the feeling of flight / Ощущение полёта

Кара прижимает розу к груди — красную, символ любви, страсти, — пусть всего и одну. Ей подарили только одну, одну против множества других цветов, которыми наполнила её кабинет Лена. Сердце Кары сжимается, когда она прислоняется к двери своей квартиры. Оно неприятно стучит у неё в горле. Ощущение губ Мон-Эла до сих пор свежо на её губах. Это остаточное ощущение кажется холодным и горьковатым на вкус, и единственное, что её радует, — это аромат розы, нежность которого напоминает ей о том, как пахли волосы Лены, когда она обнимала её всего несколько часов назад. Кара не может избавиться от ощущения прижатой к ней груди Лены, тёплой и податливой кожи её плеч под пальцами. Она слышала её пульс, чувствовала его — ровный, быстрый и ритмичный, и каждый удар вибрировал где-то в глубине её живота. Кара вздыхает. Лена Лютор умеет хорошо обниматься, вот и всё. Она очень приятно обнимается. Кара вытаскивает телефон из кармана и тупо смотрит на экран. Там непрочитанное сообщение от Мон-Эла и сообщение от Лены, которое она просматривала уже тысячу раз. Всё, что там написано, — это «Спокойной ночи и ещё раз спасибо», слова в шутку перемежаются букетом цветов. И красной розой. Очевидно, сейчас она её дразнит. Кара пишет Лене ответ. «Для тебя всё, что угодно», — печатает она, затем стирает слова и начинает заново: «Ты ещё на работе?» «Ты же меня знаешь?» — отвечает Лена. Кара практически может прочитать улыбку Лены через экран и сияет. «Точно. Глупый вопрос. Можно я зайду?» «Кара» — вот всё, что говорится в сообщении. Кара смеётся в тишине квартиры, и это заставляет её чувствовать себя глупо, но почти головокружительно. «Извини. Снова глупый вопрос. Буду там через секунду». Кара влетает в парадную дверь кабинета и застаёт Лену сидящей за столом и печатающей на ноутбуке. Джесс ушла домой, однако входную дверь до сих пор охраняет швейцар. Лена поднимает взгляд от работы, её глаза зелёные и яркие, накрашенные губы растягиваются в широкую улыбку, обнажая все зубы. — Два визита за один вечер? Ты меня балуешь. Шея Кары горит, и ей хочется внезапно развернуться. Что она здесь делает? Она поправляет очки и с тревожным вздохом смотрит себе под ноги. Она достаёт из-за спины красную розу и неловко протягивает её Лене. — Что это значит? — спрашивает Кара, затем осмеливается поднять глаза и встретиться взглядом с подругой. Лена, глядя на неё, медленно моргает, изогнув бровь. Кара издаёт тот нервный смешок, который иногда у неё случается. — Ну, это красная роза, Кара. Все знают, что означает красная роза… — Нет, — перебивает Кара, качая головой, — что это значит для тебя? Лена встаёт и, обойдя стол, прислоняется к его передней части. Она скрещивает руки на груди. — О чём это ты? Кара мнётся на месте и снова поправляет очки. — Извини, возможно, это ошибка, что я пришла сюда. Мне не следовало… уже поздно, я имею в виду, и… Лена отходит от стола и протягивает к ней руку. — Подожди, не уходи. Ты можешь поговорить со мной. Кара разочарованно пожимает плечами и машет рукой вокруг розы. — Я не знаю, что сказать. Взгляд Лены под нахмуренными бровями отслеживает дугу этих движений. — Почему бы нам не сесть? — Она подходит к дивану, занимает своё обычное место справа и приглашает Кару сесть, похлопывая по сиденью рядом с собой и медленно улыбаясь, что, похоже, развеивает все сомнения блондинки. Кара садится немного ближе, чем привыкла, но чувствует, что было бы грубо и невежливо отодвинуться, и она не особенно возражает против близости, но беспокоится, что Лене может быть некомфортно. Прежде чем она успевает даже подумать о том, чтобы отодвинуться, тёплая рука Лены оказывается на обнажённой коже её колена, удерживающая её неподвижно. — Итак, расскажи мне, что тебя беспокоит? Кара глубоко вздыхает. — Да этот парень… Брови Лены приподнимаются. — Парень, — невозмутимо повторяет она. Кара играет с подолом юбки и опускает взгляд на свои колени. — Ты же его знаешь — Майка? Лена откидывается назад и, закинув ногу на ногу, кладёт руку на спинку дивана. — Ах, да, Майк — который стажёр. Лена произносит его имя с драматическим оттенком, и это заставляет Кару рассмеяться. — Да, тот самый. Лена наклоняет своё тело ближе к ней, её рука по прежнему лежит на колене Кары, и подпирает щёку кулаком. — Расскажи мне о нём. — О, ну, он… добрый. Хотя, возможно, немного эгоистичный. Он симпатичный… Я полагаю? Он хорош в… эм… — В постели? — подсказывает Лена, прикусывая улыбающуюся губу. — Что… нет! — бормочет Кара. — В бою! Он хорош в бою. — Теперь она чувствует, что краснеет, она уверена, что краснеет, и не может перестать смотреть на руку Лены, лежащую на её колене. Лена слегка выпрямляется и убирает руку. — Извини, я просто шучу. Кара заправляет волосы за ухо. — Ты можешь, эм, держать руку там… если хочешь, — бормочет она. Лена бросает на Кару застенчивый взгляд. — Здесь? — Она возвращает руку на место, выше, чем прежде, и теперь она лежит больше на бедре Кары, чем на её колене, кончиками пальцев оглаживая клетчатый подол юбки. Кара тяжело сглатывает. — Да, — удаётся сказать ей. Она прочищает горло. — На чём я остановилась? — Майк, — говорит Лена, махнув другой рукой, — он хорош в бою. Кара не может думать ни о чём, кроме тёплого давления руки Лены. — Да, он, эм… добрый. Лена смеётся. — Ты это уже говорила. Кара снова тяжело вздыхает. — Извини, да. — Она смотрит, как Лена наблюдает за ней. Лена могла бы заплатить за любую компанию, за любой вид в мире, а она сидит здесь, смотрит на Кару, и та чувствует себя такой настоящей. — И он милый… и щедрый. — Она опускает взгляд на журнал CatCo на журнальном столике с фотографией Лены на обложке номера. — И умный, самый умный человек, которого я когда-либо встречала. — И до сих пор так? — тихо спрашивает Лена. Кара поднимает на неё глаза и встречается с её пронзительным взглядом. — И она хорошая, — бормочет она, — и такая красивая, красивее всего, что я когда-либо видела, а я видела, — говорит она со смешком, — много красивых вещей. — Мы ведь всё ещё говорим о Майке, да? — отвечает Лена с лёгкой улыбкой, которая говорит о том, что она уже знает ответ. — Я в замешательстве, Лена, — шепчет Кара. Лена усмехается, и её голос становится тихим и хрипловатым. — Я привожу тебя в замешательство, Кара Дэнверс? Кара снова поправляет очки. — Да, — признаётся она, — немного. Лена смотрит туда, где её рука соприкасается с бедром Кары, и издаёт ещё один нервный смешок. — Ну, ты тоже приводишь меня в замешательство. — Она встречается взглядом с Карой, приподнимая брови с притворно-серьёзным видом. — Позволь мне прояснить, — бормочет она и наклоняется. — Можно? Кара кивает, и Лена придвигается ближе. Кара ожидает, что снова почувствует, как в животе поселяется тяжёлый, ужасный груз, как это было перед тем, как её поцеловал Мон-Эл, но этого не происходит. Вместо этого она испытывает трепет, предвкушение, кайф, который она ощущает прямо перед тем, как взлететь. Лена снова отстраняется. — Кара, если ты нервничаешь… — Нет, не нервничаю, на самом деле, я волнуюсь, — быстро выпаливает Кара, удивлённая собственными словами, и понимает, как глупо это звучит, насколько нетерпеливо и насколько непривлекательно всё это должно быть для Лены. Но нет, Лена всё равно улыбается. — Что ж, попробуй посидеть спокойно? Кара смеётся, понимая, насколько беспокойно она, должно быть, себя ведёт. — Да, да, извини. — Она ёрзает на месте и складывает руки на коленях, ожидая и закрыв глаза. Она слышит низкий, гортанный смешок Лены и вскоре после этого чувствует её губы на своих — мягкие, но настойчивые, медленные, но уверенные, однако стук учащённо бьющегося сердца выдаёт Лену. Её пальцы глубоко вжимаются в бедро Кары, другая рука обхватывает её лицо. Кара вздыхает ей в рот, и всё напряжение покидает её тело. Отстранившись, Лена улыбается. — Всё ещё в замешательстве? — Нет, эм. — Кара усмехается. — Думаю, ты выразилась довольно ясно. — Она встаёт с энергией, вызывающей головокружение. Теперь она ни за что не сможет сидеть. — Мне пора домой, да? — Уже поздно, — соглашается Лена, вставая, и она тоже кажется счастливой, хотя и в немного более сдержанной манере. — Прежде чем ты уйдёшь, тебе стоит немного… — Она показывает на свой рот. Кара краснеет. — О. Лена делает шаг к ней и большим пальцем стирает помаду со рта. — Готово. Кара смотрит на её губы, произносящие это слово. — Мы можем чем-нибудь заняться завтра? Может быть, пообедать вместе? Снэппер даёт мне тридцатиминутный перерыв. Взгляд Лены скользит от её губ к глазам. — Мне бы этого хотелось. Кара переводит дыхание, которое, сама этого не осознавая, задерживала. — Отлично! — Она делает шаг назад. — Спокойной ночи, Лена. — Спокойной ночи, — с мечтательным видом бормочет Лена. Кара почти выбегает из кабинета, когда Лена окликает её: — О, и, Кара? Она отвечает, оборачиваясь: — Да? — Передай Майку, что я сказала «шах и мат». Кара улыбается. — Непременно.