Любовь на стриме

Солнечные лучи прорываются сквозь приоткрытые шторы, и я зарываюсь лицом под подушку. На дворе — раннее утро, а гаденький будильник во всю трезвонит приблизительно в десятый или сто первый раз. Мы совсем недавно вернулись с курорта, я стримил до четырех утра и все никак не могу вернуться к привычному ритму жизни. — Денис, вставай, — раздается голос Марка. — Уже час дня. — Не «уже», а всего, — бормочу из-под своего укрытия я. — Ты хотел явить свой заспанный лик миру пораньше, — напоминает Марк, — чтобы заняться важными делами. — Тихонько скрипит кожаное покрытие игрового стула, когда он ко мне поворачивается, откладывая наушники на стол. — Важными — это, полагаю, посмотреть побольше видосиков и позаниматься великим ничегонеделанием подольше. Запускаю в Марка подушку, а он, смеясь, ловит. — Я собирался отснять разбор нового героя, забрать из пункта выдачи кеды и… и кое-что еще. Марк вскидывает бровь, но никак не комментирует последний пункт, скрытый под завесой тайны. — Теперь точно проснулся, — заключает он. Падаю головой на матрас. Марк кидает подушку обратно, я перехватываю ее одной рукой, опускаю рядом с собой и смотрю на пальцы, располагающиеся на черной наволочке. Солнечный луч падает на серебряное покрытие, отражается и бликует на светлой поверхности. Парные кольца. И это совсем не точная их характеристика. Стойте-стойте, подождите! Да, я уже упоминал данный факт, но вы ведь не знаете, при каких обстоятельствах и как именно все произошло. Поэтому задержитесь, я очень хочу рассказать вам небольшую историю. Заверяю вас, это в последний раз.

~

В начале зимы, когда еще тепло и первые морозы не касаются кончиков пальцев, вынуждая прятать руки в карманы, Марк выдает следующее короткое распоряжение: «Будь готов к семи. И надень костюм». Больше ничего не говорит. Я хлопаю глазами, переваривая полученную информацию. Первая мысль: «Мероприятие от клуба?» — и ее я сразу отметаю, потому как о подобном всегда сообщают заранее. Вторая: «Свидание?» — и она приводит меня в легкий ступор. Мы никогда не ходили на свидания. Ну то есть в прямом смысле этого слова. Мы бывали вместе в пабах, кофейнях, кинотеатрах и увеселительных заведениях, но все эти мероприятия не имели официального статуса, если у свиданий вообще может быть таковой. Таким образом одним зимним вечером мы оказываемся в ресторане высокой кухни. Марк заказывает приватный столик и дорогой алкоголь. На нем костюм — черный, идеально сидящий по фигуре, белая рубашка и даже галстук. Я — ничем не хуже, в классических брюках, отглаженной рубашке и жилете, обтягивающем талию. И я представляю, как спустя несколько часов буду галстук Марка накручивать на руку и тянуть на себя. Развязывать, но лишь запутывать узел сильнее, и ощущать в пальцах прохладную, гладкую ткань. Предвкушение растекается вязким и сладким аперитивом внутри. Уютное пристанище с бархатными диванчиками и двухместным столиком отделяет нас от всего мира. Марк принимает из рук официантки бутылку и сам разливает вино, а я с замиранием дыхания наблюдаю за точными движениями его рук. Как в приглушенном свете бликует покрытие часов на левом запястье, как белые манжеты выделяются на фоне слегка смуглой кожи. Даже здесь Марк делает все профессионально: его пальцы смыкаются на дне бутылки, наклоняют — и красная жидкость поочередно наполняет бокалы. Мы просто разговариваем, негромко смеемся и пробуем блюда с интересными сочетаниями, на которые в любой другой день я бы и не взглянул. Они… необычные. И все вокруг кажется каким-то необыкновенным. Атмосфера завораживает. Закатываю рукава рубашки, совершенно неприлично упираюсь локтем в стол и подпираю ладонью щеку, слушая голос Марка. Когда покидаем заведение, на улицах уже совсем темно. На Марке надето черное пальто, на мне — оверсайзный черный бомбер с белыми полосками. Но мы оба выглядим как-то по-особенному. Улицы искрятся фонарями и вывесками магазинчиков, вдоль которых мы неспешно прогуливаемся, пока торопящиеся люди вокруг огибают нас быстрым шагом. Их спины теряются, размываются на общем фоне. Марк останавливает движение у арки, уже украшенной ветвями елей. Озираюсь по сторонам, проникаясь красивым видом. Во мне теплится вино и беззаботное настроение, потому я запоздало замечаю, что Марк притих и просто смотрит на меня. — Денис, — негромко, фактически серьезно произносит он. Поднимаю взгляд, задерживаю дыхание. Встречаюсь с карими глазами, темными и отражающими яркие окружающие огни. Красивыми всегда, но в этот момент — запредельно. Очаровывающими и лишающими равновесия. Ощущаю, как сердцебиение ускоряет ритм. Интонация голоса Марка говорит мне гораздо больше слов, но вспыхивающее в голове предположение кажется сказочным вымыслом. Не может быть. — Выйдешь за меня? — легко говорит Марк, с мягкой улыбкой чуть склоняя голову вбок. И это странно. Я ведь не могу в действительности выйти за него. Не с этими абсурдными законами, глупыми правилами и нелепыми порядками. Разве что в другой стране? Или, возможно, даже в другой вселенной? Существует ли вообще место, где можно просто жить свою жизнь, радоваться успехам и не получать осуждения за то, что осуждаться не имеет права? А если нет, то тогда оно здесь и сейчас? — Выйду, — шепчу ответ. Прохладные пальцы касаются моих, и лишь в этот миг я обращаю взгляд на кольцо в руках Марка — светлое, плоское, точь-в-точь обручальное. Гладкий металл скользит по коже до упора. Выделяется и привлекает к себе все мое внимание. — Нам ведь необязательно требуется одобрение государства, чтобы дать друг другу парочку клятв. Пальцы Марка аккуратно сжимаются на моих. Боковым зрением вижу золотистый свет, выбивающийся из широких окон удачно подвернувшегося здания. Свободной рукой вынимаю телефон, обращаю взор на время на экране, следом — на вывеске. И у меня есть ровно одна минута. — Стой здесь, — резко отдергиваюсь я. И распахиваю двери в ювелирный магазин. Девушка у прилавка поглядывает на часы, вздыхает и без боя смиряется с поздним клиентом. — Здравствуйте, — произносит она с усталой улыбкой. — Что вам подсказать? На автомате отвечаю приветствием, наклоняюсь к витрине, указываю на идентичное моему кольцо и прикладываю свое к кольцемеру, выявляя искомый размер. Я много раз сжимал руки Марка, трогал и рассматривал, чтобы знать, что пальцы у нас одинаковые. Его чуть-чуть длиннее, но ширина такая же. Заявленного размера кольца не оказывается в наличии, но участливая девушка предлагает мне другое — аналогичное, но незначительно шире. Меня устраивает. — Спасибо, — произношу, прикладывая карту и забирая покупку без упаковки. — Вы лучшая, правда. Миловидная девушка слегка заливается румянцем и кивает. Выскакиваю на улицу, где едва не врезаюсь в Марка, располагающегося на прежнем месте. Его руки скрываются в карманах брюк, а распахнутое пальто ровными складками ниспадает за спиной. Глубоко вдыхаю, вытягиваю к нему руку, и Марк улыбается — не широко, но незнакомо застенчиво. Вкладывает руку в мою. И я плавно надеваю на его палец кольцо. «А ты выйдешь за меня?» — единственный вопрос, который есть у меня в голове. Однако я справедливо считаю его бессмысленным, потому как ответ уже здесь, между нами и в нас самих. — И в горе, и в радости… — негромко усмехаюсь, рассеивая затишье. Марк проводит кончиками пальцев по моим. — Никаких в горе и радости, — произносит мягким тоном. Его рука опускается на мою талию, заныривает под бомбер и тянет на себя. — Просто — всегда, — почти шепчет он. И я, обнимая Марка за спину, смеюсь в его плечо, а над нами раскидываются еловые ветви, и их аромат кружит голову. Вокруг простираются длинные улицы, озаренные яркими огнями. А в центре груди распространяется какой-то детский, сияющий восторг.

~

Я же говорил, да? Что не займу много вашего времени. Но это правда имеет много значения для меня, поэтому я не мог не рассказать. Между тем я таки выбираюсь из пригретой постели, записываю видеоролик с разбором и загружаю на Ютуб. Забираю новые кеды и закупаюсь в магазине продуктами для заветного неозвученного пункта. Да, вы правы, шеф-поваром меня не назовешь, но руки у меня из положенного места растут, так что приготовить пусть и не особо роскошный, но все же вкусный ужин я способен. Этим я и занимаюсь. Нарезаю мясо, отбиваю и запекаю в духовке. Чаще всего мы питаемся доставками, так что без сомнений сегодняшний вечер — что-то выдающееся. Накрываю на стол и поджигаю несколько свечей — для атмосферы. Марк, подпирая плечом дверной косяк, присвистывает. — У нас сегодня праздник? — улыбается он. — У тебя каждый день праздник, — подмигиваю я. — Потому что ты живешь со мной. Марк, запрокидывая голову, смеется. Проходит к столу, и я по-джентельменски отодвигаю ему стул. В помещении остается лишь свет свечей, мягко озаряющий лицо Марка. И я улыбаюсь, чокаясь с ним бокалами. Теперь, кажется, вы знаете всю историю. Только — тсс — слишком много не болтайте! Я пока что рассказываю ее немногим, так что, если я поделился ей с вами, значит, вы и впрямь имеете на это особое право, окей? Я вам доверяю. А когда-нибудь потом, сквозь года, рассветы и множество дней, возможно, я и сам расскажу ее всему миру. Кому-то она обязательно понравится, кому-то — не очень, а кто-то и вовсе пройдет мимо. Но для меня она всегда будет очень важной. Потому что она — моя небольшая и искрящаяся жизнь.