Рождённые умереть

Шум телевизора глухим эхом отдавался в ушах, громкость стояла на максимальной. Отрывки чьих-то фраз, новинки в мире кино, нападение на туристов в Чикаго, пожары в Финляндии, он слышал всё и при этом абсолютно ничего. Вся информация слетала с головы сразу же как только подступала, и всё это лишь бы не слышать собственные мысли. Взгляд не сфокусирован, всё что он видит – размытые разноцветные картины, меняющиеся ежесекундно. Он ничего не переваривал, не задумывался, в одно ухо зашло – со второго вылетело. Сонхун плакал. Плакал и плакал, вновь и вновь пока сил на слёзы не осталось вообще. Тот день когда он официально остался один, и та тёмная ночь, наполненная чувством всепоглощающей пустоты и раздумьями о собственной беспомощности, была подобна скверной вечности где он вновь и вновь оставался один. Каждая его попытка уснуть приводила к поражению, как только он закрывает глаза, всё произошедшее – что сегодня, что в далёком прошлом – беспощадно начинали терзать его изнутри. Для него та ночь была бесконечной. — А теперь к срочным новостям – сообщала симпатичная тётя с той стороны экрана, но Пак в этом заинтересован не был — Сегодня в восемь двадцать три утра было обнаружено тело мёртвого парня.. Еще один мертвец и еще одна грешная душа покинувшая барьеры этого мира. Интересно, что он чувствовал перед смертью? — Тело парня обнаружил пожилой арендодатель, который приходил к жильцу за арендной платой. К огромному счастью личность погибшего установить удалось. Им оказался девятнадцатилетний студент университета Сонгюнгван – Нишимура Рики – столь родное имя слетевшее с чужих уст разрезал слух. Взгляд сфокусировался мгновенно. — Следствие предполагает что это было самоубийство. Самоубийство. Слово вбилось в голову гвоздью, застряло в языке, губы приоткрылись в немом шоке. Нет. Это не может быть правдой ни при каких обстоятельствах.. Нишимура ведь силён, гордость не позволила бы ему это сделать.. А что если дело не в гордости вовсе? Сонхун ощутил себя так, словно роковая пуля прошла сквозь него, продырявив его в самое сердце. Ощутил себя так, словно опробовал вкус смерти, не умерев. Внутри вдруг что-то треснуло. Озарение. Парня охватила паника. Страх. Тревога. Он в ступоре смотрел на экран телевизора на протяжении пару десятков секунд, а после во мгновенье рванул в сторону выхода из квартиры. Боль возникшая в коленях была с упорством проигнорирована, Пак ринулся вниз, перепрыгивая через 2-3 ступеней разом. Вылетел с подъезда молниеносно, чуть не сбил заходящую старушку, на спех крикнув "извините". Выбежал прямо на дорогу, остановил машину и плетя языком, не сильно разборчиво, умолял водителя довезти его к дому друга. При иных обстоятельствах, Сонхун бы ни за что на свете не позволил бы себе такого поведения, но сейчас обстоятельства не самые лучшие, да и тем более он вовсе не отдает себе отчёта в том что делает. Лишь бы успеть, лишь бы успеть, лишь бы успеть крутилось в его голове, но к чему именно нужно успевать, если было уже позднее не куда? Прерывистое дыхание, обеспокоенные глаза носящиеся из стороны в сторону, сжатые губы и легкая дрожь в руках. Всё говорило о том каково его состояние. Страх перед неизведанной болью заполоняло всё тело, в голове на репите прокручивались последние запомнившиеся воспоминания. Воспоминания о тех днях, когда они были вместе, в последние столь больные разы. Ему вспомнились те дни, когда они вместе убежали далеко за город, прячась в старом частном доме. Вспомнились мгновенья когда они сидели смеясь до потери пульса. Страху никогда не было места когда они были рядом друг с другом. Они те люди что отыскали в друг друге уверенность в завтрашнем дне.   Нишимура Рики которого знал Сонхун, не мог прервать свою жизнь так просто. Этому явно была причина, но какая именно? Приятное вдруг сменилось обидным. Он вновь вернулся в тот день когда японец оставил его одного на мосту, но сколько бы Пак об этом не думал, он не мог найти ответа на вопрос "почему?" Вопросы водителя об его имени и о том куда он так торопится были проигнорированы, и мужчина понял что парню вовсе не до этого. Машина доехала до места назначения. Сонхун выбежал с автомобиля не сказав даже 'спасибо'. "— Псих." подумал водитель, но ведь и психи имеют право на собственные чувства и обстоятельства, не так ли? С каждым шагом он был все ближе и ближе, сердце стучало в бешеном темпе. Лишь бы успеть, лишь бы успеть, лишь бы успеть – вновь в голове, но вопрос о том куда все еще не закрыт. Парень лиха пробежал около сотрудников милиции и со скоростью молнии залетел в давно знакомый подъезд. С каждой пройденной ступенью боязнь чего-то неизвестного охватывала тело все сильнее. Он бежал вверх, не жалея своих ног. Он бежал на встречу с ним не жалея себя. — Парень тебе сюда нельзя! – остановили его прямо у входа в квартиру — Здесь ведётся следствие! Сонхун яростно вырывался из чьих-то крепких рук, неожиданно его схвативших, не слышал ни чьи реплики. Дёргался из стороны в сторону, готов был драться, так словно на кону его жизнь. — Отпустите меня! – кричит он — Я должен увидеть его! Я должен увидеть своего друга! Отъебитесь от меня уроды! Оскорблений ссыпалось немало, порой даже казалось что их мало будет цензурить. Сонхун сам того не понимая впал в состояние отчаяния. Он сам того не понимая, отвергал происходящее. Отрицание — человек начинает сомневаться в событиях и неосознанно отвергает их. — Убью каждого, пустите! – вновь кричит он, срывая голос до хрипоты. Отрывается от одного, толкает второго в сторону, и забегает внутрь. До боли знакомая квартира ставшая такой родной, за столь короткое время, сейчас была другой.. диковинной и чуждой, и причина этому – его возможное отсутствие. Это жилище, эти дырявые потолки и комнаты считались для Хуна родными только потому что Нишимура был здесь, а там где Нишимура – всегда дом. В центре квартиры, посреди гостиной, прямо на деревянном полу лежит тело, покрытое белой тканью. В метре от тела – несколько людей, что с недопониманием застыли глядя на только забежавшего незнакомца, но незнакомец этот не смотрел на них вообще. — Рики.. – прошептали искусанные губы. Один из сотрудников что находился здесь, тихо вытащил рацию, дабы вызвать подмогу, но его действие было вдруг прервано следователем, который вытянув ладонь перед ним, дал тому понять что этого делать не нужно.   Дрожащие ноги вели того прямо к нему. Пак упал на колени, чувствуя как в груди всё сжимается от боли. Злость — на данной стадии люди могут задумываться о том, почему именно они оказались в такой ситуации, а не кто-то другой. Утрата. Самая ужасная, какая только может быть, утрата. Боль охватывала всё тело, ломала конечности, не жалея. Оно не жалело и без того измученного жизнью парня, не жалело его, ставя в никуда. Почему именно ему нужно переживать все это? Почему именно он проживает именно эту жизнь? Среди миллиардов других людей, судьба выбрала именно его в качестве цели для издёвок. Ужасное клише, заезженый сюжет. Лихорадочной дрожью, он тянет руки к краю белой ткани, открывает аккуратно, а в один момент просто застывает, не имея воли продолжать. Перед глазами его прекрасное лицо. Все те же пухлые губы когда-то шептавшие ему слова поддержки. Закрытые веки и подобные лучам солнца золотые волосы. Его рука застыла у его лица, он не смел к нему прикасаться, как бы ни хотел. В глазах вдруг появилась солёная пелена, перекрывающая весь взор.   Холодный рассвет унёс его душу в иной мир, оставив второго здесь, заставляя тонуть в этом мрачном холоде именуемый жизнью. Их разделили несправедливо, не по их воле, не по воле случая. Поверните время вспять и превратите эти воспоминания в реальность, прокручивая сотню миллионов раз. Дайте им возможность быть вместе. Дайте им жизнь, а не существование. — Он ведь не умер, да..? – спрашивал он в бреду, сглатывая комок боли — Рики ты ведь не умер, да..? Присутствующие что молча наблюдали со стороны, начинали с  жалостью смотреть на этого парня, с умирающей надеждой спрашивающего у них об его 'состоянии'. 'Они были хорошими друзьями, это видно' думалось каждому, но были ли они друзьями? Рана подобно яду, расползалась по всей грудной клетке, водопадом хлещя кровью. Боль усиливалась с каждым разом, сердце пропускало долгие удары, а душа так и разрываясь на мелкие крупицы, отчаянно кричало о том о чём упёрто молчали уста. Торг — человек начинает торговаться с собой, обещая измениться, чтобы все вернуть обратно. Друзья.. Друзья.. Были они друзьями вообще, если Рики столь эгоистично оставил Сонхуна одного в этом жестоком и презренном мире? Нишимура ведь изначально эгоист. Всю свою жизнь думал лишь о себе, других себе в ровню не ставил, так почему Пак думал  что он сможет станет исключением? Может ли он вообще убиваться по смерти того, который его вообще себе в друзья не вставлял? Где та гордость что служила почвой под его ногами? Где его решительность, где сам Пак Сонхун? Нет.. Нет. Торг провален. Он лишь ищет пустые причины, дабы его возненавидеть. Возненавидеть чтобы не было больно самому. Он лишь отвергает реальность, отказываясь принимать действительность таким каким оно есть. Избегает правды, боится оказаться прямо перед ним, но сейчас сама правда лежит прямо перед ним. Он опускает голову, нависая над ним. Слёзы вытекают с глаз, растекаясь подобно реке. Солёные капли падают на белый покров, приземляясь прямо на него. Он и так рыдал последние пять дней, с тех самых пор как оказался брошенным в мосту, но как оказалось, пять дней – это вовсе не предел. Нишимура Рики мёртв и это принять нужно, но Хун не готов. Ему страшно. Страшно от потери. Страшно от сковывающей всю грудную полость боли. Страшно от одиночества распирающего его. Страшно от этой несправедливой реальности. — Ты ведь обещал вытащить меня из этого состояния.. – не стесняясь рыдает парень, глядя прямо в лицо мертвеца — Обещал что будешь рядом до конца, пока наша смерть нас не разлучит..! Слова слетали с горечью и с заполонившую всю душу болью. Его смех стоящий в ушах, улыбка перед глазами, и чувство счастья рядом с ним – всего этого больше не будет, будет лишь воспоминания что будут напоминать Сонхуну о том каким была его жизнь рядом с ним. Его существование разделённое на до встречи с парнем, и после начала дружбы с ним, вновь поделилась так же, но в этот раз 'после' было больным и ужасным. — Ты обещал мне море.. обещал мне мир где нас не будет знать никто..! – больно. До ужаса больно. А от этой боли ничтожно. От неё не убежать, не скрыться. Она висит тяжелым грузом в груди, раной в сердце и ужасным отпечатком на душе. Его больше нет. Он мёртв по своей воле, причина возникновения которого неизвестна никому.

Депрессия — люди испытывают чувство пустоты, осознавая, что жизнь уже не будет такой, как прежде.

*** Неоновый свет, шумная музыка и целующиеся парочки в углах, обжимающиеся под гнётом острых страстей. Диджей который то и дело что-то вставлял, менял и если была нужда - переподключал и давал жару. Громкие басы отдающиеся в голове громким эхом; сердце что стучало в унисон с играющей на фоне всех его мыслей музыкой. Вечеринка в честь поступления в университет - проходила отлично, но хорошо было не всем. Пак Сонхун не знает что он здесь забыл и зачем сюда пришёл если знал что в этом нету никакого смысла. Без него всё будет так же как и с ним, ибо его присутствие здесь, банально не имеет значения. Он не напивается и не отрывается по полной как сидящий напротив него Ли Хисын, он не раздаёт весёлые шутки, заставляя всю компанию за столом смеяться так как делает это Хван Хёнджин и он даже не проявляет никаких эмоции и интереса как это делают все остальные. Ему это банально неинтересно, ну или это он неинтересен в этом. Сонхун уже жалеет что пришёл сюда, хотя с самого начала понимал что оно таким будет. Все сидящие за столом люди - живые. У них есть желания и цели, из них ручьем льются эмоции, их действия и поведение отдаются молодостью которое они тратят для себя. Сонхун бы хотел им завидовать, но все эти чувства по типу зависти, боли и прочего это лишь почва под его ногами, что не даёт ему упасть, хотя казалось бы падать дальше некуда. Дно давно пробито и с этим он смирился, потому что иных вариантов нет и вряд-ли когда-нибудь будут. Он брошен был в борьбу со дня своего рождения и к сожалению на эту битву у него не осталось сил. — Эй, тебя ведь зовут Пак Сонхун? - смех звучавший отовсюду вдруг стих, и со всех сторон на Сонхуна были направлены косые взгляды. Кто-то смотрел с насмешкой, а в чьих-то глазах он прочитал жалость. Жалость к себе. Хёнджин с пирсингом на брови и нижней губе, с черными очками и красной рубашкой, стоял смотря на Пака в ожидании ответа на свой вопрос. Ему был любопытен этот тихий парень и интерес он мог проявить только сейчас. — Да. Коротко и без всего лишнего, слишком чётко для того кто вечно молчит. — Рад знакомству. Я Хван Хёнджин - лисье улыбаясь произнёс он, протянув руку брюнету. Сонхун с абсолютным безразличием во взгляде с начало глядел на Хвана, после на его руку, а потом и вовсе повернул голову в другую обратно, глядя куда-то перед собой, проигнорировав жест второго. — Не знакомлюсь. Чувствуя себя оскорбленным брюнет меняется в лице и убирает руку. — Ах вот оно как.. - имитируя разочарование выдыхает Хёнджин, а после вновь спрашивает — А причину хоть узнать можно? Или тебя не привлекают шумные люди? Взгляды со всех сторон горели от любопытства. Любому другому уже было бы некомфортно из-за такого вида внимания, но не Сонхуну, он кже свыкся с подобным, ему это безразлично. — Меня никто не привлекает. — Пф - пустил смешок Хван — Еще скажи что девственник. Впервые за весь вечер Пак поменялся в лице и лицо его озарило явное отвращение. — Это тут причём? - нахмуренно спросил он, вновь взглянув на собеседника. — Так это правда что-ли? - спросил второй так, словно раскрыл столь заветную вселенскую тайну, а после начал смеяться во весь голос. Толпа повторила его действия. Над ним начали смеяться все. — Люди послушайте ка только - привлекая к себе еще больше внимания стал размахиваться Хван, громко всех окликая — Наш новый сокурсник Пак Сонхун ни разу не спал с девушкой, ха-ха-ха! Все за столом залились смехом, а некоторые и вовсе стали шептаться между собой, косо поглядывая на парня, чье тело уже распирало от дискомфорта неприятно засевшего в груди. Он с презрением и отвращением смотрел на Хенджина, что улыбался и смеялся вместе с толпой, кидая мерзкие шутки. — С каких пор быть девственником в девятнадцать лет это позор? - вдруг послышалось где-то с другого конца стола. Голоса вновь стихли и все взгляды уже направились на другого парня. Сонхун повторил за ними. Вдали ото всех, облокотившись об спинку дивана и закинув ноги прямо на стол, сидел парень с блондинистыми волосами. Зоркие глаза, пухлые губы, идеальный профиль лица. По виду он казался младше Сонхуна на год а то и два, но всё равно выглядел потрясающе. — Это же Нишимура Рики.. - послышался шепот рядом, и Сонхун украдкой взглянул на сидящую рядом с Хисыном Нин Ичжо, которую больше знают как Ниннин. 'Кажется,' мысленно делая вывод задумался Пак 'этот странный парень довольно популярен.' — Извини? - переспросил Хенджин, со сползающей с лица улыбкой. — Не перед тем извиняешься - отрезал блондин — Навлекаешь позор на девственника, хотя сам не способен удовлетворять девушку. С шумом поднявшись со своего места, парень начинает уходить, теряясь среди танцующих людей, и все присутствующие как один, молча смотрели на его удаляющуюся спину, замерев на месте, подобно ледяной статуе. В груди у Сонхуна заиграло вдруг странное чувство, которое он ранее никогда не испытывал. Люди за столом стали более менее оживляться, но от прежнего бурного веселья не осталось ничего. У каждого на душе засел странный осадок. У Сонхуна особенно. — Кхм, давайте сменим тему - неловко начал Хёнджин, но презрение и косые взглядые ссылались уже на него. Поддаваясь вдруг настигшему неизвестному порыву, Пак поднялся со своего места и зашагал в ту же сторону что и тот блондин. Нишимура Ники, кажется, да? В голове ветер, что творит не понимает, но слепо следует не зная своих же намерений. Свернув за угол он натыкается на уборную. Неудивительно. Но вряд-ли тот парень здесь. Чувствуя странное разочарование, Хун уже готов был обернутся и покинуть стены этого злосчастного клуба, как вдруг неожиданно слышит: — Ты меня сталкеришь что-ли? - сквозь громкий шум, чётко раздался уже знакомый голос — Чего за мной поплёлся? Сонхун испуганно обернулся, но виду не падал. — Нет, я просто хотел отблагодарить - говорит он спокойно, хоть и сердце почему-то быстро стучало. — Отблагодарить? За что? - подняв бровь — Думаешь раз заступился то уже стал твоей судьбой? Каменное лицо брюнета озарило недопонимание. — Что? Нет. Просто хотел сказать спасибо. Собеседник усмехнулся. — А ты интересный парень - подмечает он — Я Рики, тебя как звать? — Рики? Я думал тебя зовут Ники - удивившись. — Ты чем слушал сплетни обо мне? - вновь нахмуренно — Хотя впрочем плевать, зови как хочешь. — Никакие сплетни я не слушал, просто услышал. — Еще скажи что это разное. — Это разное. - ледяным тоном отвечал Хун. — А ты и вправду забавный! - с усмешкой в устах проговорил он — Подружится не хочешь? А то я слышал ты там Хван Хенджина отшил. Сонхун задумался. Подружится? Что для него вообще значит это слово? Что значит это слово для других? Пак дружбы не видал, сколько себя помнит рос один, в подаренной отцом квартире, отдельно от своей 'семьи'. Отшельник? Возможно. Скорее так оно и есть, ибо ни в ком рядом он никогда не нуждался, но раз подвернулся такой странный случай, и раз подружится предлагают ему то почему бы не рискнуть? — Хочу. - сказал он, подмечая для себя то насколько это страннт прозвучало — Хван Хёнджин мне неинтересен. В карих глазах напротив вдруг загорелся огонь, на этом прекрасном лице красовалась ухмылка. — Хорошо мой новый друг.  Расскажешь о себе? — Прямо здесь? - непоминая спросил брюнет. — О чем шутишь, нет конечно! Пошли на улицу выйдем, скамейку какую-нибудь найдём. Рики зашагал первым в сторону выхода, а Хун так и застыл на месте, пытаясь переосмыслить ситуацию. У него и вправду появился друг? Или это знакомство лишь на одну ночь? Или на три дня? Может неделю? Что это за чувство столь дурманащее, от того и пугающее? Предвкушение вперемешку с неизвестным страхом, но перед чем? — Эй, ты идёшь? Пак вырвался из собственных раздумий и взглянул на ожидающего его Рики. Золотистые волосы, взгляд столь сильно поглощающий, уникальная манера речи свойственная его натуре и в целом он сам.. Сонхун вновь не понимает что за чувства он испытывает, что хочет, чего добивается, но ясным у него было одно. Эту дружбу он бы хотел сделать первой и последней, ведь в этой беспросветной темноте длиною девятнадцать лет, он впервые чувствует себя не одиноким. — Иду. ! глава не отредактирована до конца, если найдете ошибки прошу на них указать !