Арифметическая регрессия

Если бы у Ники были ключи от квартиры Стрелецких, она бы врывалась туда, как немцы, без предупреждения. Часов в пять утра. Потому что она была жаворонком и любила наведываться к Эре в гости. По наставлениям Винни-пуха — по утрам. Эра открыла ей дверь, дойдя до коридора с закрытыми глазами. В ту субботу она спала ровно до момента, пока Ника не скинула с себя в её коридоре куртку и ботинки, не залетела на кухню и не произнесла томным голосом: — Знаешь, с кем я разговаривала сегодня утром? — по-хозяйски Ловцова достала себе чашку для чая. Она давно знала, где и что лежит в этом доме, поэтому справлялась без помощи подруги. Она поставила чайник, открыла пакетик со своим любимым зелёным чаем с жасмином и отыскала совсем глубоко в ящике несколько конфет. Эра долго пыталась понять, как такие люди, которые говорят «сегодня утром», а у них всё ещё сегодня утром, живут. Посмотрев на Нику одним глазом, она поняла, что счастливо. — С Сатаной? — саркастично поинтересовалась Эра, зевая. Надежда, что она досмотрит чудесный сон, улетучивалась с каждой секундной. — Почти, — Ника сделала небольшую паузу. Лицо её не выражало никаких эмоций: она то ли шутку не оценила, то ли готовила какой-то сюрприз. Но в следующую же секунду ответ нашёл сам себя: — С Ришей! Эра мгновенно проснулась: она взмахнула копной запутанных волос, выпрямила спину и приготовилась что-то сказать, пока Ника не начала смеяться с её преображения. Однако Ловцова полностью оправдывала свою фамилию: — Смотрите-ка, как она сразу заинтересовалась! — Ника хохотнула в свойственной ей манере: развязно и громко. Кипяток из чайника полился в чашку, выбивая из пакетика самые сладкие, самые яркие ноты жасмина. От аромата голодный желудок свело ещё сильнее. — Говори давай, зачем она звонила, — Эра нахмурилась. Её взгляд проследил траекторию, по которой чашка Ники стукнула о стол. Стоило Ловцовой сесть, Эра отобрала чашку, обняла обеими ладонями и сделала протяжный глоток: чай обжигал. Ника цокнула: — Ну что за наглость! — Говори, — Эра терпеть не могла тот факт, что Ника вечно тянет резину. Она не видела ни одной причины ходить вокруг да около. Тем более, во всём, что касалось Арины Дмитриевны. Нике же было очень весело. Она понимала, почему Эре так нетерпится услышать то, с чем пришла Ловцова. Эра не раз была замечена за особым отношением к Рише, и, если вдруг про ту заходила речь, она полностью теряла связь с реальностью. — Да ладно, ладно, — Ника миролюбиво выставила вперёд обе ладони. Отвоевать чай так и не получилось, поэтому она просто наблюдала за тем, как им наслаждается Эра. — Сегодня вечером во Дворце Игровых Видов Спорта соревнования по баскетболу. В тринадцатой школе не хватает трёх игроков. Ну а наша же директриса с их директрисой в коннекте, вот та и попросила учениками поделиться. Риша позвала меня, Степашку и Борисова из одиннадцатого. А сама она придёт за нас болеть, — губы Ника свернула в трубочку, а взгляд её стал совсем ехидным. Эра, как ей подумалось, молчала секунду-две, Нике же пауза показалась почти бесконечной. Она буквально слышала, как вертятся шестерёнки в голове подруги. Это было странно: неужели Эра вообще решается, нужно ей идти или нет? — Прекрасно! — Эра хлопнула в ладоши. — Во сколько соревнования? — Стрелецкая улыбнулась настолько обворожительно, насколько могла сделать это невыспавшаяся. Получилось очень даже неплохо. Ника же, выждав момент, отобрала-таки свой чай; правда, он успел прилично остыть. — В шесть, — Ника размашисто отхлебнула, как самый жадный из всех человек, и, по закону подлости, поперхнулась. Эра в ответ только снисходительно покачала головой. × Местные ребята позвали Егора во двор. Для него это была отличная возможность завести друзей. Проблема состояла лишь в том, чтобы отпроситься у родителей. Но — поскольку в тот день ответственным за всё был папа, который не переставал стучать по экрану телефона, мальчик усвистал гулять рано утром. Он быстро собрался, натянув на себя всё самое тёплое, пихнул в карманы запасную пару перчаток и проскользнул мимо мамы в подъезд. К середине дня Егор так и продолжал болтаться по улице: то в сугробах лежал, то ледышками в стенку гаража кидал, то качели на спор облизывал. Суровое детство мальчишек. Анне Владимировне оставалось только вздыхать и поглядывать в окно, чтобы окончательно не потерять ребёнка. Она готовила пирог, которого так сильно захотелось мужу, и не понимала, как Виктор вообще на это всё подписался. У них в планах было провести день вместе: поесть пирог, посмотреть кино, поболтать, потому что редко дома они оказываются втроём. А теперь получалось, что сына с улицы домой не затащишь, а мужа от телефона не оторвёшь. Виктор постоянно смотрел в экран, быстро что-то печатал и на голос жены с кухни не реагировал. И вот когда в очередной раз на свой вопрос она услышала одно лишь эхо, она не выдержала. — Вить, ну долго тебя звать? — Анна Владимировна с размаху запустила кухонное полотенце в мужа. Он, однако, даже немного не испугался: мастерски поймал его, заблокировал телефон и взглянул на жену: — Солнышко, прости! — мужчина улыбнулся, виновато притупляя взгляд. Он знал, что скажет то, что ей не понравится. — Рабочие моменты. — Опять работа в субботу? — она всплеснула руками. Да, она тоже была не идеальна: торчала в школе до позднего вечера, таскала проверять тетради домой, умудрилась найти нескольких учеников на дополнительные занятия. Но её выходные всегда были свободными, в то время как его всё чаще становились полурабочими. — Кузьма код переписать не может, а заказчик ждёт проект к понедельнику. Вот, пытаюсь инструктировать, — он покрутил телефон, чтобы проиллюстрировать свои слова. Это было одним из признаков того, что ему нечего скрывать. Тем не менее, Анна Владимировна недоверчиво приподняла уголок губ. — По смс-кам? — понимая, что спрашивает очевидное, она всё-таки решила уточнить детали. В конце концов, надо же было как-то закончить этот диалог, а не просто уйти. Виктор пошёл ва-банк. Ощущая странные разряды тока, которые исходили от жены, он понял: пора спасать себя. Вытянув телефон в руке, он заранее решил для себя, что она сделаёт всё иначе: — Ты можешь проверить, всё честно, — это была манипуляция. Добрая ли с его стороны — никто в тот момент не разобрался, однако оба поняли, что зашли в тупик в разговоре. Женщина хмыкнула и беззлобно ответила: — Да иди ты! И он действительно пошёл. На кухнню за ней. Он догнал её буквально за несколько широких шагов, обнял за талию со спины и уткнулся носом в волосы. Она пахла фруктами, которые всего десять минут назад нарезала для пирога. Этот запах был таким знакомым и родным, что он не удержался от нескольких долгих поцелуев. Он целовал и целовал, не мог остановиться. А она смеялась и отвечала на каждый. × Эра чувствовала себя жутко виноватой за то, что пришлось отправить Нике ту смс-ку. Она написала: «Прости, у меня очень срочные дела... Я буду держать за тебя кулачки! И АД привет от меня». И пожалела об этом. Она очень бы хотела поддержать Нику и увидеть Арину Дмитриевну. Но — сообщение уже долетело до подруги, а встреча в ресторане была назначена, так что отступать было некуда. Эра собиралась нехотя. Она, как и договаривались ранее, оделась максимально удобно: топ, рубашка и джинсы. Она не знала, будет ли это нормальным вариантом для ужина, но решила не забивать голову этим. Хотя, наверное, всё-таки стоило бы, потому что вдруг появились совсем другие, нехорошие, мысли. Эре стало волнительно, некомфортно в собственном теле: тянуло живот, в горле запершило, болели мышцы , как от многочасовой тренировки. Она знала, что это психосоматика и тело само выдумывает для себя болячки. Причиной тому была неизвестность. Точнее, страх перед неизвестностью. Эра гнала от себя плохие варианты развития событий. В конце концов, не могло всё быть настолько ужасно. Она пообещала себе вернуться домой не позднее одиннадцати и подкрасила ресницы.