Ангел-хранитель

***

Кас не мог не отметить странное поведение Дина. Ему очень хотелось залезть к тому в голову и узнать, о чем тот думает, но сдерживался. Конечно, это было бы неправильно и Дину это бы не понравилось, а он ценил его личное пространство. Кас старался максимально контролировать свои силы, чтобы не переходить границы. У него это уже получалось. В тот вечер Дин был особенно добр с ним и так мягко смотрел на него. Кас был счастлив делить момент с Дином, однако... общение с детьми и наблюдение за воссоединением семей напомнило ему, кто он такой. И что у сосуда, что он занял когда-то в 2008 году, тоже была семья, которую он, по всей видимости, разрушил. Кас ценил то, что Дин с такой легкостью принял его, но это не отменяло того ущерба, что Кас нанес миру. И он стремился это исправить. Ведь так поступил бы Дин, верно? Он довольно быстро нашел Клэр. С полной благодатью это было легко. Клэр была жгуча, даже не хотела его видеть и с ним разговаривать. — Ты монстр, отстань от меня. Эти слова ранили его, но он старался держать лицо невозмутимым. — Клэр, я знаю, что вмешался в вашу семью. Мне... очень жаль. Я хотел бы это исправить. Клэр резко оборачивается: — Да? И где же ты был раньше? Я молилась тебе, Кастиэль. Много молилась. Вопрос был справедливый. Кас слышал все ее молитвы раньше, но игнорировал их, так как постоянно был занят, и в какой-то момент они просто прекратились, а потом левиафаны, Чистилище... Конечно, Клэр не нужно было знать об этом. Когда Клэр в очередной раз сбегает от него, Кас перемещается в Бункер. От резкого хлопка крыльями и появления Каса Дин вздрагивает и роняет яйца, которые собирался пожарить на сковороде, и тут же начинает браниться. — Мне нужна ваша помощь, чтобы завоевать доверие Клэр, — ровным голосом говорит Кас. Сэм смотрит на него так, будто он притащил осла в Бункер и сказал, что тот теперь будет с ними жить. — Э-э... зачем тебе это? — Да, разве ты не хотел просто проведать ее, как она там? — подходит Дин. Кас принялся объяснять свою логику, и братья неутешительно покачали головой. — Мужик, так просто она тебя не примет. А почему она в приюте? Где ее мама? Кас задумывается. — Я пытался у нее спросить, но она не говорит. Вероятно, что-то случилось с Амелией. Кастиэль ухватился за эту идею и теперь собирался вернуть Амелию обратно к дочери. Разузнать, что у них случилось. Сэм выразил явное неодобрение во вмешательство дел Новаков. Дин же странно долго посмотрел на Каса, вытер руки полотенцем и наконец сказал: — Я пойду с тобой. Ангел с серьезным видом кивнул и перенес их к девочке.

***

День был насыщенным, но им все-таки удалось расположить к себе Клэр и открыть глаза на то, что Ренди ей пользовался. И она согласилась рассказать о своей матери. Так начались их поиски. Дин то был подозрительно близок к Касу, то резко отстранялся от него. Касу нравилось находиться рядом с Дином, видеть его душу — их крепкая связь кипела сквозь его благодать, и Кас чувствовал себя счастливым рядом с Дином. Но его поведение было немного непредсказуемым. То в один момент он мягко улыбается Касу и в его глазах играют звездочки, то он резко становится холодным и отрешенным и... как будто напуганным. Каса это сбивало с толку. Почему Дин так себя вел? Но и выяснить причину не мог, ведь влезать в голову Дина не стоит. С Сэмом все было как обычно. Их разговор по душам в Бункере закрыл все их недоговоренности и недосказанности, поэтому не сквозило никакой неловкости. С Дином почему-то было иначе. Несмотря на то, что их узы были закреплены енохианской магией, — механизм связи которой сам Кас не до конца осознавал, — поведение Дина оставалось загадкой для него. А он и так был несилен в выстраивании коммуникации с людьми. Он рад, что хотя бы с Сэмом у него все было хорошо. Сейчас он поможет Клэр воссоединиться с ее матерью, и все будет еще лучше. Он сделает хоть что-то полезное и хорошее для этого мира, очистится хотя бы от одного своего проступка. Так он, по крайней мере, думал. Расследование занимает у них какое-то время. Кас понимает, что Амелия Новак скрыта от него потусторонними силами. Они разъединяются: Сэм остается с Клэр в мотеле, а Дин с Касом собираются поехать в бар, чтобы больше узнать о местонахождении Амелии. — Я мог бы перенести нас просто... — Убийца веселья. Если ты станешь нас просто везде перемещать, так будет неинтересно и нет смысла в охоте, — говорит Дин и кидает ему фальшивый значок ФБР на ноги. — Но мы не на охоте, — хмурится Кас и подбирает значок. — Клэптон и Пейдж. Оба были гитаристами Led Zeppelin, — ухмыляется Дин, поясняя фамилии на фальшивых значках. Кас тупо кивает. Они находят зацепку — Питер Холлоувэй, который лечил некоторых людей, а другими кормился. В этот момент у Каса уже возникает теория, кто это мог бы быть. — Кас, выглядишь так, будто у тебя сейчас пар из ушей повалит. Расслабься. Найдем эту Амелию, а учитывая твои силы, кто бы там ни был, ты надерешь ему зад, — Дин дружески похлопывает его по плечу. Кас поднимает на него несчастный взгляд, и рука Дина задерживается чуть дольше обычного. Дин начинает нервно переводить взгляд, и Кас чувствует, что что-то поменялось в воздухе. Он предпочитает на этом не зацикливаться и возвращается к поискам Амелии Новак.

***

Кас был рад, когда они смогли выйти на след Амелии. Оказывается, она была под влиянием Григории. Раньше Кас уважал этот класс ангелов и даже трепетал перед ними, а сейчас испытывал к этому отродью только отвращение. Он выждал некоторое время, дал надменно выговориться Григории, а потом выжег его сущность до тла. И с удивлением проследил за восхищенным взглядом Дина, который тот постарался отвести, когда понял, что Кас за ним следит. Что это значит? Амелия очнулась и потянулась к Касу: — Джимми? Ее голос был так невинен. Кас собрал все свое самообладание и произнёс: — Нет. Прости. Ее глаза потухли, уголки губ опустились. Кас направил свои силы на ее исцеление, и больше она не выглядела настолько измученной. Амелия явно хотела что-то сказать, но подошла Клэр, чтобы воссоединиться со своей мамой. Вскоре компания охотников выпроводила их на улицу. Амелия была полностью в порядке, как и Клэр, не считая глубокого эмоционального потрясения. Сэм спросил: — Что теперь? Вас подвезти домой? Амелия благодарно ему кивнула и назвала адрес. Кас сказал: — Я мог бы это сделать, я могу вас перенести. Амелия явно избегала его взгляда, но, подумав, все же согласилась. Мгновение спустя они всей компанией уже были у заброшенного дома Новаков. Клэр перевела взгляд с улыбкой то на дом, то на маму, и прошептала ангелу: — Спасибо. Кас был удовлетворен этим. Опять же, Кас думал, что все будет хорошо. Он посчитал этот момент достаточно уместным, чтобы сделать подарок Клэр к ее дню рождения, и протянул ей плюшевого медведя. В этот момент лицо Амелии исказилось гримасой презрения, она рукой увела Клэр за свою спину и выплюнула в лицо Кастиэля: — Теперь держись от нашей семьи подальше. Ты принес нам достаточно горя. Кас отступил как от удара ножом. Он понимал, что эти слова были заслуженны, но все же надеялся, что смог загладить свою вину хоть немного, и надеялся, что подарок для Клэр не будет лишним. Но, по всей видимости, это не так, и он просчитался. У него происходило это довольно часто — он не очень считывал эмоциональный настрой людей. Кас неловко подмял лапу медведя. — Я.... — Даже слышать не желаю. Ты украл лицо моего мужа, украл плащ моего мужа, отнял жизнь моего мужа и смеешь находиться перед нашим домом и дарить моей дочери... — Хватит, — с холодом вмешался Дин. Он выглядел разозленным. — Кас, ты сделал все, что мог. Мы уходим. Он хватает медведя и толкает его в руки оторопевшей Клэр, которая явно еще не успела среагировать на произошедшее, берет под локоть Каса и уводит в сторону. Кас приоткрывает рот, чтобы что-то сказать, но понимает, что ему нечего добавить. Он в последний раз оборачивается на Клэр с Амелией, — Амелия не смотрит на него из принципа, — и переносит их с Сэмом к Импале. — Ам-м... — неловко произносит Сэм. — Мы будем это обсуждать? — Нет, — все так же холодно отвечает Дин и садится в машину.

***

Неловкость со стороны Каса и Сэма прорезается явно сдерживаемой агрессией Дина. У него двигаются желваки на лице, взгляд сосредоточен на дороге. — Дин, ты в порядке? Выглядишь каким-то злым, — как бы невзначай бросает Сэм. — Злым? Да, я чертовски зол, Сэм. Кас сглатывает, сидя на заднем сидении. В его голове пролетают всевозможные фразы, которые мог сказать Дин, от «Ты тупица, как можно было подарить Клэр игрушку в этот момент» до «А чего ты ожидал, очевидно было, что тебе не будут бросаться в ноги в благодарности», но услышанное его поражает: — Она не имела права такого говорить про Каса. Никто, черт возьми, не заслужил услышать такого. Кас с удивлением вытягивается на заднем сидении. Он пытается поймать взгляд Дина, но тот его словно специально избегает и продолжает смотреть на дорогу. Внутри загорается приятное чувство, которое Кас не знает, как расценить. — Я еле сдержался, чтобы ей не ответить чего похлеще. Да, Кас нанес урон ее семье, но как можно не понимать, что у него не было выбора? Как будто бы она была гребанным ангелом под предводительством Бога, который может испепелить тебя силой мысли. Посмотрел бы я на нее, как бы она отказалась выполнить божественный приказ. — Дин.. — удивленно произносит Сэм, но старший брат продолжает: — Сэмми, я знаю, что ей больно смотреть на Каса, который носит тушку ее мужа. Но она не знает Каса так, как мы, — он ударяет ладонью по кожаному рулю. — Я знаю, как сильно сожалеет Кас о содеянном, он постарался все исправить, и черт возьми, я не хочу, чтобы из-за ее слов он захотел опять отчаянно самопожертвовать собой во благо человечества или типа того. — Ого, — говорит Сэм. — Приятно знать, что ты так заботишься о нем. Кончики ушей Дина розовеют. Он бурчит едва слышно «А кто нет», а затем добавляет: — Тема закрыта, — и громче включает музыку. Кас смотрит на него с улыбкой. Надо же, Дин, оказывается, так глубоко о нем заботится. А Кас боялся, что тот на него наедет из-за его «глупой» идеи воссоединить семью Новаков. Мало того, что он не находит это глупым, он еще и беспокоится о Касе, а также посчитал слова Амелии жестокими. Кас погружается в глубокие раздумья и не сводит глаз с напряженного Дина.

***

Им поступил звонок — нужна помощь Джоди Миллс. Братья кратко рассказывают, кто такая Джоди; Кас немного знал о ней. Братья не стали заезжать в Бункер и сразу поехали в соседний штат. В этот раз полицейская убила вампира, пытавшегося забрать заключённую по имени Алекс, и ей нужна помощь, чтобы убедиться, что девушке ничего не угрожает. Кас то и дело порывался предложить свои силы для расследования, но Дин лишь мотал головой и говорил, что в этом нет необходимости. Выяснилось, что девушка долгое время была подвержена влиянию вампиров и искренне считала их своей семьей. В момент особой опасности ангел защищал Дина, и тот благодарно ему кивал. Дин не мог не отметить, что Кас был прекрасным напарником. Неважно, был тот с полной благодатью или без, они всегда хорошо читали друг друга. Это единство было очень приятным. Так же, как и в Чистилище, так же, как и всегда до этого. Это ощущение, что они связаны друг с другом... — Ты уверен, что хочешь этого? Он замолкает на пару секунд. — Да. Кастиэль неловко стоит у дверей, пока они с Джоди продумывают стратегию действий. Он всегда кажется таким одновременно маленьким и беззащитным, и в то же время надёжным партнёром по бою и другом. Другом? — Я уже всё решил. Так будет правильно, — Дин опрокидывает в себя ещё одну стопку. — Твой звонок в ту ночь показался мне отчаянным. Ты был пьян. И продолжаешь напиваться сейчас. Дин поднимает на неё недовольный взгляд. — Не мне судить, но я должна быть уверена, что мой партнёр по сделке не сдаст резко назад на полпути. Мне нужна гарантия, — лукаво произносит ведьма. Дин давно не смотрел на Каса, как на просто друга. И в этом и была вся проблема. — Дин, ты здесь? — спрашивает Сэм, вырывая его из воспоминаний. — А... да, все в порядке, — он нервно облизывается и фокусирует внимание на деле. — В этот раз Кас задействует силы и поможет нам найти гнездо, так будет проще всего, — улыбается он. Кас молча кивает и переносит их. Пока Дин разрубает вампиров направо и налево, а Кас выжигает существ одним касанием, в его груди блещет адреналин и страх. Он боится, что Кас все узнает. Он боится, что Кас давно все знает, но молчит, молчит, молчит. — Раз скрижаль ты добыть не можешь, есть другой артефакт, который мог бы нарушить столь сильную связь, — Ровена аккуратно отпивает из бокала. — Книга мертвых. — Где ее достать? — он переходит к делу. — Даже не поинтересуешься, что это такое? — ведьма сверкнула глазами. Дин пожимает плечами. Он сможет узнать про этот артефакт в Бункере более подробно, а сейчас нужно договориться о сделке, пока он не струсил. Ведь Ровена была права: он сомневается. — Книга мертвых находится во владении семьи Стайнов, надежно защищенная. Эти сумасшедшие головорезы никого к себе не подпустят. Часто Дину хочется свернуться калачиком и больше не нести тот груз ответственности, что он взял. Он чувствовал, как устал. Он заперт в рамки и не может из них выйти. Он не может. Когда девушка наконец приняла верное решение и убила мать вампиров, они облегченно выдохнули. Кас смотрит на него, чуть ли не светясь, и Дин понимает, что полностью пропал. Он пропал в этом парне, и пути назад нет. Но есть что-то, что он мог бы предпринять. Решение, которого могло бы оставить все, как есть. Алекс решает остаться на попечении у Джоди, и это правильно. Не сразу, но девочка сможет адаптироваться к человеческой жизни, и под присмотром Джоди это будет эффективнее. На пол пути к машине Дин прокашливается и произносит: — Я нашел нам еще одно дело, но мы займемся им завтра. — Какое дело? — с удивлением вовлекается Сэм. — Семейство Стайнов, — хрипло говорит Дин, садясь в машину и поворачивая ключ зажигания. — Изначально люди, модифицировавшие себя до монстров. — Я слышал о них. Это действительно очень кровожадные люди, если их вообще можно назвать людьми, — подхватывает Кас. — Походу, я один не в теме, — досадно подмечает Сэм. — Дин, как ты вообще о них узнал? — Дин собирается что-то ответить, но Сэм прерывает: — Хотя, знаешь что? Мы достаточно поработали сегодня. Оставим это на завтра. Сейчас я очень голоден. Сэм был прав. Они целый день на ногах и толком не поели. Дин почти всегда был голоден, но теперь он оказался так погружен в свои переживания, что забыл о еде. Он опять начал переживать, что Кас может заметить даже такую маленькую перемену и прийти к определенным выводам, но тот лишь продолжал загадочно на него смотреть с заднего сиденья. Ничего не произошло. — Да, нам не помешает поесть. Заедем сейчас куда-нибудь, — сглатывает Дин и выезжает на главную дорогу.

***

Когда они приехали в Бункер, и Дин уже собирался скрыться в своей комнате и пролежать там до конца своих дней, переваривая свои чувства и новые ощущения, как источник этого подошёл к нему и положил руку на плечо: — Дин, я хотел тебе кое-что сказать. У него перехватило дыхание. Неужели?.. — Я очень ценю то, что ты принял меня, — начал Кастиэль. Он выглядел расслабленным, и в тоже время собранным и сосредоточенным, как и всегда. — Правда. После всего, что я сделал. После всей боли, что я причинил другим... Несмотря на все, ты продолжаешь относиться ко мне... — Как? — спрашивает резко Дин. — Кас, все и так понятно. Ты мой лучший друг, — подчеркивает он, а сам чувствует, как что-то падает в сердце. — Кхм... — он прокашливается, чтобы сделать тон помягче, видя, как растерялся Кас от его беспричинной защиты. — Я имею в виду, конечно, ты же мне как брат. Я всегда буду на твоей стороне. Это даже не обсуждается, мужик. — Да, но я просто... — Кас смотрит на него так заискывающе. А кристально-голубые глаза только подчеркивает это выражение, заставляя внутренности Дина скрутиться от переполняющих его чувств. — Я думаю, не просто так между нами эта связь, Дин. Она священна. Вместе с чувством обожания и привязанности добавляется чувство страха, заставляющее его резко отчеканить: — Кас, мы не просто какая-то... пара, которая связана какими-то священными узами. Это просто... странная ангельская магия. Так сложилось. Это ничего не значит, — он видит, как выражение лица Каса сменяется моментально холодом. — Я имею в виду... ты для меня значишь. Очень много. Нас не характеризует какая-то... Странная связь. Она не должна нас заставлять делать что-то, чего мы не должны. — Что, например? — голос Каса стал ледяным, как сталь. Внезапно весь образ милого парня улетучился, и остался человек в плаще. Практически незнакомец, который продолжал сжимать его плечо. Дин молчит и пялится на него, как олень при свете фар. Наконец он облизывается и говорит: — Я... Мы не должны... — Что не должны, Дин? — низким рокотом говорит Кас и придвигается к Дину на опасно близкое расстояние, практически вжимая в стену и ужесточая хватку на плече. — Что ты имеешь в виду? — шёпот вызывает мурашки по спине. Дин думает, что сейчас потеряет сознание. И это просто нелепо. Его одновременно возбуждает и пугает парень напротив. Пугает, потому что боится, что тот узнает правду. Он в любой момент может почувствовать его, как собака, неправда ли? — Вся эта связь между нами — чепуха, которой не должно быть, — выпаливает Дин, и тут же сожалеет об этом. Кас отшатывается от него и уводит взгляд в сторону. В какой раз это происходит? — Нет. Постой... — Дин приподнимает руки. — Я понял, Дин, — надломленные голосом отвечает Кастиэль, отвернувшись от него наполовину. — Кас, — Дин старается сделать тон как можно более раскаянным. Повисает тишина, и Дин не знает, что добавить. — Я... — Не надо, Дин. Я всё понял, — слышится взмах крыльев, и тот исчезает. — Чёрт! — матерится Дин. Он чувствует себя самым худшим человеком на Земле.

***

Стук в дверь. Охотник поднимает голову и видит брата в дверях. — Дин, нам нужно поговорить. О нет, только не это. Конечно, Сэм решил провести братский разговор. Дин отворачивается всем телом, показывая, что хочет избежать разговора. — Это о твоих чувствах к Касу. Дин ощетенивается и резко бросается к брату, ругаясь: — Ещё громче скажи это, придурок! — Тебе же будет проще, если ты примешь это. Всем будет проще, Дин, — спокойно продолжает брат. — Это уже несмешно, и ты не можешь меня больше избегать, — размахивает руками гигант. — Ни меня, ни Каса. — Ты что, подслушивал? — спрашивает Дин. Сэм смотрит в недопонимании. — О чёрт... — бурчит Дин, понимая, что сам себя подставил. — Что подслушивал? Дин, вы поговорили? — спрашивает взволнованно брат. — Мы не будем это обсуждать... И... Между нами с Касом все хорошо, — Дин тыкает пальцем в грудь брата. — Дин, я не знаю, что мне сделать, чтобы ты раскрылся мне, — с отчаянием произносит Сэм. — Я только и делаю, что последние несколько месяцев выпытываю из тебя информацию, и знаешь что? Я устал, — взрывается Сэм. — Ты хоть подумал, что чувствую я? — Сэмми... — Боже, да мне плевать, что ты чувствуешь к Касу. Я просто не хочу, чтобы ты наделал ошибок, о которых потом будешь жалеть... — Давай обсудим это в более приватном месте, — строго прерывает его Дин, и уводит в одну из комнат подальше. Когда они оказались внутри, старший захлопывает дверь, и его плечи сдуваются. — Дин... — Я признался себе, что мне нравится Кас, — тихо говорит он, все ещё стоя спиной. — Проблема вовсе не в моих чувствах. Дин чувствует затылком изумление Сэма. — Ого, ладно, тут ты меня удивил. Тогда что не так? Боишься, что это невзаимно? — Мы находимся на гребанной войне, Сэм. Ежедневно. Мы выбрали этот путь. Любовь, семья — в романтическом смысле — это всё не для нас. Мы уже прошли этот этап, и знаем, что это кончается всегда хреново. Всегда. Сэм недовольно скрещивает руки на груди. — Это вообще не та ситуация, где стоит о таком беспокоиться. Кас — гребанный могущественный ангел, и я не думаю, что кто-то сможет воспользоваться вашей связью в качестве угрозы. Потому что вы сильны. Оба. — Сэм... Как же ты не понимаешь, — Дин разворачивается. — Каждый раз, когда я пытаюсь с кем-то построить отношения или семью, этот человек оказывается втянут в дерьмо. Каждый раз что-то идёт не так. Каждый раз я... что-то рушу, — он чувствует, как слезы наворачиваются на глаза, и ему это не нравится. — Не тебе давать мне советы, что мне делать в такой ситуации. — Дин, прости, но ты просто навязал себе эту фигню, — продолжает Сэм. — Он очень дорог мне. Очень. И я не хочу все разрушить своими гребанными... чувствами, с которыми и так до конца не разобрался. Последнее, что я хотел бы, — чтобы Кас оказался чёртовым экспериментом. Какой-то игрушкой. Если бы что-то между нами и было... Это должно быть искренне, взаимно и правильно. А так не может быть. Сэм молчит, осмысливая. — Воу, а все и правда очень серьезно. Дин хватается руками за голову. — Черт возьми, Сэм, я не могу всё снова испортить. То, что я испытываю... неправильно, и не только потому, что я мужчина и мне всю жизнь нравились женщины. Нет, Сэм. Он мой лучший друг, и я могу испортить нашу дружбу своими возникшими на пустом месте чувствами, и потом мы не сможем спокойно вернуться к тому, что было. — Сэм явно хочет возразить на каждое его утверждение, но Дин не позволяет: — Он ангел, а я человек. Я охотник, а охотники не могут рассчитывать на любовь до гроба, мы видели, чем все заканчивается. Целая грёбаная куча причин, почему мои чувства тут — ошибка. Повисла тишина. Сэм хмыкнул и сказал: — С Анной тебе ничего не мешало спать. — Сэм, это совсем другое... — Ладно, ладно. Я понял. Ты сам не до конца разобрался в себе, и тебе нужно время, — приподнимает руки Сэм в сдающемся жесте. — Но я настаиваю, чтобы ты поговорил об этом с Касом. Уверен, твои чувства взаимны. Дин начал ловить воздух ртом, но потом успокоился. — Не знаю, с чего ты так уверен, и даже если это так... Все не должно дойти до этого. — Так всё-таки дело в этом, а? — усмехается брат. — Ты боишься, что все это невзаимно. — Дело не только в этом, и я буквально тебе объяснил. Повисла на некоторое время тишина. — Я рад, что ты хотя бы принял свои чувства к Касу. Это уже прогресс. Есть ли что-то ещё, о чем мне стоит переживать? — Нет, — врёт Дин. — О чем ещё тут говорить? — Дин, пожалуйста, — Сэм опять включает режим заботливой мамочки и подхватывает руку Дина, — Скажи честно, если у тебя есть какие-то планы. Я очень надеюсь, что ты ничего не задумал. И что ты не обидишь Каса. — Что? Обижу? — с вызовом смотрит Дин, и продолжает: — Сэм, это я буквально все эти месяцы пытался вытащить его из его же задницы. Явно последнее, что я хочу, — это как-то обидеть Каса. Он говорит это и чувствует, как ему противно с самого же себя. И противно со всей этой лжи, в которой он запутался. Он ведь только что задел Каса, и даже самый тупой бы это понял. Только Дин понимал, что не сможет взять свои слова назад. Сэм смотрит на него в ответ какое-то время, но сдаётся: — Я не знаю. Просто... Не скрывай от меня ничего. И не принимай глупых решений. — Хорошо, мамочка, — дразнит Дин. Внутри него все бушует, но он не показывает. Конечно же, не показывает.