Тайны и цветы

      Свесившись с вершины искусственного валуна, Киске наблюдал за поединком. В каждый рывок Куросаки вкладывался по полной. Превозмогая усталость, которая, кажется, настигла его ещё несколько часов назад, он пытался сравнять свои силы с Йоруичи. Порой Киске удивлялся, что заставляет пацана раз за разом выходить за рамки своих возможностей. Так или иначе, ему этого не понять.       

***

      Всё, что он тогда высказал Ишшину, было оправдано. Киске ни за что не откажется ни от своих слов, ни от обещания, которое дал самому себе.       Единственное, что для него изменилось, — это визиты Куросаки. Парень начал всё чаще и чаще заходить в магазинчик. Даже в выходные забегал просто поболтать или выпить чаю. Ночи напролёт он проводил здесь.       Киске презирал Ишшина за такое отношение к сыну, но это вовсе не означало, что вся забота о мальчике теперь ляжет на его собственные плечи. И всё же, когда ночные кошмары преследовали наяву, Киске уже не хватало духу пойти на попятную.       Поэтому он просто улыбался и махал ему рукой, приглашая в гости. Даже смущаясь, Ичиго всегда принимал приглашение. Первое время Киске давал ему пижаму, но затем Куросаки начал приносить свою. Вечерами они распивали чай и просто разговаривали до тех пор, пока подросток не засыпал. Бывали дни, когда Ичиго был настолько вымотан, что Киске приходилось нести его до кровати. Но как только тот покидал магазинчик, внутри что-то лопалось, и всё пространство погружалось в холод. Что же он делает? Этот холод сковывал его. Как он мог утешать мальчика после того, как лично подписал ему смертный приговор? Как он мог обещать что-то?       В те бессонные ночи, когда мыслить здраво уже не получалось, Йоруичи всегда была рядом. Они почти не разговаривали. Простого присутствия было достаточно. Она не осуждала его. Никогда. Хоть и должна была.

***

      Мешки под глазами Киске заметить было несложно, но Ичиго всё же промолчал. Тогда лавочник хитро ухмыльнулся и призвал Бенихиме, начиная битву.       Рассердившись внезапной атаке, Ичиго увернулся от всплеска летящей в него энергии и, не теряя времени, устремился наперерез багровой атаке Бенихиме. Урахара поднял меч, блокируя удар Зангецу. Затем он оттолкнул подростка назад, и тот потерял равновесие. Вместо применения кидо Киске решил атаковать мечом, чтобы дать парню хоть какой-то шанс на победу.       Реакция Ичиго значительно улучшилась, поэтому он успел обернуться и почти перехватил меч, но не успел. Ловко проскользнув под Зангецу, лезвие Бенихиме резануло по торсу, оставляя от одежды лишь лоскуты. Парень застонал и пнул Киске ногой. Переводя дух, он неотрывно смотрел на своего оппонента. Почувствовав, как улыбка вновь заиграла на губах, Киске ринулся вперёд. Используя шунпо, он намеривался застать ученика врасплох, но в этот раз Ичиго был готов.       Вместо уклона парень перешёл на шунпо и ринулся в бой, целясь в спину гецугой теншоу. Никак не предвидя такой поворот событий, небольшая, но мощная волна чёрной реацу застала Киске врасплох. Хотя он легко парировал её другой техникой Бенихиме, драгоценные секунды на момент неожиданности были утеряны, чем и воспользовался Ичиго. Оказавшись у него за спиной, он произвёл удар, достойный лучшего фехтовальщика в мире.       На секунду Киске призадумался: не Йоруичи ли научила его такому приёму? Как ему удалось сделать это так легко, учитывая, что его клинок даже в банкае далёк от фехтовального меча?       В конце концов ему пришлось использовать багровый щит Бенихиме и сделать глупый пируэт, чтобы не попасть под удар.       — Связывай, Бенихиме! — снова улыбнувшись, крикнул Киске. Глаза Куросаки комично расширились, и в отчаянной попытке защититься он поднял меч. Словно змеи, невидимые путы Бенихиме ползли по нему, обволакивая всё тело, мгновенно обездвиживая.       — Ну и ну, над реакцией ещё работать и работать, Куросаки-сан, — Киске ухмыльнулся, с удовольствием наблюдая за тем, как Куросаки ворчит, пытаясь прорваться сквозь плотную сеть. Интересно, сможет ли он прорваться сквозь неё с помощью грубой силы? Впрочем, сейчас не до экспериментов.       Быстрым движением меча он порвал сеть, высвобождая её пленника на волю. Киске запечатал Бенихиме и подошёл к развалившемуся подростку.       — Помедитируем или хотите немного отдохнуть? Приняв сидячее положение, Куросаки бросил на него мрачный взгляд.       — Обещаю, однажды я сотру эту самодовольную ухмылочку с вашего лица, — угрожающе произнёс парень, но всё же позволил Киске залечить рану на своём торсе.       — Жду не дождусь, — насмешливо произнёс Киске, но втайне надеялся, что так оно и будет. Ичиго обязан стать сильнее него, чтобы победить Айзена.       — Пожалуй, я вас оставлю. Незаконченное дело жаждет моего внимания. Справитесь сами? — спросил Киске, проверяя уже чистую кожу мальчишки. Когда подросток решительно закивал, он ободряюще улыбнулся ему и ушёл.              Если он хочет помочь своей маленькой машине для убийств, то стоит сосредоточиться на анализе защитной способности арранкаров.

***

      Вернувшись, он с нескрываемым весельем наблюдал за спящим подростком. Ичиго самостоятельно сообразил, как медитировать и, кажется, в процессе каким-то образом заснул. Ноги были поджаты под себя, а голова покоилась на мирно вздымающейся груди.       Мужчина громко позвал его, и тот резко вскочил, слегка пошатываясь. Он собирался снова окликнуть его, но тут вайзард тихонько застонал, схватившись за голову. Цокнув, Киске подошёл к нему и, подхватив, проводил наверх.       Урахара отменил все тренировки до тех пор, пока Ичиго как следует не отдохнёт. И на этот период посоветовал заняться ему чем-то более подростковым. У мальчишки хватило наглости фыркнуть в ответ. Как правило, каждая тренировка заканчивалась чашечкой чая, а иногда и с бутылкой виски под боком. Случалось это редко, когда более зрелая личность Куросаки уступала более ранимой версии подростка. Киске не понимал, что происходит, но кажется, виноват был алкоголь.       — …Обществу Душ давно пора вытащить голову из задницы… задниц, — Киске едва не подавился чаем от столь неожиданного комментария. Он поднял глаза и с любопытством взглянул на сидящего перед ним краснощёкого парня.       — О чём вы?       — Они были готовы казнить Рукию на месте, без разбора. А три взбунтовавшихся капитана просто ушли как ни в чём ни бывало. Вы считаете это справедливо, Урахара-…сан?        Обдумывая его слова, он скривился, будто выпил что-то просроченное.       — Не обязательно использовать «сан». Можете опустить, если вам так удобнее… К его удивлению, Ичиго тут же помрачнел.       — Ни за что. Киске молчал какое-то время, глядя на него, а потом тихо произнёс:       — Не думаю, что заслуживаю такой чести.       — Дело не… Зачем вы так усложняете? — взъерошив волосы, проворчал Ичиго. Лишь на секунду Киске показалось, что взгляд его стал до жути проницательным. — В общем, я не опускаю именные частицы исходя из того, заслуживает человек или нет. Я просто… не использую их. И мне показалось, что мы с вами стали чуть ближе, — попытался объяснить Куросаки, прежде чем кинуть недовольный взгляд на изумлённое лицо Киске. — И всё-таки я продолжу использовать именные частицы!       — Ладно… — неуверенно начал торговец, прежде чем Ичиго ткнул в него пальцем.       — Вы не ответили на вопрос.       — Я… — Киске призадумался, но тут же вспомнил, о чём его спрашивали. — Думаю, в Обществе Душ всегда так было. Выражение лица Ичиго почти сразу изменилось, и на смену раздражению пришло сожаление. Тогда Киске подумал, что он неверно трактовал его вопрос.       — Простите, — тихо пробормотал парень.       — За что? — искренне недоумевая, спросил Киске.       — Мне не стоило спрашивать. Вы ведь… так и не смогли их простить?       — А как вы…              Как много Йоруичи рассказала ему?       О, он точно придушит эту кошку!       — Скучаете по Сейрейтею? — осторожно поинтересовался морковоголовый, краешком глаза глядя на собеседника. Киске напрягся и бросил на него нечитаемый взгляд, а затем его черты смягчились, и в улыбке промелькнула ностальгия. Посчитав, что это вполне можно принять за ответ, Ичиго пожал плечами и бесстрастно произнёс:       — Слышал, вы были капитаном. Лёгкая улыбка тронула его губы, когда взгляд прошёлся по тёмному хаори Урахары.       — Был, — произнёс Киске, смущённо поправляя своё одеяние. Смилостивившись, на этот раз Ичиго решил не комментировать.       — Ну, вы действительно похожи на капитана. Сейчас «Двенадцатым» заправляет жутковатый тип. Как там его… Куроцучи?       — Ах да. Мой третий офицер.       — Жути я видел немало, но этот парень самый жуткий из всех, поверьте, — нахмурившись, неожиданно откровенно произнёс Ичиго. — Слышал, Исиде удалось его одолеть. Это было последнее, что он сделал, прежде чем потерял свои силы. Драматизма ему не занимать.       — Вам ли это говорить? — поддразнил его Киске, не заметив, как сидевший напротив подросток бросил на него хитрый взгляд и самодовольно улыбнулся, прежде чем скрыть улыбку за хмурым выражением лица.       — Э, стоп! — громко произнёс Ичиго, забирая сакэ из рук Урахары.       — Ай-яй! Как бы мне не сделать из вас пьяницу, — тяжело вздыхая, покачал головой блондин. Как ни странно, но парень замер, поставил бутылку на место, налив себе лишь половину.       — Куросаки-сан?       — Идея ваша. Вот и разбирайтесь теперь, — сказал он вместо тоста и осушил рюмку. Парень даже не моргнул, когда алкоголь обжёг горло. Затем он перевернул рюмку. — Маме никогда не нравилось, когда папашка-козёл напивался.       — Это бы ей тоже не понравилось, — мягко покачал головой Урахара. — Здорово, что у Ишшина был человек, который мог его сдерживать. Полагаю, настал и мой черёд присмотреть за вами.       — Чего? Я не собираюсь становиться таким, как отец!        Вы никогда им и не станете.       — Надеюсь, — сказал мужчина и покачал головой в притворном неодобрении за то, что получил по голове. Немного погодя, мальчишка, отчасти из вредности и маленькой шалости, выдал то, что давно намеревался:       — У вас очень красивое кимоно, капитан Урахара. Произнес он это так непринуждённо, что Киске не сразу понял, что тот имеет в виду. Когда осознание слов этого несносного мальчишки дошло до него — догадался ведь, что кимоно было точной копией капитанской униформы, — он не смог сдержаться. Все навыки скрытности, которым он научился, его не спасли: лицо залилось румянцем. Куросаки Ичиго имел наглость улыбнуться ему, прежде чем попрощаться и с важным видом выйти из тренировочной комнаты, как будто он только что отлично провёл время на пикнике, а не на очередной изнурительной тренировке. На следующий день Куросаки не объявился, но когда всё-таки нашёл время на тренировки, первое, что он произнёс у порога магазина, было это:       — Так, вы сами сделали хаори или вам сшили на заказ, Капитан Урахара? Ухмылка тут же сползла с лица Киске, уступив место непонимающему взгляду.       — Понятия не имею, о чём вы.       Он глядел на него с неким подозрением, пока парень, закатив глаза, не взял инициативу в свои руки, пригласив себя внутрь.       — Да ладно вам, не дуйтесь, Куросаки-сан.       Ичиго удалось уговорить Урахару на рукопашный бой, пока Йоруичи занималась своими делами в городе. И конечно, в этот самый неподходящий момент решил показаться пустой.

***

      Ичиго с трудом дышал, его лицо было напряжено, а тело — сковано. Пытаясь взять себя в руки, он быстро огляделся и увидел то, что произошло за те короткие, но мучительно долгие секунды, когда им овладела пустота. Вокруг стояла гробовая тишина, и только светло-серые глаза смотрели на него в упор. Ичиго старался игнорировать их, фокусируясь на восстановлении своего дыхания.              Рассеянно Киске коснулся пореза на подбородке и осмотрел своего ученика, чтобы убедиться, что ему ничего не угрожает. Кроме того, что Ичиго полностью выдохся — после исчезновения пустого он упал на колени и больше не вставал, — физически он был в порядке. Но его поза была слишком напряжённой, словно он боялся повторного появления пустого, либо…       — Нужна помощь? — протянув руку, спросил Киске. С отсутствующим видом Куросаки слегка отшатнулся от него и молча поднялся на ноги.       — Не подходите, — наконец произнёс он. Что ему делать в такой ситуации? Как помочь?       — Куросаки-сан… простите меня, — слова предательски слетели с губ Киске, прежде чем он успел что-либо обдумать. По крайней мере так он смог привлечь внимание. Рефлекторно он выудил веер из хаори и прикрыл лицо, лишь глаза цвета бури смотрели в пол. — Мне так жаль.       — Какого чёрта вы несёте? — расслабив плечи, спросил Куросаки. Но Киске уже отвернулся.       — Пустой внутри вас… Это моя вина. Я рисковал вашей жизнью и облажался. Пустой не должен был…       — Замолчите, хватит, — устало произнёс кареглазый парень. Киске послушался. Очевидно, утешать людей — это не его. Тогда стоит задвинуть своё никчёмное чувство вины и помочь Ичиго залечить раны.       Поток мыслей прервался, когда он уловил движение рядом, и его взгляд встретился со взглядом карих глаз. Парень всё ещё был напряжён, но вместе с тем в нём было смирение. Даже подмечая это, Киске заметил, как черты его стали постепенно смягчаться.       — Куросаки-сан?..       — Мне уже лучше и… я, наверное, пойду.       — Подождите! — машинально выкрикнул Киске и, заметив удивление парня, быстро добавил: — Я обработаю ваши раны, а Тессай заварит нам чаю.       — Не стоит. Я в норме, — пробормотал Ичиго, намереваясь уйти, но Киске тут же преградил ему путь.       — И всё же я настаиваю, Куросаки-сан! Тессай приготовил слишком много. Я один не осилю, а расстраивать его мне не хочется. Пожалуйста, выручайте! — вымолвил Киске к большому замешательству Ичиго. Несмотря на его озадаченность, Киске каким-то образом удалось уговорить подростка выпить с ним пару чашек чая — никто из них не упомянул о том, что раны Куросаки уже зажили.

***

      — За успешное освоение банкая! — Киске высоко поднял стакан виски, излучая энтузиазм, которого хватило бы на двоих. Ичиго уставился на свою чашку чая и, быстро выпив её, поднялся на ноги. Лицо Киске сразу стало более серьёзным.       — Урахара-сан, я думаю, мне лучше уйти, — пробормотал парень, переминаясь с ноги на ногу, не зная, что делать и куда идти.       — Ну ладно вам. Останьтесь ещё ненадолго, прошу, — выпалил Киске, лихорадочно пытаясь придумать план, чтобы успокоить взвинченного подростка.       — Зачем? Разве я вас не пугаю? — наконец выдавил из себя Ичиго и выглядел он крайне несчастно. Киске облизнул губы.       — Пугаете? Меня? Кажется, вы сильно меня недооцениваете, Куросаки-сан. За всю свою долгую жизнь я не первый раз встречаю людей, похожих на вас. Кроме того, вы довольно порядочный человек.       Куросаки опустил взгляд, словно в ожидании казни, но, когда до него наконец дошли слова, он резко поднял голову, и на его лице отразилось замешательство.       — Встречали похожих на меня? Кого?       — Я пока не буду раскрывать эту информацию, — сказал Киске, коря себя за то, как тень сомнения омрачила лицо Ичиго. Хотя именно этим он и занимался с самого его рождения. Корил себя. — Эти люди сами найдут вас и всё расскажут. Я не вправе что-либо говорить. Прошу меня простить.       — Значит, способ есть, — прошептал Ичиго, слегка удивившись.       — Что вы имеете в виду, Куросаки-сан? — спросил сбитый с толку Киске.       — Мне казалось, раз вы ничего не говорили, то не знали способ, как это контролировать, — провёл по лицу парень, изображая маску Пустого. Киске вздрогнул, и его широко раскрытые серые глаза уставились на юного вайзарда.       — Почему вы так решили? Куросаки резко замолчал. Казалось, он обдумывал дальнейшие слова, словно решая, стоит ли вообще что-то говорить. Киске забеспокоился.       — Не знаю… — парень потёр шею и улыбнулся так, словно поморщился. — Я надеялся, что вы скажете что-нибудь. Но, конечно…       Сердце Киске ухнуло где-то в груди. Он не успел придумать, что сказать, как слова в неконтролируемом потоке сами полились из него:       — Я не хотел этого… Я помог им бежать, но не учил их контролю. Я не знал… Я… Ему хватило одного взгляда на отвисшую челюсть Куросаки, чтобы взять себя в руки и заткнуться. Почему он ведёт себя как нервный подросток? Губы Ичиго тронула лёгкая, но искренняя улыбка.       — Всё хорошо. Я верю вам, — добродушно усмехнулся Ичиго и впервые за весь вечер наконец-то повеселел. — Спасибо.       Киске кивнул, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие, как тут же услышал едва уловимое бормотание:       — Вообще, это даже мило.       Киске моргнул. Моргнул снова. И, кажется, его бросило в жар. А затем он заметил лёгкий румянец на щеках Ичиго. Пустые чашки бросились на глаза. О, так вот в чём дело — парень был пьян. Киске расслабился, и смущение тут же сменилось весельем. Боже правый, давно же он так не нервничал! Мило… Вот ещё! Киске притворно надул губы, пока Ичиго продолжал тихо посмеиваться. За всем этим волнением он и забыл, что сегодня Куросаки пил только чай.       — Знай вы способ, как с этим справиться, вы бы сказали… Я верю в это, — с этими последними откровениями Ичиго вырубился. Мужчина собирался опустить шляпу ниже, но понял, что уже давно её снял. Однако тень всё же коснулась его глаз, когда он посмотрел на него.       — Спасибо, Куросаки-сан. Приятно знать, что тебе доверяют. И даже несмотря на это, он не был готов отречься от плана и спасения Короля Душ. Подобные мысли заставляли ненавидеть себя ещё больше.

***

      Утром перед очередным спаррингом с Куросаки чувство вины начало терзать его с новой силой, заставляя буквально загибаться от физической боли.       Заперевшись в ванной, он ждал, пока прекратятся спазмы. Когда облегчение наступило, он продолжал сидеть там, ещё больше презирая себя.       Одно дело — знать родителей ребёнка, который потенциально способен победить Айзена, совершенно другое — наблюдать за его взрослением, за тем, как он учится доверять, делится своими секретами и ищет одобрения. Будто Киске и вправду важен ему. Но на самом же деле это всё долбанный обман. Его действиям нет оправдания. И кроме презрения он не заслуживает ровным счётом ничего… Но это не мешает ему искать одобрения Ичиго. Просто смехотворно. Как бы то ни было, ничто из этого не остановит его от претворения плана в жизнь.