They are not given a happy ending

      — Ну вообще-то, она действительно милая. Я понимаю, почему Рюджин каждый раз так ждёт встречи с ней, — делится Джису при новом споре двух девушек. Юна фыркает и складывает руки на груди, мол, ну и ладно. А брюнетка же уважительно кивает ведьме, чуть подмигивая.       Прошло чуть больше месяца, как девушки официально «встречаются». Для Йеджи это слово было в новинку, ей его объяснила старшая. Сначала было неловко. Ну, разве что было неловко Хван. Она боялась и стеснялась поцеловать вампиршу. Лишний раз сказать пару милых слов. А когда Рюджин сказала ей те самые слова, Йеджи вообще зардела и спряталась в плече, еле как пискнув: «Я тебя тоже... Люблю.»       И Шин действительно благородна за отдачу своей второй половины и, как бы той не было первое время сложно, она помогает ей победить робость и стеснение, делая всё возможное для этого. А ещё Рюджин делала много необычного для быта мышонка.       Например, в народе не было принято дарить подарки не на праздники. Но ведь ничего не мешает удивить возлюбленную милым подарком? Да и учитывая, что дело идёт к маю, а Корея — страна тёплая, можно было бы подарить как минимум цветы. Это Шин и сделала. Красные пионы прямо сейчас ждут её в вазочке с водой. Черён пошла искать газетку по гостинице, чтобы красиво завернуть цветы в неё и пропала с концами.       Рюджин уже еле сидит на месте. Еще минута и она сорвётся с места вместе с пионами в зубах, но... О чудо, Ли вернулась!       — Неужели! Ты где ходила?       — Тётя Джен расспрашивала меня, — отмахивается Черён, и только на этой фразе Юна приподнимает голову, чтобы подсунуть свой любопытный нос.       — А где ты её встретила-то? — изгибает бровь Шин, и Ли фыркает. Она аккуратно берёт букет в руки и кладёт на разложенную газету. Оборачивает под зорким взглядом вампирши и спустя несколько минут протягивает ей пионы. — Наконец-то, я думала ещё неделю ждать надо будет.       — А во сколько прилетишь? — интересуется младшая сестра, и Рюджин недовольно разминает шею. Сейчас почти обед, да и пасмурная погода. Плюс ко всему, она не знает, чем Йеджи решит развлечь её сегодня, а потому ничего обещать не может.       — К ночи точно буду. Тёте Джен скажете, что я пошла на войну с оборотнями, — подмигивает брюнетка с довольной ухмылкой.       — Ага, лети давай, — толкает её в плечи блондинка, и старшая, хмыкнув, наконец превратилась в мышь, как обычно хлопнула крыльями на прощание и улетела. — Они действительно красивая пара.       — Это точно, — соглашается горгона и вспоминает кое-что. — Блин, Ю, тебя же тётя Джен звала...       — Ты только сейчас об этом вспомнила? — вспыхивает девушка и быстро превращается в мышь, улетая из комнаты.       — Ну прости! — горгона бежит за ней, и Чхве чуть усмехается.       В голову вдруг лезет странная идея: посмотреть судьбу новой парочки. Конечно, никому она об этом не скажет, но самой действительно очень интересно. Она быстрым шагом добирается до своего номера и, прежде чем войти, щелкает пальцем, а заходит уже не туда, где отдыхает, а в комнату с котлом и разными склянками для зелий.       Первое правило ведьм: «Не колдуй там, где спишь».       Котёл уже бурлит, а внутри варится зелёная жидкость. Блондинка копошится у необходимых ей корешков и наконец-таки находит нужный. Мандрагора летит в непонятную жижу и вдруг вскипает. Щепотка пыльцы бабочки и святая вода — кстати говоря, очень убийственный для некоторой нечисти элемент. Из казана вдруг высвечивается что-то блестящее, и Джису глядит внутрь.

***

      Уже на пол пути к хижине Рюджин решила принять человеческое обличие и добежать на своих двух, тем более это будет быстрее за счёт сверхскорости. И вот уже через секунду она стоит на пороге, чуть поправляя газету. Входит внутрь и, завидев плачущую девушку, оставляет цветы на тумбе и быстрым шагом подходит к Йеджи.       Она сложила руки на колени и опустила голову туда же. Шин аккуратно садится рядом с ней и приобнимает со спины. Рыжая дёргается и резво поднимает голову, напуганная чужим присутствуем. Она замечает старшую и тянется к ней с объятиями. Рюджин принимает девушку в свои крепкие руки и садит на колени, крепко стискивая и утирая слёзы с бледных щёчек.       — Что такое, мышонок? — осторожно начинает Шин, и Йеджи, вроде как успокоившись, обвивает её шею, прижимаясь лбом ко лбу с закрытыми глазами. — Давай, выдыхай, всё хорошо. Я рядом, — Хван, послушно выдохнув, отстраняется ото лба и смотрит в глаза, обнимая вампиршу.       — Она сказала, что я никчемная, ленивая, глупая, девушка лёгкого поведения, сущий дьявол и что никто никогда не полюбит меня. Сказала, что в нашем роду никогда таких ужасных как я не было. Понимаешь, Рюджин?       — Понимаю, мышонок, понимаю. Только, кто это сказал? — ласково гладит девушку по спине брюнетка.       — Моя матушка... А она не может врать, она ведь...       — Поверь, ох как может. Не нужно слушать тех, кто не верит в твои старания и усилия, считает тебя глупой, и далее по списку. Если слушать мнение каждого прохожего, то ты ведь просто лопнешь, — мельком улыбается нечисть и тычет пальцем в красный носик плачущей девушке. Та шмыгает и не веря косится на вампиршу. — Главное — это нравиться самой себе, а не кому-то. Люди должны любить тебя, а не подделку.       — Почему ты любишь меня? — спрашивает в лоб Хван, от чего Рюджин аж давится.       — Ты красивая, милая и умная девочка. Очень способная, между прочем. В тебе есть потенциал. Вот, помнишь ты рассказывала, как тебе нравится шить? Показывала мне платья, которые ты сделала полностью сама? Поверь мне, то, на что способна ты, другие не смогут сделать даже спустя года. И я верю, что у тебя действительно получится построить своё великое будущее на этом. Главное — поддержка и мотивация любимых.       — Правда?       — Правда.       — Спасибо... — смущённо чешет нос младшая, но вдруг вздымает голову вверх. — Эй, ты увильнула от вопроса!       — Правда? — смеётся Шин, и Йеджи шуточно обижается, складывая руки на груди. Брюнетка притягивает её к себе и расцеловывает всё лицо. — Разве нужно быть сверхчеловеком, чтобы заслужить любви? Я люблю тебя, просто потому, что ты, это ты. Моя милая и любвеобильная девочка, — продолжает целовать каждую частичку лица и тела, что Хван краснеет и прячется в чужой шее, вызывая у вампира лишь смех. — Переставай плакать, а то и я заплачу, потом не остановимся.       — Рюджин-а, слушай, а может прогуляемся? Ещё и темно, солнце точно не выйдет, обещаю! — складывает руки в молящем жесте рыжая, и старшая с удовольствием кивает.       — Но сначала, прими мой подарок, — брюнетка всё-таки дарит ей цветы, и Йеджи, удивлённая, но радостная как ребёнок, принимает их, благодаря. Она, чуть подумав, быстро чмокает вампиршу в губы и прячется за красными, как её щёки, бутонами пионов. Рюджин смеётся и, немного отодвинув букет от чужого лица, целует сама. Нежно и трепетно, стараясь унять чужое волнение. — Ну что, мышонок, пошли гулять?

***

      Когда девушки вышли на красивую полянку, о которой Шин узнала ещё лет 400 назад, будучи подростком, Йеджи вспыхнула от удивления, ведь это было действительно очень красивым местом.       Уже зелёная трава щекотала открытые лодыжки, а красивые мелкие цветочки радовали глаз, и Хван, запищав от детского счастья, побежала по лужайке с блаженным смехом под внимательным взором брюнетки. Старшая слегка посмеялась и села под ближайшее дерево, довольно смотря на свою девушку.       Смертная уже успела подержать на пальце бабочку, найти целый рой муравьев, а потом, завидев красивого жука, поймала его и понесла было Шин, как та, увидев живность, встрепенулась и махнула рукой, мол, убери.       — Ну он же такой милый!       — Кумихо тоже милые, а после того как соблазнят, попросту убивают и всё, ищи свищи тебя.       — Вообще-то, они убивают только мужчин! — протестует Хван и топает ногой, на что Шин усмехается и решает не спорить. — Ты тоже милая и что, теперь съешь меня?       — Не съем, но расцеловать могу, — подмигивает Рюджин, и младшая довольно закатывает глаза, усаживаясь на чужие колени под предлогом: мне удобно. — Конечно, конечно. Я не против, ты же знаешь.       — Онни, а ты ведь проводишь меня потом? — с надеждой в голосе спрашивает рыжая, и старшая согласно кивает. Ну, а как иначе-то?       Влюбленные проводят оставшуюся часть дня на чудесной поляне, пока время не подбирается к вечеру, и Йеджи не приходится собираться домой. Вампирша провожает её за руку с переплетёнными вместе пальцами.       А в хижине на столике в вазочке теперь стоят красивые красные пионы, радующие глаз.

***

      Прошло совсем немного времени, лишь две недели. И вот, когда Юна с Черён прожужжали все уши о том, что хотят познакомиться с этой таинственной Йеджи, Рюджин вздохнула и, кивнув, полетела на новую встречу с младшей.       Та сидела на диване, лениво мотая ногами туда-сюда и вот, когда зашла Шин, она бросилась с объятиями, повиснув на вампирше.       — Мышонок, сегодня ты впервые побываешь в гостинице.