Моя нежная бабочка

Малыш открыл глаза.  Переваривая сказаное, он не мог издать и звука, настолько был поражён. - Он опять напился, - выдохнул Вилли, отплёвываясь и вцепившись в траву. - У него башню сносит, когда он напивается.  Малыш подошёл ближе, не зная, стоит ли расспрашивать о подобном. В голове возник образ Гарри, который максимум на что был способен - это шутливо замахнуться, а потом долго читать нотации. И продолжать звать его дорогим сынулей. Ему стало отчаянно жаль Вилли. - Кроха, - тихо позвал он и замолчал. Вилли поднял на него окровавленное опухшее лицо и пискнул: - М?  Малыш подошел ещё ближе. Вдруг Вилли развернулся и обхватил его ноги. Прижимая голову к коленям Малыша, он вновь заплакал. - Кроха, - Малыш присел на корточки и взял лицо Вилли в руки. - Пошли прогуляемся. Тот кивнул и попытался встать. Малыш поднялся и протянул ему руку. Вилли её взял и, пошатываясь, принял вертикальное положение. Утирая слёзы, он шмыгнул носом и отряхнул колени. - Пошли туда, - Малыш указал пальцем за дом. - Там есть скверик. Погуляем там. Тебе не холодно? Вилли покачал головой. Ребята вылезли из кустов и вышли на тротуар. Вилли старался идти самостоятельно, но Малыш был готов в любой момент его подхватить, если тот вдруг споткнётся или потеряет равновесие. - Расскажешь, что произошло? - Малыш попытался начать разговор. - Ничего, - угрюмо ответил Вилли, стараясь не мотыляться по тротуару. - Ладно, можешь не отвечать. - Я не про то. Ничего не предвещало. Я, как обычно, пришёл домой с работы, а он уже пьяный. Сидит на кухне и пьёт водку. Бутылка прилетела прямо сюда, - Вилли усмехнулся, указывая на рассечённую бровь. Малыш молча слушал и сглатывал слюну, потряхивая головой. - Я побежал в комнату, но брат закрыл её изнутри.  - Даже не впустил? - изумился Малыш. - Нет, конечно. Иначе и ему достанется. - У вас одна комната на двоих? - На двоих, - хмыкнул Вилли. - На троих! Правда, на третьей кровати уже пятнадцать лет никто не спит. - Это кровать Дилли? - уточнил Малыш, обуреваемый ужасом, вспомнив про мёртвого третьего брата. - Да. Он раз в неделю меняет на ней бельё, - мотая головой, продолжил Вилли. - Кто? Отец? - Да. Нам запрещено к ней подходить. - Почему? - Отец уверен, что Дилли жив. И живёт с нами в доме. Просто никто никогда его не застаёт. Любимый сын. - А вы? - Кто его знает. Когда он трезвый - мы тоже любимые сыновья. Но стоит чуть выпить, как… - у Вилли закончились слова, и он снова шмыгнул носом. Ребята зашли в скверик, и Малыш поспешил усадить Вилли на скамейку. - Я куплю воды. Подожди немножко! Малыш заскочил в круглосуточный магазин неподалёку и вскоре подошёл к Вилли с бутылкой воды. - Попей, кроха, - он подал Вилли бутылку. Тот поднял голову и улыбнулся своими ямочками. Один глаз уже почти закрылся, поэтому он смотрел на Малыша, словно хитрый пират. - Пей! - настоял Малыш. Вилли взял бутылку у него из руки и жадно присосался к горлышку. Выпив половину, он с наслаждением выдохнул. Малыш забрал у него бутылку, налил немножко воды в ладонь и протёр его лицо. Вилли не сопротивлялся. Вода стекала на его ноги, омывая болячки на коленях и уже заживающие полученные на стройке ссадины. Малыш набрал ещё воды и вновь умыл Вилли. Поставив бутылку на скамейку, он быстро расстегнул рубашку, снял её и присел на корточки. Вилли, недоумевая, смотрел на него. Малыш осторожно промокнул полами рубашки лицо Вилли, стирая засохшую кровь. - Вы уже второй раз лечите мои раны, - Вилли хмурился от боли, но улыбался. - Хотя доктор здесь я. - Ты птичий доктор, - Малыш сосредоточенно тёр тканью вокруг брови Вилли. - Позволь побыть для тебя человечьим. Вилли перестал хмуриться и молча смотрел на Малыша. - Простите меня, - тихо произнёс он. - Я, правда, не знал, куда ещё пойти. - Так где ты напился-то? - Малыш взял бутылку, смочил водой чистую часть рубашки и вновь принялся его умывать. - Я подобрал бутылку, которую он швырнул, - Вилли указал на рассечённую бровь. - Она была закрыта, и почти полна. Обычно я водку не пью. Я люблю горькие травяные настойки. Но сегодня у меня будто разум померк, выхлебал эту бутылку, не глядя. - А отец чем напился тогда? - Для него это была уже вторая. - А почему щека стёсана? - Я упал на асфальт, когда убегал. Я боялся, что он ещё что-нибудь кинет. Нога подвернулась на повороте. Меня аж прокатило по дороге. - Бедный кроха! - Малыш свёл брови и поднял глаза на Вилли. - Тебе больно? Тот улыбнулся и помотал головой. - Можете повторить? - Что именно? - Моё новое имя. - Кроха? Новое имя? - Мне нравится, - Вилли довольно зажмурился и поднял лицо к ночному небу. - Всю жизнь бесился от этого мультяшного имени. Будто не свою жизнь живу. Малыш закончил протирать лицо и поднялся, надевая мокрую окровавленную рубашку. - Ты сегодня ночуешь у меня, - решительно произнес он. - Рыжий спит в кухне, а ты будешь спать со мной. Завтра будем думать, что делать дальше. - А Рыжий не будет против? - осторожно спросил Вилли. - Даже если и будет - у него столько же прав, сколько и у тебя. Он за эту квартиру не платит, пусть язык в жопу засунет. Вилли поднял брови и улыбнулся. - Вы дружите с братом? - Ненавижу этого мудака! Но, честно признаться, да, дружим. А вы с Билли разве не дружите? - Не знаю, - горько ответил Вилли и поднялся со скамейки. - Мы стараемся не общаться. - Тоска, - протянул Малыш, подавая ему руку. - Пойдём. Замёрз? - Нет, - ответил Вилли, стуча зубами. - Ага, - Малыш приобнял его за плечи. Ребята двинулись обратно из сквера к дому. - Ты же с работы? - уточнил Малыш. - Значит, голодный. Поешь блинчиков. - Я не голоден. Мне, правда, очень неловко. Спасибо Вам. - Приму твою благодарность, когда перестанешь мне «выкать». - Я работаю над этим. Когда они поднимались в лифте, Малыш снова оглядел его. - Помыть бы тебя. И переодеть. Ты такой кроха, вся моя одежда будет тебе велика. Вилли насупился и не ответил.  Когда они вышли из лифта и подошли к двери, Малыш повернулся и тихо сказал: - Рыжий спит в кухне. Давай разуемся здесь, чтобы не шуметь. Вилли кивнул и расшнуровал кеды. Малыш стянул ботинки и осторожно открыл ключом дверь. В кухне было темно, но в спальне горел свет. Рыжий сочно храпел на диване. Ребята положили обувь у входа и прошли в комнату. Малыш закрыл дверь.  - Раздевайся, - скомандовал он. - Хотя, погоди, давай поищем, во что тебя переодеть. Второй раз за день он вывалил одежду из гардероба на кровать. Только это были уже не вещи Рыжего, а его собственные.  - Симпатичная, - Вилли взял в руки белую футболку с зелёными крапинками. - Эта - да, симпатичная. Но нет, - Малыш забрал её из рук Вилли. Он до сих пор её не постирал. Она была напоминанием о первом поцелуе с Джонни в уборной «Глории». - А эта? - Вилли взял другую футболку, судя по всему, первую попавшуюся. - Тоже симпатичная. - Пусть будет она. Вот шорты и трусы. Раздевайся. Вилли стоял, не шевелясь. - Ладно, разденешься там. Заодно вещи закинем в стиралку, - Малыш потянул Вилли в душ. Стягивая с Вилли одежду, Малыш снова отметил, каким маленьким и хрупким он был. На груди Вилли виднелись шрамы и родинки, и Малыш очарованно протянул: - Какой же ты всё-таки милый кроха! Малыш снял свою рубашку, закинул её вместе с одеждой Вилли в стирку, запихнул его в душевую кабину и открыл воду. Тот стоял, закрывшись руками, его уши рдели. - Я просто тебя помою, - Малыш намочил губку и полил её средством для душа. - Если стесняешься - отвернись. Вилли отвернулся и встал под тёплые струи воды. Малыш намылил его напряженную спину, ягодицы и ноги. Осторожно проводя губкой по ссадинам, он увидел, как Вилли поджал пальцы ног. Раздался шумный выдох, пальцы распрямились и вновь сжались. Спина расслабилась, и Вилли повертел головой. - Не больно? - Малыш проводил губкой вверх по ногам через спину к плечам. - Нет, - тихо выдохнул Вилли.  Малыш намылил волосы Вилли, помассировал, снял лейку душа и начал смывать, запрокинув его голову. Заплывший левый глаз был закрыт, а правый огромным зрачком смотрел смотрел в его лицо. Вилли раскраснелся, и Малыш не смог удержаться. Чмокнув Вилли в алую щёку, он отстранился и продолжил смывать мыльную пену. Выключив душ, он протянул Вилли полотенце и ушёл в спальню. Когда Вилли вышел, завернутый в полотенце, Малыш протянул ему одежду и улыбнулся. - Точно не хочешь есть? Вилли помотал головой. - Тогда я тебе пластырь налеплю, и ляжем спать. Малыш сел на кровать и постучал ладонью рядом с собой. Возле него стояла аптечка. Вилли осторожно сел. Малыш обработал раны перекисью, достал полоску пластыря и приклеил на бровь. - Одевайся, - Малыш убрал аптечку на стол и откинулся на подушку. Вилли выключил свет, снял полотенце, оделся и лёг рядом. Малыш обнял его голову и потянул к себе. - Спокойной ночи, кроха! Вилли подобрался и прижался к нему, упираясь носом в тёплый бок. Малыш спал беспокойно, то и дело просыпаясь и проверяя Вилли, будто бы он мог пропасть. Когда пропищала стиральная машина, возвещая о завершении цикла, Малыш вынул одежду и развесил просушить. Лишь под утро он забылся, да и то вскоре проснулся от голоса зашедшего в спальню Рыжего. - Это, блять, что, я спрашиваю? - Рыжий сверлил глазами постель. Вилли сопел, положив затылок на грудь Малыша. Руки разметались по кровати, а ноги даже свисали с неё, потому что он спал поперёк. - Тихо! - цыкнул Малыш. - Разбудишь! Взгляд Рыжего переместился на лицо Малыша. Рыжий искал в нём какие-нибудь следы испуга, стыда, раскаяния, в конце концов, и не находил. Малыш хмурился и сердился, постукивая пальцем по губам. - Бессовестный, - тихо бросил Рыжий. - Я, короче, в душ, а ты пока подумай, что мне расскажешь.  Малыш замахал рукой, прогоняя его. Когда дверь в уборную закрылась, он осторожно поднял голову Вилли, присел и переместил её к себе на колени. Рассматривая ссадины на лице, он не удержался и провел пальцем по носу. Нос Вилли был совсем маленький и чуть вздёрнутый. Ресницы дрогнули от прикосновения, но Вилли не проснулся.  Малыш, едва касаясь пальцами, обвёл его подбородок и задержал взгляд на маленьких губах. Когда они растягивались, на щеках появлялись ямочки. Сейчас он спал, и губы были расслаблены, напоминая круглую вишенку. Затем взгляд переместился на заклеенную пластырем бровь и заплывший глаз, и он разозлился. Как вообще можно поднять руку на столь беззащитное существо? Разглядывая тонкие руки Вилли, он посмотрел на стёсанные ладони и покачал головой. Подняв правую руку, он притянул к себе ладонь и погладил пальцы с округлыми короткими ногтями. На пальцах тут и там виднелись мелкие шрамы. У Малыша тоже такие были после детских шалостей и драк. Но у Вилли их было ощутимо больше. Возможно, его частенько травмировали беспокойные пациенты. На внутренней стороне предплечья Вилли виднелась незамысловатая чёрно-белая татуировка. Ствол бамбука, несколько сочленений с листочками. Малыш поднёс её поближе, чтобы рассмотреть, и погладил предплечье рукой, вдыхая травянистый аромат кожи. Она была гладкой, но в месте татуировки - чуть грубее, и словно какой-то неровной. Малыш погладил ещё раз и обмер. Тату была нанесена поверх шрама. Длинный, сантиметров в десять, шрам маскировало изображение стебля, а следы от швов - стыки сочленений.  Малыш взял руку Вилли обеими ладонями, медленно приблизил к лицу и прижал к щеке. Ему хотелось плакать, настолько сильно он жалел этого мальчика. Да, Вилли был старше, но Малышу было наплевать. Он впервые понял, что чувствовали его отец и дядя, когда называли Вилли «ребёнком». Перед Малышом на кровати спал совершеннейший ребёнок, маленький и избитый. - Я больше не могу, - Рыжий стоял возле кровати и вытирал волосы. Малыш не заметил, когда он вышел. - Что ты вытворяешь? - Тссс, - Малыш опустил руку Вилли, осторожно выбрался из-под него, положил его голову на подушку и встал. Поманив Рыжего на кухню, он вышел. Брат проследовал за ним. Выйдя на балкон, Малыш подкурил две сигареты и протянул одну Рыжему. - У тебя бешенство? - спросил Рыжий, смотря на Малыша. - Ты всех мужиков теперь будешь тащить в постель? - Фу, - у Малыша не было желания спорить, и он не стал вступать в перепалку. - Мне его жалко. - Это повод, чтобы оказаться с ним в одной койке? - Не знаю, что ты там напредставлял в своей башке, - Малыш курил, рассматривая проезжающие внизу машины. - Но смею тебя уверить, ничего из этого не было. Я вчера заметил его вон там, - Малыш указал пальцем на асфальт. - Спустился за ним, немножко посидели в сквере, и я пригласил переночевать. Ты заметил, как он избит? - Малыш посмотрел на Рыжего. - К тому же, он был пьян. Как я мог его оставить? - Ты как о коте бездомном говоришь, которого с улицы подобрал, - Рыжий выдыхал дым и смотрел вниз. - А это взрослый мужик, который, между прочим, на тебя еще и… - Рыжий запнулся и стал лихорадочно искать повод сменить тему. - Ой, это что, машина Джонни? К дому подъехал белый седан и стал парковаться у обочины. - И правда, - Малыш расплылся в улыбке. - Он обещал. Джонни вылез из машины и помахал рукой. На нём было чёрное поло и тёмные джинсовые брюки. Ребята помахали в ответ. Джонни открыл заднюю дверь и достал какой-то бумажный пакет. - Открывайте! - кивнул он и пошёл обходить дом. - Тебе пиздец, - яростно шепнул Рыжий Малышу. - Куда денешь птичника? - Зачем его куда-то девать? - Малыш затушил окурок и прошёл в дом. - Это что, труп, я - убийца, а Джонни - полицейский? - Ты блаженный, - Рыжий затушил свой и прошёл за ним. - Сам ты блаженный.  Когда Джонни вошёл в квартиру, Рыжий нервно хлебал чай, сидя на незаправленном диване. Малыш повернул к нему голову, и Рыжий отвернулся, махнув рукой. Джонни улыбнулся и мягко поцеловал Малыша. - Это тебе, - Джонни позвал Рыжего, разулся и протянул ему пакет. - Что там? Джонни подошёл к нему и вручил подарок. В пакете лежала футболка Рыжего, в которой Джонни вчера ушел. - Моя, что ли? - Ага. И там ещё кое-что.  Рыжий вытащил футболку и обнаружил под ней другую. Точнее, это была не футболка, а поло, такое же, как на Джонни, но ярко-синего цвета. - Спасибо! Чем заслужил? - Рыжий довольно прижал пакет к себе. - Просто так. Но, если тебе обязательно нужен повод, пусть это будет вознаграждением за твоё терпение. - Хороший повод. Только за терпение награждать меня должен совсем не ты, - Рыжий бросил взгляд на Малыша и продолжил пить чай. - Что за кеды? - Джонни кивнул на грязную обувь Вилли, стоявшую в углу. Рыжий поперхнулся, но промолчал. - У нас гость, - сказал Малыш. - Но он ещё спит. Джонни бросил взгляд на диван, на котором сидел Рыжий, и понял, что гость спит в постели Малыша. Больше спальных мест в квартире не было. Джонни слегка прищурился и повернулся обратно к Малышу. Тот подошёл к двери спальни, тихонько открыл и взглянул внутрь. - И правда спит. Пойду разбужу. Рыжий поставил чай и бросился за ним. Ему было страшно интересно оказаться в гуще событий. К тому же, ему хотелось увидеть лицо Джонни, когда тот увидит, кто же спит в постели Малыша. И он ещё отругал его вчера днём, что не стоит так всерьёз относиться к Вилли! Так пусть любуется, всерьёз или не всерьёз. Джонни вошёл последним, прищуриваясь сильнее. Малыш сел на кровать и потряс Вилли за плечо. Вилли так и лежал поперёк кровати, не сдвинувшись ни на сантиметр. - Вилли, - позвал он, продолжая трясти его. Вилли не просыпался и Малыш заволновался. Потрогав его лоб, он поднял голову: - Да он весь горит!