Вопрос времени. Часть 2

Большинство людей считают меня глупым. Это связано с тем, что я моложе тридцати, блондин и вроде как взбалмошный. Так что, несмотря на то, что у меня объем внимания как у золотой рыбки - оооо, замок, оооо, замок, - я могу использовать свой мозг для сложных рассуждений. Я не пошел в хозяйственный магазин или куда-то еще, чтобы снять наручники. Я поймал такси (с наручниками) и попросил отвезти меня в магазин, специализирующийся на секс-игрушках для взрослых. Приехав туда, я сказал кассиру, что мой парень потерял ключ от наручников, которые мы купили накануне. Она рассмеялась, ее менеджер рассмеялся, парень, отвечающий за смотровые кабинки, рассмеялся, но работник склада достал кусачки и разделил мне руки, а другой работник склада, вернувшись с перерыва, взломал для меня замки на каждом наручнике. Они были впечатлены тем, как реально они выглядели, когда бросали их в стальную корзину для мусора за прилавком. Я дал менеджеру полтинник и попросил его купить всем обед. Он пригласил меня пойти с ним на танцы после работы, и я любезно отказался, прежде чем выскочить из магазина. Я поймал такси до Галлерии и нашел телефон-автомат. Я набрал свой собственный номер. – Джори, черт возьми! Где ты, блядь, находишься? – спросил Сэм, когда ответил на втором гудке. – У тебя есть мой телефон? – Очевидно, – прорычал он. – Что, черт возьми, случилось? Ты должен был ждать! – Спроси агента Калхуна. – Нет, я знаю, что он облажался. Он сказал... черт... ты в наручниках? – Больше нет. – Господи, – сдулся он. – Детка, ты... – Я должен уехать отсюда, Сэм. Если я останусь, мне будет больно. – Джор... – Увидимся дома, хорошо? – Нет, не хорошо! Мне нужно... – Я не собираюсь лететь, – я размышлял вслух. – Они могут искать меня в аэропорту, так что я поеду на машине, или на автобусе, или... – Нет, – сказал он категорично. – Просто встреть меня в отеле, и я... – Я не хочу, чтобы у тебя были неприятности из-за укрывательства беглеца. – Любимый, ты не беглец. Единственное, что хочет сделать агент Калхун, - это задержать тебя для допроса. – То, как он говорит, пугает меня до смерти. – Я знаю, но он... Аарон Саттер внезапно всплыл в моей голове. – Черт, я только что кое-что придумал. – Детка, просто, пожалуйста, встретимся в моем отеле. Мы с Дейном остановились в Хилтон в аэропорту. Я в номере девять-двенадцать. Пожалуйста, просто будь там. – Думаю, у меня есть идея получше. У Аарона был частный самолет - он мог бы прислать его за мной, и, я был уверен, прислал бы, если бы я попросил его достаточно вежливо. – Нет, не звони никому другому. Не обращайтесь сейчас ни к кому, кроме меня, это будет ошибкой. Нельзя было отрицать, что этот человек хорошо меня знал. – Но Сэм, я... – Детка, – сказал он, и его голос был как мед. – Пожалуйста. Я позволил себе вздохнуть, и в этот момент его голос просочился в меня. – Не уходи без меня. Ты мне нужен. Я глубоко вздохнул. – Я пойду соберу свои вещи и встречу тебя в отеле. – Я заберу твои вещи - просто иди в отель. Я позвоню и скажу, чтобы тебе дали ключ. – Ты уверен, что тебе ничего не... – Джори, просто иди в мой номер и жди меня. Пожалуйста, я умоляю тебя. Я был бесполезен, когда дело касалось отказа Сэму Кейджу. – Скажи мне, где ты остановился, чтобы я мог забрать твое дерьмо. Я сказал ему об этом и повесил трубку после того, как он вытянул из меня очередное обещание встретиться в его отеле. Этот человек был полон решимости увидеть меня, и, как всегда, мой желудок трепетал при одной мысли о нем. Я смутно задавался вопросом, изменится ли это когда-нибудь.

****

От меня плохо пахло, я чувствовал себя грязным, поэтому, пробыв в комнате Сэма целый час, я принял душ. Когда через некоторое время я открыл дверь ванной и вышел в комнату, то обнаружил его стоящим у окна. На нем все еще было пальто, как будто он только что пришел. – Хай, – я улыбнулся ему и не смог сдержать вздох в голосе. Он ничего не ответил, просто пересек комнату и схватил меня, потянув вперед, прижимая к своему большому, твердому телу. Я почувствовал, что дрожу, но был бессилен остановиться. Было так приятно наконец-то оказаться в безопасности. Он был теплым и твердым, а его губы на моей шее казались раем. – Посмотри на меня. Когда я поднял голову, его рот был на моем. Это был пожирающий поцелуй, в нем не было ничего нежного, его язык пробовал меня на вкус, требовал меня. Он поднял меня на руки и отнес на кровать, где опустился на нее, не выпуская меня из объятий. Я ожидал, что меня поглотят, но вместо этого он оседлал мои бедра и сел. Он снял пальто и шарф и бросил их на пол, глядя на меня сверху вниз. – Боже, ты так хорошо выглядишь, – вздохнул я, любуясь его видом... поправившийся, исцеленный, снова целый и невредимый. – Как ты себя чувствуешь? – Я? – нахмурился он. – Господи, Джи, ты выглядишь как дерьмо. Я попытался встать, отойти, но он легко удержал меня. – Хватит дурачиться, ты же знаешь, что ты великолепен. Я просто хочу сказать, что ты выглядишь так, будто прошел через все это и... Господи, я больше никогда не спущу с тебя глаз. Его глаза были такими темными и красивыми. – Ладно. Он хмыкнул и поднял мой подбородок, чтобы посмотреть на мою шею. – Господи, детка, ты весь в синяках. Как... – Но я все еще нравлюсь тебе, верно? Ты все еще хочешь меня? – О чем ты говоришь? Мне потребовалась минута, чтобы ответить. – Я сейчас некрасивый. Он лег рядом со мной, его рука потянулась, чтобы коснуться моей щеки. – Джори, я люблю тебя снаружи, правда... ты прекрасен, и один только вид тебя заводит меня. Но, милый, правда... Я бы никогда не остался с тобой, если бы это было все. Я кивнул, моя челюсть сжалась. – Я люблю тебя, Джори. Я люблю твое доброе сердце, твою отзывчивость и то, как ты пробуждаешь все самое лучшее в каждом, кого встречаешь. Ты нужен мне, потому что без тебя я пустой и злой. – Нет, не пустой, – сказал я, опираясь на его руку. Он опустил меня обратно на кровать и поцеловал в шею. – Я чувствую биение твоего сердца прямо здесь, под твоей кожей. Я почувствовал, как дыхание перехватывает в горле. От одного его присутствия рядом со мной по телу пробегали мурашки. – Ты снова напугал меня до смерти. – Прости, – ответил я, глядя ему в глаза. – Я просто знал, что Сьюзен Рид была той, кто... – Я знаю, знаю, но послушай, – мягко сказал он, его голос был глубоким. – С этого момента никуда не ходи без меня. Я с удовольствием буду твоим помощником. Я улыбнулся ему. – Думаю, мы оба знаем, кто является героем этого произведения, Сэм. – Нет, не думаю, что знаем, – сказал он, наклоняясь и целуя меня, медленно, но тщательно, не торопясь, исследуя языком мой рот. В его поцелуе не было привычного жара и остроты, но я все равно чувствовал, как он проникает в меня. Я застонал, когда он отстранился. – Я тебе нужен. – Да, – искренне согласился я, извиваясь под ним. Он неожиданно улыбнулся. – Что ты делаешь? – Пытаюсь избавиться от полотенца. – Я вижу, – он лениво усмехнулся. – Но, детка, ты не в той форме, чтобы я... – О да, я в форме, – заверил я его, взял его руку и провел ею вниз по своему паху, только махровая ткань разделяла нашу кожу. – Это похоже на то, что я не готов? – Детка, – мягко сказал он, – ты... Но я оттолкнулся, выведя его из равновесия настолько, что смог перевернуться на живот и отдышаться. – И что теперь? - спросил он, поглаживая руками мою попку. – Сэм... пожалуйста... покажи мне, что ты в порядке. Я больше не хочу быть сильным. Никаких движений. – Сэм? – Ты делал все это, чтобы защитить меня, потому что мне было больно. – Да. – Значит, если мне станет лучше, ты перестанешь играть в детектива? Играть? – Теперь подожди, – мой голос понизился. - Я неплохо справился... – Заткнись, – прорычал он, прежде чем стянуть полотенце, оставив меня обнаженным под ним. – Угадай, что я тебе принес? – Я уверен, что у меня нет... – Не двигайся. Его вес исчез всего на несколько секунд, а затем вернулся. По звуку открывающейся крышки я понял, что он достал из своей сумки на полу. – Ты не беспокоился обо мне, – поддразнил я его. – Ты просто хотел меня трахнуть. Он схватил меня за волосы и сильно дернул голову назад. – Нет, Джи, ты хочешь, чтобы я тебя трахнул. Меня тошнит от одной мысли о том, что ты мертв, изнасилован или бог знает что еще. Я задрожал, ничего не мог с собой поделать. Мой мозг понимал, что мы ведем серьезный разговор, но тело просто переваривало его доминирование и силу, которую он проявлял по отношению ко мне. Он отпустил мои волосы, и я вжался лицом в подушку. Я почувствовал, как его скользкие пальцы проникают в мое тело, и издал слабый стон. – Мне уже лучше, Джи, поэтому с этого момента ты должен делать все, что я скажу. Ты понял? Я кивнул, не в силах говорить, чувствуя, как его руки скользят по моей попке, раздвигая ягодицы. – Ты должен помнить, кому ты принадлежишь. – Я знаю, кому я принадлежу, – прохрипел я, пытаясь снова податься к нему. Он поцеловал мою шею, перешел к плечу, а затем прикусил и глубоко вошел в меня. Я поднял голову, и он повторил свое движение. – Сэм... – это прозвучало как хрип, когда его рука скользнула под меня. – Боже... Я скучал по тебе... Я только что получил тебя обратно... – в его голосе прозвучала какая-то нотка, и он сбился на полуслове. Никакие слова утешения не могли быть сказаны, так как были только тепло, знакомый запах его кожи и мой тонущий, ноющий ответ на него. – Я ненавижу то, что ты мне нужен. И я хотел объяснить ему, что то, что он считал слабостью, на самом деле было даром. Большинство людей никогда ни в ком не нуждались. – Джори.... Я задыхался, стонал от удовольствия и повторял его имя снова и снова. Это было все, что я мог сделать, мои чувства утонули в обжигающем жаре, его прикосновениях и первобытном звуке его голоса. Я был так счастлив, мое тело было так готово, ведь я так долго обходился без него. Мне не хватало обычной выдержки, чтобы сдержать оргазм. Он задал ритм, который вырвал у меня гортанный стон. Наполненный и поглаживаемый одновременно, я чувствовал, как пульсирует глубоко внутри меня, поднимаясь, достигая пика, моя кожа горела под его кожей, когда я умолял о том, чего хотел и в чем нуждался. От его признания, что он хочет погрузиться в меня, коснуться моего сердца, кровь запульсировала в моих венах, мышцы напряглись все разом, как волна, нахлынувшая на меня. Я чувствовал, как толчки удовольствия проходят через Сэма, как его тело сотрясается от них, пока его дыхание не перехватило, и он не выкрикнул мое имя. В этот короткий, раскаленный до бела, с колотящимся сердцем, переполненный эйфорией момент... все казалось идеальным. Он быстро поднял меня, стараясь не раздавить, и я услышал, как застегивается его молния, а затем звякнула пряжка ремня. – Ты уже закончил со мной, да? – спросил я, улыбаясь в подушку. – С тобой никогда не бывает покончено, – хрипло сказал он. – Перевернись. И когда я это сделал, он обнял меня и прижал к своему сердцу. Я поцеловал его шею, почувствовал его бешено бьющийся пульс и приник губами к его покрытой щетиной челюсти. Он просунул ногу в джинсовой одежде между моими голыми ногами и провел рукой по бедру, прежде чем натянуть на меня плед. Я был голым, он - полностью одетым, и я знал, что он был доволен. Его господство не вызывало сомнений. – Тебе это нравится, – усмехнулся он, хриплым голосом поглаживая меня по спине и позволяя своей руке спуститься по моим ягодицам к ноге, перекинутой через его бедро. Проведя рукой под моим коленом, он притянул меня ближе, желая еще большего контакта, желая, чтобы я прижался к нему так, что мой пах оказался напротив молнии его джинсов. – Тебе нравится, когда я тебя одолеваю. Я бы расплакался, если бы открыл рот. Слишком много было облегчения, слишком много счастья, и все это грозило вылиться из меня, если бы я позволил. Внутри бушевали эмоции, которые я испытывал еще тогда, когда он лежал на больничной койке. Я должен быть сильным ради Сэма и держать это в себе. – Позволь мне это, Джи. Я знаю, ты злишься, что я не был достаточно сильным, чтобы не пострадать. Это потрясло весь твой мир и заставило тебя бояться, потому что ты ненавидишь мысль о том, что ты уязвим, что у тебя что-то отняли, – его голос был ласковым, таким нежным, как и его губы на моих веках, щеках, лбу. – Вот ты снова впускаешь меня в свою жизнь, а я чуть не умираю из-за тебя... твое сердце, которое ты так стараешься уберечь, я чуть не уничтожаю при каждом удобном случае. Я тяжело сглотнул, желая, чтобы он замолчал. – Не злись на меня больше. Мне жаль, что я пострадал. Я обещаю, что этого больше не случится. Просто не оставляй меня. Никогда не оставляй меня. Я пытался дышать, но это было так трудно. Его пальцы провели по моей челюсти, а затем он приподнял мой подбородок и одновременно наклонился вперед. Он завладел моим ртом и глубоко поцеловал меня. Я поцеловал в ответ со всей силой, на которую был способен, и он опрокинул меня на спину, прижав к кровати. – Черт возьми, Джори... Я не думаю, что когда-либо хотел тебя так сильно, – его голос был низким, почти рычащим. – Нет? – я поддразнил его, прикусив губу. Он быстро поднялся с меня, скатился с кровати, стал возиться с ремнем, дергать за одежду, сбрасывая с себя все так быстро, как только мог. Я хихикал, наблюдая за ним, потому что он так старался, а потом увидел шрам и затаил дыхание. – О, нет-нет, – он улыбнулся, забрался обратно в кровать под плед и обнял меня, прижимая к своей груди. – Ты не можешь использовать мою недавнюю операцию как причину, чтобы не заниматься мной. Меня трясло. Я почти его потерял. – Я больше не достаточно красив для тебя, да? – поддразнил он меня, припав ртом к ключице, медленно облизывая и покусывая ее от плеча до челюсти. – Я изуродован. – Сэм, – с трудом выдавил я. – Ты мог... – Знаешь, вместо того чтобы думать о том, что могло бы случиться, почему бы тебе не направить весь этот страх в страсть и не взорвать меня... то есть... взорвать мой мозг, – он засмеялся. Я просто уставился на него. – Что? – он лукаво улыбнулся, в его глазах заплясали искорки. Он был невероятен. Его мысли были заняты только одним. – Я не знаю, почему ты так на меня смотришь, – он продолжал ухмыляться. – Я ничем не отличаюсь от всех остальных парней на планете. Я хмыкнул, и он рассмеялся, когда я навалился на него, чтобы отстранить его от себя. Он позволил мне перевернуть его на спину. Его глаза были прикрыты тяжелыми веками, когда он смотрел на меня снизу вверх. – Иди сюда. Я приподнялся над ним, а затем медленно опустился на него, насаживаясь так глубоко, как только мог, и погружая его в себя. У него перехватило дыхание, и это было очень сексуально - то, как он реагировал на меня, его руки сжимали мои бедра, его тело напряглось под моим. – О... Боже, – его голос надломился. – Скажи мне, что ты скучал по мне, – потребовал я у него, прежде чем наклониться вперед, чтобы поцеловать. – Ты знаешь, что я... о... Джори... – он говорил так, будто ему было больно, пока я поднимался и опускался по его длинной, твердой, скользкой длине. – Твое тело такое горячее. Я улыбнулся, он застонал. Это была изысканная пытка, и я наслаждался своей участью добровольной жертвы. Когда он выкрикнул мое имя, запустил руки в мои волосы, чтобы притянуть меня к себе для поцелуя, я вместе с ним поплыл по волнам, его чувства на мгновение затопило наслаждение, не оставившее места для рационального мышления. Он ворвался в меня, одновременно притягивая к себе, его пальцы впились в мои бедра, чтобы я не мог вырваться. – Джори! Я улыбнулся, когда его тело обмякло под моим, а его стон заставил меня захихикать. – Ты слишком милый, – вздохнул я. – Черт, – пробормотал он. – Мне нужно было кое-что сказать. – Скажи это, – сказал я, отстраняясь от него, что вызвало у него гримасу и ухмылку одновременно. Он похлопал себя по груди. – Ложись. Я прижался к его плечу, и он обнял меня, подоткнув одеяло. Я никогда не чувствовал такой заботы, как в объятиях Сэма. – Так скажи мне, что... – Я люблю тебя. – Почему? – Потому что ты мой, – сказал он, проведя большим пальцем по моим губам, а затем поднял мой подбородок и приблизился, чтобы поцеловать меня. Это был медленный, глубокий, чувственный поцелуй, от которого я почувствовал, как по всему телу пробежали мурашки. – Мой. Я был без сил в его объятиях, его теплая кожа и рука, гладившая мои волосы, быстро убаюкали меня, и я расслабился. Я был полностью опустошен и отдан на его милость. – Ты знаешь, что без тебя у меня нет дома, – внезапно сказал он, прикоснувшись губами к моему лбу, и его руки крепко обхватили меня, прижав мое тело к своему. Я заставил себя не плакать. Иногда то, что он говорил, было просто слишком. Его честность, жар и сила его слов ошеломляли. – Я действительно люблю тебя. И в этом не было никаких сомнений. – Ты меня слышал? – Да. – Хорошо, – он захихикал, целуя мои брови, переносицу и все, что попадало под его губы, пока я продолжал поднимать подбородок. – Теперь ты должен сосредоточиться, потому что мне нужно рассказать тебе кучу всего, а Дейн будет здесь, наверное, минут через пять или около того. Я едва убедил его позволить мне увидеться с тобой наедине, а агент Калхун… Я прижался к нему, и он издал довольный звук, который я так любил, прежде чем продолжить говорить. Бесполезно было объяснять ему, что мой мозг отключился много лет назад. Я задремал и не беспокоился о том, чтобы поднимать эту тему. Я был в безопасности в его объятиях, и это было все, что имело значение.

****

Судя по тому, как агент Калхун продолжал смотреть на меня, я чувствовал себя скорее Джейсоном Борном, чем Джори Харкортом. Он выглядел почти испуганным. В каком-то смысле это было вполне обоснованно. Я сбежал из тюрьмы, довольно успешно ускользнул от него и проскользнул сквозь его пальцы ранее в тот же день. Когда я объяснил, как мне удалось освободиться от наручников, он был особенно поражен. Сэм действительно был впечатлен тем, что под предлогом освобождения из заточения люди пришли мне на помощь. – Только ты, – сказал он, и его пальцы провели по моей шее и волосам. Он не мог оторвать от меня руки. – Люди сделают для тебя все. Это была неправда, но, судя по тому, как он смотрел на меня, я не хотел с ним спорить. – Итак, ваша догадка оказалась верной, Джори, – медленно произнес агент Калхун. – Похоже, ваш друг Калеб Рид на самом деле невиновен, а его мать - преступница. Я наклонился вперед и посмотрел на него, уделяя ему все свое внимание. – На ноже, который мы нашли в доме мистера Рида, есть отпечатки пальцев его матери, и больше ничего. Я постарался не улыбнуться. – В конце концов он признался, что несколько месяцев назад узнал, чем занимаются его мать и мистер Фейн, и собирался обратиться в полицию, когда мистер Фейн пригрозил убить вас. Чтобы обезопасить вас, он притворился, будто его похитили, а когда дело зашло слишком далеко, он убежал и был подстрелен. Он хотел рассказать вам правду, но не знал, что делать, – он глубоко вздохнул. – Он идиот, но он невиновный идиот. – Разве он все еще не соучастник? – спросил Дейн у агента Калхуна. – О, его обвинят в препятствовании, соучастии и... – Но есть смягчающие обстоятельства, которые будут приняты во внимание, – заверил меня Сэм, поглаживая по спине. – Не волнуйся, детка, мы не позволим Калебу попасть в тюрьму. Я кивнул и посмотрел на агента Калхуна. – Чья это была квартира сегодня? – Кэмпбелла Хэддока. – Кто это? – Очевидно, у него был роман со Сьюзен Рид. – И где он? – Он мертв, – сказал агент Калхун, глядя на меня. – Как? – предугадал Дейн мой вопрос. – На террасе стоял морозильник - вы его видели? – спросил он меня. Я покачал головой. – Ну, он был под виниловой скатертью, а сверху на нем стояло много растений в горшках... Я рад, что вы этого не видели. Я кивнул. – Он был там, да? – Да. – Как его убили? – Его застрелили. – И что вы думаете? Сьюзан Рид убила его? – Пуля вылетела из ее пистолета. Та же пуля, что вышла из ее сына... Сам пистолет пропал. Это косвенные улики, но в сочетании со всем остальным... они могут многое значить. – Зачем ей убивать своего любовника? – Понятия не имею. Может, он застал ее за чем-то, может, нашел ее пистолет... Мы не узнаем, пока она сама нам не расскажет. – Если она расскажет вам. – Точно. – Значит, она убила тех парней. – Она и Грег Фейн. – Зачем ему помогать ей? – Этого мы не знаем, но мы найдем связь. – Хорошо. – Джори. Я посмотрел на Дейна. – Вы должны гордиться собой. Вы один спасли Калеба - вы один поверили в него. Он должен благодарить вас до конца своих дней. И я был рад за Калеба, так рад, но что-то было не так в той квартире. – Что вы думаете обо всех этих картинах на стене? – спросил я агента Калхуна. – Обычное сумасшествие, уверен, они будут изучать Сьюзан Рид годами. И я был уверен, что так и будет, но все равно что-то было не так. – Боже, не могу дождаться, когда вернусь домой, – Дейн глубоко выдохнул, и я понял, глядя на него и на то, какими усталыми выглядели и он, и Сэм, что я заставил их обоих пройти через ад. – Мне жаль, – честно признался я, и мой голос дрогнул. – Как кто-то может на тебя злиться, если твое сердце всегда в правильном месте? – мягко спросил он, улыбаясь мне. – Вот так, – огрызнулся Сэм, наставив на меня обвиняющий палец. – Еще раз повторишь такой трюк, и ты узнаешь истинное значение боли. Я улыбнулся ему, а Дейн рассмеялся. – Я сам надеюсь, что ты облажаешься, – заверил меня агент Калхун. Там не было утраченной любви.