдзи, слегка улыбнувшись. Я почему-то взбесилась еще сильнее после его реплики, закрутившись в торнадо, ударила ногой того в грудь, мрачно порадовавшись, что, наконец, попала. Итадори отлетел на пару метров, сгруппировавшись в воздухе, но отвечать атакой не стал.       – Итадори, это, что, такое? – Крикнул Нанами, наблюдая за нашим односторонним боем. – Хватит играть в джентльмена, надери ей уже зад!       Где-то сбоку заржала Нобара, вдруг неожиданно хлюпнув и замолчав, пропуская удар Мэгуми.       – Ну, что, надерешь мне зад? – Невинно похлопала я глазами, удовлетворенно отметив, что Юдзи тут же покраснел. Парень вдруг дернулся, и уже через мгновение оказался рядом. Я успела блокировать его кулак, целившийся мне в плечо, при этом контратаковав. Шутки, похоже, кончились. Я понимала, что юноша вовсе не выкладывается на полную, но даже такие удары вполсилы заставили меня попотеть.       Итадори был крайне сильным и быстрым, у меня просто не хватало скорости атаковать его в ответ, приходилось лишь просто отступать, защищаясь. Мне не хотелось проиграть в этом бою, поэтому я решилась пойти на крайние меры. Специально пропустив один его удар, я фальшиво ойкнула, схватившись за плечо. Было, конечно, больно, но вполне терпимо. Я жалобно округлила глаза, заметив, как юноша тут же испуганно приблизился, положив мне руку на подбитое плечо.       – Вот, блин, Мира, прости, пожалуйста. Я не хотел… Сильно больно? – Зашептал Юдзи. – Дай посмотрю. – Мой бывший возлюбленный зачем-то начал оттягивать мне ворот рубашки.       Этого замешательства я и ждала. Быстро зафиксировав его руку на своем плече, я дернула его за шею, заставляя нагнуться. Используя его как опору, я быстро запрыгнула на парня, обхватив голову бедрами. Намеренно крутанувшись, чтобы тот потерял равновесие, я повалила его спиной на землю, взяв в захват. Так и вышло, что двумя ногами я впечаталась ему в шею и грудь, при этом зажимая между ними его руку, прижав ту себе к груди – болевой прием.       – Какого черта! – Ошалело выдохнул парень мне в бедро. Почему-то от жара его дыхания близ края юбки, у меня внутри все перевернулось. – Ай!       Я вдруг вспомнила, что продолжаю заламывать руку Юдзи, что, конечно же, было очень неприятно для него. Быстро расслабив захват, я убрала ноги с парня. Тот ошарашенно повернулся на меня, сочетая на своем лице одновременно и шок, и возмущение, и что-то вроде задоринки. Сзади нас раздались сухие медленные аплодисменты. Нанами довольно кивнул.       – Мира, Фусигуро – нормально, остальные – плохо. Так уж и быть, можете пойти на обед. Жду вас на этом же месте через два часа. Будем отрабатывать уже ваши Проклятые техники.       Ко мне тут же подбежала подруга, аккуратно стреляя взглядом мне через плечо на Итадори, который уже успел подняться и сейчас оттряхивал брюки от налипшей травы. Девушка игриво ухмылялась.       – Я не видела раньше такого приема у тебя. Научи меня ему, пожалуйста! Потом покажу как-нибудь Маки. – Двусмысленно прошептала Нобара, поддевая меня острым локоточком.