Caleb: Pathless Realm 01 Training
1 июня 2025 г., 19:04
К утру дождь утих.
Будильник лениво пищал в последний раз, и Калеб, потягиваясь, нехотя выбрался из постели. Натянул первую попавшуюся футболку, зажал зубную щётку в зубах и, щурясь от недосыпа, поплёлся к зеркалу.
Рядом возник Цубаса — зевнул, протёр глаза и пнул Калеба локтем.
— Сегодня вывешивают расписание экзаменов. Мандраж есть?
— Какой ещё мандраж? — хмыкнул Кайто с верхней койки. — Этот человек с паникой не знаком.
Через две недели предстоял главный рубеж всей Академии — выпускной экзамен по пилотированию. Половина общей оценки зависела именно от него. Первое место давало прямой билет в Корпус дальнекосмических курсовантов.
Так было заведено давно. Так мечтали почти все.
На тренировочной площадке стоял необычный гул: сегодня проходил один из самых тяжёлых этапов — перегрузочные испытания.
Курсанты один за другим заходили в капсулы ускорителей, напоминавших гигантские сферические коконы. Нажатие кнопки — и капсула начинала бешено вращаться, воспроизводя условия, в которых пилоту приходится выживать в небе… или, точнее, за его пределами.
Перегрузка в 8G — словно выдёргивает внутренности наружу. Давление, пульс, потемнение в глазах. Каждый выход из капсулы превращался в выход из стиральной машины, запущенной на максимальном отжиме.
Кадзума, спотыкаясь, едва удерживался на ногах. Цубаса молча сунул ему в руки белый пакет — на всякий случай.
Калеб и Кайто синхронно отвернулись, зажав уши, заранее зная, какой звук сейчас прозвучит за спиной.
Сам Калеб, выйдя из капсулы, выглядел так, будто просто потянулся после хорошего сна. Волосы, вспотевшие под шлемом, торчали в разные стороны и слегка колыхались — остаточное действие антигравитации.
— Перекусим после пары? — предложил он.
— Ты издеваешься?! После такого? — возмутился Кайто.
Как и следовало ожидать, Калеб снова стал первым. Это уже никого не удивляло. Все просто вздыхали и сбрасывали на него оплату за обед.
На вопрос: «Почему ты решил стать пилотом?» — он отвечал без паузы: «Зарплата приличная, звание хорошее. Родителей кормить надо. И сестрёнку».
Цубаса поначалу проникся сочувствием. Потом оказалось: Калеб сдал вступительные на высший балл по всем предметам, а «сестрёнка» — почти его ровесница, только начинает путь охотницы.
— Она у меня крошка. Как кусочек клубничного торта, — с гордостью говорил он.
— Заглохни, или я тебя пришибу, — буркнул Цубаса.
После недавней катастрофы в воздушных зонах профессия боевого пилота держалась на вере. Безумной, упрямой, отчаянной вере. Тренировки, манёвры, рискованные миссии — это стоило не только сил, но и жизней.
Особо опасными считались рейды через глубинные туннели. Много часов в безмолвии космоса выжигали душу.
До финала доходили не все. Кто-то отсеивался на тестах, кого-то ломал страх.
Так в расписании появилась новая графа — «Психологическая устойчивость». Без оценок, но обязательная: десять сеансов и итоговая проверка.
Когда вывесили результаты, у Калеба оказалось худшее значение по психике — единственная дисциплина, где он провалился. Реакция была бурной.
— Ты серьёзно? Ты что, спал на тесте? Или просто фамилию написал и ушёл? Да вызубри ты кодекс пилота, да расскажи как следует — и простили бы!
— Да я тогда не смог подойти. Был занят, — спокойно ответил он.
— Ничего. Теперь начну эти… сессии.
Кайто подглядывал, как Калеб проходит тест в телефоне. Первый блок — формальности. Но на письменный раздел он задержался.
«Что вы считаете самым трудным в полёте?»
Ответ Калеба: «Вернуться домой вовремя».
Кайто онемел.
В итоговом комментарии значилось: требуется очное собеседование.
Цубаса, молчавший до сих пор, взглянул на друга, уже облачённого в лётный костюм:
— Слушай, а ты вообще… не из мрачных?
Калеб, с тем самым взглядом, чуть скосил глаза и усмехнулся:
— Возможно. Сам ещё не разобрался.
