Небесные хроники

Королева! Королева! День направо. Ночь налево Королева! Королева! Мы теперь достойны гнева? Подарила всем нам ночь И забрала монстров прочь. Ты вернись на Небеса, Дуракам раскрой глаза. Нам яви свою любовь! Поклонимся тебе вновь! Королева! Королева! Ночь направо. День налево.              Старая детская песенка (запрещенная версия)       До неприличия уютный город с мощеными дорогами, аккуратными одноэтажными домами и ухоженными улицами, на которых практически отсутствовали магические знаки, крайне радушно встречал Гэбриэла, который уже более десяти часов ожидал своего учителя. За это время его дважды очень настойчиво пригласили перекусить в маленьком ресторанчике, неподалеку от того места, где Кросс сидел в одиночестве, видимо с излишне измученным видом. А когда Гэбриэл скромно отказался от третьего приглашения, официантка из другого ресторана напротив практически за шиворот отволокла его в свое заведение.       Подобная доброжелательность вызывала у Кросса легкие приступы паранойи, апеллируя к его человеческой жизни, однако он четко понимал, что ему искренне хотят добра. После встречи с Хозяином Леса, он мог без труда почувствовать намерения простых небожителей, но чем сильнее и старше был собеседник, тем сложнее было понять, что у него на уме. Олень изредка приходил в поисках непродолжительного общения, в основном, когда Кросс оставался один. Чаще всего Хозяин леса интересовался жизнью Гэбриэла в мире людей и человеческим ощущением мира, практически не отвечая при этом на вопросы Кросса. Однако, обсуждая тему чувств, Олень пояснил, что Гэбриэл теперь может видеть саму суть души собеседника, но любая душа, что сложнее его собственной будет для него малопонятна, или вовсе недоступна.       На улице стемнело, и Гэбриэл, поблагодарив хозяев ресторана за бесплатный ужин, скрылся в одном из темных переулков, так как подозревал, что неровен час и ему предложат остаться на ночлег. Кросс побрел вглубь переулка, не боясь потеряться, ведь ауру Альбума он уж точно почувствует за много километров.       На улице окончательно наступила ночь, и бесконечно повторяющаяся детская песенка затихла, когда родители загнали своих детишек домой. Забавно, что именно эту вариацию песни, где Королеву восхваляют, он слышал лишь пару-тройку раз. Альбум говорил, что эта песенка была популярна еще в его детстве, и вновь появилась лишь недавно, совершенно необъясним образом вернувшись вместе с игрой в «Злую Королеву», во множестве никак не связанных друг с другом городов. Здесь же дети играли в «Добрую Королеву» и вместо того, чтобы убегать от «Королевы», искали ее всему городу.       — Убивать его нельзя, идиот, — донесся дребезжащий голос из-за поворота, очевидно прозвучавший громче, чем того хотел говорящий.       — Заткнись! — громким шёпотом ответил другой голос, после чего послышался звук, скорее всего подзатыльника.       Двое говорящих умело скрывали свою ауру, однако вести себя тихо нужным не считали, и, откровенно говоря, в большинстве случаев обычные небожители, с пониженной остротой чувств из-за побочного эффекта блокировки боли, ничего бы не услышали. Гэбриэл же почувствовал их еще до того, как те открыли рот — почувствовал их липкий, кислый страх и сладковатый запах алчности, смешанный с резким нетерпением.       Кросс коснулся окружающей рэи и потянулся в сторону небожителей. Он еще был очень далек от полноценного использования «Пути к смерти», но кое какие базовые техники уже освоил. Чужеродная энергия все еще вызывала крайне неприятные и зачастую болезненные ощущения, но, его уже по крайней мере не бросало на землю в судорожном припадке, а содержимое желудка и кишечника оставалось там, где ему положено быть.       Неумело скрытая аура этих двоих активно просачивалась наружу, и не представляла для Кросса абсолютно никакой опасности. К счастью, далеко тянуться техникой не пришлось и Гэбриэл, удовлетворившись проведенной разведкой, отпустил окружающую рэю, решив пойти вперед, не подавая виду.       — Хватай его!       Удар по голове тупым предметом, который, по-видимому, должен был оставить Кросса без сознания даже стыдно было назвать ударом. После тренировок с Ларией, которая легкими движениями дробила кости и перемалывала внутренности в фарш, с такой скоростью, что исцеляющий браслет не успевал до конца залечивать старые повреждения, Гэбриэл и вовсе на мгновение задумался, не пытаются ли его разыграть. Лария всегда дважды извинялась — пред тренировкой и после нее, но Кросс был практически уверен, что девушка не чувствует ни капли вины, в отличие от нападающих, в чьих злых намерениях Гэбриэл был полностью уверен.       — Давай, тяни это ничтожество к порталу, — дребезжащий голос чуть не перешел на визг, — если он не будет ничего знать про Белого Лиса, нас лидер точно порежет!       — Это его ученик! — второй голос все еще говорил шепотом, — информация достоверная.       По затылку Гэбриэла стекала кровь, чем он очень гордился, так как оставил уязвимым именно тот участок, куда пришелся удар, и ровно до кости. Отыгрывал потерю сознания он, по своим собственным ощущениям, тоже крайне убедительно.       На Кросса надели какой-то ошейник и завязали глаза. Ошейник, очевидно, должен был помешать ему блокировать болевые ощущения, однако, ввиду примитивности устройства, которое заключалось в обычном грубом воздействии на восприятие боли без какой-либо избирательности, эффект был прямо противоположный. На обычном небожители, конечно, все сработало бы корректно, но у Гэбриэла от этого ошейника вообще практически отключилась всякая чувствительность, словно его резко с головой погрузили под воду. Ощущения рэи остались прежними, но без привычных органов чувств ориентироваться все же было крайне затруднительно. Он чувствовал настроение похитителей, ожидаемо приподнятое и немного взволнованное, чувствовал смену окружения, видимо от телепортации, но это все не имело особого значения.       — Усади его и развяжи глаза, — еле слышно донесся до Гэбриэла далекий голос.       — Сам и развяжи, — ответил второй похититель, раздражение которого опасно приближалось к ярости.       С Гэбриэла все же сняли повязку, но перед глазами были лишь расплывчатые туманные очертания. Кросс с трудом дотянулся рэей до механизма, благо устройство его было еще топорнее, чем действие, и попытался уменьшись силу эффекта. Слух и зрение вернулись, однако обоняние и болевые ощущения все также отсутствовали.       — Смотри, он от боли даже звука проронить не может, — с усмешкой сказал один из похитителей.       Кросс посмотрел вниз и увидел, что в его колене торчал небольшой столовый нож. К слову, только теперь он заметил, что его руки были связаны за спиной. Гэбриэл попытался сжать и разжать кулаки, что ему очевидно удалось, но рук он совершенно не чувствовал.       — Нет! Зачем вы это делаете?! — закричал Кросс и тут же покраснел, осознав, как бездарно звучала его попытка в актерскую игру.       Небожители же явно прониклись разыгранной сценкой и практически светились от удовольствия. Один из них резко выдернул нож из колена и тут же воткнул его во второе, после чего достал еще один и начал резать предплечье Кросса. Гэбриэл некоторое время удивленно смотрел на эти порезы, которые даже при его человеческой жизни нельзя было бы назвать чем-то опасным, чувствовал самодовольство похитителя и переполняющее его чувство собственной важности. Не выдержав этого абсурда Кросс хихикнул, еле сдержав полноценный приступ смеха, но улыбку быстро стереть со своего лица у него не получилось.       — Остановить, идиот! — крикнул второй небожитель и отобрал нож у первого, — смотри, он уже умом практически тронулся! Нам еще нужно из него много чего выпытать.       — Ты же знаешь, что я увлекаюсь. Какой же ты все-таки слабак, человек              Небожитель плюнул Гэбриэлу в лицо, развернулся и ушел из комнаты, вместе со своим подельником, громко хлопнув массивной дверью. Кросс легко разорвал веревки на запястьях, благо они были совершенно обычными, и недовольно поморщился, вытирая слюну со своего лица. Он находился в каком-то подвальном помещении с одним тусклым источником света. Помимо стула и бетонного пола здесь ничего не было. Гэбриэл выдернул нож из своего колена, рэя быстро остановила кровотечение и восстановила ткани, так как в удар не было вложено ни капли ауры.       Кросс дотронулся до ошейника и полностью заблокировал его действие, подумав, что эти бездари не должны заметить, что устройство вышло из строя, после чего выбросил разорванные веревки в угол комнаты. Поднял нож, выругался про себя, подумав, что целое колено они все же заметят, пожал плечами и воткнул его обратно. Приятная боль пронзила ногу. Еще раз выругался из-за того, что подумал про боль, как про нечто приятное, после чего послал пару проклятий зеленоглазому, который и был очевидно виноват в этой его девиации.       — Он там?       Кросс услышал новый голос и шаги. Было очень приятно вновь вернуть себе прежнюю остроту чувств, хоть и утратил он ее ненадолго. Третий небожитель был значительно сильнее своих подельников, но все еще разочаровывающе слаб — где-то на уровне преподавателей из района аспер в студенческом городке. На самом деле Гэбриэл давно хотел попробовать себя в настоящей драке, но Альбум ему этого не разрешал, а «спарринги» с Ларией, пускай она их и называла «спаррингами», на деле были обычным избиением, и исполнял он в них исключительно роль мешка с песком.       Дверь распахнулась и в помещение ввалился огромный мужчина, практически достававший головой до потолка. Он явно раньше принадлежал к асперам, что объясняло появившиеся у Гэбриэла ассоциации с преподавателями. Рэя выплескивалась из его тела, заполняя всю комнату, явно для устрашения, при этом не оказывала на Кросса никакого давления, напротив он начал волноваться, что с таким расходом энергии здоровяк вскоре упадет без сил.       — Решили не связывать его, — задал вопрос аспер, и ослабил свою ауру, — в принципе, логично. Давай ты честно ответишь на наши вопросы и забудешь обо всем, что тут произошло.       На лице здоровяка выступили капельки пота, очевидно он все же переусердствовал с аурой. Он подошел к Гэбриэлу и сел на табуретку, любезно принесенную его подчиненными. Мужчина морщил лицо, видимо пытаясь изобразить что-то грозное. От него так и несло самоуверенностью.       — Мы же вроде его связывали, — шепотом спросил один похититель у другого, на что в ответ получил лишь неуверенное пожатие плечами.       — Где прячется Белый Лис? — спросил здоровяк суровым голосом и угрожающе схатился за нож, торчащий в ноге Кросса.       — Прячется? — в полном недоумении переспросил Гэбриэл, забыв про то, что собирался отыгрывать жертву.       — Значит, не хочешь по хорошему! — взревел аспер, приставил лезвие ножа, выдернутого из колена, к плечу Кросса.       Гэбриэл медленно взял здоровяка за руку и плавно вогнал нож в свое плечо, расплывшись при этом в улыбке, почувствовав среди недоумения всей троицы проступающие нотки страха.       — Как добраться до дома учителя, я при всем желании вам не смогу рассказать, — спокойно продолжил Кросс, удерживая руку аспера, не позволяя ему отпустить нож, — я не то, чтобы хорошо ориентировался на Небесах.       Аспер замахнулся вторым кулаком, чтобы ударить Кросса, но тот ловко ушел из-под удара, вскочив со стула. Двое похитителей кинулись на помощь к своему вожаку, достав уже боевые ножи, но быстро оказались на земле, непонимающе уставившись в потолок. Гэбриэл вывернул руки мужчин, отобрал ножи и хладнокровно пригвоздил их головы к полу. Волна удовольствия прокатилась по телу Кросса, то ли от победы над противником, то ли от отнятой жизни. Однако он и близко не был рад такой ничтожной пародии на сражение, ведь даже роль груши для битья Ларии приносила куда больше удовлетворения.       — Так зачем тебе знать, где живет учитель? — ровным голосом спросил Кросс, уворачиваясь от очередного удара аспера.       — Нам нужна его женщина! — отчаянно выкрикнул здоровяк, после серии очередных безуспешных ударов, — говорят, что Белый Лис пойдет на все, чтобы ее защитить!       Гэбриэл рассмеялся, резко сократил дистанцию и легким движением опрокинул аспера на пол.       — Вы, что умом тронулись? — искренне спросил Кросс, — даже со мной справится не можете. Это кто из вас придумал такой великолепный план?       — Я… — неуверенно ответил здоровяк.       — Я все равно не понимаю, какого конечного результата вы хотели добиться. Что ты вообще знаешь о Белом Лисе.       — То, что он часто заказывает подарки в самом дорогом магазине города для своей женщины за баснословные суммы, — сквозь зубы ответил здоровяк после того, как несколько раз безуспешно попытался встать на ноги.       — И это все? — с подозрением спросил Кросс, — вы просто денег с него вытрясти хотели?       — А что тут такого?! — отчаянно закричал аспер, — да кто ты такой?! И кто такой этот БЕЛЫЙ ЛИС?!       — Я даже убивать тебя не хочу, — разочарованно сказал Гэбриэл и быстро вышел из подвала, захлопнув за собой дверь.