SOULWALL

Ждать вексельную старушку в душном офисе наверняка хуже обнаружения красной лужи под новой тачкой. Хуже камеры белых лебедей. Просто неприятно. Руслан после рейса Краснодар - Питер вообще заниматься документами не хочет. Через посредника снять квартиру не вышло, менеджер пытался, но консервативная тетка на встречу не пошла. В помещении с одиозными личностями жарко, рельефная сторона чемодана уже отпечаталось на ноге Тушенцова, а нужная волокита на столе так и не появилась. Ру разминает свою шею настолько, насколько это было возможно сделать самому себе: она заныла еще в самолете, и с того момента ничего не менялось. Как никак массивность и рост под сто девяносто ощущались не только в сексе с полторашкой, любящей позу наездницы, но и в самолете с проходами для микробов. Острые колени больно врезались в переднее кресло какого-то паразита, который то и дело дрыгался как нейроинфицированный. Потом накормили дешевой копией шаурмы с тунцом, после которой рок-звезду еще час преследовали рвотные позывы.  Питер, кстати, третий город в туре Руслана. Сюда он переместился без команды, поскольку организаторы стелили так гладко, что по итогу решили нанять других специалистов. Главное, что Тушенцов знает человека за пультом, а в остальном при необходимости сможет разобраться и в соло. Разумеется, ригидный артист любил, когда первая часть толпы бегала вокруг него, вторая - облизывала обувь, а третья - боготворила за все содеянное, но перед выступлениями это только суетило. Вот на афтерпати Руслан такое приветствует. В Санкт-Петербурге он собирается задержаться на подольше, организовать себе, в общем, импровизированный отдых, ведь набегаться с нелогичными перелетами пришлось в третий раз. Сильно это все утомляло. Даже мысли о гонораре перестали вводить в транс. Гонорар… — Руслан, вы? Из мысленного бреда Ру за шкирку вытаскивает женщина в платье в цветочек с помятой папкой бумаг. Она, кажется, вообще не торопилась. — Руслан, я.  — Чудесно, — она села с другой стороны стола и начала шелестеть файлами, — ставьте вчерашнее число, машина уже подъехала, ключи отдадут на месте. Там, вроде как, еще выселяют кого-то…  — Почему ключи не у вас? Вы же официальное лицо… Тушенцов бегло расписывается и параллельно ведет разговор, пытается, по крайней мере, потому что его внезапно перебивают.  — Я по документам, все материальные касающиеся у другого представителя. Вы не переживайте, никто к вам вламываться не будет.  Женщина забирает скрепленные бумаги и сует их обратно в папку, провожая клиента к выходу. Она жестом указывает на ауди и скрывается в стеклянных дверях.

***

Майка Руслана пропитана болью, хоть полы мой: все пробки мира как будто специально оккупировали миллионную. Доехать, конечно, доехали, но какой ценой и какими нервами. Ближе к часу дня Тушенцов был готов продать свою карьеру за кинг-сайз кровать и несколько нектаринок. А сейчас, к двум, когда какой-то конопатый на пороге квартиры просит показать паспорт, к ставке в виде карьеры добавляется чья-то мать. Документ, благо, далеко не убирался, с этим порешали. И ключи всучили, и все-все. Парень странный какой-то, несуразный, «сынок офисной шлюхи» - если на сленге Руслана. Вообще не похож на этих говорящих пум с недвижками.  Представитель, как и должен, пригласил в помещение на маленькую экскурсию, перед тем, как три раза сказал, что они не пет-френдли, не приют и не фонд помощи животным. Ну, аллергия, может быть… — И сколько ты Оксане отвалил сверху? — Рыжий, выяснилось - Данила, внезапно задает туманный вопрос в ходе обсуждения. Пришлось приостановить его лекцию о том, что можно, а что нельзя. — Оксане? Отвалил? Сверху?  Ру поднял брови и мотнул головой, оторвавшись от поиска места, куда засунуть чемодан.  — Ты выглядишь как тот, кому бы она прописала билетик в наркодиспансер. Типа, это вообще не рядом с одобрением. — Данила прикладывает намоченную тряпочку к своему лбу. — Тебе бы, слышишь, отоспаться.  До Тушенцова наконец-то доходит, что арендодатель так шутит. Хочется ему сказать, что с таким лицом противопоказана юмористическая сфера. Даня этот внушительный, вот прям чтоб не Даня, а Данила. Данила какой-нибудь Андреевич, Константинович, хоть Сергеевич, как Ру.  — А тебе бы, с такой-то мордой, в спортики, деньги из людей вытряхивать, а не квартирки сдавать. Ты задумайся, вообще же не в своей тарелке.  Артист не пустословит, у Дани правда аура такая, что перечить страшно. Но не Руслану бояться, если нос сломают - проплатит суд. Язви сколько душе угодно. — Не мороси, возить маму в Анапу на такие деньги стыдно. Я же адекват. — Даня обратно обувает свои скейтлавы— Короче, ты понял че куда. Звони если вдруг. Перед твоим съездом зайду. Че, ты на шесть дней?  — На шесть. — Утром в субботу жди. Хлопок дверью и, наконец, «сверх-гениальный-рэп-исполнитель-двадцать-четвертого-года» (опять со слов самого Руслана) остается в самой приятной компании. Он, кровать и банка колы. Тоскливо, что Даня не узнал артиста и не начал вылизывать костяшки в благодарность за этот слуховой оргазм, а лишь продолжал общаться с высоты продюсера. Но тип он, как оказалось, толковый. Дальше можно будет на постоянке у него квартиры снимать. Тушенцов часто летает в Питер, хотя сам пока основался только в Москве: там атмосфера больше подходит для ежедневной работы над демками и другими ништяками. Студии уровнем повыше, народ, в общем, с бóльшим желанием стекался на концерты. Да и в Питере хорошо, что уж там... Неясная, пока что, история с местом жительства. В четверг, спустя пару дней, Руслан ставит шестьдесят восьмой крест на своей репутации хорошего арендатора, приглашая шумную компанию зависнуть перед концертом, устроив своеобразное бифорпати. Он поймал себя на безостановочном написании текстов с утра до ночи, из-за чего силы начали покидать его раньше времени. Таблетка от всех бед - близкий круг коллег и знакомых, что не прочь культурно отдохнуть с Тушенцовым. 

*** 

Культурный отдых закончился на третьем снифтере какого-то напитка.  Артист проснется с разбитыми очками и в какой-то рвани, (все в порядке, одежда такой и была, просто изначально не на Руслане) рядом с Кариной. Потупит взгляд пару минут и начнет молиться всем богам в надежде, что не найдет никого исколотого в туалете на съемной хате. Благо, правда не найдет: никому в компании уже нет прикола вливать в себя жидкую бомбу замедленного действия или нюхать мышьяк с натертым рубином. Это, конечно, не семнадцатый год. Руслан тогда вечно подводил глаза кисточкой с тушью для ресниц и ей же красил губы в бар на кавер-концерты. Тогда он и понабрал себе друзей с приветом. Это было в его родном городе, когда карьера юриста не сложилась и приходилось крутиться червем в ливень. Как-то все завертелось, понабежала аудитория с горящими глазами и огромной любовью к разукрашенным мальчикам в скинни джинсах. Нет, Руслан ровный, это просто сценический образ… — Карина, напомни, у тебя какой минус? — Ру будит девушку поступающими толчками в плечо без доброго утра. — Че?  — Очки у тебя на какой минус? Не вижу нихуя.  Девушка стянула с себя одеяло и завязала высокий пучок, привыкая к жизни вне сна. Карина для Руслана была кем-то вроде Лемми для Оззи Осборна: их объединяли работа над альбомами Ру за последние четыре года и хаос во всех Московских массах. Короче, и в огонь, и в воду. Сон в одной кровати с девушкой Тушенцова не напугал - и не такое делали.  — Правая линза на минус два, левая на полтора. Руслану не подходит, но и Карина не оптика. Он берет ее очки со столика и оглядывает квартиру, слегка щурясь.  — Тебя только разбитые очки смущают? — Слышится со стороны девушки, на что она получает лишь неодобрительный и вопросительный взгляд. — У нас, типа, дыра в стене.  А дальше все как в кино: Карина в немом жесте подзывает к себе коллегу и показывает несколько кружочков из их лички, где Руслан в пьяном угаре ведет мини-блог и в деталях рассказывает о появлении осыпавшейся дыры. Еле проснувшийся Ру привстает с кровати и оглядывает своеобразное дупло. Закатывает глаза, стонет, возвращает взгляд к экрану Карининого телефона. — Это же твой батя депутат-ремонтник? — Руслан конструктивен. — Куплю его как мамку-шлюшку? — Присесть захотел? Дурак. — Рыжему надо звонить, че. Походишь пока без очков? Тебе же и так нальют. Девушка наигранно швыряет в Руслана кроксу с пола. Ей так то работать сегодня, а без очков выйдет максимум коту еды насыпать, но ее улыбчивое лицо, вроде как, давало Тушенцову зеленый свет.  — Вызвал тебе такси, давай, родная, буду всех обзванивать.  Руслану непривычно в чужих очках. А вот в сложившейся ситуации вполне себе привычно. Для него точно ничего нового. Сам себя коньячного закопал, самому себя откапывать. Зато посидели хорошо.  На улице погода стояла попроще, не как вчера, судя по недовольным лицам за окном. Вряд ли сейчас девять утра, чтобы еще теплело. Руслан откидывает голову на ручку кресла, держа над собой телефон. Он убирает беззвучку и режим «не беспокоить», внимает летящие уведомления, что накопились за ночь, и крутит кольцо в носу. Голову морочила лишь дыра в стене из-за неудачного сальто, в сторону которой даже смотреть не хотелось. 

***

Даня приехал на «слышь, ржавый, тут такой форс-мажор…» со скоростью вилорогой антилопы. Так быстро, словно все это время спал в тачке под окнами арендованной квартиры. Данила, (ничего личного) не был удивлен звонку с подобным содержанием, реквиемы на ментальном уровне уже были написаны. Он посчитал Руслана мутным типом еще на стадии знакомства: тряпки на нем странные, сережка в носу девчачья какая-то. Но раз уж Оксана допустила его…  Очевидно, что Даня не раз мельком видел это лицо в интернет-пространстве. Особо внимания ему не уделял: музыку, может, и хорошую пишет, но медийное место и поведение немного смущали. Высказывания на публику будоражила в большей степени, поскольку такая смелость в выражениях сбивала с толку и частично накрывала. Возможно, Данила просто был удивлен тому, что помимо него в Питере есть еще один тип, который так демонстративно не боится получить по морде за базар. Хотя на первый взгляд Руслану абсолютно есть за что переживать: эта морда ведь симпотная, даже изысканная, печально будет видеть на ней швы и побои. На второй взгляд Дане похуй. По приезде рыжий лишь лениво пожимает руку клиента и слегка улыбается уголками губ, пускай его взгляд и выдавал всю неприязнь к ситуации. Даже если это шутка. Ему пришлось оторваться в середине буднего дня, съезжая этим по графику, что никогда не приводило ни к чему хорошему. Еще и этот балбес, что где-то так или иначе нарушил баланс. Руслан цепляет край малярного скотча, прилепленного на плакат с полуобнаженной Меган Фокс, и уже не с таким беззаботным лицом оголяет дыру в стене. Все трагично и печально: размер ее был примерно с ладонь среднестатистического мужчины.  — Как?  Даня тупит взгляд, сжимает кулаки. Забивать и так полную до краев голову мыслями о ремонте не хотелось, хотя бы не в этом месяце. А убить этого чертя мало будет: Ру растягивается в улыбке, протянув кусочки скотча арендодателю. — Суку трахал, мордой елозила по стене, а я сил не рассчитал — ебнул так, что у нее звезды перед глазами плясали минут двадцать. — А мне это сейчас прям обязательно было знать? Когда Тушенцов успел перейти на такую наглость и полную нефильтрацию речи не понял ни Даня, ни сам Руслан. Он встал и облокотился о стену, взъерошивая себе челку. Конечно, он нагло наврал Дане. Ему просто оправдываться не хочется. — Та ты же сам спросил… — Звезда замолкает, когда видит суровый взгляд напротив. — Но ты это то, бабки же есть у меня. Я все выплачу.  Для Тушенцова вопрос денег не был проблемным последние лет пять. Он, как никак, узнаваем по всей России и в некоторых частях мира помимо. Доходы были дикими, гонорары с концертов, мероприятий, обороты с продажи шмоток и автомобильный бизнес. Заплатить за ремонт - не проблема.  — Гипсокартон шпаклевать только. Может и сам справишься. Кто вразумился делать стены из гипсокартона? Кому че доказывал? — Данила трогал шершавую изнаночную часть стены, пока Ру прислонял постер к вмятинам, как бы примеряясь.  — Сука, да не маши ты своей Майли Сайрус!  — Это Меган Фокс. — Да хоть Милли Бобби Браун. Заебал. Арендодатель нагло цепляется за чужую руку и старательно отодвигает ее от дыры. В нем потихоньку просыпается эскапизм. На улице дерьмовая погода, клиент - долбоеб, хочется пообедать и уснуть. — Ну ты давай поуважительнее с главным лицом всех моих женщин… — Главное лицо твоих женщин сейчас у меня на стене, и разбираться с этим будешь ты. А у Руслана завтра самолет. Завтра Волгоград. Нужно экстренно что-нибудь придумать, потому что Кашин деньгами не берет. Не взяточник, видите ли, штраф страшно получить. Ру поджимает губы и смотрит на «портал». — У меня концерт вечером, а завтра четвертый город. Я просто найму мастера, делов то на два часа с половиной. К посадке все будет готово, не парься. — Тушенцов звучит внушительно. — Только давай без жалоб. — Только давай без нытья. Если что-то пойдет не так, — арендодатель приблизился на опасное расстояние, чтобы Руслан слышал его угрожающий шепот, — Я тебя во всем сверхскоплении галактик найду. До пенсии буду харкать в душу.  Данила получает уверенный кивок и собирается уходить, удовлетворившись их итоговой договоренностью. Дел в офисе выше крыши. Он машет рукой, невербально прощаясь, и оставляет Ру тет а тет с дырой. У нее правда было не очень приятное расположение: между кроватью (потому и, собственно, Даня не стал оспаривать легенду Руслана) и невысокой тумбочкой, которой загородить вышло бы максимум треть этой двери в Европу. Тушенцов снова заклеивает дыру плакатом и падает на кровать. Тянется за телефоном и за очередной банкой газировки на тумбочке, чтобы поиск мастера и прочие мысли не так сильно травили душу. До концерта около восьми часов, в принципе, ремонт организовать можно и сегодня… Руслан, кстати, был поражен, что Кашин не делал ему скидок за медийность. Это правда стало привычным для темноволосого, даже от здоровых пятидесятилетних мужчин с тремя сыновьями. Редко с Ру общаются на одном уровне. Это с одной стороны и очень даже очень: открыты все двери, раздвинуты все ноги, подкуплены все неподкупные. Но местами и временами хочется чего-то вроде… Вроде Данилы. Ну, такой он… Неочевидный. Вообще здоровый такой. Хотя с Русланом его эта внушительность немного и выцветает, но все равно по телосложению он выглядел поопаснее. Интересно даже стало, как сильно рыжий может втащить, не боится ли тот крови или мяса, считает ли себя белоручкой, подобные, в целом, мелочи. Руслан поймал себя на мысли, что рыжий крутился сучьей жопой в его голове немного больше положенного. Отделочник почти закончил свою работу, а Ру только начал собираться с силами перед концертом, что для него было слегка несвойственным: арендодатель в его сознании был персоной нон грата.  Тушенцов черкнул Дане в мессенджере о том, что проблема была устранена, в суд, короче, подавать бессмысленно. Он прикрепляет глупое селфи с идеальной стеной и языком между двух пальцев: узнаваемый почерк Руслана. @CMHELL#sexdrugsrave *изображение* теперь гладкая киска 17:28 Ру был уведомлен о загруженности рыжего еще на моменте созвона, так что звук на мобиле включать не стал с полной уверенностью. И, в целом, сейчас париться об этом желания никакого нет. Тушенцов списывается с организаторами и спрашивает, подогнали ли они по итогу несколько специалистов в сфере медицины. Руслан то еще восьмое чудо света в загробном мире: то в обморок упадет, то задергается до шокового состояния, то руку в своем же слэме сломает. Он, разумеется, и так ведет себя максимально осторожно, но на всякий случай пару человечков не помешали бы. Звезда натягивает на себя шмотки и через пару минут уже сидит в такси, направляясь в рестик подле концерт-зала для полного умиротворения. Сегодня опаздывать он не планирует, как это обычно происходит. @dkoff полупокер 19.51 @dkoff спасибо 19.53 Даня сам не догнал, почему ему захотелось поблагодарить балбеса. До прочтения сообщения он ходил встревоженным, а концентрация испарилась как девственность всех девятиклассников в России, пускай отпроситься с работы пораньше он так и не решился. Еще не в том состоянии. (Данила помешан на зашибании денег, так что как такового состояния, можно сказать, в принципе и не существует)  Да и ничего страшного, вроде: до конца рабочей смены около двух часов, а из стоящих задач остались только пустяки. У Руслана сейчас наоборот пик ответственности. Нужно красиво попрыгать по сцене и по возможности не трахнуть свою фанатку, уехав до начала песни.  Первые три минуты его выхода были рассеянными, потому что незадолго до этого он зашел в чат с Даней и затупил с этого «спасибо». «Какое, боже-господи-блять спасибо?!» Ру уже мирился с тем, что после подобных выкрутасов минимум будет в чс на этом сайте по съему, а Даня окажется просто тактичным молодым человеком. Во второе верилось с трудом, из за чего рушилось первое… Это, в общем, неважно, когда тебе подмигивает какая-то блондинка в первом ряду.

***

— У нас ахуенный ликер и три дамочки, конопатый, — голос на проводе иногда пропадал, но Кашин точно знал, кому он принадлежит. — Да даже если не это… Самое… Приезжай, похуй, закажем тебе чего-нибудь другого.  Даня не любит отвечать на звонки за рулем. Особенно если это твой ущербный арендатор. Еще и с сорванным голосом, из-за чего из трубки слышались скорее рокот и рычание, нежели привычный мужской голос.  Руслан позвал его на текущее афтерпати, что организовали по просьбе артиста в том же концерт зале. И это было странно. Тушенцов разболтал новой организации все про стену, про дыру, и про этого рыжего, пару раз добавив, что он довольно горячий. Но это была скорее реклама девушкам вокруг; и они клюнули, попросив пригласить его присоединиться к их компании.  — Я приеду забрать пиццу.  — Что? Какую пиццу? — Руслан мало того что еле понимает чужую речь, так еще и еле слышит.  — Которую ты мне закажешь. Два круга. Я голодный. — И сбрасывает звонок. Додо Дане вообще не по пути, а пицца мия недавно закрылась. Есть хотелось жуть… А Руслан ведь хорошая компания, правда? Так или иначе, надолго он там вряд ли задержится. До концертного зала Данила удивительно быстро добрался, словно улицы ненадолго сжалились и забыли про пробки. В помещение его отводит низкая девушка, которую со спины можно было спутать с пятиклассницей. Еще и шмотки точь в точь как у Руслана. Рвань какая-то, кресты, излишний пафос. Но забавная зато: предложила айкос и искренне удивлялась отказу всю дорогу.  Душно. В помещении душно. Рыжий стягивает с себя худи, продолжая идти за девушкой по инерции. Постепенно музыка становилась громче, запахи начинали улавливаться, а обладатель громкого смеха невпопад потихоньку узнавался. — Че у вас, мертвая туса? На концерт никто не пришел? Даня непроизвольно улыбается, подходя ближе к компании за столиком. Русую девушку сердечно отблагодарили, пока новоприбывший пожимал руки в жест приветствия.  — Это, короче, мой хатошник. — Данила не нуждался в представлении второй раз, но Руслан посчитал нужным озвучить это повторно. На последнее слово рыжий странно среагировал, что тут же заметил Тущенцов. — Хаточник?  — Арендодатель.  — Да, арендодатель.  Даня, все-таки избавившись от внимания компании спустя минуту-две, плюхается на диван рядом с Русланом, благодаря мутному типу, что добродушно смотался по просьбе артиста. В зале стоял дикий гул, а в отведенном пространстве было тесно, жарко и громко. Приходилось каждый раз приближаться мордой к собеседнику, чтобы услышать хотя бы начало слова. — А че с ебалом у тебя? Правая сторона лица Руслана была в небольших свежих ссадинах, с которых точно смывали кровь, судя по неестественному румянцу на его бледной коже. Кашин краем глаза оглядывал помещение, словно кого-то ждал. Но все понимали, что ждать ему тут объективно некого, так что это списалось на простой интерес и изучение зала. А изучить там действительно было что: начать хотя бы с платьев в пайетках.  — Да похуй. — Да, похуй. Просто интересно, как таких долбоебов истребляют. — На лице Дани образовалась улыбка, и это давало понять, что он говорит это не всерьез. Или же несерьезной была только часть его слов. — Долгая история. Я же дерганый. — Ру взял рюмку со стола и налил туда обещанный напиток, а после протянул арендодателю. — Покажи лучше свои татушки на руках.  Рыжий скривил полное непонимание, не торопясь махать руками перед лицом артиста. Даже во времена, когда Даня работал в общепите, с такими сомнительными просьбами к нему не обращались.  — Еблан? — Да я думаю че еще набить на кисти…  — Портрет моей мамы набей.  Даня наконец отложил свою кофту на край дивана и забрал рюмку. — Твоя мамка какие киски любит? Бритые? — Тушенцов поднял бровь и обернулся, ощутив, что парень сзади него куда-то ретировался. Хочется верить, что это не из-за подслушанного разговора. — Ей придется столкнуться с многими тет а тет, если ты понимаешь меня… Кашин понимает. Не то чтобы вообще хотелось слушать этого темноволосого беса, что совсем редко выглядывал из под своих солнцезащитных очков.  — Дань, ну покажи ручки… А Данила аж больно прикусывает щеку от обращения по имени. Еще и таким голосом. Коробит, но неясно, сколько процентов отвращения в его реакции.  Мысли о пицце дают о себе знать после второго кавера живота на трек Руслана. Захотелось свалить, как и те прошлые парни. Кашин убирает емкость в другую руку, потому что на рабочей, по его мнению, наколки смотрелись пизже. Он демонстративно выставляет средний и безымянный палец, делая ими несколько грубых движений. Некая пародия на самого Руслана с его вечными пошлыми жестами. После еще немного крутит расслабленной кистью перед внимательно смотрящим Русланом. — Можно сфоткать? — Додик. — Кашин закатывает глаза. — Ну сфоткай, че. Эскизы только не пизди. Меня мастер расстреляет…  Руслан рад, что его глаза прикрыты очками, иначе нездоровая реакция на Данины руки была бы продемонстрирована минимум двум людям. Странно. Все очень странно. Он делает пару снимков и указывает на барную стойку, окруженную другими людьми, видя, что Данила уже сам не свой. Тот благодарно жмет руку второй раз и уходит за пиццей, что была оставлена у бармена, по словам Ру. Хочется домой… Артист, спустя две минуты после ухода Дани, озадачено оглядел пустое место рядом. Чья-то кофта на краю дивана. Да блять. @CMHELL#sexdrugsrave ты забыв кофтиу 22.31 @dkoff похуй я завтра иду к тебе чекать кв ну в часу втором где то во сколько у тя вылет? 22.31 только не стирай ее пжпжпжпж  22.32 @CMHELL#sexdrugsrave  ок  в пулкава к пятитутра пяти утра 22.32  Даня, по сути то, даже ничего и не выпил, чтобы не садиться за руль. Он знает, чем чревато накидываться на пустой желудок… А Руслана жалко было. Ему только посоветовать днем выспаться можно.

***

Рыжий приехал ровно в два часа. Ни на минуту не обманул. Никогда так дотошно квартиру он не проверял, даже мебель двигал, в возможности уличить Тушенцова в добавлении новых дыр. Но с этим, вроде, порядок… — За ключами заедет Оксана в четыре. Я занят буду. — А щас ты нахуй то тогда? Из за позднего вылета Руслана образовывались некоторые проблемы. Сам парень выглядел достаточно бодрым для вчерашних событий и посиделок. — Качественный осмотр и, если потребуется, грубая сила. Бывали случаи…  — А, кстати, — темноволосый пропал из виду на сорок секунд, а после притащился с даниной кофтой. — На. — А че мятая? Ру наблюдал за тем, как Кашин смешно вертит свою же кофту в руках, словно пытается найти дыры и в ней. А доеб абсолютно непонятен. — Какая есть. — Да по любому нюхал ее и дрочил.  — Ты урод пиздец?  Даню очень смешит выражение лица арендатора. Вообще весь Руслан забавит. Только четыре, а он уже в своей сатанинской майке. Наверное, это все таки не образ, как думал Кашин…  —А че, горькая правда глазки режет? — Данила падает к спинке кровати, усаживается, потому что знает, что все белье отдается в стирку после каждого клиента. — Или сладкая, в зависимости от того, как подрочил.  — Уведоми свою мамашу, пускай сват ждет. Пиздуй в офис. Заебал. Руслан ни слова не говорит о том, что это неправда. Он осторожно оглядывает углы комнаты, пока в голове мысль о том, что квартира напичкана камерами видеонаблюдения, потому что такой юмор - уже не юмор. Но вообще, теория Кашина не совсем точная, в этом всем участвовала еще и фотка его рук. Вчерашняя.  — Даже не отрицаешь, полупокер.  — Засунешь мне свои пальцы в глотку? И тишина.  Ну, прям долгая тишина. У Руслана лицо победителя, пускай его версия «он пиздец строит из себя ловеласа, а на деле мечтает трахнуть какого-нибудь парня» не подтвердилась. Ну, его еще хотя бы не побили… А рыжий ментально ошарашен. Он смотрит на улыбчивого Тушенцова, будто тот стишок рассказывает, а не непотребства вслух высказывает. Это шутка, что-ли? Какой же Даня дурак, раз принял это за что-то серьезное. Но пальцы сами подозвали жестом к себе Ру, и артист совершенно не шуточно подошел ближе, потом не шуточно сел в ногах, создав удобную позицию для зрительного контакта без задирания головы. И без шуток. — Отсосешь и засуну.  Кашин все еще в невменозе, даже когда острый на язык Руслан без лишних слов спускается, чтобы встать на колени. Получив осуждающий взгляд, артист только пожимает плечами. Но Данила все таки встает перед ним, как опиумный. Ру лезет пальцами вверх, бегло расстегивая ремень, словно для него это бытовой вопрос. Стояк потихоньку начинал давать о себе знать только от одного вида: Руслан не клоуничает, не пиздит по хуйне, а просто молча опускает бегунок на чужой ширинке и иногда поглядывает из под ресниц. Пиздец. — У тебя реально встал? На меня? — Ебало завали.  А с такого Дани уже мажет Руслана. Рыжий был самоуверенным, грубым, не жалеющим сил, и… Это мешало оставаться в адеквате. Темноволосый не смог сдержать улыбки. Он провел языком по ткани боксеров, из за чего Кашин дрогнул и недобро выдохнул. Ситуация странная настолько, насколько это было возможно. Но забить на эту странность тоже позволительно, пускай Даня не блондинка, и даже не в первом ряду… Руслан стянул ненужную ткань, похлопав глазками, будто то, что оказалось перед собственным носом - не его вина. Данила не запрещал пялиться, но его серьезный взгляд призывал к хоть каким-то действиям.  — Я, если че, не каждый день минетами разбрасываюсь…  — А по твоему личику не скажешь. Шлюха.  Даня опускает руку на голову Тушенцова, зарывая каждый палец в его волосы. Тот реагирует сведением бровей чуть ли не в одну точку и ерзаньем на своих же коленях. Артист неуверенно касается рукой чужого члена, а позже оставляет мокрый след на головке. Руслан знал, что за ним чутко следят, и это подрывало какую либо уверенность в себе и своих действиях. Он пробует взять немного в рот, убрав зубы, и слышит одобрительное мычание сверху. Постепенно сам насаживает себя на член, пытаясь зайти как можно дальше.  В какой-то момент Кашин достает телефон и делает несколько снимков со вспышкой. Один - один. С таким лицом, главное, как будто такая процедура для него нечто обыденное. — Ты еблан? — Возмущается Руслан, отстранившись от члена с хмурым лицом. — Сестре покажу. Твоя фанатка. — Даня продолжает накручивать локоны у самых корней, слегка оттягивая. Тушенцов на это лишь подается вперед и поднимает голову повыше. — Посмотрит на тебя полупокерного и мб крида слушать начнет.  — Удали, долбоеб.  — А че, стыдишься хуя во рту?  — Даня растягивается в ехидной улыбке и по воле случая приближает Ру ближе к своему члену, за волосы двигая то в одну сторону, то в другую. — Стыжусь с тобой трахаться. — Руслан облизывает мокрую от собственных слюней и смазки головку, противореча самому себе. Он вообще патологический лжец из последних событий.   Тушенцов не сразу понимает, что сболтнул лишнего. Ему требуется несколько секунд для анализа зловещего блеска в глазах возвышающегося парня, и эти секунды прошли только после того, как член Кашина оказался во рту по глотку.  — Попизди мне, сука, — Данила сводит брови от приятных стимуляций и поменявшегося в лице Руса. — Течешь же как телка от одного моего взгляда.  Клевета. Наверное. У Тушенцова проявляются слезы, а его руки рвано цепляются за бедра рыжего. Неподготовленному Руслану было трудно среагировать по другому. Даня понимал это, так что долго пытать Руса неким удушьем он не стал, с порнушным звуком вынимая член из его пасти спустя несколько секунд.  Ру закашлялся и наконец вытер слюни с подбородка. — А ты можешь… — Темноволосый опускает взгляд, будто это поможет разобрать его еле слышную речь. — Почаще так делать? Бля, Дань, ну…  Даня, очевидно, может угадать, что хочет сказать парень. Но молчание сверху, он уверен, заставит артиста сформировать мысль до конца. — Блять, просто будь грубее. Бери меня грубо.  — Какая же ты дрянь, Руслан.  И Рус кивает. Бесстыже палит прям в глаза и мажет кончиком языка по основанию. Наклонности Руслана, если честно, прочтет даже слепой: вся эта беспринципная шушера вокруг, слог, поведение… —Открой рот, куколка. — Кашин берет Руса за подбородок и слегка давит на губы. Спустя несколько секунд два пальца рыжего оказываются по соседству с теплым языком. — Да, умница, вот так, оближи. А Руслан иногда развратно высовывает язык и закатывает глаза, пока чужие пальцы исследуют ротовую полость. У парня очень мягкие губы на ощупь, Дане, ну, чисто теоретически, стало интересно какого это их целовать…  Рус вскоре снова возвращается к члену Данилы, что со временем становился только тверже. В этот раз берет максимально глубоко, опять радуясь слышимым звукам.  — Можешь потрогать себя рукой. Ты прям пиздец…  — Нет, позже, — Руслан ненадолго освобождает рот. — Я слишком быстро кончу в таких условиях.  И снова возвращается в исходную позицию. Странно, что он вообще все еще может разговаривать… Рус, на взгляд Дани, копается на мелководье слишком долго, так что рыжий снова берет инициативу на себя, рывком за волосы входя поглубже. Руслан что-то простонал, судя по вибрациям; и это было очень даже кстати. Ради этого дополнительного эффекта рыжий решает вдолбиться в горло Тушенцова погрубее.  Ру на это реагирует закатанными глазами в очередной раз, и эта картина с ракурса сверху просто пиздецки возбуждала. Хотя куда там уж. — Я тебе в рот кончу, и ты тут же все проглотишь, ага? — Руслан ответить не мог, потому что рука в волосах, что насаживала на член, попросту не дала бы это сделать. — Вот же шлюха, а. Пиздит направо и налево, что стадо телок перетрахал, а сам на пределе от хуя в глотке. Нормально тебе, Русик?  По сбитому дыханию и рваным толчкам Руслан понимает, что Кашин скоро кончит, так что позволяет себе спустить руку к собственному стояку. Черти пляшут в голове…  — Уеба… — Данила придерживает голову Тушенцова на максимальной глубине и спустя несколько секунд кончает, хрипло простонав что-то про парня. Руслан следует за ним, а вязкая субстанция в горле лишь помогает окончательно забить голову Даней. Рус застегивает ремень обратно и падает на кровать, что все это время находилась слева от них. Вроде нужно и оттереться от следов контакта, а вроде и в падлу так… Рыжий валится рядом. — Ты пидор. — Да, ты теперь тоже. Данила не отказывает себе в поцелуе и кратко касается губами чужих. — Я этим ртом тебе сосал. — Тушенцов выглядит очень хитрым и старательно сдерживается, чтобы не рассмеяться. — Фу, блять, ублюдок опущенный!  Кашин морщится и вытирает губы рукавом кофты с максимальной актерской иронией. — Ну че, сколько городов в туре еще? — Пять. — Шестой - снова Питер.