Легенда Визжащей хижины

С чего все началось? Началось все с того, что я влюбился… Влюбился давно, ещё до того, как поступить в Хогвартс. Девочка была из семьи маглов. Рыжие, слегка завивающиеся волосы, яркие и живые зелёные глаза, разбросанные по всему лицу веснушки. Даже удивительно, как она могла родиться в заурядной магловской семье. Звали ее Лили. Лили Эванс. Подружились мы быстро, не без помощи открытой ненависти маглов ко всему необычному, конечно. Как говорится, «общее горе сближает». Я днями напролет рассказывал ей про магический мир и Хогвартс, она же, в свою очередь, внимательно меня слушала, запоминая, кажется, каждое мое слово. Если я скажу, что принимал это как должное, то, конечно же, совру. Меня в жизни никто так внимательно не слушал, никто так искренне не улыбался мне при встрече, никто не смеялся с моих шуток и не дополнял их, чтобы мы потом оба валялись на траве от смеха. О, а ее объятия… Ее венки, которые она плела специально для меня… Как такое можно забыть? Даже после стольких лет я с теплотой вспоминаю о тех беззаботных днях… О тех днях, когда безжалостный купидон расстрелял меня своими чертовыми стрелами, не оставив мне и призрачного шанса на спасение. ******* Прошло пару лет. Мы поступили в Хогвартс. И по весьма жестокому стечению обстоятельств попали на разные факультеты. Ещё и в те, что постоянно собачатся друг с другом. Блестяще, да? Вот и я так думаю. Но мне, можно сказать, повезло. На моём факультете я познакомился с Люциусом Малфоем. Он был старше меня на два курса, ещё и из чистокровной семьи. Удивительно, как ему вообще пришло в голову со мной подружиться? Но я был, несомненно, рад. Собеседником он был просто отличным, относился всегда с уважением и с большой охотой проводил мне экскурсии по Хогвартсу, рассказывая, что да как. А вот что на счёт гриффиндорцев… Кхм… С ними отношения были, мягко говоря, натянутыми. Особенно с одной компашкой из четырех человек. Мародёры. (я невольно вздрогнул, вновь произнося это злосчастное название. Мародёры… Компашка придурков, что разрушила мою жизнь навсегда, оставив меня учеником четвертого курса). С самого начала общение у нас не заладилось. Может, им просто не нравился один факт моего существования, а может это из-за того, что Джеймс тоже не ровно дышал к Лили, поэтому хотел как можно быстрее устранить конкурента, втоптав его в грязь. Я не знаю. И уже никогда не узнаю. Они, в принципе, ко многим приставали, но меня «любили» в особенности. Не одна наша встреча не обходилась без перепалки. И очень редко, когда она ограничивалась только словами, поэтому в школьные годы пластырь на носу, кажется, стал уже частью меня самого. Но то, как они всегда реагировали на мои подколы и язвительный тон… (на моем лице невольно мелькнула довольная улыбка). Ммм ладно, это того явно стоило. Да и Люциус не упускал момента поставить их на место. В общем, конечно, не слишком приятные отношения, но жить можно. Было… Но мое извечное желание совать нос куда не надо, в конечном итоге меня погубило… ******* Не то, чтобы я за ними прямо-таки следил… Но в каких-то моментах странное поведение Римуса было сложно не заметить. Я покопался в библиотеке и сделал один неутешительный вывод. По всем признакам его поведение совпадало с признаками обращённого в оборотня. Не каждый день о таком узнаешь, да? Но все же это пока были ничем не подкрепленные догадки. Я хотел убедиться в этом. Так сказать, потешить свое самолюбие, доказав себе, что был прав, а все остальные даже не догадываются об таких подробностях жизни старосты гриффиндора. Убедился… Мои посиделки в библиотеке не могли не привлечь внимания Сириуса. Сначала он просто пару дней приходил в библиотеку и, замечая меня на том же месте, что и вчера, ухмылялся уголками губ и, обходя стороной, пытался высмотреть, что я читаю, а после быстро удалялся из помещения. Позже, ближе к полнолунию, он подошёл ко мне и сел рядом, когда я читал об признаках обращённых. Сказал, мол: «если так хочешь докапаться до истины, то в полнолуние иди к гремучей иве, там есть проход. Как ее обойти, я расскажу, если интересно». И я, как настоящий долбаёб, с удовольствием выслушал его инструкции, даже не удосужившись нормально расспросить, что и как там будет. Мда, иногда мне кажется, что у меня и правда нет мозгов. Прям совсем. Ну и я, когда наступило то самое полнолуние, конечно же, пошел в эту проклятую хижину. По пути никто из профессорского состава мне не встретился, и я без труда вышел за пределы замка, обогнул его и направился к гремучей иве. Нашел нужный сук, нажал на него, и проход в визжащую хижину был открыт. Я, аккуратно, оглядываясь по сторонам, вошёл в тайный проход и очутился в небольшой пыльной комнатке с старой, повидавшей виды кроватью, шкафом под потолок, позолоченной люстрой и письменным столом. В общем, в этом помещении я разглядел всё, кроме царапин, покрывавших, кажется, все поверхности, и огромного чудовища, стоявшего в углу, тихо поскуливая. Но когда оно повернуло на меня свою морду и уставилось ярко-желтыми сверкающими глазами, я сразу же осознал, что ничем хорошим это точно не закончится. Я со всех ног бросился к выходу ииии… Дверь оказалась заперта… До сих пор не могу понять, было ли это частью их плана или же она и впрямь просто заела, но факт того, что я не смог ее открыть, остаётся неизменным. Палочка быстро покинула мою руку, и я остался окончательно безоружным против оборотня. Вроде бы я кричал и звал на помощь. Я точно не помню. Но в любом случае, никакой помощи не было. Потом я почувствовал сильную боль. Эта тварь повалила меня на землю, разодрав своими когтями мне грудь. Все мои попытки хоть как-то отстраниться были, конечно, четными. Думаю, со стороны это выглядело бы так же, как если бы кролик пытался вырваться из лап волка. Тогда я слышал и чувствовал всё: рычание и лязг зубов оборотня, кровь, мою кровь, что хлестала из открытых ран, нестерпимую боль, такую, что я бы без всяких озарений совести могу сказать, что лучше бы выбрал мгновенную смерть от авады, чем прочувствовать это все и выжить. Но выбора у меня, естественно, не было. После я почувствовал резкую боль в горле. И оборотень отступил. Он с воем выбежал из хижины. И я остался один. Я пытался схватиться за горло руками, но они отказывались меня слушаться и лишь жалко подрагивали. Я задыхался. Пытаясь сделать вдох, я только чувствовал, как горло сильнее наполняется кровью, которую я не мог даже выплюнуть. Я буквально захлебывался в ней. Не знаю, было ли это из-за раны непосредственно на горле или же из-за сломанных ребер. Да и какая теперь разница? Последнее, что я видел, это тусклый свет и заходящию в хижину мужскую фигуру. ****** А после был мрак… Я как будто был в осознанном сне. Вот только без сна вовсе. Вокруг меня не было вообще ничего. Пустота, тьма и… Неимоверное спокойствие. Мне не было больно или страшно. Это было похоже на какое-то безусловное принятие и согласие со смертью. После всего, что произошло до этого, я бы мог назвать это непонятное место раем. Не знаю, сколько времени я там провел, левитируя в этом темном нечьте. Да и было ли в этом месте понятие «время»? Но в один момент меня резко вырвало оттуда, и я оказался на пороге до боли знакомого замка, название которому Хогвартс.