Акрос. Часть 1. Дневник Зейна Громова

      Стартовая линия.       Гудок.       Старт.       Пятнадцать машин рванули с места, мгновенно промчавшись по небольшому участку трассы в черте города и скрывшись на грунтовой дороге вглубь пустыни, направляясь в сторону гор.       Толпа ревела, это был решающий, ожидаемый этап отборочного тура гонок. Пройдут только шесть машин. Где будет проводиться финал, организаторы до последнего собирались держать в тайне, чтобы подогреть интерес. И это действовало, все только и спорили, где будут проводиться гонки и кто на них попадет.       Главное правило этого мероприятия — прийти первым, единственное ограничение — машины на колесах и едут по земле. Больше ничего. Поэтому у многих участников было установлено оружие и другие улучшения.       По внешнему виду болиды тоже отличались, и даже тот десятиметровый монстр, на котором поехал Кай в образе Наата, оказался одной из самых маленьких машин.       Синтет прибыл к финишу едва ли не кубарем, покоцанный автомобиль с юзом встал, едва пересекши финишную черту, и фиолетовокожий водитель остался сидеть внутри, держась за руль и тяжело дыша.       — Твою-то мать…       Он поднял глаза на табло: 4 место.       Синтет несколько раз моргнул, думая, что ему почудилось.       — Как это четвертое? Я же…       Через пару секунд к нему толпой подлетели журналисты.       — Что с Вами произошло?       — Почему такая резкая смена манеры вождения?       — Как у вас получилось уничтожить более 10 машин?       Его засыпали вопросами, вспышки фотокамер беспрерывно щелкали.       — А вам не нужно следить за награждением первых трех мест? — немного растерянно спросил синтет, понимая, что защитная сетка от этих зевак не закрывает. — Достали вы меня, отвалите… — он рыкнул, возвращаясь в образ, снова завел движок и медленно, аккуратно, чтобы никого не сбить, поехал к выезду с трека, через который попал сюда в начале гонки.       Могура стоял рядом с Тони в толпе и лапами схватился за голову.       — Моя малышка… — проскулил он, глядя на раздолбанную тачку.

***

      За ворота, за которыми стояли ангары, журналистов не пустили. Вокруг было не многолюдно, гонщик поставил машину в нужный ангар и вышел, на ходу закуривая. У соседних ворот сидел худощавый водитель болида, которого Кай вывел из строя первым, парень потягивал пиво из алюминиевой банки и поднял голову, приветственно помахав ладонью.       — Живой? — поинтересовался Серый, выпустив дым через нос. — Цел хоть?       — Да, все в порядке. Это было технично, надо сказать, я запомню этот прием.       Он повредил и вырвал его машине заднее шасси, отчего та и выбыла. Но с самим гонщиком все было хорошо, а машину было относительно просто восстановить, хотя задняя часть ходовой требовала полной замены.       — Запомни, — фиолетовокожий кивнул, ощерив клыки в улыбке.       — Будешь?       Псевдо-Наат кивнул и принял банку.       — Даже как-то странно, мне тебя расписывали как агрессивного мудака, от которого лучше держаться подальше.       — Ну, до определенного момента так и было, — тот только покачал головой и сделал несколько глотков.       Громов, убедившись, что с Каем все хорошо, приобнял Могуру и потащил его в гараж.       — Тьеа ла конечно, сколько тебе придется ремонтировать… — покачал головой вор.       — Мне? — удивился механик. — Ты хотел сказать нам?..       — О нет, мы с Серым сваливаем…       Прежде чем все-таки идти в гараж, Зейн угостил Могуру пивом, и тот рассказывал про особенности ремонта в короткий срок. Ведь обычно новая гонка проходила через неделю, но в финал они вышли впервые, что дополнительно усложнило ситуацию.       К ангарам стали свозить другие машины. Кай в образе Наата потягивал пиво и трепался со своим бывшим соперником ни о чем, делая предположения, где будет финальная часть, а в голове уже прикидывал, как они с Громовым сольются, и что надо бы прихватить с собой бокс с трупом, чтобы выбросить его в космосе.       Вокруг становилось все более людно и шумно, и среди прочих звуков послышался приближающийся, частый цокот высоких каблуков. Синтет обернулся на звук, и на нем тут же повисла фиолетово-синяя особа, явно относящаяся к той же породе, что и его нынешний облик. На ней было более чем незначительное платье и отлично подобранные в контраст к коже украшения.       Все случилось так быстро, что единственное, что Кай успел сделать — это развести в стороны руки, едва не окатив девушку пивом, и отвернуть морду, отчего ее поцелуй пришелся не в губы, а в скулу.       — Наат! Наат! Я так скучала! Я подумала, что должна дать тебе еще один шанс! — затараторила она преувеличенно сладким голоском. — Ты мой любимый зайчик, такой молодец, прошел в гонку!       Механики вышли к скоплению гонщиков, механиков и родственников ровно в тот момент, когда девушка повисла на шее Наата и защебетала в ухо. Под кожей прошел неприятный озноб, и светлые глаза со злостью прищурились.       — А что, сюда и шлюх пускают? — с наигранным удивлением вырвалось у Громова раньше, чем он понял, что невольно притянул к себе то, чего всегда избегал — внимание.       — Красавчик... — нелепо-высоко пискнул Кай.       Он неловко отпихнул девушку, которая уже свила их хвосты, и быстро шмыгнул к вору. Под сердитым взглядом незнакомки и недоуменным взглядом всех остальных Наат спрятался за Тони и даже присел, схватив собственный хвост за кончик обеими лапами.       — Наат? Зайчик, что происходит? — она топнула ножкой и уперла руки в бока.       — Зайчик нашел того, кто больше подходит под его вкусы, — улыбнулся вор девушке, заведя руку за спину и касаясь ладони синтета. Рядом стоящий Могура непроизвольно прыснул, зажав себе рот.       Каю было странно и неловко. С одной стороны, увидев Зейна, он почувствовал облегчение и сейчас держался за него, точно зная, что тот его от домогательств оградит. С другой стороны, вот так с ходу парень не помнил, чтобы ему приходилось отказывать кому-то в таком искреннем порыве, а в голосе незнакомки было столько неподдельной обиды. Ну и с третьей, синтет вдруг для себя понял, что расстраивать женщину ему гораздо сложнее, чем мужчину, и стало гадко. Гадко еще и от того, что тот, кого на самом деле любила, ну, наверное, любила эта девушка, сейчас разлагался в ящике в углу ангара.       — Что?! — вспыхнула она. — Опять?! Я же только хотела тебя простить!       — Милая, найди себе другого, — Громов взял руку Наата и сжал ее, — этого мужчину я не отдам. Тут еще есть три победителя, попытай удачу с ними…       Со всех сторон раздался смех и свист. Вокруг дурацкой мизансцены собрались все незанятые сейчас участники, кто-то уже снимал, пару раз мелькнула вспышка.       — Да как ты?!.. — она взвизгнула и бешеной фурией бросилась на соперника.       Услышав свист, Зейн очнулся, вспомнив, что они вообще-то не одни.       «Та ма да…» — ругнулся он про себя, и тут же на него налетела ящерка, начав царапать ему лицо и дергать за волосы. И несмотря на то, что когти у нее были острые, ему стало забавно, как он прыгал от нее, а двойник Наата растерянно смотрел, ведь поднять руку он на девушку не мог.       — Женщина, это не поможет его вернуть, — увернувшись от захвата волос, улыбнулся вор, — Найдешь себе намного лучше…       Девушка взвизгнула и вновь кинулась.       — Наат, красавчик мой… — через зрителей пробрался Торен и нахмурился, — Сэтта, что тут происходит?       — Она решила меня простить, но… — фиолетовокожий покашлял, прочистив горло. — В общем… пока она думала, я нашел для нее замену, и вот они с этой заменой развлекают публику.       Он спрятал руки в карманы, но хвост все равно нервно ходил из стороны в сторону.       Глаза рыбоголового удивленно расширились, он показал на Громова толстым пальцем, продолжая смотреть на Наата.       — С ним?.. — голос сорвался. — С тем, из-за кого умер Цкитра? Я тебя боялся к нему подпускать, чтобы не убил, а ты…       — А я разобрался с тем, кто грохнул Цкитру, — очень вовремя Кай вспомнил предложение Зейна о том, как объяснить появление тела, — и забрал этого по праву сильного, у них так принято, как выяснилось.       Он тяжело вздохнул, глядя как растаскивают Тони с Сэттой.       — Тц-тц… — главарь приобнял фиолетового, оглядываясь вокруг. Он вспомнил, как позвонил Могура и рассказал, что в туалете убирали кровь и что участвовал Натт.       — Это он в карты выиграл. Он же у нас заядлый игрок, знаете же, — и потянул великана за собой. — Пойдем, в тихом месте поговорим, — оглянулся на парочку, которую пытались разнять, и отдал приказ своей охране: — Заберите их.       Синтет не стал сопротивляться и пошел вслед за своим боссом, размышляя о том, как теперь из всего этого выкручиваться. Вероятно, им дадут немного времени без присмотра, и можно будет быстренько слинять на «Серую стрелу».       Двое громил подняли девушку и Тони, закинув на плечи, и все двинулись в уединенное место.       Вся банда прошла внутрь бокса, и Торен закрыл за собой дверь. Вопреки ожиданиям, Громова с Сэттой унесли в другое место.       — Наат, — мужчина уселся на диван и закинул ногу на ногу, — тебе в самом деле нужен этот тип? Это из-за него ты изменил манеру вождения?       — Я не выспался и понял, что не вывезу, как обычно, и потому решил не рисковать и сделать так, чтобы соперников было поменьше, — синтет ударил хвостом об пол, подражая поведению разозленного Наата. — Это же регби, не? Тем более что журналюгам понравилось.       — Мальчик мой, я тебе про это десять лет говорю, — засмеялся рыбоголовый и, поднявшись, залез в бар, достав два бокала и шампанское. — Толпе нужно шоу… Тогда, даже если ты не придешь первым, тебя запомнят и будут приглашать еще. Аха-ха-ха… Как же я рад, что ты наконец послушал… Кстати, объявили, где будет следующий этап гонок.       — Не зови меня мальчиком, — огрызнулся псевдо-гонщик. — Где? — он покрутил головой, прислушиваясь и пытаясь понять, что происходит за дверями.       «Зейн, ты где?»       «На каком-то корабле… Малыш, я в порядке, но меня заперли… Опять… Тут какая-то мода на отсутствие замков внутри помещения. Это напрягает».       — На планете Драг, а конкретнее, в каньоне смерти, — Торен, разлив шампанское, подал его Наату, — то еще адово место… Все уже в предвкушении собираются.       — Отлично, как раз прокачусь туда на новом корабле, — Наат довольно ощерился. — Я говорил, что вместе с этим мелким мне досталось судно той парочки? Хорошая компенсация, скажи?       Он прошелся туда-сюда и подошел ближе к боссу, потирая лапы.       — Итак, сегодня отмечаем, а завтра двигаем на место?       — Да, — подал бокал главарь, широко оскалившись, демонстрируя мелкие заостренные зубы. — А Могура с ребятами уже туда полетели, им ведь еще машину подготовить надо. Твоя новая игрушка тоже там. Если надоест, только скажи, мы тебя быстро избавим от его присутствия… Но пока придется потерпеть. Как механик он действительно оказался хорош.       — Он и в постели моей бывшей фору даст. И без своей новой игрушки я не смогу попасть в мой новый корабль, — насупился Наат. — Он сказал, там ДНК-замки. Верни его, как минимум, пока я не перенастрою управление.       Парень принял бокал, чокнулся с боссом и выпил.       — Уф… — осушил бокал Торен и достал телефон, набирая номер. — Только если они не улетели еще. В противном случае вернетесь сюда после гонок… - пока он ждал ответа на звонок, лукаво покосился на Наата: — Уже и опробовать успел? Перед гонкой, что ли? — хохотнул мужчина.       — Прямо над трупом его дружка, — мерзко усмехнулся фиолетовокожий, продолжая цедить алкоголь.       Он пересказал происходящее Громову, держа его в курсе разговора с Тореном       «Уверен, я еще тебя ошарашил тем, что сам первый встал на колени и взял в рот член…» — хихикал Зейн, слушая Кая. — «Дверь открывают…»       «Два члена… У этого тела два члена», — усмехнулся Кай. — «Я почти уверен, что ты бы так и сделал, если бы нас не прервали».       «Два члена?..» — проскулил, не сразу очнувшись, — «Может, мы не сразу этот образ уберем?..»       — Еще не стартовали, — положил трубку босс, взяв сигару и закурив ее, предложил: — Будешь?       — Отлично, — псевдо-Наат взял сигару и провел под носом, вдыхая табачный аромат. — Может, в город? Или ты вызовешь сюда все, что нужно для хорошей вечерики?       Громов резко застыл, по телу прошла дрожь, и в паху потеплело, он сглотнул:       — Как ты захочешь, — выпив бокал, Торен подлил им еще: — Ты главный герой, тебе выбирать. Твою игрушку привезут, куда скажешь.       — Давай в «Облака», — Серый припомнил название с одного из рекламных щитов, украшавших стартовую линию, — и притащите туда Тони, пусть отрабатывает, — он сально хмыкнул, осушил свой бокал и встал, так и не закурив. — А я пока пойду сменю шмотки.       Кай покинул помещение и пошел в комнатку, где Наат, как он видел, уединялся и приводил себя в порядок. Там было не заперто, морф вошел внутрь, осмотрелся и тяжело выдохнул, прижавшись спиной к двери.       Держать этот образ было тяжко и по отыгрываемой роли, и по размеру, да и гонка эта изрядно прибавила адреналина. Не то чтобы ему не понравилось, нет, как раз наоборот, просто синтет чувствовал, что вымотался.

***

      К удивлению Тони, его притащили в дорогой ресторан. Играла ненавязчивая музыка, на расстоянии друг от друга стояли диванчики округлой формы. Повсюду от пола до потолка простирались стеклянные аквариумы, внутри которых плескались мелкие рыбешки неоновых оттенков, и в те моменты, когда они доплывали до стенки и разворачивались, то меняли свой окрас, создавая интересный световой эффект.       Тони проводили к одному из столиков, где уже сидели Наат и Торен. Они почти допили одну бутылку, и перед ними стояли тарелки с почти съеденными спагетти с соусом, которые шевелились и пытались уползти.       — Ты пригласил меня в ресторан, но оказалось — мы не одни, — вор обратился к синтету, показав на рыбоголового, и покрутил пальцем, охватывая их троих, захихикав: — У тебя какие-то интересные планы для нас троих?       «Если честно, он не впечатляет, мог бы кого поинтереснее и посимпатичнее найти», — уже мысленно продолжил смеяться Зейн, понимая, что вслух так даже шутить не стоит, чтобы еще сильнее не усугублять ситуацию. — «Как ты, Малыш? Выглядишь усталым… Вообще, не выглядишь, по этому лицу не понятно, но я уверен, так и есть».       «Когда ты пришел, стало гораздо лучше», — Кай взглянул на любимого и властным жестом протянул руку, предлагая тому забраться на диван к нему под бок. — «Я правда устал, но сейчас этот парад тщеславия кончится, и мы сможем вернуться домой».       Однако вслух он произнес:       — Твоя болтливость станет однажды причиной твоей смерти. Иди ко мне.       Громов, усмехнувшись, забрался под плечо, поцеловав Наата в грудь и приобнял.       — Ну, пока моя болтливость становится причиной смерти моих спутников, — вздернул брови вор и, увидев на столе шампанское, чуть скривился, но, тем не менее взяв бокал, подал ящеру. — Я тут подумал, может, поставить еще одну пушку сзади, чтобы стреляла электромагнитными снарядами, — он положил освободившуюся руку в район паха, пытаясь на ощупь почувствовать два члена. — Будет эффектно, а еще спереди можно бампер усилить для тарана.       Под штанами было гладко, половые органы убирались в полости в паху, как и у многих рептилий, прощупывался только бугор, откуда они должны были выходить.       — Дай мне разгрузить голову, — фиолетовый гуманоид сделал пару глотков и откинулся на спинку дивана, одной рукой по-хозяйски приобняв любовника.       — Выбери себе что-нибудь пока, скоро подтянутся гости нашего уважаемого Торена.       Громов заказал себе коньяк и, пока ждал, вновь положил руку на штаны, нахмурившись.       — Ты говорил, что два члена, — не выдержав, проговорил он, — а я и одного не чувствую…       Рыбоголовый поперхнулся шампанским и стал платком стряхивать капли.       — Я согласен с Наатом — однажды твоя болтливость станет причиной твоей смерти… — тут он замер и посмотрел на двойника: — Ты же говорил, что уже опробовал его?..       — Ты действительно хочешь знать все подробности о моих пристрастиях? — синтет посмотрел на босса, сощурив один глаз, — Особенно там, где это касается межвидового траха?       Кай очень любил в Зейне эту его несдержанность, но вот сейчас это было излишне, да и сам он зря наболтал. Не стоило… Он цапнул со стола закуску и принялся жевать, нарочито усугубляя неловкость своего встречного вопроса.       «Прости».       Громов поджал губы, сморщившись и поняв, что опять ляпнул лишнего.       Босс побледнел и выпил залпом, не моргающим взглядом посмотрев вначале на одного, потом на другого.       — Нет, лучше молчи и забудь, что я спросил, — проговорил он, покачав головой.

***

      В течение часа к столу подошло еще шесть гостей, которые очень воодушевлено поздравляли Наата с победой. Громов сидел рядом, и, казалось, его даже не замечали, что в принципе более чем устраивало.       При этом Наат его не отпускал от себя даже на секунду, обнимая и почти демонстративно держа руку у него на ягодице. Вопросов это не вызывало, скорее даже воспринималось как должное. О уже явно бывшей девушке никто даже не поинтересовался.       Синтет старался пить поменьше, опасаясь, что поплывет и потеряет контроль от усталости, вернувшись к начальному облику.       К концу шумного вечера, хотя уже скорее под утро, они вызвали такси, и через полчаса Зейн и Кай оказались перед своим кораблем.       — Ну… Я вроде достаточно прилично вел себя этим вечером? Даже никто не пострадал, — хихикнул он, глянув на парня: — Ты как себя чувствуешь?       — Покатит… — синтет погладил его по спине.       «Красавчик, открой шлюз, а то вдруг за нами наблюдают».       Он легонько толкнул вора в сторону корабля.

***

      Когда двери за ними закрылись, Серый немного ссутулился и шумно выдохнул, потерев ладонями лицо.       — Мне надо в душ… Смыть это все с себя, но сначала взлетаем и ложимся на курс, потом душ, сон и все остальное…       — На курс куда? — Громов то и дело поглядывал в область паха, но он понимал, что Кай сильно устал, поэтому пытался сохранить свои взгляды незаметными: — Тебе ведь понравилось гонять, я прав?       Кай дошел до лифта и ткнул кнопку, опершись спиной на стену.       — Понравилось… Но мы не забрали бокс с трупом, и в любой момент его могут найти… А еще мы все еще заминированы, но очаровашка Торен не сказал Наату об этом ни слова, — он скосил на Громова взгляд и невесело хмыкнул: — А тебе понравилось работать с болидом?       — Я подобной тачкой никогда не занимался, — мечтательно проговорил вор и невольно улыбнулся, — Да и если обнаружат, будет забавно удирать… А насчет мин… — он осмотрел корабль и проверил галовизор — Система безопасности молчит… Я не уверен, но мне кажется, их нет.       — Может, сняли, пока мы бухали в «Облаках»? — Кай воодушевился. — Ну… Если тебе тоже понравилось, то мы можем доиграть эти роли, чтобы не оставалось ощущения, что бросили интересное занятие на полпути. Благо… Тут еще не знают, кто такой Зейн Громов, и если твою морду растиражируют новостные спортивные ленты, то это не выведет на тебя очередного Тэссила.       — Ха-ха… — наигранно хохотнул вор и треснул Наата по заднице, — Моя морда в этой вселенной не была, поэтому, конечно, ее не знают… Не знали…       Лифт приехал, и Кай направился в каюту управления, навстречу выскочил Хали и встал перед парочкой, но потом стал принюхиваться и подбежал ближе, навострив ушки, шерсть встала дыбом. Серый остановился.       — Кажись, не признал…        — Ты очень на себя не похож, даже пахнешь не как обычно… Хотя у меня не такой хороший нюх, как у тебя, конечно, — Хали подбежал к вору, и тот взял его на руки. — Но все равно отличаешься… И членов два… — не в тему проговорил он, покосившись на Наата. — Ты хоть покажешь? Никогда такого не видел… Я приставать не буду… наверно…       — Не будет он, как же, — Кай улыбнулся шире и протянул лапу зверьку, давая ему себя обнюхать. — Ну что, лупоглазый, тебе придется к такому привыкнуть.       Хали цапнул его за палец лапками и тщательно обнюхал, а после потянулся и подергал за одежду, вроде как успокоившись, но все равно поглядывал подозрительно.       Они положили корабль на курс, и Серый утопал в их каюту. Пока Зейн заканчивал с проверкой систем, парень сбросил одежду и ушел в душ, как обычно не закрыв за собой двери.       — Малыш, я понимаю, что ты очень устал, — вор зашел в душевую, — но я могу же просто посмотреть, как ты моешься. Не против?       — Иди ко мне, — Кай обернулся и протянул к нему лапы, пока с тела потоки воды смывали пену. — Пока я в сознании, я никогда не буду слишком усталым для тебя.       Он заключил вора в объятия и уткнулся губами ему в макушку.       — Тени… — он прикрыл глаза, — прости меня…       Зейн, опешив, обнял синтета в ответ и поднял голову, посмотрев в глаза.       — За что? — не понял он, сощурившись, — Ты надурил с двумя членами?       — Я был неосторожен, — Кай только хмыкнул и отступил на шаг, утаскивая любовника вместе с собой под душ.       Он стал гладить Зейна по плечам и спине и наклонился к поцелую.       Такая разница в росте была непривычно большой, и было немного неловко.       — ТЫ был неосторожен? — вылупил глаза вор и положил руки на щеки, — Ты был вуан дан ти осторожен. Поэтому не наговаривай на себя. Надеюсь, мы оба понимаем, что мой необузданный язык может приносить не только удовольствие, но и проблемы… И не только язык… — вздернул брови вор и прильнул к губам, вначале нежно и томно, постепенно углубляя поцелуй и проникая языком внутрь.       Кай подхватил его под задницу, приподнимая над полом, все сильнее увлекаясь поцелуем.       Зейн почувствовал, как между их прижатыми друг к другу телами в районе паха Наата выдвигается сдвоенный член, два ствола расходились головками чуть в стороны.       Зейн чуть склонил голову, улыбаясь, закусил губу и покачал задницей.       — Джинг дайиле, — он поднял подбородок, с прищуром глядя в серые глаза, — реально два…       — Ну, технически один, но… — синтет смутился и покачал головой, отводя глаза.       Он хвостом нажал на кран и выключил воду, перехватил любовника поудобнее и понес его к кровати на руках.       — Ты не против, если я упаду кверху пузиком, а ты повзаимодействуешь с новыми игрушками? На самом деле, ты ко мне так жался на тусовке, что я буквально представлял себе, как я буду лежать в подушках, а ты меня оседлаешь и обслужишь… М-м… Чарующая картинка…       — Ты можешь отдыхать в подушках, — Зейн поерзал в обхвативших его руках, — я сам все сделаю, — он вновь впился в губы.       Псевдо-Наат с размаху плюхнулся в постель, рассчитанные на почти трехметровых симарийцев интерьеры позволяли не страдать о том, что будет слишком тесно даже сейчас. Он разжал хватку и завел одну руку за голову, второй проводя вдоль бока Зейна. Сейчас стройный худощавый любовник казался совсем маленьким и хрупким, вызывая приступ нежности.       Громов понимал, что Кай сегодня очень устал и собирался показать, насколько он благодарен тому, что даже сейчас синтет потакает его прихотям.       Как только он оказался сверху, он поцелуями спустился вниз, остановившись около паха.       — Так они еще крупные, — облизываясь проговорил он и поднял взгляд на Наата, — еще и с шипами на головке… Интересно…       — Уверен, что тебе такая экзотика не повредит? — Кай чуть склонил голову, глядя с томным любопытством.       Рептильная шкура была гораздо менее чувствительна, чем человеческая кожа или тем более шкурка начального облика, и прикосновения казались очень мягкими, но без щекотливого трепета.       Наат провел языком по нижней губе и глубоко вдохнул, осязая гамму запахов от возбужденного любовника.       Громов задумался и обхватил губами член, насадившись, поиграл языком.       — Они довольно мягкие, — проговорил он, отпустив орган, и прищуренно улыбнулся глазами, — думаю, я справлюсь…       Вор облизнул ладонь и вновь насадился ртом на плоть, а рукой обхватил второй орган.       Синтет чуть прикрыл глаза и медленно протяжно выдохнул, пробуя новое ощущение, тело постепенно наполнялось томной горячей тяжестью, отзываясь на ласки.       Зейн начал не спеша, изучая свои возможности с новой формой. Мягкие шипы щекотали горло, от чего оно непроизвольно сжималось, еще плотнее обхватывая ствол. Рука двигалась в такт с головой, и с каждым движением чувствовалось, как члены становятся все тверже и больше.       Вор сам от происходящего заводился все сильнее, его орган стоял колом, и на нем проступила вязкая капелька.       Тяжелое дыхание разбавили низкие тихие стоны, Серый наблюдал за своим человеком зачарованно, не смея отвести взгляд.       В который раз Зейн поражал его своим абсолютным безоговорочным принятием любой формы и вида, своим интересом, своей страстью…       — Мое сокровище… — прогудел он совсем тихо, — мой потрясающий… Красавчик, ты. Мха-х…       Вор ходил ртом вдоль ствола, смакуя и наслаждаясь проникновением органа в него, что заводило настолько, что из его члена секрет уже длинной ниточкой стекал на матрас, а внутри все зудело так, что он, не выдержав, свободную руку завел назад и проникнув в себя, застонал.       Умелый рот постепенно подводил к пику, а ласкавшая рука добавляла сдвоенных ощущений, которые не давали сосредоточиться для того, чтобы продержаться подольше.       Кай застонал громче и вцепился когтистой лапой в простыни, еще пара движений, и он выплеснулся сразу из двух концов горячим густым семенем.       Вор не спеша вытащил член изо рта, продолжая слизывать его. Он поднял голову, весело глядя на морфа, растирая в руке сперму.       — Малыш, извини, но отдохнуть я тебе дам немного позже, — Зейн подтянулся выше и, размазав по члену его же семя, насадил себя на него. Это мгновенно довело и так возбужденное тело до пика, и мужчина, застонав, кончил.       Слазить вор не стал, а начал двигаться, обхватив руками, второй член Наата одновременно со своим.       — Тени, какой ты узкий… — Кай взвыл, Громов стиснул его едва ли не до боли, казалось, если он перестанет двигаться, то просто передавит синтету член.       По телу прошла судорога, и, не сдержавшись, Наат схватил любовника за бедра и стал вбиваться в него снизу.       — Мха-а-а… — Зейн, застонав и прикрыв глаза, поднял голову вверх. — Это не я узкий, это ты вуан дан ти большой… — он весь покрылся испариной, было так жарко, так хорошо. — Я думал и второй в себя запихать… Аха-ха-ха… но уже не так уверен, что он влезет…       — Не все сразу, Сирена…       Кай резко толкнулся вверх, прижав к себе Зейна, затем еще… Четкими резкими толчками он брал любовника, теряясь в ощущениях, хотелось быть глубже и ни на секунду не выпускать.       Когти сильно сжали бедра, оставляя ссадины, Серый выгнулся и обвил Громова хвостом, прижав руки к телу. Тело пробила дрожь, Зейн отпустил члены, так как морф крепко сжимал его. Глаза закатились. Проникновения граничили с болью, а стоны стали лишь громче.       — Еще…       Кай продолжал, раз за разом проникая в податливое тело, которое постепенно приспосабливалось, и член внутри скользил свободнее.       Он остро ощущал то, как внутри горячо, как обнимают ласковые стеночки, а еще то, как невольно извивался Зейн в его хватке…       Шипы на члене дополнительно стимулировали эрогенные зоны. Все внутри было очень чувствительным от недавнего оргазма, и проникновение ощущалось очень ярко. Вор терял голову от происходящего, а невозможность даже пошевелиться из-за сковывающего руки и тело хвоста прибавляло остроты.       Загнанный до упора член запульсировал, заполняя Зейна, на бедро брызнуло из второго, и хватка хвоста немного ослабла, но синтет продолжал двигаться, доводя любовника до завершения.       Вор чувствовал, как наполняется семенем, что вытекает из него, как продолжает пульсировать в нем член Наата, и, насадившись особенно резко, чуть вскрикнув, вновь кончил, смешав их сперму.       — Малыш, тебе не кажется, что мы кончаем раньше обычного? — с придыханием и тяжело дыша, проговорил он.       — Просто один устал, а для второго великовата игрушка, которую он в себя засовывает, — Серый заурчал и повернулся на бок, хвостом он снял с себя вора и уложил рядом, только после разжав хватку. — Мне кажется, стоит немного нежнее обращаться с тобой, такой чувственный… И я хорошо знаю, как сделать так, чтобы ты кончил.       — Да… ты знаешь как… — Громов, улыбаясь, обнял Наата и поцеловал. — И не надо нежнее, ты и так самый нежный из всех, кого я знаю. Куда уж больше…       — Если я нежнее… — синтет приобнял любовника за плечи, поглаживая по спине, — Мягче… Медленнее… Я могу быть с тобой гораздо дольше до того, как ты кончишь первый раз.       — Я пока не привык к такому обращению, — подмигнул вор, посмеиваясь, — не злоупотребляй… Да и все-таки в сексе мне больше нравится жесткость. Как и тебе, должен заметить, но я очень ценю те моменты, когда ты сверхласковый… Такие моменты тогда очень запоминаются и западают в душу. Поэтому дозируй, — Зейн провел ладонью по контуру лица, рассматривая чешуйки, и улыбнулся. — Ты продолжаешь меня удивлять своими способностями… Не понимаю, как ты мог считать себя ненастоящим. Ты намного больше, чем думаешь о себе. Особенно для меня.       — И поэтому ты для меня все, — метаморф медленно оплыл, принимая начальную форму, он уперся лбом в лоб и прикрыл глаза, продолжая обнимать своего человека, — Я так тебя люблю…       — Я знаю… Я тоже тебя очень люблю, моя душа.       Зейн нежно поцеловал Кая, и, оставшись так лежать, они оба незаметно для себя уснули в объятиях друг друга.