Небесные хроники

      — Гэбриэл! Где же ты, мой милый Гэбриэл?!       Навязчивый зовущий голос в последнее время начал приходить в каждый сон Кросса, отчего тот постоянно был немного невыспавшийся. Все бы ничего, вот только тренировки Альбума требовали столько усилий, что хороший крепкий сон был фактически жизненно необходим.       Яд, который Локуст приготовил для Гэбриэла был совершенно безвреден для тела, в привычном, человеческом, понимании, зато заставлял всю рэю активироваться одномоментно, после чего организм испытывал бешенную нагрузку. Одна единственная капля бесцветной жидкости, не имеющей ни вкуса ни запаха, всего за полминуты выжигала всю имеющуюся энергию из Кросса, после чего тот падал без сил. Далее капля «Милости Королевы Ночи» приводила его в чувства и восстанавливала силы примерно за час и всё повторялось по кругу от раннего утра до самого заката.       Гэбриэл встал с кровати и оделся. Отражение в зеркале вызвало улыбку — растрепанностью и небритостью он стал чем-то похож на своего учителя. В пору бы возмущаться, однако, каждый раз, восстанавливаясь после яда, его объем рэи увеличивался, и этот прогресс не мог не радовать. Если вначале рэи хватало всего на полминуты, то в последний раз он продержался уже полторы.       Его меч был спрятан в шкафу и замотан в какие-то бинты с магическими письменами. Хоть Альбум строго запретил касаться рукояти клинка, но, иногда Гэбриэлу приходилось прилагать определенные усилия, чтобы не сорвать все магические печати и не освободить свое оружие. Помимо всего прочего, он чувствовал необъяснимо гнетущее чувство вины за то, что позволил так обращаться с клинком.       — Снова пьешь с самого утра? — обратился Кросс к учителю, когда спустился на кухню, и увидел сидящего на диване Альбума со стаканом алкоголя в руке.       — У каждого свои слабости, малец, — ответил Альбум и одним глотком осушил половину стакана, после чего сильно зажмурил глаза, — многовато отпил!       Кросс покачал головой и принялся за свой завтрак, стоящий на столе. Вместо одной из стен на кухне была проекция экрана, где шло, по всей видимости, юмористическое шоу, в котором два небожителя о чем-то наигранно спорили. Смысл шуток Гэбриэл не понимал от слова совсем, но Альбум иногда хихикал, значит шоу было не плохим, либо чувство юмора учителя оставляло желать лучшего — Кросс хотел верить, что правильным был первый вариант.       Альбум взмахнул рукой и перед ним появилась прозрачная панель управления. Небожитель что-то нажал и изображение на стене сменилось на схему путей рэи. Подобную схему Кросс видел впервые.       — Не то, что бы я бросил все силы на поиски, но изображения человеческих путей я нигде не нашел, — сказал Альбум, что-то нажал на панели, после чего изображение со стены стало трехмерным и переместилось в центр комнаты, — пришлось рисовать самому. Гэбриэл посмотрел на своего учителя со смесью явного удивления и уважения.       — Этот твой взгляд меня обижает, малец, — с наигранной обидой в голосе сказал Альбум.       На схеме было два больших центра, один на уровне головы, а другой на уровне сердца. Все остальные пути были достаточно тонкие и спутанной паутиной пронизывали все тело человека. Было ли это особенностью рисунка Альбума, или на самом деле особенностью людской расы, но у тех же аспер и катос, помимо того, что было гораздо больше крупных центров энергии, пути рэи также делились на несколько калибров и были гораздо более упорядоченными.       — Смотря на это безобразие становится понятно, почему смертные люди не могут пользоваться рэей, — вслух начал рассуждать Альбум, — Только два центра, и такое множество мельчайших путей.       — Это плохо?       — С ограничением смертного тела у тебя фактически не было бы права на ошибку.       Рядом с изображением человека появилось еще одно, на котором центры рэи формировали три окружности на уровне грудной клетки, паха и головы. Каждая из окружностей состояла из десяти меньших центров по периферии и одного крупного по центру. К тому же от каждого из мелких центров отходили крупные пути рэи по всему телу, делящиеся на более мелкие пяти разных калибров. И лишь самые мелкие ветви соответствовали человеческим.       — Это схема чистокровного небожителя, — пояснил Альбум, — небольшие ошибки ударят по самым мелким путям и заблокируются крупными, если небожитель проигнорирует отдачу, то повредятся следующие, и даже, если через боль и адские муки он продолжит насилие над своей рэей, то отключится лишь один из центров. Серьезные просчеты в использовании рэи ударят сразу по одному из центров, но и это, очевидно, не станет большой проблемой. А вот у вас нет предохранителя, и любая ошибка сразу же ударит в один из центров, и даже, если размеры ваших центров позволит выдержать определённую отдачу, то на восстановление повреждений у смертного уйдут годы.       — Значит отсутствие рэи в человеческих мирах — это своего рода защитный механизм, — предположил Кросс.       — Думаю, да. К тому же серьезная ошибка сразу отключит один из двух центров, что для смертного человека будет означать мгновенную смерть.       — Поэтому никто в студенческом городке и не спешил обучать людей пользоваться рэей.       — О! Великие современные Небеса! — с явным раздражением воскликнул Альбум, — чтобы это гении, кричащие о торжестве науки над «варварским прошлым» хотя бы попытались разобраться в причине отсутствия у вас рэи, то мне не пришлось бы тратить столько усилий. Я навел справки, и ты ни за что не угадаешь как они пришли к современной программе обучения… они угробили несколько человеческих наборов! — Альбум даже рассмеялся, — просто «выжгли» всех людей и прекратили посещать человеческие миры на тысячи лет. Вот так научный подход!       — Но все же наборы возобновились.       — Да, кто-то начал неофициально перетаскивать людей на Небеса, уж не знаю с какой целью. В общем оказалась, что в бессмертном теле ваши предохранители постепенно спадают, но иногда на это требуется десяток лет. Бывали случаи, что люди заканчивали обучение за месяц.       — Месяц… — задумчиво повторил Кросс.       — Да, малец, ты точно не рекордсмен, — ехидно заметил Альбум.       — Есть хоть какие-то плюсы в человеческой расе, или мы ошибка Мироздания? — раздосадовано спросил Гэбриэл.       — О! Это, на самом деле, очень распространённое мнение. Ну, отсутствие какой-либо дифференциации в путях рэи означает, что у людей нет явной предрасположенности к какой-либо технике или магии, однако это также означает, что вам доступны любые из них.       — Но и тут не без подвоха, да?       — В первую очередь нужно научиться идеально контролировать энергию, иначе сожжешь себя отдачей.       — Здорово, — с сарказмом ответил Кросс, — дай-ка мне моего любимого яду.