Небесные хроники

      Гэбриэл практически все время проводил в районе аспер, в основном тренируя физическую выносливость и управление рэей. Иногда он принимал участие в вечерних соревнованиях, но так ни разу не продержался дольше третьего удара, однако, со временем его противники начали бить в полную силу, чем Кросс определенно гордился. Свободное время Гэбриэл посвящал чтению или беседам с Монто. Часто разговор плавно перетекал в обсуждении их первого соревнования, словно аспер верил, где-то в глубине души, что Кросс использовал ту технику вовсе не случайно, и вот-вот раскроет её секрет.       — Никто так ее и не повторил, Гэбриэл.       — В том числе и я, Монто, — устало отмахнулся Кросс       — Но ты ведь даже не пробовал!       — Я не имею даже и малейшего понятия о том, как это провернуть. Если ты забыл, то после ее использования мое состояние оставляло желать лучшего.       — Это, в первую очередь, я был виноват, да! — с гордостью произнес гигант и ударил себя кулаком в грудь.       — Молодец какой.       Монто хотел присесть на кресло в углу комнаты, но, заметив, стоящий рядом черный клинок, передумал и достал табуретку из-под стола. Взгляд гиганта периодически недоверчиво возвращался к оружию.       — На самом деле, никто из аспер не сможет повторить этот удар, — тихо сказал Монто с поникшими плечами, — как бы мы не пытались, но один из ключевых моментов попросту невозможно воспроизвести.       Гэбриэл оторвался от чтения книги и заинтересовано посмотрел на аспера.       — Никто из нас не может взаимодействовать с окружающей реей таки образом, тем более пропустить ее через себя — это практически самоубийство.       — Говном наружу, да? — ехидно переспросил Кросс.       — Ну нет… точнее да… но не по этой причине. Не цепляйся к словам! — аспер недовольно скрестил руки на груди, — через заклинания можно взаимодействовать с окружающей энергией — это суть магии, но не через техники. Во всех наших книгах четко указано, что любая чужеродная рэя — это яд. Да и без книг оно понятно.       — Ощущения были не из приятных, — Гэбриэл смутно помнил, как он наносил удар, но даже от этих расплывчатых воспоминаний его передернуло.       — Смертельный яд, Гэбриэл! Но, видимо, не для людей.       — И не для ламий, — заметил Кросс.       — Нет, там другое… ты для чего меня перебиваешь?! Про вас и так информации хрен накопаешь! Да ты и сам ничего про свою расу не знаешь, а сидишь тут посмеиваешься.       — Не было такого.       — Ламии, кусок ты человеческого урода, поглащают энергию других существ и делают ее своей, — аспер привстал и навис на Кросом, — не окружающую энергии, и уж точно не используют ее, как акселератор для ударов — просто истощают запасы противника и пополняют свои… ай, для чего я тебе все это объясняю?       — Так получилось у кого-нибудь технику повторить? — перевел тему Кросс.       — Получилось, не так, как у тебя, но эффект повторить получилось.       В дверь постучались, и, не ожидая разрешения войти, в комнате появился Альбум. Вид его был таким же растрёпанным, как при первой встрече с Гэбриэлом, однако белоснежные одежды он заменил на удобную коричневую куртку и слегка потертые джинсы, что придавало его образу еще больше небрежности. На поясе висел клинок в белых ножнах с крестообразной гардой. Небожитель смотрел на Гэбриэла абсолютно белыми зрачками, хотя раньше глаза его выглядели нормально, возможно, чтобы не смущать смертных.       — Малец, мне пришлось приложить усилия, чтобы тебя найти. Никто в людском районе понятия не имеет куда ты подевался.       — Ну, отчитываться перед ними я не должен, — ответил Кросс и отложил планшет с книгой.       — Ты, конечно, научился сохранять лицо, малец, но твоя рэя выдает тебя с потрохами, — сказал Альбум с довольной ухмылкой на лице, смотря на подергивающуюся в нетерпении ауру Гэбриэла.       — Ты ведь заберешь меня отсюда, — с надеждой спросил Кросс.       — Человеческий минимум, как я вижу, ты уже давно выполнил, так что поднимайся и бегом за мной, — небожитель быстро вышел из комнаты аспера, не дожидаясь ответа Кросса.       — Еще увидимся, Мондо, — сказал Гэбриэл, довольную гримасу на лице которого, уже невозможно было скрыть, — как видишь, даже из того, что от тебя много не ждут можно извлечь выгоду.       — Увидимся, человек, — казалось, что аспер был даже горд за своего друга, — мой путь длиннее, но я тебя догоню.       Мондо вздрогнул, смотря, как Гэбриэл выбегает на улицу с черным клинком в руке, хотя оружие еще мгновение назад точно стояло в другом конце комнаты. Человек сам по себе не представлял для него особой угрозы, но черный меч вызывал необъяснимую тревогу.       Дверь закрылась, и Мондо остался один. В одиночестве страх, от которого получалось без труда абстрагироваться благодаря присутствию Кросса, выплыл наружу. Аспер сел и взялся руками за голову. Один в комнате для двух человек, комнате, в которой они с родным братом жили вдвоем. С братом, которого никогда не было.       Мондо помнил, как воодушевился его брат, когда Кросс предложим им поучаствовать в хорошей драке. Помнил, как брат проводил экскурсию человеку по району аспер и рассказывал про историю расы. Помнил, как втроем они прятались от первобытных сородичей, как нашли заброшенный квартал, как выследили чудовище.       Мондо помнил, как его брат сражался с безлицей тварью. Помнил, как как монстр раскрыл пасть и, фактически за один укус, оторвал половину головы брата. Помнил, как спустя пару мгновений его брат был полностью поглощен чудовищем.       Мондо помнил.       Но все остальные забыли.       Словно его брата никогда не существовало.       Мондо был истощен, хоть и не подавал виду, ведь он практически не спал с того самого дня, так как после каждого погружения в сон его брат становился все иллюзорнее. Аспер с трудом мог вспомнить их совместное детство, не помнил голоса, практически забыл лицо, лишь расплывчатый облик на который он всегда равнялся все еще оставался в памяти.       — Хорошо, что мы убили ту мерзость, братец. Такое зло не должно существовать.