Код красный

— Джисон! Где мой чёртов кофе?! Голос Минхо услышало пол участка, так что некоторые сотрудники пригнули головы, когда пробегали мимо его кабинета. Из коридора всё отчётливее доносился звук чужих шагов, пока скрипучая дверь громко не распахнулась. — Уже здесь, капитан Ли! — в комнату влетел юноша, ставя на стол стакан горячего ароматного напитка. — Есть какие-то новости по поводу нашего дела? Удалось достать пригласительное через информацию Мин Чонхо? Хан, запыхавшись, сел возле стола начальника, вытирая рукавом мокрый лоб. — А вы как думаете? — усмехнулся, делая небольшой глоток. — Не зря я занимаю свой пост. Минхо откинулся на спинку кожаного кресла, прикрывая глаза. Впервые за долгие месяцы он чувствует, как приблизился к своей цели. Словно охотник, который нашёл в сотнях пустых капканов ту самую редкую добычу. В полицейском участке сейчас разгар рабочего дня и каждый отдел занят своими делами. В том числе и их, уголовного розыска. Сейчас в мире неспокойно, потому преступников становится всё больше. Выйти на некоторых практически невозможно, но не даром Минхо капитан полиции, чем, собственно, и гордится. Его назначили на должность год назад и сейчас он всеми способами пытается укрепить свой авторитет. У него на руках множество нераскрытых дел, но есть одно, которое тянется слишком долго. Ещё до того, как попало к нему. Минхо открывает металлический ящик стола, вытаскивая оттуда тёмную папку и бросая её на поверхность. На ней написано имя человека и не факт, что настоящее. Ли уверен, что скоро он поймает этого преступника. Хван Хёнджин — известный как один из влиятельных людей города и страны. Промышляет торговлей запрещённых веществ, сутенёрством, съёмками эротического контента и шантажом. А ещё подпольной сетью борделей, казино и похищением людей. Последнее делало его одним из самых опасных нарушителей закона, ведь пропавших так и не нашли, лишь улики указывали на его причастие к этому. Минхо уже полтора года пытается на него выйти, связывая доказательства по крупицам, будто собирает алмазную картину на миллион номеров. Что интересно, лицо и параметры мужчины ему неизвестны. Он настолько скрытный, что мало кто видел его в лицо. Даже работники, которых удалось схватить, не могли сказать ничего дельного. Их трудоустройство всегда проходило через третьих лиц и лично они Хвана ни разу не встречали. — Я в вас не сомневался, капитан! — Джисон был доволен результатом. Минхо достал через одного из арестованных, что был клиентом в заведении Хвана, пригласительное на частную вечеринку, о которой знали лишь избранные. Ли придётся притворяться этим самым мужчиной, чтобы проникнуть внутрь, арестовать Хвана и вызвать наряд, дабы накрыть и его сообщников. Всё складывается как никогда лучше. Говорят, Хёнджин устраивает просто нереальные вечеринки, так что на них всегда есть спрос и даже ажиотаж среди богачей, ищущих себе приключения. Ли понимает, что всех участников они не возьмут в связи с отсутствием доказательств, да и их волнует только её организатор. — Жаль, что для меня нет пропуска туда. Я мог бы быть вам полезен. Минхо загадочно на него посмотрел, листая что-то в телефоне. — Я тоже об этом подумал. К тому же ты не совсем бестолковый, по крайней мере я на это надеюсь, — Ли протянул ему телефон, где на экране было золотое с красным изображение пригласительного. Глаза Джисона загорелись, будто мигалка полицейской машины, а голос в точности походил на сирену. — Я вас не подведу! Тот кивнул, потешаясь с младшего сотрудника, снова возвращаясь к кофе и прожигая взглядом папку. Скоро он закроет все брежи и выполнит свой долг.

************

Минхо проснулся со странным настроением, так что даже еда в горло не лезла. Сегодня та самая вечеринка и звёздный час в его карьере. Если он повяжет Хвана, то это войдет в его личную историю. Начальство его предупредило, что риск слишком большой и шанс на успех довольно сомнительный, поскольку вокруг будет множество людей и охраны. А не выдать себя та ещё задача на логику и высокий балл. К тому же ему чётко намекнули, что это глупая затея, поскольку влиятельных гостей с кучей связей будет проблематично привлечь к ответственности. Минхо дураком не был, но верил, что всё получится. К тому же с ним будет Джисон, который растворится в толпе, дабы в нужный момент вызвать подкрепление, не привлекая внимания. Ли в предвкушении от встречи с объектом криминальных хроник и легенд. Уже поскорее хочется раскрыть, а затем явить миру загадочную личность, что стала причиной его бессонных ночей. В обед Минхо всё-таки поел, поскольку ему нужны силы и энергия на оставшуюся ночь. Вечеринка будет проходить в одном из подпольных казино, которое использует прикрытие торгового центра на окраине города. Нервы были напряжены до предела, как тонкая нитка под лезвием ножа, не давая расслабиться ни на секунду. Он позвонил Джисону, напомнив о дресс-коде, дабы тот не заявился туда в своих рваных джинсах и толстовке. Тогда их точно прикончат на месте без разбирательства. Одежда должна быть строгой, но обязательно с элементами кожи или меха. У него есть такие штаны, а на верх сойдёт белая рубашка под тёмно-серым пиджаком. Они встретились с Джисоном около девяти вечера, приехав на такси. После обсуждения плана, полицейские направились к стеклянным дверям, держа в руках пригласительные. Тут не проверяли паспорта, ведь уровень доверия был наивысшим. Только избранные могли получить пропуск, потому охранники лишь глянули на их золотые карты, отходя в сторону. Здание было похоже на торговый центр, полностью застеклённое, но только невысокое, примерно в четыре этажа. Вокруг него на парковке стояли дорогие люксовые авто и повсюду были слышны голоса гостей и их смех. Минхо молча переглянулся с напарником и, заходя внутрь, сразу осмотрелся по сторонам. Весь интерьер был выполнен в красно-чёрных тонах, так что становилось дурно. Будто на голову вот-вот упадёт потолок с большой хрустальной люстрой. Рядом со стенами стояли диваны со столиком перед ними, дальше от них кресла, где сидели гости по одному, дабы никто не нарушал их комфорт. По середине зала вдоль располагались длинные покерные столы с позолоченными ножками и чёрной столешницей, где крупье в белых перчатках уже раскладывали фишки. Джисон впервые был в подобном месте и ему приходилось сдерживаться, чтобы не показать своё удивление и не ходить с раскрытым ртом. Минхо когда-то доводилось делать облаву на казино, но оно не было настолько пафосным, как это. Видимо тут собираются более влиятельные люди. Хан неожиданно ткнул начальника в плечо, привлекая его внимание и незаметно кивая в сторону правой части зала. Там размещалась барная стойка с несколькими барменами, а вокруг неё дожидался гостей остальной персонал. Одни были одеты в бордовую форму официантов, а другие максимально откровенно и развратно. — Господин Ли, что нам сейчас делать? — прошептал юноша ему прямо в ухо. — Пока ничего. Давай сядем и дождёмся разгара событий, тогда уже начнём действовать. Минхо потащил его к бархатному чёрному диванчику, где они непринуждённо уселись. Их заметил персонал и к ним подошла девушка с напитками. То было вино в хрустальный бокалах, что блестело в свете лампы и красных светильников на стенах. Минхо понюхал приятно пахнущее виноградом содержимое, не рискуя его пробовать, ведь могло произойти всё, что угодно. Глаза Джисона загорелись, ведь тот был падок на алкоголь, но он тоже отставил стакан в сторону, наблюдая, как в помещении становится с каждой минутой больше людей. Много кто садится сразу за покерный стол, решая выиграть или избавиться от парочки миллионов, другие же предпочитают отдых на диване в компании знакомых. Ли понимал, что накрыть эту залу у него просто не хватит сил, ведь здесь находятся слишком влиятельные люди, которые от них мокрого места не оставят. Не зря начальство посчитало его глупцом, если конечно у него выйдет взять самого главного здесь. Когда время показывает ровно девять вечера, начинает играть живая музыка. Оркестр с певицей в золотом платье и сладким голосом стояли на балконе, где располагались коридоры и комнаты второго этажа. Гости были довольны, начиная своё веселье и азартные игры. Наверняка кто-то из них заключит тут какую-то сделку или выгодное вложение, ведь атмосфера располагает. Минхо больше всего интересует, когда к гостям выйдет организатор и хозяин заведения, но пока про него никто не слышал. Неизвестно даже появится ли он вообще. Джисон нервно облизывал пересохшие губы, потому что это место не для него. Но в то же время его брал жуткий интерес, который он строго пресекал. Минхо выглядел не лучше, второй раз делая вид, что пьёт вино. — Господа, мы видим, что вы скучаете. Возможно, мы сможем скрасить вашу компанию. К ним подошли двое человек. Брюнетка в коротком чёрном платье и сапогах на высоких каблуках, а также блондин, одетый в белые брюки и прозрачную светлую рубашку, что не скрывала его подтянутое тело. — Извините, мы пока в компании не нуждаемся, — Минхо стойко смотрел на откровенно одетую девушку, стараясь не задерживать взгляд на её декольте. — Ваш друг так не считает, не так ли? — юноша подошёл ближе к Джисону, садясь рядом с ним и кладя руку на его плечо. — Меня зовут Феликс, а её Каталея. Джисон завис на красивом лице юноши. На этом аккуратном носике и пухлых, намазанных чем-то вкусным губах. А ещё милых веснушках, которые слегка покрыты блёстками вместе с веками. — У меня есть жена. И у него тоже, — Хан ляпнул первое попавшееся, скосив взгляд на начальника, тот лишь коротко кивнул. — Но её тут нет. Всё, что здесь происходит, остаётся только в этих стенах. Таково главное правило господина Хвана. Феликс был слишком настойчив и Минхо видел, как на глазах ломается шаткая выдержка его младшего сотрудника. — Мы сегодня сможем увидеть господина Хвана? — Ли посмотрел на девушку, та села рядом с ним, всунув ему в руки бокал. Ему пришлось принять напиток и сделать слабый глоток, дабы не вызвать подозрения. — Не знаю. Он редко спускается к гостям, лишь наблюдает за всем с верхних комнат и расспрашивает персонал как обстоят дела, — она поправила свои длинные чёрные волосы, заправив прядь за ухо. — У него лучшие вечеринки и это факт, — Феликс беззастенчиво водил пальцем по крепкой груди Хана, рисуя на молочной рубашке непонятные узоры. — Я рад, что вы смогли попасть сюда. Я люблю молодых людей вроде вас, их приятно обслуживать. Минхо осознал, что они влипли. Ему каким-то способом с силой богов нужно попасть на верх и найти комнату Хвана. — А здесь разве нет комнат, чтобы уединиться? — Ли подцепил подбородок девушки пальцем, откровенно флиртуя с ней. — Есть, так же наверху. Мы можем пойти туда в любой момент, господин красавчик, — она прижалась к нему сбоку, обнимая за плечо. Не то, чтобы у Минхо не было секса, просто он никогда не заводил отношения на одну ночь. Потому его смущали подобные действия от незнакомки, да и приятного было мало в накалённой атмосфере. — Ещё успеем. Джисон же, в силу своей увлечённости юношей, не понял подвоха в чужих словах, воспринимая их за чистую монету и зелёный свет действовать так же. Только не ради выгоды для их задания, а потому что Феликс был слишком настойчив и горяч, будто кусочек сладкого свежего печенья, который хочется съесть даже если придётся обжечь рот. Минхо не успевает что-то сказать, ведь на него даже не обращают внимания. Джисон полностью поглощён парнем, который бесцеремонно сел ему на коленки, шепча что-то на ухо, от чего тот издавал тихие смешки. Просто прекрасно, у них на кону многолетнее дело, а он решил забить на всё. Минхо с трудом сдерживает свой гнев, стараясь не смотреть на младшего и его нового компаньона. — Ты слишком напряжён, — Каталея положила ладонь на грудь капитана, двигаясь вниз к пряжке ремня. — Могу помочь тебе расслабиться. Минхо резко перехватывает её запястье, потому что на боку у него пистолет и будет неловко, если она его нащупает, хоть это нередкая тут тема. Он пристально смотрит в её глаза, думая, что это отличная возможность попасть на второй этаж без труда, а оттуда и выше. Он встаёт с дивана, беря её за руку и смотрит на Хана многозначительным взглядом, который тот наверняка понял по своему. У Минхо колотится сердце, когда он поднимается по ступеням с бордовой дорожкой на второй этаж. Коридор насчитывает больше двадцати комнат и все без обозначений, поэтому было непонятно, где находится нужная. Девушка ведёт его в самый конец и достаёт из кармана ключ. Открыв дверь, она пропускает его внутрь. Ли понимает, что ему следует действовать быстро, пока он находится здесь. Он оглядывается по сторонам, тут не было ничего кроме большой кровати, стула и узкого шкафа. — Здесь нет камер? Не хочу быть звездой порно сайтов, — Ли смотрит, как девушка подходит ближе, принимаясь развязывать шнуровку на корсете. — Не беспокойся об этом. Нам никто не помешает. — Господин Хван постарался, тут всё очень хорошо сделано, — он потянул её за руку, сажая себе на колени. — Нужно будет зайти к нему и поблагодарить. — Не думаю, что тебя пустят. — Я всё же хочу попытать удачу. Где его комната? — горячо прошептал на ухо, понизив голос. — На третьем этаже, последняя слева. Каталея намеривалась его поцеловать, но он быстро отстранил её, зажав на шее пару точек, от чего та резко потеряла связь с реальностью. Минхо выучил этот приём ещё в академии, человек просто засыпал, если надавить определённые точки. Он уложил её на кровать, снял сапоги и укрыл одеялом. В будущем обещая заняться её судьбой. Ли тихо открыл дверь, проскальзывая в тёмный коридор. Было видно только очертания стен и пола, потому ему пришлось держаться за неё. В конце он увидел ступени, что вели на следующий этаж. Минхо сглотнул тугой ком в горле, стараясь вдохнуть немного воздуха. Чем выше он поднимался по ступеням, тем больше ему не хватало кислорода. Горло давило, а лёгкие отказывались работать, потому что нос щекотал какой-то сладостно-приторный запах. Это не было похоже на какие-то духи или освежители и это в какой-то степени пугало. Поднявшись, Минхо остановился, прижавшись к стене. Благо, не зацепив цветочную вазу на подставке и проверив, нет ли охранников. На удивление никто не стоял под дверью, но не факт, что тут нет камер и сейчас за ним могут наблюдать. Ли сглатывает и идёт дальше, по освещённому красным коридору. На полу лежал мягкий ковёр, который полностью приглушал шаги. Минхо читает надписи на дверях, где в отличие от второго этажа указывали, кто за ними скрывается. Минхо доходит почти до конца и замирает. Видит золотую табличку с чёрным шрифтом и искусно выведенным на ней «Хозяин». Ли пытается унять дрожь во всем теле, собирая своё мужество воедино и то, что цель близко, и отступать поздно. Он достаёт из-под рубашки свой полицейский орден в виде серебряного значка и пистолет. Минхо отсчитывает от трёх до одного, а затем резко дёргает дверную ручку. Он сжимает в руке пистолет, направив его перед собой и громко проговаривает, прежде чем разглядеть обстановку: — Хван Хёнджин! Вы арестованы за подозрения в наркоторговле, похищении и незаконным оборотом денежных средств. Я капитан полиции Ли Минхо. Он направляет дуло прямо на диван, где сидело несколько человек. И замирает в таком положении, хаотично рассматривая человека перед собой. На бордовом диване сидел молодой мужчина, а рядом с ним по обе стороны девушки, которые были полностью обнажены, в отличие от него. На нем был красный кардиган с чёрными вставками, на ногах рваные обтягивающие джинсы и грубые ботинки. Чёрные волосы были растрёпаны и только оправа красных очков на носу не давала чёлке скатиться по щекам. Девушки откровенно трогали его сквозь штаны, а одна гладила его грудь и шею, скользя по ней ладонью. Минхо не мог отвести взгляд от этого самодельного лица. Нереально красивого лица… Эти подведённые тёмным глаза и пухлые губы, между которыми постоянно мелькал кончик языка. Ли всегда думал, что этот преступник, какой-то гнусный тип под пятьдесят лет, а не дьявольски хороший молодой человек. В любом случае ему нельзя обращать на такое внимание. — Это всё? По-моему это не полный список, — Хван хищно улыбнулся, растягивая губы в оскале. — Встать, руки за голову! Я сейчас доставлю вас всех в участок для проведения допроса, — Минхо посмотрел так же на девушек, те лишь переглянулись между собой. — Эмма, Рикки, вы можете идти, — Хван посмотрел на них по очереди. — Никто никуда не идёт! — Ли преградил им путь, пытаясь скрыть своё смущение от их наготы. — Хочешь на них голых надеть наручники? Не думал, что у тебя такие предпочтения, капитан Ли. Я запомню это на будущее, — Хёнджин встал с места, поднимая ладони на уровне головы. Его явно забавляла эта ситуация. — Добавлю это в свой список фактов. — Каких фактов? — Минхо видел, как мимо него быстро проскочили девушки, хлопнув дверью, ни во что не восприняв его слова. — Просто я также наводил о тебе справки. Но, полагаю, у меня получилось это гораздо лучше. Ли Минхо — двадцать семь лет, служишь капитаном полиции уже два года. После смены, что заканчивается в семь вечера, ты обязательно заходишь в кофейню, что напротив участка, покупая горячий латте, а летом — холодный. Едешь домой в основном на метро, берёшь машину лишь в редких случаях, поскольку не любишь стоять в пробках. Дома тебя ждет кот по кличке Маралис и, если тебе не повезло, то соседка Чхве Союн будет жаловаться на соседей сверху, которые слишком громко занимаются сексом по ночам. Минхо открыл рот от удивления. Казалось, что кровь покинула тело, потому что его лицо стало белее офисной бумаги. Ещё немного и у него начнётся паника, что недопустимо, ведь он не может опозориться на задании. Если Хёнджин так точно навёл о нём сведения, то наверняка ему известен каждый его шаг по продвижению дела. И даже сегодня он попросту ждал его тут, в этой комнате. — Это всё неважно. Ты арестован! Сейчас сюда приедет наряд полиции. Ли засунул руку в внутренний карман пиджака, доставая от туда наручники, что блеснули в мягком свете. — Ты серьёзно хочешь их на меня нацепить? — Хван покачал головой, массируя виски. — Я прострелю тебе дыру в черепе, если ты не дашь сюда свои руки! У Минхо закончилось терпение и он снял пистолет с предохранителя. Если ему придётся выстрелить, то он готов это сделать, тем более перед ним крайне опасный бандит, который тянет на пожизненный срок. — Какое от этого удовольствие? — Хёнджин делает несколько шагов вперёд, утыкаясь лбом прямо в дуло. Вот же псих. — К тому же твой хорошенький друг сейчас под присмотром моего птенчика. Будет неловко бросать его там. Минхо злостно скрипнул зубами. Всё-таки взять с собой Джисона было плохой идей. Он просто теряется под пронзительным взглядом тёмных глаз и красных бликов в них от очков. — Думаю, он был бы не против пожертвовать собой ради дела, — Ли поглаживает курок указательным пальцем. — Я слишком ценный для тебя. Мои знания и показания тянут на миллионы долларов и поимку сотен человек. Потому убери сам эту игрушку от моей головы. Хёнджин нагло улыбнулся, облизывая пухлые губы. Он знает, что у Минхо изначально не было ни единого шанса, к тому же прийти сюда было слишком опрометчивой идеей. Полиция сюда не сунется, поскольку тут собралась вся свита города, в том числе и чиновники. Никто бы не сделал облаву, даже если бы он подал сигнал. Ли тоже это осознаёт, ведь стал бы в ином случае Хван так своевольно себя вести. — Я заберу своего напарника и мы уйдем. Минхо опустил пистолет, щёлкнув предохранитель и спрятав его обратно за пояс. — С моего приёма так легко не уходят, — Хван подошёл к столу, беря бутылку вина и разливая его по бокалам. — Разве нам не стоит познакомиться поближе? — Ты держишь меня за идиота? Сейчас же приведи сюда моего напарника, — Минхо сложил руки на груди. — Не усугубляй своё положение. Хёнджин тихо рассмеялся, вручив ему бокал. Минхо по прежнему ощущал привкус дыма на языке, который пропитал лёгкие. Конечно он не станет с ним пить, ведь Хван не его приятель, а преступник, которого он должен судить согласно всей строгости закона. Но сейчас контроль над ситуацией не у него и он сам запрыгнул в эту ловушку. Хёнджин сел на диван, отпивая большой глоток вина, после облизывая губы и поправляя на кончике носа очки. — Ты долго будешь там стоять, капитан? — похлопал ладонью по месту рядом с собой. Ли чувствует себя отвратительно, ощущая искусную манипуляцию. Какой он представитель закона после этого, если будет пить рядом с бандитом. — Сколько потребуется. Хёнджин шумно вздыхает, а затем поднимается на ноги, подходя к нему ближе. Он хватает его за запястье, толкая в сторону дивана под чужое сопротивление. — Чего ты хочешь от меня? — Минхо раздражённо смотрит на его весёлый вид. — Ничего. За тобой забавно наблюдать. Интересно, сколько информации ты успел узнать обо мне. — Достаточно, чтобы привлечь тебя к ответственности, — Ли злостно скрипнул зубами. — Особенно уйма улик о похищении людей в сексуальное рабство. Хёнджин растянул губы в хитрой ухмылке, снимая очки. Теперь Минхо мог чётко рассматривать его лицо, конечно же для того, чтобы составить фоторобот. — Если бы ты попробовал со мной, то добровольно бы отдал свой паспорт. Минхо хотелось его просто пристрелить. Шутки закончились, он не может сидеть рядом с ним и вести беседу, они не должны никак контактировать. — Я не хочу с тобой говорить. Только в качестве допроса. — Нам и не обязательно разговаривать, — Хёнджин уверенно кладёт ладони на его крепкие бедра, сжимая их. — С полицейским у меня ещё не было. Минхо округлил глаза, резко вскакивая с места, его лицо тут же покраснело от ярости и смущения от столь прямого домогательства. — Я сейчас убью тебя! — он снова достал пистолет, но не успел навести прицел, как тот резко сбил его с ног. Минхо падает на пол и в ту же секунду на него наваливается Хёнджин, но он успевает приставить дуло к его горлу. — Ну давай, стреляй, — Хван вздыхает, не отводя от него взгляд. Минхо смотрит в его наглые глаза, теряясь в них в который раз. Он слишком слаб, чтобы убить человека, просто нажав на курок. К тому же по закону ему придётся объяснить причину такого поступка. — Не можешь, правда? Хёнджин отводит его руку от горла и Минхо по инерции сжимает кулак. Звучит выстрел и пуля летит прямо в потолок, попадая по хрустальной люстре в середине комнаты. Осколки со звоном сыпятся на пол и мебель. Сердце Ли колотится, когда всё помещение погружается во мрак, только тусклые светильники освещают пространство. Как и ожидалось, на этот звук прибежали охранники. — Господин, что у вас случилось? — Всё в порядке, Бомгю, просто решили поиграть. Можете идти, — он потянул полицейского на себя, выхватив у него оружие. Смахнув им аккуратно стекло с дивана, он усадил рядом с собой мужчину. Минхо смотрел на него в полумраке, стараясь не думать о его привлекательности и своём никчёмном положении. Просто позор. Ситуация стала ещё хуже, потому что у него не осталось способов защиты. — Держи, — Хван протянул ему пистолет, — будь осторожен, а то это не игрушка. — Не тебе меня учить, — Минхо быстро забрал его, спрятав за пояс. — И всё-таки мне нравится твоя смелость. И не только. Я давно слежу за тобой, и рад нашей встрече больше, чем ты, — бандит подсел к нему ближе, прижимаясь своим боком к чужому. Он взял со столика вино, протягивая ему бокал. — А ты наверняка не знал, как я выгляжу. Минхо после этих слов чувствовал, что поймали его, а не наоборот. — Я был близок, чтобы узнать это. И теперь у меня есть всё, дабы засудить тебя. Хван звонко стукнул своим бокалом о чужой. — За это и выпьем. Минхо наблюдал как тот пьёт, смотря на свой напиток и опасаясь его даже попробовать. — Зачем мне подсыпать тебе яд? — Хван озвучил его мысли. Взяв из его рук бокал, отпив почти половину, вернув обратно. — Может потому что ты убийца? Тем более, я твой враг. — Враги у меня и похуже есть, так что ты на их фоне теряешься. Прости, но полиция это последнее, о чём мне стоит беспокоиться. Минхо не знал, злиться ему или смеяться, потому что он никак не внушает страха или опасности в чужих глазах. Вино в его бокале остаётся не тронутым, даже если он убедился в его пригодности. Хёнджин лишь покачал головой, отставив алкоголь в сторону и снимая с головы очки. Минхо шумно сглатывает, наблюдая, как тот скидывает красную кофту на диван, оставаясь в чёрной обтягивающий майке, которая не скрывает его идеальных мышц. Не будь это преступник, он бы сделал ему комплимент. — Можешь идти. И напарника забери, он на втором этаже в третьей комнате слева. Это совершенно не то, что Минхо ожидал услышать. Неужели его так легко отпустят? — В чём подвох? — Ни в чём. Просто иди, пока я не передумал. Но если мы увидимся ещё раз, я уже не буду столь расположен к тебе, — Хёнджин по очереди моргнул. Ли поднимается с места, задерживая на нём долгий взгляд, дабы убедиться, что это не шутка, а затем стремительно разворачивается и уходит. Он быстро находит спящего Джисона в указанной комнате, который, судя по всему, отлично провёл время, о чём свидетельствует его одежда на полу. Минхо яростно прерывает его сон и даёт время одеться. На выходе их никто не задерживает, потому они быстро заказывают такси. Голова Минхо не может думать ни о чём, потому что он ни разу не рассматривал такой исход событий. Ему понадобится время, дабы понять, что произошло.

***************

Джисон после задания был сам не свой, а всё из-за юноши, который завладел им той ночью. Но больше его волновало состояние начальника. Казалось, тот теперь поселился в участке, полностью погрузившись в работу. Точнее, всё его внимание крутилось вокруг персоны Хвана. Теперь, когда он узнал его внешность, то решил проверять по городским камерам, не было ли зафиксировано на них данного человека, что дало бы ему преимущество, ведь так можно узнать места, где мог бы быть преступник. Минхо откинулся на спинку стула, глядя на часы над входной дверью в кабинет, что показывали пол двенадцатого вечера. Даже цветок в его кабинете засох от нехватки внимания, надо будет поручить его Джисону. Шея затекла и болела, ему явно не помешал бы массаж. Источником света служила лишь настольная лампа, делая рабочее место островком в кромешной теме. На нижнем этаже остались лишь дежурные полицейские и диспетчера, остальные ушли, в том числе и Хан. Минхо всё же решил, что дело Хвана он будет раскручивать сам, по крупицам собирая его данные. Он никак не мог забыть его взгляд и лицо, воспроизводя в памяти их разговор и ту ситуацию с пистолетом. Всё-таки надо было стрелять, сейчас бы он не мучился в попытках отстоять свою честь. Хёнджин развёл его, как какого-то сопляка с улицы, а не капитана полиции. Но Ли не может не согласиться, что аура у бандита слишком давящая, будто нет другого выхода, кроме как подчиниться ей. Хотя Минхо думал, что такая у него и всё получится слишком легко. Если его боится весь отдел, то что тогда говорить о Хване, перед которым он сам чуть не прогнулся. Всё-таки его репутация была подорвана. Даже если этому нет свидетелей, но её все равно нужно укрепить и вернуть, хотя бы для самого себя. Ли собирает документы обратно в папку, кладя её в стол, и вытаскивает с компьютера флешку, где записано видео с камеры. На ней видно силуэт Хёнджина в окружении толпы. Не густо, но хоть что-то. Тем более там указан адрес, куда можно прийти и проверить. Минхо встаёт и идёт в раздевалку, сменив форму на обычную одежду. На улице дул прохладный ветер и не было слышно ни звука, пока в далеке не проехала машина. Он достал из кожаной куртки пачку сигарет и зажигалку, щёлкая по ней. Ли редко курил, лишь когда нужно быстрым способом снять стресс и усталость. Дым едко обволакивал лёгкие с непривычки, потому половину сигареты пришлось выкинуть. В последнее время он слишком много думает. А ещё прокручивает чужие слова, что ему в следующий раз так сильно не повезёт. Наверняка Хван просто убьет его, хотя у того довольно-таки богатая фантазия. Минхо морщится от этих мыслей и решает наконец-то поехать домой, чтобы немного отдохнуть перед ещё одним насыщенным днём.

***************

— Хан Джисон, ты выполнил моё поручение? — Минхо вызвал его к себе, приказав принести кофе. — Да. Я проверил тот адрес, — юноша сел на стул, напротив стола. — Днём это массажный салон с различными видами услуг, а ночью бордель. С теми самыми работниками. Узнал я это не только по слухам, вечером сам в этом убедился. — Ясно, наверняка это одно из заведений Хвана. — И какова вероятность, что он там часто бывает? Просто я не слышал, чтобы о нём говорили. — Нужно допрашивать сотрудников днём, — Минхо потёр виски, мозг буквально дымился. — Никто не согласится. Все разбегутся, увидев нашу машину и тайно этого не получится сделать. Сотрудники говорят только с проверенными людьми. — Мне нужно его поймать. Потому что иначе я не могу быть капитаном. Он знает обо мне всё, а я о нём ничего. — Вдвоём нам не справиться, но кроме нас за такое сложное дело никто не хочет браться. Хёнджин как акула в преступном мире, он постоянно в движении и слишком опасный. Выходить на его след многие побаиваются. — Но и позволить ему и дальше творить бесчинства мы не можем. Наш долг его арестовать. Если не с первой попытки, то со второй. Минхо наклонился над документами. Там были предположительные адреса, где по слухам мог жить Хёнджин. Но это бы не помогло, ведь он не имеет права обыскивать чужие дома без причины. А караулить его под каждым невозможно. Дело зашло в тупик от недостатка информации и данных. Фоторобот тоже ничем не поможет, ведь по улицам тот вряд-ли ходит. Джисон ушёл работать к себе, а Минхо молча постукивал карандашом по столу, гоняя в голове мысли, словно ветер сухую листву. Нет, всё-таки тех сотрудников борделя стоит допросить, даже если для этого понадобится применить силу. Минхо дождался вечера и сразу уехал домой, дабы принять душ и переодеться. Лучше всего будет притвориться клиентом и развязать кому-то язык за рюмкой текилы. Так то он точно не вызовет подозрения. Ли надел светлые джинсы с дырами на бедрах и коленях, а поверх черной майки — кожаную куртку, выровняв волосы. Минхо редко бывал в подобных районах, он только пару раз брал бордель, будучи ещё простым сотрудником. Но принцип работы ему понятен, как и здешняя атмосфера. Он приехал на такси, попросив остановить в начале квартала. Улица была яркой со множеством вывесок и фонарей, так что глаза немного слезились. Вокруг ходили толпы людей, в основном не трезвых и очень весёлых, наверняка под чем-то запрещённым. Минхо добрался до места за двадцать минут, осматривая двери пурпурного цвета с серебряной ручкой. Он легко открыл её, попадая в просторный зал, где стояла стойка рецепшн, а дальше коридор с дверью, где были написаны таблички с названиями массажных кабинетов. Девушка хостес ему приветливо улыбнулась. — Добро пожаловать, господин. Чего желаете? — Я тут впервые, хочу узнать, что вы можете предложить. — Любые виды услуг. Кого вы предпочитаете больше, женщин или мужчин? — Мне без разницы, — Минхо вообще смущали подобного рода разговоры, в его то возрасте. — Тогда вы можете пойти в общий зал на втором этаже и там определиться. Я запишу вас на классический приём, — девушка щёлкнула ручкой, что-то отмечая в журнале. — Прошу. Минхо кивнул, следуя указанию и поднимаясь выше. Ему ничего не нужно, сейчас он просто поговорит с кем-то, разузнает информацию и уйдёт. На втором этаже было что-то похожее на кафе. Стояли низкие столики с бархатными подушками рядом. За ними сидели посетители в окружении работников на любой вкус. Играла приятная музыка, а вокруг пролегала красная дымка. Пахло так же, как в ту ночь, когда он впервые увидел Хёнджина, что заставило его нервно сглотнуть. Минхо садится за столик, подвернув под себя ноги. К нему подсаживается юноша со светлыми волосами и Ли сразу узнает в нём Феликса. — Ты! — Ага. А вы почему без напарника? — Тихо! — он зажал ему рот ладонью. — Молчи, никто не должен знать, кто я. Юноша кивнул и тот убрал руку, оглядываясь по сторонам, но никто не обращал на них внимания. — И всё же, где ваш друг? Мне понравилась его компания. — Позвони ему и сам узнай. Вот его номер, — Минхо достал телефон, показав экран Феликсу. — У тебя есть телефон? — Да, — тот сразу записал его себе, достав мобильный. — То есть ты работаешь тут добровольно? — Да, по настроению. Сплю только с теми, кто мне нравится. Господин Хван подобрал меня на улице пару лет назад, поселив тут. — А ты не знаешь, где он сейчас? — Минхо наблюдал, как тот пишет сообщение Джисону. — Здесь, на верхнем этаже. Он тут часто бывает. Минхо от шока округлил глаза, впадая в ступор. То есть сейчас объект его бессонных ночей прямо под носом? У него резко вспотели ладони и пересохло во рту. Что же делать? Без оружия он его не арестует, а вызвать подкрепление опасно, к тому же тот сразу уйдёт. Самому проверить тоже не лучшая идея. Но сидеть на месте ещё хуже, к тому же он может застать его врасплох и вырубить, а затем вызвать подкрепление. Минхо наверняка действует опрометчиво, но у него слишком горячий пыл и натура. Потому резко поднимается с места и стремительно бежит к лестнице, поднимаясь на последний этаж. Тут на стенах горят жёлтые бра и пахнет сладким, так что хочется постоянно облизывать губы. Его словно одолевает жажда. Вокруг царит тишина, только с одной комнаты доносятся стоны и хрипы, но Минхо полностью игнорирует звуки, резко дергая ручку на себя. Он большими глазами смотрит на кровать напротив, приковывая взгляд к тому, как Хёнджин трахает миловидного юношу, сжимая его светлые волосы в кулаке. Почему-то как у нормальных людей у него не возникает мысли, что нужно выйти или хотя бы отвернуться. Вместо этого его щеки начинают полыхать, а ноги подкашиваться, когда Хёнджин замечает его, не сбавляя темп. Его глаза не могут упустить ни одну деталь чужого тела. То, как обвитая венами рука крепко сжимает талию юноши, впиваясь пальцами с чёрными ногтями в его кожу до синяков. Как сильная грудь с капельками пота часто вздымается от резких и мощных движений. Как крепкие бёдра заставляют парня под ним дрожать и задыхаться из-за стонов. Тёмные волосы прилипли к мокрому лбу и шее, но он никак не обращал на это внимание. Минхо не двигается, будто ноги приросли к полу, даже не моргает. Хван делает ещё несколько толчков, доводя юношу под ним до оргазма, и выходит из него, снимая защиту. Он гладит парня по щеке, приводя его в чувства. Тот приходит в себя и встаёт с кровати, накидывая на голое тело халат, выходя медленно из комнаты. Тут, помимо кровати, ещё находились шкаф, тумбочка и посередине вмонтированная металлическая труба, судя по всему для эротических танцев. Полицейский всё это время наблюдал за всем, не проронив ни звука. Его глаза продолжали исследовать голое тело Хёнджина, останавливаясь на его всё ещё твердом члене, прижатому к животу, который был влажным от предсемени с покрасневшей головкой. Ли шумно выдыхает, сжимая нервно низ куртки и молясь, чтобы у него не встал в такой неподходящий момент. Минхо любит мужчин и те редкие одноразовые ночи он проводил именно с ними, а с красивыми и подавно. — Где твой пистолет, если ты пришёл арестовать меня? — охрипший низкий голос резанул слух, прозвучав слишком соблазнительно. — Мне он не нужен, я могу просто надеть на тебя наручники, — он достал их из верхнего кармана куртки, вместе со своим значком. — Собирайся, поедем в участок. Минхо знал, что звучит глупо и способен вызывать лишь чужой смех. В голове не было больше ни единой мысли, кроме одной: Это его личный красный код и чрезвычайная ситуация. Из которой нет выхода и шансов на спасение. Ли перестает дышать, ведь тот подходит к нему слишком близко, так что он чувствует его жар и сбитое дыхание над ухом. — Боюсь, это займёт слишком много времени, — Хёнджин легко перехватывает его руку, скользя по ней пальцами и забирая наручники. Минхо молча наблюдает, как с него снимают куртку, бросая её под ноги. — Тут не ходят в верхней одежде, да и в одежде в принципе, — он стал подкидывать наручники в вверх. — Верни это! — Ли вышел из оцепенения, нахмурив брови. Минхо был смущён, всё ещё смотря на голого мужчину, к тому же по прежнему возбуждённого. Он опустил голову вниз, рассматривая свою обувь, собирая всю свою волю в кулак. — Просто признайся, что тебе нравится то, что ты видишь, — прищурил глаза. — Нет, это отвратительно, — покраснел. Хёнджин усмехнулся, положив руку ему на пах, сжимая член через штаны. — Какая ложь. Минхо, округлив глаза, отскочил в сторону, намереваясь позорно убежать с чужой территории. — Боюсь без этого ты не сможешь уйти, — Хван держал в руке его значок и наручники. — Проклятье, отдай сюда! Минхо тянется к нему, но на его руку в эту же секунду защелкивают наручник. Хёнджин дёргает его на себя, ближе к трубе, и, пока тот пытается отобрать значок на второй руке тоже щёлкает застёжка. Минхо дёргается, в секунде понимая, что он полностью обездвижен и прикован вокруг трубы, которая расположилась между его рук. Ли пытается достать ключ с переднего кармана джинс, но его опережают. — Верну, если будешь послушным мальчиком, — Хёнджин положил ключ на тумбочку, довольно прижмурив глаза. — Я засужу тебя на сотню пожизненных, — Минхо, скрипя зубами, схватился за трубу, пытаясь её расшатать, но та была установлена намертво. — Думаю для начала нужно ставить более реалистичные цели, — он подошёл к нему ближе, словно хищник к загнанной жертве. Минхо шумно сглотнул, соображая, что ему делать и как вообще он попал в такую ситуацию. Почему без сопротивления дал себя одурачить и провести, он же легко мог уложить его на лопатки и ударить. — Зачем я тебе? Хочешь меня убить? — Ли дёрнулся и цепь наручников ударилась о металл. — Раз я тебя поймал, то мне решать, что с тобой делать. У Минхо пересохло во рту, его глаза снова обводили каждый сантиметр идеального тела. Не будь Хван преступником, он бы давно сдался ему и, если бы потребовалось, добивался сам. А так он не может показывать свою расположенность к нему, за связь с бандитом его могут в лучшем случае уволить. Страшно представить, что будет в худшем. Хёнджин отошёл в сторону, беря с кровати синюю ленту, похожуюю на галстук. — Признайся, что тебе нравится смотреть на меня, — Хван сжал пальцами его щёки. — И я оставлю тебе возможность продолжать это делать. Язык не поворачивается сознаться во всём, дабы не видеть чужую довольную улыбку. — Нет, я тут только ради своего долга, — фыркнул. В глазах Хёнджина Минхо был похож на маленького дикого зверька, которого хотелось приручить и воспитать. — Тогда ты сам сделал выбор. Хёнджин встал сзади него, накидывая ему на глаза ткань, повязав её на затылке. По телу Ли прошла волна дрожи и страха, смешиваясь между собой в одну непредсказуемую гамму, всё вокруг стремительно погрузилось во мрак. Если он думал, что легко с этим справится, то теперь контроль над ситуацией был полностью утерян. Мыслей на этот счёт не было, не говоря уже о варианте, как отсюда выбраться. Но хуже всего то, что он добровольно позволил этому случиться, поддаваясь соблазну. Минхо вздрагивает, когда Хёнджин касается его оголённых плеч, проводя по рукам вниз и возвращаясь обратно, сжимая тренированные мышцы в различных местах. Это слишком остро отзывается в его теле, так что хочется уйти от прикосновений или же погрузиться в них с головой. — А ты в хорошей форме, чего и стоило ожидать от полицейского. Слова застревают в горле Ли, превращаясь в невнятный хрип, когда его бесцеремонно лапают где только можно и нельзя. Он шумно сглатывает, хотя во рту давно пересохло. Большие ладони ложатся на его грудь, сжимая её сквозь майку и задевая соски, так что они твердеют и выделяются через ткань. Руки нагло движутся вниз к животу, задерживаясь на талии и боках и поднимаясь обратно. Минхо приходится схватиться за трубу, будто это единственное, что не даёт ему потеряться в реальности. Его костяшки белеют от прочной хватки, а губы сжимаются в тонкую линию из-за касаний на живую. Хёнджин поднимает его майку повыше, оголяя верх и повторяя свои действия на гладкой коже. Он усмехается, чувствуя, как под пальцами она покрывается мурашками, а тело под ним слегка трясётся. Это тепло сводит с ума, ему нравится наблюдать за тем, как медленно ломается чужая выдержка, словно стекло, в которое бросают с каждым разом более тяжелые предметы. Минхо не может ничего сказать, хаотично глотая воздух, которого стало не хватать. Просто молчать на него не похоже, но сейчас он действительно чувствует себя пойманным в чужую ловушку. — Мне хочется слушать твой голос. Даже не так, я хочу заставить тебя кричать, — Хёнджин подходит к нему сбоку, подцепив его подбородок, надавливая пальцем на искусанную нижнюю губу и трогая язык. Он рамазывает по ней слюну, что стала скапливаться в уголках рта. Минхо закрывает глаза, уже не пытаясь разглядеть что-то через повязку. Он стонет, когда его нагло целуют, раскрывая рот шире. Так, чтобы было слышно звонкие звуки. Губы у Хвана мягкие и чем-то сладким смазанные, но вот зубы… Ли вскрикивает от того, как они сомкнулись на его нижней губе, грубо терзая её, будто намереваясь разорвать в клочья. Хёнджин держит его за голову, не давая возможности отстраниться, проникая языком в рот, сталкиваясь с чужим. Минхо вжимается телом в трубу, почти задыхаясь. Его мозг затуманился, словно тот протолкнул ему в глотку какую-то таблетку, иначе почему этот поцелуй свёл его с ума. Губы теперь саднило ещё хуже, так что было больно их покусывать или сжимать, наверняка они раскраснелись и опухли. Хёнджин был доволен собой, наблюдая, как тот тяжело дышит через рот. Он вновь становится сзади, хватая одной рукой за волосы и откидывая его голову в сторону, оставляя укус на шее и слыша чужой стон. Опуская другую руку вниз, дёргая за пряжку ремня. — Нет! Мы не должны этого делать, — Ли прогнулся в спине, намереваясь подвинуться, но вместо этого прижимаясь задницей к чужой эрекции. — Скажи, что я тебя не возбуждаю и я остановлюсь, — он прикусил его ухо за верхний хрящик, вытаскивая ремень с петелек. Сейчас Минхо должен солгать ради своей чести и репутации, но это так сложно сделать, когда ему сбито дышит на ухо мужчина, полностью его идеальный типаж, вжимаясь стояком в его задницу. Чьи руки бесцеремонно сжимают его твердый член через джинсы, не давая и шанса для отступления. — Да, мне всё это не нравится. — Я же сказал, как тебе нужно ответить. Минхо жалобно хнычет, когда движения прекращаются и чужой жар исчезает. Будто его бросают после мягкой кровати в ледяной бассейн. Проскакивает мысль, что слова сработали и сейчас ему разрешат уйти. Его разрывало от противоречивостей, закончить на этом или дойти до конца, оставаясь в чужой власти. Ли не думал, что ему будет так сложно выбирать между честью и внутренним ощущением. Хёнджина же ничего не заботило. Только то, как громко будет стонать под ним полицейский. Минхо не дают долго думать, молния на его джинсах оказывается расстёгнутой также стремительно, как и пуговица. Он сильнее цепляется за трубу до хруста костяшек, когда по ногам вниз скользит ткань и чуть не ударяется о неё лбом. Хван доволен зрелищем, что открылось перед ним. Нижняя часть тела Минхо слишком соблазнительная. Эти крупные бёдра, твёрдые из-за тренировок, и упругая задница, которую сейчас сковало ненужное нижнее белье. Ли кожей чувствует, как его рассматривают, буквально пожирая взглядом и он соврёт, если скажет, что ему это не нравится. — Твою задницу давно не трахали, не так ли? — Хёнджин сжал его ягодицу, так что на ней точно останутся следы, проникая под резинку и оглаживая кожу. — Тебя это не касается, — Минхо проглотил слова в горле и колкие ответы. — Наверняка, да. Ведь иначе ты бы не изнывал от моих рук и не стоял сейчас здесь, — он вытащил ладонь, хлопнув резинкой, так что она больно ударилась о кожу, оставив красный след. Минхо напрягается, не ощущая больше на себе белья. Из одежды на нем остаётся только задраная к груди майка. Он слышит шум чужих шагов по мягкому ковру и колебания воздуха на голом теле. Хёнджин возвращается к нему быстро, прижимаясь сзади. Да так, что Минхо отчётливо чувствует его крупный член между ягодиц. А затем прохладную жидкость там же, которой было так много, что она текла по бёдрам и наверняка запачкала чужой живот. Хёнджин стал медленно тереться членом между его ягодицами, тем самым размазывая смазку и смешивая её с предсеменем. Ли рвано стонет, слишком ярко ощущая чужую твёрдость и размер, буквально каждую венку. Кусачие поцелуи стали распространяться по всей шее и нижней части челюсти. Рваное дыхание над ухом и руки по всему телу заставляли низ живота гореть, так что становилось больно физически. Минхо стонал, когда его прижимали к себе сильнее, обхватывая поперёк живота и надавливая на бёдра, доводя этим до дрожи в коленках. — Сними с меня повязку, — он касается взмокшим лбом холодного металла, млея от контраста температур. — Что ты должен сказать, м? — Мне нравится на тебя смотреть, очень. Хван дёргает за конец и ткань падает им под ноги. Минхо медленно моргает привыкая к тусклому освещению и опускает взгляд вниз, только теперь понимая, насколько сильно он возбуждён. Член болезненно стоит, подрагивая от недостатка внимания. Между ягодицами мокро настолько, что в комнате слышно только чавкающий звук. Хёнджин сжимает руки на чужой талии, перемещая их на низ живота для удобства. Минхо полноценно стонет, ощущая ладонь на члене, что несколько раз дёргается и начинает течь сильнее. Хван не двигает ладонью, лишь обхватывает ею длину, большим пальцем трогая чувствительную головку. Минхо безумно стыдно и так плохо, что хочется просто двигаться и трахать чужой кулак. Хёнджин кусает его за ухо, другой рукой сдавливая ягодицу и отодвигая её в сторону, наблюдая, как член идеально скользит по коже и сжатой дырочке. Минхо не выдерживает и кончает, стоит ему лишь толкнулся бёдрами вперёд. Его ноги сильно тряслись, потому стоять удавалась с трудом. Хёнджин не прекращал своих движений, сильнее вжимаясь стояком в податливое тело, подводя себя к оргазму. Ли запрокидывает назад голову, кладя её на чужое плечо, ощущая между ягодиц густую жидкость, покраснев ещё сильнее. Хван отстраняется, вытирая испачканную спермой ладонь о чужое бедро. — Не думай, что на этом мы закончили. Он поднимает с пола смазку. Прежде чем Минхо приходит в себя после оргазма, чувствует, как в него проникает покрытый вязкой жидкостью палец, растягивая края мокрой дырочки. Он этого не ожидал, потому резко сжался, ощущая, как пачкаются ягодицы от чужой спермы и липкой смазки. Хван добавляет второй палец, который с трудом проходит глубже, толкаясь в горячее нутро. — Расслабься, мои пальцы многое умеют. Минхо слушается и стонет, плавясь от хриплого голоса возле уха и неторопливых движений в себе, которых недостаточно, дабы дать ему хоть что-то. От тихо хнычет и возбуждается по-новой. Желание прикоснуться к себе только возрастает, так что он пытается дотянуться до своего члена. Но его руки в моменте перехватывают и тянут за цепь на наручниках вверх, фиксируя над головой. Глаза Ли закатываются, когда длинные пальцы, погрузившись по самые костяшки, задевают слегка простату. Внутри становится слишком горячо и скользко, так что хочется почувствовать нечто большее, дабы заполнить пустоту. Минхо двигает задницей, самостоятельно насаживаясь до конца. Хёнджин лишь усмехается и кладёт ладонь на его глаза, прижимая за голову к себе, вынуждая прогнуться в спине. Он ускоряет движение пальцев, плотно прижимая их к простате и нещадно массируя её. Чувствуя, как Минхо в его руках стал извиваться, пытаясь уйти от чрезмерной стимуляции. На его глазах выступили слёзы, которые размазывались по чужой ладони на них. Хван лишь ощущал, как густые влажные ресницы щекочут кожу. — Остановись! Не так сильно, ах-х. Голос Ли сорвался, походя на единый невнятный звук. Казалось, что тело сейчас развалится на сотни горящих обломков и собрать их будет невозможно. Чужие пальцы так и не сдвинулись с места, не давая ему передышки, продолжая мучительно трогать простату. Голова Минхо пошла кругом, а под веками заплясали цветные вспышки и кроме них он не видел ничего. Хотелось кончить, но сверхчувственность не давала это сделать так легко. Пальцы внутри превратили его в сгусток огня, который слишком сложно потушить. Хёнджин смотрит на чужие руки, что крепко сжали трубу, и на ноги, которые разъезжались в стороны и дрожали. Ли хватает ртом воздух, когда в него проникает третий палец, раскрывая сильней тугие стенки. Он кончает, даже не прикоснувшись к себе, и падает на колени, переводя дыхание, ударяя цепью наручников о металл и звонко дёргая ею. Минхо чувствует пульсацию внизу и тягучие разводы собственной спермы на бёдрам. Ощущение пустоты больно отдавало в низ живота, так что хотелось заплакать. Но его тело больше не выдержит, после двух оргазмов, между которыми у него не было времени отдышаться. Ли медленно поднимает голову и шумно сглатывает вязкую слюну, видя перед лицом чужой твердый член, который снова стоял. Хотелось взять в рот, но мозг ещё подавал тихие сигналы, что этого не стоит делать и унижаться. Хотя дальше уже некуда. Он сидит голый перед мужчиной, на которого сам объявил уголовный розыск. Хёнджин будто читает его мысли и кладёт руку ему на голову, сжимая у корней волосы. Минхо открывает рот, когда губ касается головка, пачкая их предсеменем. Он трогает её кончиком языка, утыкаясь им в уретру, заставляя Хёнджина шумно выдохнуть. — Постарайся взять глубоко. Меня возбуждает, когда кто-то задыхается из-за моего члена. — Не будь столь самоуверенным, — усмехнулся. Хван резко дёргает его за волосы, вынуждая открыть рот шире и делает слабый толчок прямо в внутреннюю часть щеки. Минхо пытается проглотить скопившуюся слюну, но у него ничего не получается, она капает прямо на грудь и пол. Его согнутые в коленях ноги разъехались в стороны, так что бёдра стали выглядеть более крупными. Хёнджин был доволен, хлопая его по щеке и изредка поглаживая по волосам. — А теперь расслабь горло. Минхо слушается, ощущая, как в него постепенно проникает член, от чего воздух в лёгких заканчивается, а лицо постепенно краснеет. Он цепляется рукой за трубу, дабы удержаться на одном месте и не отклоняться назад от размашистых движений. Хёнджин не был слишком грубым, но всё же положил обе ладони на его затылок, не давая возможности отстраниться. Член идеально скользил в чужой глотке, которую хотелось трахать часами, видимо у Минхо есть некий опыт в подобном. Интересно, скольким он ещё отдался также легко, как ему? Хвана на долю секунды окутала ревность, так что его бедра жёстче толкнулись вперёд, вырывая из чужого рта протяжный хриплый стон. У Минхо болят губы, что плотно натянуты вокруг члена, и те очевидно сильнее потрескались в некоторых местах. Они жгут, не говоря уже о нежных стенках горла, что сейчас так нагло используют, словно игрушку, не заботясь о его состоянии. Удушье приносит ему волну удовольствия, растекаясь теплом по телу, о чём он даже не подозревал. Минхо чувствует пульсацию чужого члена, сглатывая от напряжения, заставляя Хёнджина низко простонать от узости вокруг плоти. Ли давится членом, когда тот толкается по самое основание, задерживаясь в таком положении, а затем выходит. Хван смотрит на вязкую слюну смешанную с его предсеменем, что тянется от чужого рта и покрытого ею члена. Ли опускает голову, тяжело дыша, пытаясь восполнить кислородную недостачу и облизвает губы, пропитанные чужим вкусом. И не замечает, когда Хёнджин щёлкает наручником, взяв с тумбочки ключ и отцепляет его от трубы. Он поднимает взгляд, понимая, что его руки теперь скованы за спиной. Вот теперь он полностью под чужим контролем и властью и с ним можно сделать что угодно. Хёнджин тянет его вверх, поднимая на ноги и обхватывает за талию, направляясь в сторону кровати. — Нет, я не буду лежать там, после твоей очередной шлюхи, — мотнул головой. — Будешь. Ты же мечтал об этом, пока молча наблюдал. Но так уж и быть, сделаю тебе одолжение. Хёнджин цепляет край постели вместе простынёй, затем стягивает её и полностью открывает темный матрас. Подушки и покрывала летят на пол, а Минхо швыряют на голую обивку кровати, утыкая его лицом в жёсткий материал. Ли хнычет, думая, когда он свернул не туда, что так легко позволяет унизить себя. — Трахнешь меня, как одного из своих работников или придумаешь что-то особенное? — он не мог посмотреть на него даже через плечо из-за скованной позы, утыкаясь лбом в матрас. — Будет неинтересно, если скажу. Хёнджин сжимает ладонями его ягодицы, разводя их в стороны, ударяя по левой и слыша чужое шипение. У Минхо затекли от такой позы руки вместе с поясницей, но чужие касания, будучи таким откровенными, притупляют боль. Хван прижимается к нему сзади, прогибая его сильнее в спине, положив руку ему на заднюю часть шеи. Ли не успевает издать ни звука, ощущая как в него вошли одним толчком, полностью заполняя. Он открыл широко рот, в немой попытке застонать, но получалось лишь шевелить губами. Чужие руки сжали намертво бёдра, не давая возможности пошевелиться. Хёнджин почти не даёт ему времени привыкнуть, начав быстро двигаться до самого основания, ударяясь бёдрами о его задницу. Минхо давно так не трахали, точнее никогда. Он не привык, что его берут, как хотят, полностью подчиняя себе и вынуждая слушаться, дабы потом получить награду. Ещё никто не был доминантнее его, способным удерживать безоговорочно контроль и не спрашивать разрешения. Даже от одной ауры и харизмы ему самому хотелось раздвинуть перед ним ноги и жалобно скулить слова пощады. Хван наклоняется над ним и замедляется, целуя хаотично в шею и покусывая плечи. Ближе к основанию он оставил красный отпечаток зубов, который явно пройдет не скоро. Ли дёргает руками, а затем вскрикивает, когда Хёнджин тянет его за цепь наручников вверх, ставя на колени. В таком положении член внутри чувствовался более отчётливо и глубоко. Медленные движения сбивали с толку, вынудив тихо постанывать и изнывать. Такой контраст отдавался неприятной ломотой в теле и шумом в ушах, даже кончики пальцев подрагивали. Для Хёнджина это было в порядке вещей, он мог долго не кончать, стоит лишь сбавить темп и занять свои руки исследованием тела партнёра. Он гладит ладонями чужую грудь, сжимая пальцами вставшие соски, ногтем царапая горошинку. — Прекрати! — Ли извивался, пытаясь наклониться вперёд, но не вышло, ведь эта стимуляция была слишком. — Ты правда такой чувствительный здесь? — напротив зажал его соски, оттягивая и прокручивая. Минхо громко вскрикивает, дергаясь на члене, от чего тот идеально задевает простату и перед глазами летят звёзды. Он пытается сдвинуть ноги, из-за боли в коленях от матраса, но не выходит, ведь они просто зафиксированы на месте. Хёнджин тихо смеётся, отпуская его соски, которые полностью покраснели припухли, став такими же, как потрёпанные губы. — Всё-таки я хочу видеть твоё лицо. Он выходит из него, слыша разочарованый вздох, и тянется к краю кровати, где лежал ключ. Наручники оказываются на полу, и только сейчас стало заметно, в каком плачевном состоянии запястья, покрытые синяками и красными полосами. Минхо разминает руки и ахает, когда на него неожиданно наваливаются сверху. Это безумно смущает, вот так смотреть друг другу в глаза. Хван целует его первым, ловя невнятное мычание из-за саднящих губ. Он проникает языком в его рот, вылизывая чужой, всё ещё ощущая собственный вкус после минета. Ли впивается пальцами в его спину, наконец-то трогая эти рельефные мышцы, сразу царапая их. Хёнджин не против, пусть котик играет, сколько захочет. Минхо откидывает голову на бок, подставляясь под поцелуи в шею, что нещадно оставляли засосы на чистой коже. Настоящее безумие. У него нет оправданий на тот счёт, почему он сейчас лежит такой раскрытый под ним и стонет, сгорая от нетерпения почувствовать его в себе снова. Хван прикусывает его нижнюю губу, подхватывая под бёдра, толкаясь в раскрытую дырочку сразу на всю длину. Он стягивает с Минхо майку, которая и так не мешала, но очевидно портила эстетику. Ли прижимает бёдра к чужим бокам, но их мгновенно разводят в стороны. — Твои раздвинутые для меня ноги самая горячая вещь, — Хёнджин удерживает их на месте, двигаясь под нужным углом. — Заткнись, — он прижал ладонь к его губам, не желая слушать столь постыдные вещи. Хван перехватывает чужое запястье, а затем второе, придавив их к матрасу. — А ещё то, как ты стонешь из-за меня. Глаза Минхо закатываются от грубых толчков прямо по простате. Его резко дергают к краю кровати, так что голова и частично спина остаются свисать вниз. Всё пространство начинает плыть и кружиться, его будто ломают вдребезги, а затем создают заново. Хёнджин обхватывает его двумя руками под бёдра, поднимая их выше, входя быстрее и глубже. Минхо без чувства опоры теряется в пространстве, не зная, куда деть руки. Собственный член уже полностью затвердел и испачкал его живот, обильно истекая смазкой даже после пары оргазмов. Он затылком ударялся о край матраса, благо тот не слишком жёсткий. Ли громко стонет, не контролируя себя, когда его имеют словно игрушку для собственных утех уже в который раз. Это возбуждает до предела, стремительно приближая оргазм. Хёнджин двигается размашисто и грубо, задевая нужную точку внутри и наблюдая за чужим лицом. Щёки Ли раскраснелись и взмокли от пота и слёз. Ресницы на полузакрытых глазах слиплись, постоянно подрагивая. Так же, как и раскрытые манящие губы. Хван дёргает его немного на себя, кладя ладонь на беззащитное горло, смыкая на нём пальцы. Этого действия хватает, чтобы Минхо окончательно потерял связь с миром и кончил, содрогаясь всем телом и изливаясь себе на живот и грудь. Он чувствует, как его продолжают трахать даже сквозь сверхстимуляцию, натягивая на себя, и как крупная головка снова проезжается по простате. Хёнджин кончает через несколько минут, ощущая, как его сперма растекается внутри. Ли почти не дышал, смотря в одну точку на белой люстре, пока его нижняя часть тела, всё ещё находилась в чужих руках. Такое впечатление, будто из головы стёрли любые мысли, словно там поселился вирус, что полностью им завладел. Хёнджин уложил его на кровать, обнимая поперёк живота, поглаживая по нежной коже. Им потребовалось больше часа, чтобы начать говорить. Минхо не мог даже пошевелиться или повернуть голову в чужую сторону, потому проговорил в потолок: — И где то самое особенное для меня? — Рядом с тобой, — Хван приподнялся на локти, смотря в его расфокусированные глаза. — Я никогда ни с кем не остаюсь в одной постели. — И почему же мне выпала такая честь? Или ты всё-таки готов сдаться мне? — он набрался сил повернуть голову. — Думаю, ты сделал это быстрее. Минхо раздражённо закатывает глаза, видя его победную улыбку.