Сквозь Юниверс

Яркая вспышка скинта испарила силуэт Юни от взглядов жителей Эшхолда. Кто-то шептался об осквернении защиты Отца, а кто-то с осуждением мотал головой. Эдрик мог бы присоединится к возмущенной толпе, однако с усмешкой игнорировал их. Сейчас окружающие его не интересовали. Прямо перед ним стояла женщина, что с желчью и презрением относилась к богохульникам — теперь, с хорошо скрытым волнением, наблюдала за уходящим «еретиком». — У вас странное отношение к «чужакам», мадам. — подал голос Эдрик, сложив руки на груди и ехидно улыбаясь. С резким поворотом головы женщина окатила караульного свирепым взглядом, в котором читалась угроза. — Смеешь меня к богохульникам приписывать? — возмутилась женщина, слегка повышая свой тон. Эдрик даже не шелохнулся, продолжая осматривать местность. Кардинал давно скрылся средь улиц Эшхолда, пока инквизиция сторожила вход в церковь. Они с подозрением смотрели на караульного, но сам он не подал виду. — Ни в коем случае. — более сдержанно ответил Эдрик. — Мне известно, что произошло между вами, Юнилией и Реджи. Потому-то я и удивился, не более. Керстин молчала. Женщина сжимала ладони до белых костяшек, вызывая к самой себе лишь больше отвращения. Ей ничего не стоило опровергнуть слова караульного, перевернув ситуацию в свою пользу. Не впервой. Но сейчас, что-то встало поперёк её горла, не давая выдавить и малейшей брани в сторону девушки. Короткие ногти впились в кожу ладони, прорезая неглубокие ранки. Кто-то из толпы окликнул караульного, напоминая о наступлении его смены. Эдрик тяжело вздохнул и кивнул человеку в знак благодарности, решая напоследок сказать: — Как думаете, зачем еретику изучать нашу веру? Караульный быстрыми и размашистыми шагами направился к крепостной стене. Керстин с прищуром провожала фигуру Эдрика.

***

Юни сидела на скамье, протирая между пальцев черный амулет на шее и вчитываясь в текст книги. Уже сотый раз она перелистывала одни и те же страницы. Температура, форма, состав: всё было сделано правильно, но почему же украшение сломалось? В свободной руке девушка держала уже отремонтированный амулет, даже соринок не было видно. Однако надеть алое украшение Юни не рискнула — вдруг снова лопнет и придётся делать всё по новой, а ведь лента Леоноры не бесконечная. Решив же спросить совета у Багрянника, девушка никого не нашла, потому стала ждать. Тяжело вздохнув, Юни с громким хлопком закрыла книгу и накрыла лицо ладонями, потирая его от усталости. Мысли смешались в единую труху, не пытаясь выдать что-то разумное. — «Может ларёк того мужичка уже открылся?» — пронеслась мысль в голове. Звучало заманчиво, да и что она потеряет? Не дожидаясь возвращения Марка, Юни отложила книгу на скамью и быстрым шагом проходит через мост на главный остров. Не успевает девушка ступить на землю как рядом с ним образуется вспышка искр, а на их месте — Багрянник. Как говорил Лололошка: «Вспомнишь солнце — вот и лучик». Юни уже обрадовалась внезапному возвращению Марка, однако слабый жар, исходящий от Багрянника, заставил остановится в паре шагов. — Всё… нормально? — осторожно спросила девушка, перебравшись на твёрдую почву. — А?! — недовольно рявкает Марк на внезапный вопрос и Юни отступает на пару шагов. Едкий дым на его руках слабел. Он глубоко вздохнул, после чего на выдохе выпалил, — У твоего дружка случайно нет злобного брата близнеца? — «Брат близнец?» Нет, Лололошка ничего мне говорил о таком. — девушку охватили шок с непониманием происходящего. Почему Ло не рассказал ей о такой важной детали? Что-то неприятное кольнуло в груди. — Ясно. — злость Марка не исчезла, хоть внешне и казалось, что она утихла. Багрянник с нескрываемым раздражением направился к своему дому. — Погоди, откуда он вообще взялся?! Багрянник молчал, даже не остановился, игнорируя девушку. Юни практически позабыла о своей изначальной цели, переводя всё внимание на неожиданно возникшую персону. — Стой, расскажи, что произошло между тобой и братом Ло? — Это тебя не касается. — Марк доходит до своего дома, где замечает на скамье книгу, которую ещё недавно перечитывала Юни. Он бросил лишь короткий взгляд и ускорил шаг, принимаясь за работу. — Ещё как касается! — возмутилась Юни в непривычно грозном тоне. Поза уверенная и стойкая, будто генерал отчитывал кадета за неповиновение. И это выводило Марка на большую агрессию. — Смеешь действовать мне на нервы, малявка?! — удар молота по наковальне, Марк резким разворотом оказывается лицо к лицу с Юни. Потухшее пламя вновь загорелось в руках Багрянника. Девушка с возмущением уставилась в ответ. — Проваливай по-хорошему. Юни не стала дальше провоцировать и просто отступила. На этой ноте их разговор закончился. Отойдя от хижины Марка, голова тут же налилась свинцом, от чего тело пошатнулось. Благо удалось удержать равновесие. — «Да что это со мной?!» — дыхание спёрло. В ушах строгими и ровными ударами отбивали марш, пока перед глазами появлялся белый шум. Чётких образов или отдалённых силуэтов нет, но из раза в раз возникала яркая пелена. Лололошка говорил про потерю памяти у Мироходцев при перемещении. Хотя он особо не вдавался в подробности того, как это работает. В мыслях Юни уже не первый раз возникает предположение о том, что, возможно, её воспоминания постепенно возвращаются. Однако, с чем это было связано и как много времени займёт? — Чёрт! — выругалась Юни, ударив ногой о землю острова. Внутри закипало от раздражения. Уж чересчур много вопросов, на которые ей даже Церковь не даст ответы.

***

В этот раз перемещение ощущалось тяжелее. В области груди всё сжималось и отдавалось сильной пульсацией с легким шумом в голове. Тело слегка пошатнулось, как и совсем недавно в сонном измерении. Опиревшись о каменную стену города, Юни старалась медленно и глубоко вдыхать воздух, пока всё не вернулось в норму. В каждой конечности отдавалось тупой болью, будто ранили клинком. — Нужно будет рассказать… — оборвала себя на полуслове девушка. И вновь при встрече с проблемой она решает поговорить об этом с Лололошкой. Её начинает раздражать этот своеобразный рефлекс. Юни резко махнула головой, отметая остатки мыслей. Ей не нужна его помощь. Она справится сама. Отступив от Путеводного скинта, девушка замечает знакомую пустоту на улицах, уже будто родного, города. Парочка существ расхаживали по улицам Эшхолда, однако инквизиции не наблюдалось. Юни это только на руку, всё же её отношение с ними были не настолько хорошими. Потому, не став задерживаться на месте, девушка направилась к знакомому месту. К сожалению, вместо дворфа, за прилавком стоял орк. На месте разнообразных видов и форм часов осталась только пустота. — Простите, — обратилась Юни к незнакомцу, но тот её проигнорировал. Отличное начало. — вы не знаете, где найти дворфа, что раньше здесь торговал? — Чего? Понятия не имею. — грубо и резко ответил орк, отдирая доску крыши от ларька и бросая её в метре от девушки. — Уйди отсюда, не мешай мне работать! — Как обычно. Не став сильнее провоцировать орка, Юни вернулась на главную площадь. На входе в церковь уже стояли инквизиторы, пока внутри что-то обсуждали Кардинал с Епископом и главой инквизиторов. Мужчина в мантии бросил мимолётный взгляд на девушку, но как-либо реагировать не стал, или же просто не решился перед вышестоящими. Юни самодовольно усмехнулась. Всё же даже такого спесивца можно приструнить. В прошлые свои визиты, девушка обычно посещала лишь северную часть города. Однако теперь, когда появилось свободное время, можно было изучить остальные улицы Эшхолда. А возможно и найти того самого дворфа. Пройдясь пару шагов и завернув за угол, в глаза бросилось здание. Его стены обгорели, а крыша и вовсе превратились в кучу угля. Даже каменное основание пострадало от огня. Подойдя ближе, Юни заметила пару досок, которыми заколотили уже непригодные стены. Она сморщила лицо от негодования: неужели не лучше заменить стены полностью? — Чего здесь ошиваешься?! — рявкнул мужчина, отчего девушка подпрыгнула на месте, оборачиваясь к владельцу голоса. Черная мантия с поясом из верёвки, а на голове чересчур короткие светлые волосы, будто лысина. Инквизитор. — «Вроде его звали Кендрик.» Я хотела осмотреть город и… — начала оправдываться Юни, вновь взглянув на дом. Что-то внутри щёлкнуло, и девушка решила проявить наглость. — Почему бы не сделать новые стены вместо того, чтобы покрывать обгоревшие? — Не твоего ума дело! — такой ответ стоило ожидать, но в этот раз Юни даже не дрогнула. Стоило начать привыкать к такому. — Я лишь спроси… — не успевает даже закончить, как её снова прерывают, продолжая поливать грязью. — Если не знаешь чего-то, так не смей рот свой открывать! — Так расскажите же! — не выдерживает Юни, срываясь на инквизитора. Непростительная дерзость! Но Кендрик молчит, прожигает девушку презрительным взглядом. — Почему жителям легче рассказать мне о принципах вашей Церкви, чем от тех, кто эту веру несёт. — Да как ты… Только собирался что-то ответить, когда взгляд девушки цепляется за знакомый силуэт. За спиной инквизитора к ним медленно и уверенно приближался Епископ, по обе руки которого шли служители церкви в мантиях, среди них выделялся их глава. Девушка, только заметив фигуру Лукия, сделала лёгкий поклон. Кендрик, увидев действия Юни, обернулся к себе за спину, после чего низко опустился, быстро и чётко приветствуя: «Ваше Преосвященство». Епископ лишь махнул рукой в просьбе подняться и вернул своё внимание на девушку. — Рад встретиться вновь, дитя. — прозвучал голос Лукия. — Приятно слышать, Епископ. — инквизитор недовольно цокнул. Поднимаясь в полный рост и приближаясь к служителям церкви, улыбка непроизвольно расползалась по лицу Юни. — Не ожидал тебя так рано здесь встретить. — говорил Лукий, бегло с беспокойством осматривая девушку на различные увечья. — Что случилось? — Ничего серьёзного, не стоит волноваться. — спокойно отмахнулась Юни. — Это радует. — Епископ собирался продолжить прогулку по городу, но для Юни это была хорошая возможность. — Епископ Лукий, не сочтите за грубость, но могу я поинтересоваться? — Лукий одобрительно кивнул. — Этот дом уже невозможно восстановить, так почему бы не построить новый? — Ох, дитя, я вижу твоё рвение помочь здешним существам, но наши ресурсы ограничены. — с грустью в голосе отвечал Епископ. В глазах проглядывала та боль, которую он не мог развеять. — Запас еды очень мал, что уж говорить о материалах. — Могу ли я чем-то помочь? — спросила девушка, игнорируя осуждающие взгляды со стороны других церковников. Но ей всё равно. Она не бросит существ, когда может облегчить их жизнь. Глаза Лукия загорелись слабым огоньком. Его улыбка немного изменилась и теперь отдавала теплотой. Видеть такое для Юни было одной радостью, от чего счастливые эмоции Епископа передались и девушке. — Мы были бы признательны. — проговорил Лукий, слегка качнув головой в знак благодарности. — Поскольку скоро состоится сбор десятины, нам бы не помешало получить ещё парочку спарков. — Оу, я… — сложно было представить, где найти ещё спарков, не прибегая к убийству Очищенных. Однако Юни решила подумать об этом позже. — Я сделаю всё, что в моих силах. — В таком случае, я не стану тебя задерживать. — Епископ бросил взгляд на рядом стоящего инквизитора. — Кендрик, прошу, проводи её до ворот. — Слушаюсь, Ваше Преосвященство. — сдерживая раздражение перед старшими, Кендрик повернулся к девушке, сделал пару шагов, бросая короткое: «идём». Юни не стала отставать и последовала за инквизитором, на прощание поклонившись Лукию. Епископ кивнул в ответ. После пары минут молчания, он отправляется вглубь города. Глава инквизиции последовал за Лукием, но в моменте остановился, с недоверием бросая взгляд на удаляющуюся спину девушки. Что-то внутри вызывало смешанные эмоции. Их Епископ всегда был благосклонен к чужакам — даже с охотниками, не смотря на своё прошлое, он вёл себя сдержано. Главе этого было сложно понять. Однако сейчас, это ощущалось иначе. Быстрыми и размашистыми шагами, инквизитор оказывается рядом с Лукием, но сохраняя дистанцию и двигаясь чуть позади. — Ваше Преосвященство, можем ли мы быть уверены, что она не решит собирать спарки с Очищенных? — задал закономерный вопрос глава инквизиции. Лукий не останавливался, продолжая идти дальше меж улиц Эшхолда. — Я уверен, Годрик. — Я… Я не понимаю вас. — склонив голову, говорил глава инквизиции. — Она ведь чужак. — Наша вера крепчает, однако последователей, что будут верны Отцу, становится всё меньше и меньше. — с сожалением говорил Лукий, остановившись. Его слух цепляется за яркий смех детей. Они играли и веселились, не смотря на то, в какое время жили. На лице Епископа расползлась довольная улыбка: без натянутости, без легкого фальши, а искренняя. Годрик лишь с безразличием наблюдал за происходящим. Сейчас для него важно уберечь то, что сейчас важно для каждого живущего в этом городе. — Это дитя наш свет к тому, чтобы Воля Отца продолжало жить в умах каждого существа. Она станет примером для тех, в чьём сердце зародится может зародится сомнение, и для тех, кто ещё не обрёл познание Очищения. Лукий продолжил путь, пока глава продолжал молчать опущенной головой. Всё же ему не понять мысли Епископа.

***

— Могу я кое-что уточнить? — робко начала диалог Юни в попытке разбавить напряжение между ними. Сам же инквизитор на это только фыркнул, всем видом заявляя, что не станет общаться с чужаком. Однако девушка не стала молчать и решила надавить, задав интересующий вопрос. — Мне рассказывали, что когда наступили вечные сумерки произошла масштабная катастрофа: что тогда произошло? — Кто тебе сказал подобный бред? — наконец подал голос Кендрик с тонном оскорбленного и униженного. Юни с интересом взглянула на него, пока тот яростно игнорировал это. — Когда наступили сумерки, до нас снизошло Воля Отца. Мы зовём то — Великое Вознесение. — Это что-то вроде «самого первого» Очищения? — решила уточнить девушка, демонстративно загибая пальцы, имитируя кавычки. — Верно! Это время, когда Отец даровал благословение светлым душам, пока в мире не остались лишь грешники. — в этот раз инквизитор всё же взглянул на Юни. На её лице было недопонимание, от чего тот недовольно хмыкнул, нелестно отзываясь о самой девушке в своих мыслях. — Отец хотел заблаговременно позаботиться о том, чтобы сохранить тех, кто был ему верен. — То есть, Очищение — это проклятие? — Что?.. В этот момент Кендрик остановился, но к девушке не повернулся. — Не подумайте, что я хочу оскорбить веру Церкви, — пазлы не складывались в общую картину, хотя она уже была сложена в единое целое. — просто, почему Отец оставил святых в месте, где живут грешники? Молчание. Единственный ответ, который мог дать Кендрик. Давящее напряжение сводило с ума. Инквизитор медленно обернулся к Юни с угрожающим видом. — Если Очищенные существуют, чтобы стать для верующих примером идеала, то не лучше ли тогда их держать средь вас? За стенами Эшхолда их легко можно убить. — У Очищенных есть стремление поделиться даром вознесения с грешниками, — твердым тоном говорил инквизитор с неуверенностью в своих же словах. Вопросы, которые задавала девушка вызывали сомнение в том, во что он верит. Учения, которые он знал и принимал, должны остудить его грех. — но дабы получить благо Отца, мы сами должны осознать свой свет. — Но ведь тогда они считаются грешниками, разве нет? И вновь молчание. Слова Юни не были лишены смысла и это выводило сильнее всего. В веру Церкви посмели усомниться, выставить так, что их учения звучат противоречиво и нескладно. Всё, о чём пишет религия «Очищения» оказывается удачно сшиты белой нитью: не забывая факты, но опуская в мелочах. Однако это даже в голове звучало, как полнейший бред! Существа не глупы, они бы не стали верить в неуклюжую попытку лжи. Кендрик отрицал её слова, наполняясь гневом. Уже намереваясь арестовать её за подрывание в веру Отца, он, вместо привычной надменности, видит на лице Юни задумчивость и растерянность. Инквизитор немного опешил от такого. — Я… — Кендрик застыл. Громкий скрип петель, лязг металла и трение дерева о жёсткую землю. Все сомнения и вопросы сместились, переводя внимание на другие, более насущные проблемы. Со стен города не разносились громкие оскорбления караульного, а, значит, Реджи не на смене, либо же присутствие инквизитора заставляет всех жителей придержать свой язык за зубами. Одно другого не исключает. — Спасибо, что проводили и… — рассказ немного приободрил Юни, но осадок всё же остался. — Спасибо за рассказ. Для меня это правда важно. Кендрик собирался бросить что-то колкое в ответ, но сдержался. Девушка быстро кивнула в знак прощания и вышла за пределы Эшхолда, пока за её спиной медленно и громко закрывались ворота. Он не торопился уходить, продолжая сверлить деревяшки тяжёлым взглядом. Недавний разговор выбил из привычного течения, от чего хотелось закрыться в исповедальне и вымаливать прощение у Отца за проявленную каплю сомнения. — Господин Инквизитор, — чужой голос выводит из раздумий. Обернувшись к говорящему, Кендрик сталкивается с Реджи. Его лицо всё также перекошено в недовольной гримасе. — что-то не так? — Скоро наступит твоя смена. — прозвучал скорее, как утверждение, чем вопрос, однако караульный всё равно кивнул. — Тогда поднимайся.

***

За пределами Эшхолда, оказалось гораздо спокойней, чем в последний её визит сюда. Среди колосков, вдалеке от хижины, разгуливала парочка заражённых, но какой-либо интерес они не проявляли, хотя даже малейший звук или запах привлекал их внимание. Из места для привала охотников доносился еле слышимый треск костра, значит, кто-то решил остановится. Медленно приближаясь, Юни заметила незнакомого ей мужчину: легкая щетина на подбородке, темно-русые волосы и одежда, очень похожая на ту, что носят охотники. Незнакомец заметил изучающий взгляд девушки, отчего нахмурил свои брови. Однако накалившееся напряжение рассеялось, стоило Альфреду, сидящему прямо рядом с Юни, подать голос. — Юни! Давно не виделись. — от вида знакомого лица стала спокойней. Девушка улыбнулась, переводя внимание на младшего охотника. — Да уж, и то верно. — Юни присела рядом с Альфредом и наступила тишина. Она вместе с мужчиной бросали друг на друга недоверчивые взгляды, пока девушка не решила это прекратить. Ей хватает инквизиции за глаза. — Может представишь? — Оу, совсем не подумал. — Альфред суетливо стал вытирать излишки жира с лица, после чего вытянул руку в сторону второго охотника. Тот лишь скептически выгнул бровь. — Что ж, это Скотт — один из охотников. Он недавно вернулся с задания, вот и встретились. — указывающая ладонь переместилась в сторону девушки. — Скотт, это Юни. Мы познакомились в Заброшенной долине. — Чего? Ты это сейчас серьёзно? — не успела что-либо сказать она, как мужчина с удивлением воскликнул. Уже по словам очевидно, что он слабо верил в слова младшего, осматривая тело Юни и отмечая, что-то для себя. — Брешешь! — А смысл? — с усмешкой спросил Альфред и, прежде чем ему ответили, девушка решила наконец вставить свои пять копеек. — Рада знакомству, Скотт. — Юни протянула руку в знак приветствия. Мужчина молча пожал её. Компания ещё какое-то время сидела в тишине, которая нарушалась частым треском хвороста в костре. — Слушайте, а вы не знаете, где собрать много спарков? — Альфред в недоумении посмотрел в лицо девушки. — Ну, ты знаешь… — Без убийства… монстров. — быстро, но с запинкой, добавила Юни. Глаза охотников расширились в очевидном удивлении. Оба переглянулись между собой, после чего Скотт уверенно сказал. — По-другому никак. — Не может быть! Как тогда горожане получают их? — закономерный вопрос, который заставил охотников задуматься. — Им ведь запрещено даже приближаться к Очи… Заражённым. — Я иногда находил парочку в костях. — неуверенно говорил Альфред, потирая подбородок. — Можем поискать парочку. — Вы будете вечность собирать их. — сказал Скотт, переживав кусок хлеба в руке. — Да и тела трупов не бесконечны — что будете делать, когда они закончатся? — Это будет лучше, чем ничего. — удручённо вздохнула Юни, уместив в ладонях свою голову. Альфред ободряюще похлопал по плечу. — В таком случае, оставлю вас. — Скотт поднялся со своего места, закрепляя на спине сумку с вещами. — Думаю найти ещё задание. Пожелайте удачи. Помахав на прощание, охотник с девушкой стали думать. В этом мире, очевидно, мало мест, где могли бы остаться не тронутые останки существ. Хотя, мысль о том, чтобы вообще к ним прикасаться, вызывала внутри Юни мурашки по коже и тошноту в горле. Есть ли вообще место, где бывало мало существ, кроме самих Очищенных? — Лигад Сир… — прошептала Юни, что привлекло внимание охотника. В воспоминаниях всплыл недавний диалог Альфреда и Лололошки, где как раз первый говорил о нём. «Мёртвый город» — прямо то, что нужно! — Ты же знаешь, как добраться до Лигад Сир?! — Вы что с ума посходили?! — выдал Альфред и Юни в смятении уставилась на него. Когда до охотника дошло, что он сказал, то смутился поёжившись. — Ты уж прости, но я сомневаюсь, что ты справишься с тамошними тварями. — То есть, в Лололошке ты не сомневаешься? — с наигранным наездом сказала девушка, но нужный эффект всë равно произвела. — Ты думаешь, я ему не говорил? Да я первым же делом об этом сказал. — Я не прошу тебя идти со мной, Альфред. — чуть ли не прокричала во весь голос Юни, поднимаясь с места и смотря на охотника сверху вниз. Альфред с испугом смотрел на девушку в ответ, пока в чужих глазах он видел нарастающую злобу. Ей надоело, что её все пытаются уберечь, хотя она не просила. Её раздражает, что все пытаются пристыдить её за свои поступки, даже за самые безобидные. Её злит, что все ведут себя так, будто знают всё лучше неё, особенно, когда это делает Лололошка. Неужели, она настолько жалкая в глазах окружающих?! — Я хочу знать, где найти этот город. — более сдержанным тоном говорила Юни, но взгляд выдавал её с потрохами. — Об остальном я позабочусь сама. Альфред какое-то время молчал, он не знал, что делать. Если скажет, то не факт, что Юни вернётся живой, а если не сказать — она в любом случае пойдёт в неизвестном направлении и результат не сильно будет отличаться от первого. С досадой вздохнув, охотник поднимается на ноги, находясь на одном уровне с лицом Юни. Она терпеливо ждала ответа, скрестив руки на груди и нахмурив брови в недовольстве. — Я пойду с тобой.

Опять…

— Я услышал, что ты против, но лучше я тебя подстрахую, чем ты исчезнешь в неизвестности.

Как же бесит!

Сдержав возмущенные порывы, Юни кивнула на условия. Так или иначе, она получила то, что хотела, хоть и не совсем в том виде, в котором ожидала. Альфред пару минут собирал необходимые вещи, в частности различные травы, мази и другие, как предполагает Юни, лекарства. По началу они шли вдоль высоких стен города, где они приглядывались подозрительные взгляды караульных. Среди них не было Эдрика — это немного напрягает, но придавать этому значение девушка не стала. Добравшись же до берега реки, начал виднеться небольшой порт Эшхолда. Рядом с причалом стояло парочка лодок: мужичок распутывал сети, доставая оттуда различный мусор, что цеплялся в воде, рядом на пристани возвышался другой мужчина, который о чём-то говорил второму. Опустив взгляд в воду, Юни замечает лёгкое свечение, прямо такой же, как от скинта или спарков. Короткое: «бульк», и на девушку выскакивает рыба размером с заражённую крысу. Юни с ужасом отскакивает подальше от реки, на выкрик отреагировал Альфред. — Осторожно! — охотник быстрыми шагами оказывается рядом с девушкой, помогая подняться с земли. — Каким образом их «заразили»? — спросила Юни, не отрывая глаз от воды. — Без малейшего понятия. — единственное, что выдал Альфред. Девушка в недоумении уставилась на охотника, но тот продолжил путь. — Идём.

Даже Охотники, мало что знают.

Что-то неприятное кольнуло внутри. Юни замерла на месте, пытаясь переварить это странное ощущение. Это не было обидой или разочарованием — нет, что-то другое. Махнув головой, девушка побежала за охотником. Ей не нравились её мысли: они казались ей неправильными, слишком жестокими по отношению к Альфреду. Однако что-то внутри, будто шёпот черта на плече, не осуждало такие размышления, даже наоборот. Юни старалась заглушить этот голос, переводя внимание то на окружение, то задумываясь о других делах. Но хватало этого ненадолго: пара секунд и вновь по новой. — Сюда! — крикнул Альфред, стоя на краю сломанной части моста. Девушка поравнялась с охотником и, вытянув шею, взглянула на водную гладь. Свет скинта или же силуэт существа, не проявлялся, однако мурашки с холодным потом быстро пробежались по спине Юни. — Его сломали, дабы заражённые, которые не умеют плавать, не смогли перебраться на этот берег. — Оно и понятно. — усмехнулась девушка, хотя от легкого страха всё же передёрнуло. Отойдя на достаточное расстояние от края, Альфред с разбегу перепрыгивает через дыру моста. Охотник вытянул руку вверх и подал знак, что всё в порядке. Девушка с неуверенностью смотрела то на воду, то на Альфреда, но делать нечего — подписалась, значит, надо сделать. Юни дошла до того места откуда начинал охотник, набрала в грудь побольше воздуха и изо всех сил побежала. Однако, оттолкнувшись, девушка прыгнула чуть дальше, чем рассчитывала — она приземлилась на жесткую траву, в паре шагов от самого моста. Альфред побежал помогать. — Ты в порядке?! — Похоже, моя «мироходческая» особенность проявилась. — проскулила Юни, потирая ушибленное место и принимая чужую помощь. — Надеюсь, до города не слишком долго идти. — Эм… Чуть дальше, чем до Заброшенной долины. — с непривычной для ситуации неловкостью ответил охотник, замечая, как лицо девушки искажается в измученную гримасу. — О нет… — скулила Юни, но следовала за Альфредом без дальнейших капризов. На земле еле проглядывалась тропа, которую поела явно огромная моль. Юни бы не удивилась, если бы в этом мире таковая имеется. Монстры на пути почти не встречались, что удивило и одновременно напрягало обоих. Вдоль дороги, встречались повозки с уже давно прогнившим продуктами и одеждой, которая стала обычными тряпками. Среди этой груды мусора, они замечали останки тех существ — то, за чем они сюда шли. Приближаясь к костям, Юни лёгким движением разбросала их в линейку. Послышался глухой треск, появились парочка спарков: где-то восемь штучек. Не густо, ребята продолжили собирать дальше, пока не проверили всю область повозок. Продвинувшись на пару километров дальше, ребята оказываются у мёртвого города — Лигад Сир. Крепостные стены давно разрушены, хотя по сравнению с теми, что ограждают Эшхолд, этим не хватало высоты на пару десятком метров. Да и укрепления, в виде камня, не помешало бы. Но смысл сейчас об этом рассуждать — город уже не живой. — Будем осторожны. — подал голос Альфред, доставая меч из ножен. — Неизвестно, что мы тут встретим. — Даже спорить не стану. Оба осторожными шагами прошли в границы бывшего города. Из пары мест торчало скопления золотого и фиолетового скинта. На большинстве домов обвалились крыши, прогнили балки стен, каменная кладка оснований покрылись мхом с плесенью. Кирпичная дорога была не в лучшем состоянии: чем дальше от предположительного центра она находилась, тем реже и реже можно было её увидеть. По правую сторону от входа красовался очищенный Путеводный скинт. Его Альфред заметил сразу, о чём сказал Юни, но та даже не услышала его. В ушах стоял неприятный гул, будто здесь не было пустоты, а вокруг ходили существа. Хотя скорее… люди, самые обычные. Из сооружений, что походили на ларьки, доносились звонкие объявления. В чём их суть, Юни не могла разобрать, только предположить. Проходя же мимо них, она натыкается на маленький колодец. Лишь взгляд на него пробуждал в девушке странный холод и дрожь в руках. Удары сердца отдаются в ушах, пока на фоне продолжают звучать неизвестные голоса. Юни глубоко дышит и в панике пытается увидеть лица людей, но их нет. Снова этот пустой лик. Глаза, нос, рот — ничего, абсолютно. Громкий рык, доносится со стороны колодца. Девушка с ужасом смотрит в сторону, откуда доносился рёв, продолжающий звучать параллельно гулу толпы вокруг. Медленными шагами она приближается. Рычание неизвестного существа становиться всё чётче. По вискам скатываются капли холодного пота, на мгновение отрезвляя её разум. Дойдя до борта колодца, Юни замечает ярко-алый свет, что выделялся на самом дне.

Что это такое?..

— Юни! — выкрикнул имя девушки Альфред, резким движением оттаскивая чужое тело от колодца. Ей понадобилось пара секунд, чтобы прийти в себя. Странные звуки и силуэты исчезли, возвращая недавнюю картину действительности. — Да что с тобой?! — Я не знаю… Девушка осматривала местность, стараясь не упустить даже малейшую деталь. Ситуация повторилась почти в точности, как на служении в церкви: только вместо акварельных стен — воздушные пятна, будто цветные облака. Единственное, что оставалось неизменным — пустые лица людей. Однако кое-что всё же отличалось. Яркий свет на дне колодца. — Мне кажется, — Юни медленно провела ладонью вдоль каменной кладки колодца, стараясь ощутить и понять свои чувства и мысли. Внутри разгоралось тепло: тусклое, неприятное, но знакомое. Будто воспоминание из прошлого, о котором она не могла вспомнить. Однако ничего, кроме текущего положения, не связывало девушку с этим миром. — Я уже была здесь. — Что? — Альфред замер на месте, пытаясь понять то, что сейчас сказала Юни. Пазл не складывался, а вызывал лишь больший диссонанс. — Но вы же с Лололошкой вроде из другого мира, разве нет? — Да, но… — девушка резко обернулась к Альфреду, собираясь что-то сказать, но остановилась. Её глаза хаотично бегали из стороны в сторону, голова слабо дернулась. Она сама не до конца понимала, что происходит. Однако раздумья прервал внезапный кашель охотника, от которого было не по себе. — Что с тобой? — А ты не чувствуешь? — спросил Альфред и в следующую же секунду начал сильно кашлять, закрывая нижнюю часть лица изгибом локтя. Девушка не понимала, что происходит, но, вдохнув, Юни также сжала ладонями нос и рот. Жуткий смрад заставлял глаза слезится, а горло першить. Вобрав в себя побольше кислорода, девушка взялась за кисть руки охотника и быстрыми шагами направилась в сторону Путеводного скинта. К их удивлению, рядом с ним дышать было легче. — Я думаю, нам стоит уйти. — охотник собирался утянуть Юни прочь, но та увернулась и отступила на пару шагов подальше от него. — Нет! — отрезала девушка со всей строгостью в глазах. — Мы уже здесь. Сделаем, что нужно и уйдём. — Ладно, только… Давай поторопимся. — на слова Альфреда, Юни согласно кивнула, следуя внутрь ближайшего дома. Внутри стояла гнилостная вонь, от которой девушку скрутило. Охотник предложил дождаться его снаружи и, в случае чего, предупредить о монстрах. Юни собиралась отказаться, но всё же согласилась, поскольку слова Альфреда не были лишены смысла. Опиревшись на ограждение крыльца и оставив дверь дома открытой, девушка взглядом продолжила изучала город. Осматривая местность чуть дальше, Юни заметила церковь, а за ней ещё множества разрушенных зданий, которые были больше похоже на руины. Разглядеть забор не удалось, чему девушка удивилась. Ей казалось, что город гораздо меньше. Возможно ли, что это связано с теми видениям? — А может я просто схожу с ума? — спросила себя Юни, опустив голову. И вот снова мысли о прошлом захватили внимание. Девушку посещала мысль того, что, возможно, этот мир — её родной. Однако почему тогда она его забыла? Потеря памяти у мироходцев происходит, когда они перемещаются, разве нет? Или это особенность есть только у Юни? А может и у всех мироходцев, просто Лололошка об этом не знает? Он ведь не в первый раз говорит о том, о чём не знает. Девушка дернулась.

Снова…

СНОВА!

До неё медленно начало доходить, что за чувство она тогда испытала с Альфредом… Отвращение. От осознания стало легче, но лишь отчасти. — Я нашёл кое-что. — послышался голос Альфреда со спины. Девушка повернулась к нему, а тот вытянул руки с горсткой спарков. Юни собиралась уже задать миллион вопросов, но охотник продолжил. — Наверху была куча мёртвых растений, вот и собрал прилично. — Неужели у всего живого здесь есть спарки? — Так и есть, отчасти. — «Отчасти»? — Сама подумай: если бы мы сжигали дерево, то могли бы получить кучу спарков. — пояснял Альфред, двигаясь в сторону следующего дома. Девушка шла следом. — Так что не каждый росток может дать нам спарки. Оспорить слова было трудно, однако Юни и не собиралась. Его слова не были лишены смысла и в то же время имели странности: по какому принципу внутри живых образуются спарки? Вряд ли охотник даст ей внятный или точный ответ. Так они прошли каждое здание и набрали приличное количество спарков, но впереди оставался ещё один дом. Над входом висела поломанная и сгнившая вывеска, где был нарисован то ли свин, то ли кабан — сложно точно определить. Зайдя внутрь, они находят парочку стульев и чудом уцелевшие столы. Со стороны склада, расположившегося за барной стойкой, ощущался легкий смрад гнили. Альфред быстро прокрался до лестницы, откуда поднялся на второй этаж. Юни также решила не оставаться в стороне, потому пошла в сторону прилавка. Чего-то ценного или мало-мальски полезного найти не удалось. Гнилые продукты выделяли ужасный запах, от которого девушка залилась в жутком кашле. Не став терпеть и дальше эту вонь, она вышла обратно на улицу и стала дожидаться охотника. Лигад Сир оказался не настолько опасным городом, как говорил об этом Альфред. Конечно, по дороге сюда они встречали уже разложившиеся трупы существ и парочку заражённых, однако чего-то колоссально страшного здесь не было. То же Заросшее поселение кажется более угрожающим, чем этот «Мёртвый город». Что-то не складывалось, должен же быть какой-то подвох. Громкий грохот раздался из глубин города. Девушка резко подняла голову и увидела Очищённого. Его размеры превосходили мать Леоноры в полтора, а то и два раза. По морде было сложно сказать было ли это раньше разумное существо или же обычное животное. Однако сейчас необходимо было, если не сбежать, то хотя бы прятаться в укромном месте, чтобы Очищённый не смог их заметить. Пока тот медленными и массивными шагами шёл к центру, где стоял колодец. Юни шла спиной назад, аккуратно ступая по неровным доскам. Когда лопатки почувствовали холод деревянной стены, девушка оторвала взгляд от существа и начала искать лестницу, по которой забирался Альфред. Со второго этажа послышались шаги, тело Юни сжалось. — Альфред! — вполголоса окликнула охотника Юни, и тот сразу остановился. Девушка качнула головой в сторону двери, откуда частично открывался вид на колодец, а охотник кивнул в ответ — он тоже видел. Осторожными движениями Альфред ступал на хлипкие ступени дома, пока Юни следила за действиями Очищённого. — Нужно убираться отсюда! — будто хриплым голосом говорил Альфред, отступая от стены, однако был остановлен резким захватом за плечо. — Собрался через дверь? Ты спятил?! — Я с самого начала говорил, что идти сюда плохая идея! — Я и не просила тебя идти со мной! Гортанный рык заставил обоих замолчать. Они медленно поворачивали головы в сторону двери. Оттуда на них смотрело существо. Его голова была наклонена в неестественном положении, будто свернули шею. Лицо было перекошено в уродливой гримасе. Один глаз закатан, а из века прорастали кристаллы, в то время как второй полностью покрылся скинтом, растягиваясь линией вдоль черепа. Широко раскрытый рот, откуда торчали кривые зубы, нижняя часть челюсти была такой, будто вот-вот могла отвалиться, но продолжает держаться. Тело заражённого пугало не меньше: огромный горб с уже знакомыми кристаллами, массивные руки с выпирающими венами и вывернутые в разные стороны ноги. Заражённый вытянул свою, на удивление, длинную шею, попытке услышать даже случайный шорох травы. Тела Юни и Альфреда покрылись мелкими мурашками, наблюдая за этим. А существо продолжало вслушиваться, забираясь внутрь дома и иногда резко дергая головой, чем не раз доводила ребят. Девушка медленно поворачивала голову в поисках выхода и находит: окно, что находилось на ближайшей стене чуть дальше. Юни повернула ладонь и указала на него, охотник посмотрел в нужную сторону. Встретившись взглядами, они поняли друг друга без слов. Девушка тихо достала из своей сумки лопнувший амулет и швырнула его в дальний угол дома. Заражённый среагировал моментально, начав истошно вопить и рваться со всех ног в сторону звука. Альфред с Юни побежали в сторону окна и выпрыгнули на улицу. — Бежим отсюда! — сказал охотник и двинулся в сторону главного входа. Но не успели они даже добраться до угла дома, как массивная туша заражённого разламывает стену в клочья, преграждая путь к побегу. Юни от неожиданности закричала в ужасе, отскакивая на пару шагов. Альфред от потрясения не успевает среагировать, отчего повалился на землю. Девушка в панике помогает охотнику подняться и утягивает вглубь города. За их спинами раздаётся рёв существа. — Скорее! — взвизгивает Юни, сжимая руку Альфреда. Они пытаются убежать, скрыться между зданий. Заражённый чувствует их, слышит чётко каждый их шаг и неровный вздох. В какой-то момент, существу это надоедает, и он одним мощным ударом кулаков о землю создает импульсную волну, сбивая с ног и отталкивая ребят. Неудачное падение вывело из равновесия. Оба с ужасом и отчаянием наблюдали как к ним уверенно приближался заражённый. И в момент, когда существо должно было их убить, они слышат удар меча о плоть, а после истошный вопль. Придя более-менее в норму Альфред и Юни, заметили знакомый клетчатый шарф. — Лололошка! — воскликнула Юни, переведя взгляд на монстра. Он держался за раненую руку, откуда появлялось всё больше и больше фиолетового и золотого скинта. — Позже поговорим. — в грубом тоне выругался Ло и бросил на девушку угрожающий взгляд. Юни вздрогнула, отступив на пару шагов назад. Мимолётно опустив взгляд, Лололошка приметил меч на поясе девушки, хотя сейчас должен был по полной использоваться. — Достань меч! Юни нервно достала оружие из ножен, готовясь помочь, но что-то внутри щелкнуло. Девушка задумалась, опустив глаза на свой меч, а после подняла их на монстра. Она наблюдала за тем, как Ло сражается с заражённым, пока Альфред приходил в себя, после неудачного падения. Им нужна помощь и Юни должна это сделать, но… Она не могла. — «Это неправильно.» — догмы Церкви прокручивались в голове заученным текстом. Это правила и законы, которые необходимо соблюдать — таковы правила этого мира. Она не имеет право их нарушать. — Чего застыла?! — рявкнул Лололошка, отбивая удар заражённого. — Я… — Юни смотрела на монстра с ужасом и… жалостью. Ло собирался что-то сказать, когда его тело охватила резкая боль. Монстр неуклюжим движением отбросил Лололошку, пробивая Мироходцем стену одного из домов. Девушка дëрнулась с места, направляясь в сторону Ло, пока к тому неуклюжим шагом приближался заражённый. — Лололошка! Ло вздрогнул, всё ещё держась за ноющий бок. Он видел, как монстр медленно и угрожающе поворачивает голову в сторону Юни, а та вновь застывает на месте, смотря на заражённого в ответ. Существо сделало шаг, Лололошка хаотичными и быстрыми движениями поднимается на ноги, опираясь на стену. — Юни! — Лололошка подорвался с места, с ужасом наблюдая за тем, как на девушку бежит заражённый. Монстру оставалось всего ничего. — Нет… — тело уже не дрожало от страха, как это было раньше. Оно застыло. Ослабевшие руки отпустили меч, который с грохотом упал на землю. — Я не могу. Чудище замедлилось. Юни задержала дыхание, пока монстр уже спокойной ходьбой приближался к ней. Она не могла сдвинутся с места, боясь, что спугнёт заражённого. Чудище не рычал, не проявлял агрессии — просто шёл прямо на девушку. Ло с ужасом наблюдал за происходящим, но нетипичное поведение монстра вызвало интерес и смутное ощущение дежавю. — Услышь мою молву. — грубый и глубокий голос прозвучал из уст монстра. Его морда находилась в паре сантиметров от лица Юни. В этот момент Лололошка с Альфредом сдвинулись с места. — Помоги заблудшим душам обрести покой. — Отец… — еле слышимо, лишь шевеля губами, проговорила девушка, когда её резко дёрнули назад. Альфред закрывал своим телом Юни, атакуя монстра. Тот с громким рёвом отступает. — Ты чего застыла?! — почти истерично завопил охотник, обернувшись к девушке лицом. Но та молчала, пытаясь осознать то, что совсем недавно произошло. — Он говорил со мной… — Юни безотрывно смотрела на заражённого, который недовольно рычал, зализывая свою рану, откуда быстро прорастали новые друзы скинта. — Что?.. — не успевает охотник задать новый вопрос, как монстр огромной тушей бежит прямо на них. Альфред поднимает клинок, готовясь атаковать, но его останавливают, схватив за плечо. — Стой, не надо! — Юни повалила охотника на землю и заражённый пролетела над их телами. Монстр с новой силой начинает реветь, а после вновь предпринимает попытку напасть. Однако мощный удар мечом и тот заваливает на бок, отлетая на приличное расстояние. Ло тяжело дышит, крепко сжимает оружие в своих руках. Быстрые движения — заражённый повержен. Из тела монстра перестали появляться новые кристаллы, рассыпаясь на землю множеством спарков. Руки потряхивало после сильного напряжения. Альфред помог девушке подняться с земли, пока её взгляд в неком изумлении уставился на тело монстра, что ещё не исчезло. — Я слышала Отца… — тихий голос Юни был громче любого крика. — Получается, всё о чём говорила Церковь — правда! — радостно восклицала девушка, не сдерживая улыбку на лице. Ло в недоумении и раздражении повернулся к Юни. В его голове не укладывался абсурд, вылетающий из её рта. Рядом с девушкой стоял растерянный Альфред. Яркие, заметные ссадины на открытых участках тела, заставляли кровь закипать. Кулаки сжались до белизны, пока лицо заливалось алым цветом. Лололошка массивным шагом приближался к ним. — Это всё, что тебя сейчас волнует?! — рявкнул во весь голос Лололошка. Внезапный крик, от которого передёрнуло даже его самого. Юни в ужасе сжалась, отступая на пару шагов назад, пока охотник отступил в сторону, но всё ещё оставаясь близко к Мироходцам. — А если бы я опоздал? Вы могли бы!.. — резкое молчание. Ло глубоко вдохнул грудью. Ему не нужно было говорить напрямую, чтобы ответ стал очевидным. Юни молчала, опустив голову, как пристыженный котёнок. Лололошка, если и повышал голос, то сразу же успокаивался. Однако сейчас он не пытался остудить свой пыл. Это пугало до чёртиков, а поджилки тряслись в хаотичном безумии. Пот слабым градом вызывал лёгкую дрожь. — Я не стал тебе препятствовать, когда ты решила стать частью Церкви. Но сейчас ты перешла границы! — продолжал причитать Ло, не переставая повышать тон голоса. — Что, если бы Альфред заразился? Или ты? Думала, вообще, о последствиях?! — Это не так! — пыталась оправдаться Юни, но стоило лишь взглянуть в лицо старшего, как голова вновь опустилась под грузом стыда. Строгий, почти свирепый, взгляд Лололошки давит на совесть лучше любых слов. — Лололошка, прошу, успокойся… — встрял в перепалку Альфред. Он хотел заступится за неё, но девушка дёрнула за плечо. — Не нужно. — прошептала Юни и охотник сдался. Оба стояли, не смея высказаться в свою защиту. Ло лишь устало вздохнул, убирая меч в ножны. Его злость никуда не исчезла, но сдерживаться нужно. Лололошка сделал достаточно. — Уходите отсюда, пока никто не появился. Альфред, — обратился к охотнику Ло. Тот поднял голову, встречаясь с Мироходцем взглядом. — хотя бы ты, прояви благоразумие. Юни только и успела, что открыть рот, но Лололошка ушёл раньше. Внутри вспыхнула обида: неужели он не понимает? Конечно, нет — он даже не пытался! Для него любые слова Церкви звучат, как полный бред. — Идём, Юни.