Siren's Song: 01 Cliffhanger
28 мая 2025 г., 19:33
Наконец Моа добрался до берега.
Сирена — та самая, что однажды обманула его, — сидела на далёкой скале. Услышав шум волн, она обернулась и одарила его той самой улыбкой.
Род, длившийся более века, был уже прерван, фамильный герб — запятнан кровью близких. Та, кому он когда-то поклялся в вечной любви, вырвала сердца его родных собственными руками.
Он шёл по мелководью, поднимался по скользким камням. Ладони — изрезаны, окровавлены. Он поднял её лицо рукой, срезанной солёной водой и временем, и аккуратно провёл пальцами по мраморным чертам.
Её любовь оказалась искусной ложью, сплетённой с талантом — сетью, из которой не выбраться.
Вода медленно впитывалась в ткань его одежды, тяжело стекала вниз. Он запел — ту самую песню, что когда-то услышал от неё. Песню сирен.
Голос замирал, парил над волнами, прерывался — и снова звучал, от заката до восхода луны, пока прилив сменял отлив.
Сама сирена, опьянённая звуком, слушала, не дыша.
Он приблизился, стер с её щеки запёкшуюся кровь и обнял. Склоняясь к уху, он спел последние строки — с той же любовью, что когда-то была искренней. И в ту же секунду, как стих последний аккорд, из рукава выскользнул нож — и вошёл ей в сердце сзади.
Ярко-алая завеса, как водопад крови, медленно спустилась вниз. В тишине оперного театра всё ещё дрожал отголосок арии.
Исполнитель роли Моа грациозно поклонился, скрыв глаза за маской, и уверенно шагнул навстречу овациям.
Зал, словно очнувшись от заклятия, разразился бурей аплодисментов.
— Он поднимется на вершину оперного Олимпа! — восторженно шептали в зале. — Безупречный голос! Безупречная игра!
— Вот заголовок! — воскликнул кто-то из прессы. — »Голос сирены звучит вновь — триумф премьеры к десятилетию Королевского театра!»
Но восторг прервало нечто резкое, как разорванный шёлк:
— Господин Фен… он… он мёртв!
***
За кулисами Рафаэль стоял, прислонившись спиной к чёрной выходной двери. Вне этой тихой точки шум казался отдалённым, как в другом мире. Он закрыл глаза, медленно вдохнул, возвращаясь к себе. Горло пульсировало — будто внутри всё ещё горел огонь, и каждый вдох отзывался болезненным толчком в нервной системе. Поглаживая шею, он достал из чемодана новый галстук. Холодный шёлк скользнул между пальцами, обвил горло — точно клинок вернулся в ножны. Сцена, устланная бархатом морской глубины, поглощала звук шагов. Пьеса не окончена. — Просим всех, кто не является сотрудником театра, немедленно покинуть здание согласно указаниям персонала! — донёсся голос. Частный детектив Луис, нанятый одной из влиятельных фамилий, шёл против людского потока, пробираясь к сцене. Он тоже был приглашён на премьеру этим вечером. Когда паника немного улеглась, он юркнул за кулисы, затаился за осветительным прибором и стал наблюдать. В центральной ложе для почётных гостей, обнесённой лентой, сидел мужчина. Мёртвый. Его лицо хранило безмятежную улыбку, поза — безукоризненную осанку зрителя. Это была не поза трупа, а поза статуи — тщательно поставленная, будто кто-то жестоко инсценировал момент. И тут Луис почувствовал: кто-то рядом. Кто-то двигался по ту сторону кулис. Слышен был тихий шаг. Он резко дёрнул полог — и лишь успел заметить, как в боковом закулисье исчезла фигура в тёмной шляпе с опущенными полями.
