Альтушка

Прошло четыре с половиной года. Маша выжила. Но та девушка, которая когда-то тихо улыбалась Васе на лавочке, умерла внутри. Химиотерапия, операции, бесконечные капельницы и больницы забрали у неё почти всё: волосы, часть матки, большую часть здоровья и почти всю душу. Она стала тенью. Худой, бледной, с глубокими тенями под глазами и редкими, ломкими волосами, которые так и не восстановились до конца. Говорила мало, двигалась медленно, будто каждое движение требовало огромных усилий. Часто просто сидела у окна и смотрела на серые панельки Люберцов, не реагируя на внешний мир. Вася остался с ней. Не ушёл. Хотя иногда сам себе удивлялся как можно так сильно любить человека и при этом так сильно от него уставать. Он работал на трёх работах: грузчиком днём, охранником ночью и иногда подрабатывал на мойке машин. Денег всё равно вечно не хватало. Они снимали крошечную комнату на первом этаже общаги ту самую, где когда-то жила Маша. Запах сырости и плесени так и не выветрился. Каждый вечер Вася приходил домой вымотанный, воняющий потом и бензином, и просто ложился рядом с Машей. Они почти не разговаривали. Иногда он гладил её по голове, а она тихо плакала беззвучно, просто слёзы текли по щекам. Вася спрашивал, что не так, но она всегда отвечала одно и то же: -Ничего. Просто жить тяжело. Ангелина к тому времени уже давно ушла от Андрея. Не было громкого разрыва просто однажды она собрала вещи и сказала: «Я больше не могу здесь». Переехала к дальней тёте в Балашиху. Работала уборщицей в торговом центре, потом кассиром в «Пятёрочке». Пила по вечерам. Иногда звонила Маше, но разговоры были короткими и неловкими. Обе понимали, что прежней дружбы уже никогда не будет. Андрей окончательно слетел с катушек. После расставания с Ангелиной он подсел на алкоголь, потом на легкие наркотики. Работал охранником в стрип-клубе, где его регулярно били. Жил в той же комнате в общаге, где когда-то жил с Васей. Комната превратилась в настоящий свинарник: пустые бутылки, окурки, косяки и старые фотографии, которые он иногда доставал и подолгу рассматривал. Андрей часто появлялся у Лизы, они уже не просто флиртовали, у них начались странные, токсичные, но стабильные отношения. Зимой 2029 года Маше снова стало плохо. Метастазы вернулись. На этот раз врачи сказали честно бороться почти бесполезно. Можно только обезболивание и паллиатив. Маша отказалась ложиться в больницу. -Хочу умереть дома, тихо сказала она Васе однажды ночью. -Не среди белых стен и чужих людей. Вася кивнул. Он уволился со всех работ и теперь целыми днями ухаживал за ней. Кормил с ложки, менял подгузники, выносил судно, вытирал пот со лба, когда у неё поднималась температура. Иногда она просыпалась от боли и шептала: -Вась… если станет совсем невыносимо… ты меня не удерживай. Хорошо? Он всегда отвечал: -Молчи. Я с тобой. Ангелина приезжала раз в две недели. Сидела у кровати Маши, держала её за руку и молчала. Иногда они вспоминали старые времена как гуляли вчетвером, как ржали над Стасиком, как Маша впервые поцеловалась с Васей. Но воспоминания всегда заканчивались тишиной и тяжёлым вздохом. Андрей не приходил ни разу. Говорили, что он уже совсем опустился живёт в подвале одной из заброшек и торгует «всем подряд». Маша умерла 17 марта 2030 года, ранним утром. Вася был рядом. Он держал её за руку, когда она последний раз вздохнула. Потом ещё долго сидел неподвижно, глядя на её спокойное, измождённое лицо. В комнате пахло лекарствами, потом и смертью. Он не плакал. Просто встал, аккуратно накрыл Машу простынёй, поцеловал её в лоб и вышел на улицу. Долго ходил по району, пока не начало светать. Потом вернулся, лёг рядом с ней на кровать и пролежал так до вечера. Похороны были тихими. Пришло мало людей. Ангелина стояла в стороне в старом чёрном пальто и плакала беззвучно. Вася стоял у могилы и смотрел в землю. Когда все разошлись, он остался один и долго говорил с Машей рассказывал, как любил её, как жалеет, что не заметил раньше, как ему теперь страшно жить без неё. После смерти Маши Вася прожил ещё восемь месяцев. Он почти не выходил из комнаты. Ел мало, почти не мылся. Иногда разговаривал с Машей вслух, иногда просто сидел и смотрел на её фотографию. Ангелина иногда приходила, приносила еду, но Вася почти не реагировал. В ноябре 2030 года его нашли мёртвым в той же комнате. Он повесился на трубе отопления. На стене маркером было написано: «Маша, я наконец-то иду к тебе. Прости, что так долго.» Андрей узнал о смерти Васи через неделю. К тому времени он уже жил в подвале заброшенного дома на окраине. Когда ему сказали, он просто кивнул, достал бутылку и напился до беспамятства. Через месяц его тоже нашли мёртвым замёрз в том же подвале. Рядом лежала пустая бутылка и старая фотография, где они все четверо ещё улыбались. Ангелина осталась одна. Она продолжала жить в Балашихе, работала уборщицей, почти ни с кем не общалась. Иногда по ночам она доставала старую коробку с фотографиями и сидела над ними часами. Иногда ходила на кладбище к Маше, к Васе, а потом и к Андрею. В один из холодных февральских вечеров 2032 года она не вернулась домой. Её нашли на той самой лавочке у пруда в Люберцах на той, где они в последний раз гуляли все вместе. Она сидела, прислонившись к спинке, с пустым взглядом. Рядом лежала пустая упаковка от снотворного и старая фотография. На обратной стороне фотографии дрожащей рукой было написано: «Я тоже устала. Ждите меня.» Так закончилась история четырёх молодых людей из Люберцов, которые когда-то думали, что смогут выжить в этом сером, жестоком, пропитанном болью и предательством мире. Никто их особо не вспоминал. Только Валентина Тамаровна в своей будке иногда доставала старые папки, перелистывала страницы и тихо улыбалась. -Хорошие были дети, бормотала она себе под нос. -Только слабые. Слишком слабые для этой жизни. А за окном продолжал идти серый, мокрый снег. Люберцы жили своей обычной жизнью серой, тяжёлой и бесконечной. Никаких хэппи эндов в Люберцах.